Глава 33

*** Просыпаюсь оттого, что меня распирает чувство наполненности. Стон самовольно срывается с губ, но горячая ладонь накрывает их, а тихий шёпот предупреждает на ухо: – Дети уже не спят, – тяжело дышит Стальнов и медленно двигается во мне. – И им не скажешь, что мы решили устроить перестановку. – Идиот, – выдыхаю я, но выгибаюсь сильнее. Богдан постепенно ускоряется, покрывая каждый открытый участок тела поцелуями. Гладит, провоцирует меня, заставляя просить ласки ещё. Я просто становлюсь зависимой от него. Задыхаюсь рядом с ним, а без него только хуже. – Сильней, – выдыхаю я со стоном. Дан подминает меня под себя, надавливает на поясницу, заставляя оттопырить мою чувствительную попу, и, усевшись на ноги, начинает вколачиваться в меня. Зарываюсь лицом в подушку, чтобы не сдерживать себя. Каждое его движение как искра, что вот-вот подожжёт всё вокруг, и будет взрыв. Губы Стальнова опускаются на лопатку, и следом сразу получаю укус. Содрогаюсь от резкого контраста. Тело уже подрагивает от надвигающегося оргазма, а идиотские мысли подкидывают мне напоминание: «Дверь не закрыта»! – О боже! – выкрикиваю я, забывая о предупреждении Стальнова, и понимаю, что поздно. Не смогу я закрыть дверь. Сейчас все мои силы уходят на то, чтобы не потерять связь с реальностью. Пульсирующий член внутри только добавляет и растягивает удовольствие, которое густым мёдом растекается по крови, полностью отрубая мою шальную головушку. Аккуратные поцелуи, лёгкие поглаживания и тихий шёпот сводят с ума. Я не понимаю себя, Стальнова, детей, которые точно ведут холодную войну друг с другом, и папу, что смотрит на Богдана волком, но молчит. А я… получаю оргазмы уже несколько дней и боюсь, что мне это только снится. – Доброе утро, моя рыжая ведьма, – довольный голос Стальнова бьёт по возбуждённым нервам. Но мне так смешно, когда он меня называет ведьмой. Дурачок, ты даже не представляешь, кто кого на самом деле заманил в сети. И почему в старых сказках считается, что только девы, ведьмы, мавки, и кто там ещё, заманивали бедных мужчин в тёмные леса? Что-то мне подсказывает, что всё было в точности до наоборот, только тот, кто сказку придумал, тот и на коне. – Мне же на работу, – вздыхаю я, разворачивая лицо к Стальнову. Он ложится рядом, продолжая поглаживать мою спину. И даже дико, как этот нахал и совсем без тормозов мужик может быть таким нежным. – Ты хочешь, чтобы я съездил за тебя? – губы Стальнова растягиваются в улыбке, нахальной и такой… Нет! Яся, нельзя! Даже мысленно не произноси этого! – Пожалей моего Михалыча, – улыбаюсь в ответ. – Ты не это хотела сказать, – Богдан захватывает мой подбородок пальцами, впиваясь взглядом так, будто заглядывает в самую глубину. – Мама! – в один голос раздаётся за дверью крик и следом сразу стук. – Доброе утро, дядя Дан! – Доброе, принцессы, – улыбка Богдана становится настолько тёплой, что от этого больно. Так не бывает. Не может совершенно чужой мужик так относиться к моим девочкам. Они ему никто, тем более уже взрослые. Родной отец даже не вспомнил о них ни разу за столько лет, да и слава богу, но боль от этого становится только сильнее. – Они невероятные, – тихо говорит Богдан, не сводя взгляда с меня. – И я рад, что они похожи на тебя. Но мне искренне жаль их мужей, – уже коварно добавляет Дан подмигивая. – У них будет отвратительный тесть и самая лучшая тёща. – Дурак, – голос севший, но на большее меня не хватает. Из уголка глаз выкатывается слеза. Хочу спрятать её, но Стальнов не даёт. Дёргает и подминает под себя. – И сколько мне нужно будет пробивать твою броню, Ягодка моя волчья? – спрашивает Богдан, проводя пальцами по щекам, собирая слёзы, а потом облизывает их. – Всегда, – отвечаю и сама не сразу понимаю, что говорю. – Согласен, – улыбается Стальнов и запечатывает мои губы страстным поцелуем. Я на работу точно приеду к вечеру. Боже, дверь закрыть! … – Прекрати так улыбаться, ты меня раздражаешь, – хохочет Ника, падая рядом со мной на диванчик в кафе, находящееся рядом с моим супермаркетом. Мы выскочили попить кофе и побыть немного вместе. Через два дня Новый год, Машка уматывает к своему благоверному, сделать сюрприз, а Ника на острова, погреть косточки. Они пережили не меньше стресса за эти дни. Ника телефон обрывала и приехала сразу, как только узнала, что девочек украли. Она же и отвезла меня в больницу, когда их нашёл Стальнов. – Не завидуй, – отвечаю Нике, но та только громче смеётся. – Машка, ну посмотри на эту довольную оттраханую женщину, – Ника привлекает внимание напряжённой Маши. – Вот так должна выглядеть удовлетворённая жизнью женщина. – Мои богини, желаю вам выглядеть так каждый день в Новом году, – отвечаю я уверенно. – Заткнись, – взвизгивает Маша, закрывая уши руками, даже вилку бросая. А мы с Никой уже хохочем вдвоём. Маша смотрит на меня несколько секунд, видит, что я молчу, и только потом отодвигает руки от ушей. – Не смей даже произносить свои желания, ясно? – тычет в меня пальцем взволнованная Маша. – Они у тебя слишком неправильные. – Мы явно что-то пропустили, – я вскидываю бровь, внимательно смотря на Машу. – Ничего, что стоит вашего внимания, – Маша хватает чашку с кофе, вилку уже не берёт, отодвигая десерт. – Вот съезжу к мужу и успокоюсь. – Маш, а может, ты лучше одна поедешь? – предлагаю я, зная, что она и Дашку с Гошкой тянет с собой. – Нет, – отвечает Маша. – Свекровь куда-то уматывает на каникулы и не может с ними посидеть. Да и дети тоже хотят к отцу. – Пф-ф-ф, – вздыхает Ника, переводя на меня напряжённый взгляд. Дурное предчувствие, которое хочется засунуть подальше, не засовывается. Но лучше уж так, чем жить всю жизнь в подвешенном состоянии. – А ты? – смотрю на Нику. – Точно хочешь посмотреть океан? Не надоел он тебе ещё, каждый год там? – Нет, – улыбается Ника. – Это моё место силы, как модно сейчас говорить. – Тебе бы другое место силы заиметь, – улыбаюсь я, двигая бровями. – Ну или поиметь. – Фу-у-у, Маша! – взвизгивает Ника, снова хохоча. – Наша Яська стала пошлячкой. Стальнов на неё плохо влияет. – Или мало вливает, – добавляет Маша, и мы снова хохочем. Но вот последние слова Маши всё же что-то трогают. Блин, а ведь и правда мозг отключается с этим мужиком. Нужно подумать о защите.