Глава 34

– Я не удивлён, – папа входит на кухню, а меня передёргивает от его тона. – Кто бы сомневался, что для этого бандюка есть что-то ценное в понятии «семейный праздник». – Папа, я тебя прошу, угомонись, – бросаю сердитый взгляд на папу. – Яся, ну что ты в нём нашла? – он подходит ближе и заглядывает в глаза внимательно. – То, чего не находила никогда и не в ком. Так понятно? – отвечаю уверенно. – В подробностях рассказывать не буду, ты слишком старый для таких разговоров, пап. – Какой я? – папа нахмурил свои брови, округляя глаза, а мне и смешно, и беспокойно. Ника перезвонила сама, но она явно где-то здесь. Не улетела она никуда. Маша трубку не берёт, а Богдан на какой-то важной встрече. – Тёть Ясь, – на кухню входит Денис на костылях. – Я поехал. Бате передайте, что буду утром. – Скиф, ты что, у новой мамочки отпрашиваешься? – слышится голос откуда-то сзади и явно с телефона, да ещё и по громкой связи. – Мамочка никуда никого не отпускает, – отвечаю я громко, и даже папа краснеет. – А если у кого-то длинный язык, я знаю верный способ, как он быстро укорачивается. – Дебил, – шипит зло Денис, доставая мобильный из заднего кармана и нервно тыкая в него. – Простите, – он поднимает на меня взгляд, но ему совершенно не стыдно. – Зачем извиняться, если ты даже не понимаешь, за что, – говорю я спокойно. – И я не соврала. Приедет твой отец, Денис, ты ему сам всё скажешь. Я не имею никакого права тебя пускать или не пускать. – В смысле? Я его должен ждать? – Дениса передёргивает от моего ответа. – Да, парень, ты будешь ждать отца, и сам ему скажешь всё, – вмешивается папа. – Да что за треш, – злится Денис, но папа подходит к нему, останавливая, когда он уже разворачивается, чтобы уйти с кухни. – Кем бы ты его ни считал, да и я тоже, ты должен быть благодарным ему за то, что он тебя вырастил. Не бросил, не сдал в детдом, не выкинул на улицу, а вырастил. Криво, косо, бунтарём, ну или кем ты там себя считаешь, но только никто не кинулся тебя искать, а твой отец сам поехал, – папа смотрит на Дениса внимательно, а у меня в груди застрял воздух от понимания слов папы. – Я его не просил, – Денис не уступает. – Ну так и его тоже, по всей видимости, – хмыкает папа. – И не нужно быть не по возрасту смелым. Ты представь на минуту, что бы с тобой было, если бы ты рос в другой среде. Кем бы ты сейчас был и где? Денис нервничает. Понимает, что папа прав, но не может признаться сам себе. Это сложно, и я его понимаю. – Если Стальнов не явится через пятнадцать минут, мы сядем за стол, а его в дом не пустим, – возмущённо произношу я, привлекая внимание папы и Дениса. – Пф, я бы посмотрел на это, но, думаю, он явится, – отвечает Денис. – Он всегда появляется, когда Вы так говорите. – Не преувеличивай, – отмахиваюсь я и разворачиваюсь к духовке, чтобы достать противень с горячим. Салаты девочки уже унесли на стол, осталось совсем немного. Занимаю руки, чтобы в голове меньше дурных мыслей собиралось. – И никто не встречает! – громко кричит Стальнов из коридора, а у меня по телу пробегает дрожь. – Проходите, не стесняйтесь. Товарищ генерал, ну что же Вы так, не встречаете дорогих гостей. – Людочка, – слышу волнение в голосе папы и иду за ними. – Почему не позвонила? Ты же сказала, что будешь занята. – Я не хотела мешать тебе, Илюш, – голос директрисы Людмилы Семёновны вводит в ступор. – Ты же здесь с детьми. – Ну да, – кивает папа, а я смотрю на эту парочку и не могу понять, что происходит. – Вы проходите, а я пока к Ягодке, – Стальнов подталкивает Людмилу Семёновну к папе, а сам глаз с меня не сводит. – Это что такое? – он подходит ко мне, но я не даю до себя дотронуться. – По дороге увидел, как она идёт по обочине, да ещё и медленно. Думал, плохо человеку, а оказалось, что она просто вышла погулять и встретить Новый год на улице, – быстро произносит Стальнов, но довольный как слон. – А чему ты радуешься? – не понимаю я. – У генерала теперь есть на кого перенаправить свою заботу, а мои девочки достанутся только мне, – улыбка Стальнова напоминает улыбку Чеширского Кота. И это так странно – смотреть на сурового мужика, который в слишком возбуждённом состоянии, да ещё и улыбается. – Бать, тебя приморозило? – боже, я забыла про Дениса, что стоит до сих пор здесь. – Что за дебильная улыбка? – Ты с отцом разговариваешь, засранец, – отвечает Богдан, но улыбаться не перестаёт. – Но да, я доволен и даже, можно сказать, счастлив. А ты не бесись. Видел я твоего дружка, что трётся у ворот. Подождёт. – Да зашибись, – Денис всё не успокаивается, но это, вероятно, возраст. Мне такое только предстоит. – А где девочки? – спрашивает Стальнов, а меня всё больше напрягает его состояние. – Богдан, ты точно ничего не принимал? – спрашиваю тихо, но Денис слышит и только фыркает. – Принимал, но хочу, чтобы все собрались, – уверенно отвечает Стальнов. – Зови девчонок, – бросает он Денису, но тот особо не напрягается. – Мелкие! – кричит он, а я глаза закатываю и уже представляю, что завтра будет очередная дуэль. Мои мартышки не принимают таких обращений от кого-либо, кроме меня и Ники с Машей. – Ну наконец-то! – в коридор выходит Лика. – Мы уже есть хотим. Ой, – она замечает Людмилу Семёновну и краснеет. – Девочки, Ягодка, Илья Данилыч, – Стальнов набирает побольше воздуха в лёгкие и становится слишком серьёзным. – Скажу раз, больше не дождётесь, – нервная улыбка касается его губ, но быстро исчезает. – Я хочу войти в Новый год в новом статусе. Он мне уже нравится, а вас просто ставлю в известность. Через месяц мы с вашей мамой, девочки, и вашей дочерью, товарищ генерал, поженимся. Совет нам и любовь, ах да, – Стальнов хлопает себя по груди, проверяя карманы в пиджаке, пока я пытаюсь сложить все его слова в правильные предложения. – Чуть не забыл, – он достаёт два обручальных кольца, связанных цепочкой. – Это что? – спрашиваю хрипло и понимаю, что меня трясёт. – Минуту, – уверенно говорит Стальнов. Развязывает цепочку, надевает мне на руку, а потом надевает одно кольцо мне, а второе себе. – Теперь всё, – довольно говорит он. – Можете поздравлять. В коридоре тишина такая, что слышно, как на кухне срабатывает таймер в духовке. – Мама, соглашайся, – шепчет Аля. – Если что, я всё записала на камеру, дядя Дан не отмажется. – Идиот, – зло произносит папа. – Кольца в ЗАГСе надевают. – Ну не Вам меня учить, генерал, – хмыкает Стальнов, но взгляд с меня не сводит. – С Вашей дочерью можно только так. А то потом буду я снова ей доказывать, что не олень. – Ты олень, бать, – уверенно произносит Денис, а Стальнов бросает на него непонимающий взгляд. – Ты самого главного не сказал. Хотя я считаю, что всё это бабская хрень. – Денис, – Людмила Семёновна, что уже промакивает влажные глаза, останавливает Дениса. – Я люблю тебя, – говорит севшим голосом Стальнов. – Ой, нет, – отмахиваюсь я от него, начиная нервно смеяться. – Больше не говори так. Тебе не идёт. Мне по-другому нравится. – Ведьма, – выдыхает довольно Стальнов и сгребает меня в объятия и целует.