Глава 20

Я корчилась на полу от боли. Кричать не могла, кажется, сорвала голос. Лишь хрипела и царапала ногтями каменные плиты.

— Милена! — Меня подхватили сильные руки и посадили к себе на колени. Прямо тут, на полу, убаюкивая и успокаивая. — Дай мне руку, тихо, я помогу. Держись.

Краем глаза я видела, как по мужской руке поползли чёрные полосы, впитывая мою боль. Мне становилось легче, уже не хотелось выть и лезть на стену, пытаясь унять терзавшие меня чувства.

— Тихо, сейчас станет легче.

И чёрные узоры сменились серебристыми, Лар отдавал мне свою силу, как тогда в лесу. Я замерла, не веря, что боль уже не вернётся. По крайней мере, не сейчас.

— Вы целы? — раздался над головой голос короля. Я и забыла, сколько тут народу. Его величество смотрел на нас с тревогой, а вот советники переглядывались, не рискуя высказать вслух своё недовольство, и бросали на меня откровенно злые взгляды.

— Хватит, я в порядке, — прохрипела я. Лар покачал головой, но руку убрал. Мне действительно было лучше. Я даже смогла стоять, когда он помог мне подняться. — Спасибо.

— Сейчас позову целителя, пусть осмотрит тебя.

— Не надо. Просто отправь меня домой, хватит с меня на сегодня политики.

— Я не отпущу тебя в таком состоянии. Ты еле держишься на ногах.

— Всё в порядке, честно.

Мужчины переглянулись. Потом король сказал:

— Милена, мне жаль, что так получилось.

— Это должно было случиться, — в горле было сухо, и я откашлялась, прежде чем продолжить: — Но не думала встретить его сегодня.

— С твоим умением находить неприятности этого можно было ожидать, — съехидничал эльф. — Остались ли ещё древние существа, которых ты не встретила?

— Как будто я нарочно. — Слова прозвучали немного обидно. Но в знак примирения он приобнял меня и подставил своё плечо для опоры.

— Я не думал, что так получится. Не стоило тебя тащить сюда. Точно не надо к целителю? — Я помотала головой и сморщилась: в ушах зазвенело от резкого движения. — Сонтан, вы не против, если продолжим беседу, когда я отправлю девушку назад в академию? Вас проводят в кабинет и распорядятся насчёт чая или чего покрепче, на ваше усмотрение.

В академии было тихо, к ночи все студенты разошлись по комнатам.

— Я дойду, — мы появились посреди площади. — Тебя там ждут.

— Подождут. Ты думаешь, я отпущу тебя в таком состоянии? — Он взял меня за руку, и мы пошли в сторону общежития. — Ты когда-нибудь перестанешь давать мне повод для беспокойства?

Подъём на третий этаж мне дался непросто, но я собрала последние силы и дошла до комнаты самостоятельно, отбиваясь от предложения донести меня. Давно я не чувствовала себя такой уставшей.

Толкнула дверь и зашла внутрь. Следом шагнул Лар. Хоть после битвы с Веркутом и он был малость потрёпан, а местами подпалён, но в своей белой дорогой одежде и с серебряным обручем на голове он тут смотрелся странно.

— Наконец-то! — На звук открывшейся двери вышел Арик, в домашних брюках и обтягивающей футболке. — Я уж подумал, ты сегодня вообще не вернёшься.

— А я думал, что вы как соседи живёте в соседних комнатах, а не в общей, — прозвучал сзади недовольный голос.

Я пожала плечами, сил говорить уже не было. А потом стала сползать по стене.

— Чёрт! — выругался эльф и подхватил меня на руки.

— Что у вас случилось?

— Куда её положить? — Лар проигнорировал вопрос соседа и занёс меня в открытую им дверь. Но на пороге комнаты резко остановился.

— Этого не может быть! — были последние слова, которые я разобрала. Потом я почувствовала одеяло, которым меня накрыли, и отключилась полностью.

Сон был беспокойным. Мне снилась Вероника, которая превращалась в Веркута и сжигала города. Снилась Аркаи’да, на горящей лошади скачущая по мосту. Были и другие девушки, имён которых я не знала. Кто-то из них был в тюрьме, подвергался пыткам и издевательствам. Кто-то на больничной койке лежал в агонии и метался в бреду, а рядом не было никого, кто мог бы помочь. Всем им было очень плохо и одиноко. Я пыталась что-то сказать, но меня не слышали.

Потом сон о них сменило болото, где тонула я. Гидра утаскивала меня на дно, обвивая щупальцами. Я задыхалась, билась, но воздуха не хватало. Потом монстр вдруг превратился в эариус, цветок был огромного размера и всё так же душил меня своими побегами. И я, как и все предыдущие девушки, была одна.

С одного листа вдруг сорвалась капля воды, упав мне на лицо. Было свежо, прохладно и очень приятно. И я открыла глаза.

Я лежала на своей кровати, а рядом сидела Катрина и поправляла мокрое полотенце у меня на лбу.

— Привет.

Голос прозвучал глухо. Хотела сесть, но голова закружилась.

— Наконец-то! Я волновалась, что ты вообще не очнешься. — Девушка выглядела уставшей, красные глаза опухли.

— Сколько я проспала?

— Спала? — Она ужаснулась и вновь поправила съехавшее полотенце. — Милена, у тебя два дня был страшный жар. Приходила профессор Далейна, целитель, но сказала, что если твой организм сам не справится, она не сможет помочь.

— Что со мной было?

— Не знаю. Точно магическое истощение и повреждение потоков, но обычно оно не вызывает такой реакции. Чего-то хочешь?

— В туалет и попить. Но именно в таком порядке. Поможешь встать?

На то, чтобы подняться, ушло минут десять. Шла я по стеночке, поддерживаемая подругой, и слушала её жалобы, что мне бы ещё лежать и лежать.

Когда все пункты моего плана были выполнены, я упала на кровать и вновь уснула. На этот раз без сновидений.

Следующее пробуждение прошло легче. Я села на кровати и осмотрелась. За окном шёл снег, и облака не давали понять — утро сейчас или день. Мой цветок так и рос вдоль всей стены, вопреки моим опасениям не пытаясь выселить меня из комнаты. Жёлтые и фиолетовые цветы чередовались, создавая прихотливый узор. Ничего не изменилось.

Обратила внимание, что одета я в ночную рубашку из тонкого хлопка, в которой обычно и спала, а вещи аккуратной стопкой лежали рядом на стуле.

— О, наша спящая красавица проснулась! — В дверь просунулась голова Арика, а потом и он целиком. — Как себя чувствуешь?

Парень нагло уселся прямо на кровать, рядом со мной. Единственный стул всё равно был занят, так что я даже не сопротивлялась, лишь подвинулась.

— Вроде жива, это уже хорошо, — попыталась улыбнуться, но, кажется, вышло не очень. — Ты же мне расскажешь, что я пропустила?

— Эх, судьба моя, видимо, такая, рассказывать всё, что ты проворонила. — Он ещё пару минут побурчал, а потом всё-таки выдал мне нужную информацию. — Когда ты вырубилась, Лар тут же убежал. Я думал, мне придётся тебя самому сторожить, я ж не знал, что с тобой приключилась. Потом оказалось, что он разбудил Крассвила и потребовал отправить к тебе целителя. Вот я удивился, когда на пороге возникла целая процессия — директор, Далейна и сам эльф. Меня выгнали и что-то тут изучали. Потом притащили зелья и мне наказали дать тебе их утром, если очнёшься. Лар ушёл, зато пришла сонная Катрина. Её тоже разбудили, чтобы с тобой на ночь осталась. Ну и я краем уха слышал, что ты с некромантом столкнулась и все силы потратила, а он тебе как-то магические потоки обрезал. Это как вообще? Потом к тебе ещё несколько раз целители приходили, только сделать ничего не могли. Смотрю, не задалось у вас свидание, да?

— Это точно. А про свидание…

— Ой, да только глухой ещё не слышал, как эльф тебя обнимал и всю компанию Ванессы разогнал, пока ты их к демонам не отправила. Кстати, она после этого стала тише воды, ниже травы. Не знаю, насколько её хватит, но, кажется, он её знатно напугал.

— А про некроманта что слышно?

— Тут я мало знаю, — Арик развёл руками. — Студентам, считай, ничего не говорят. На войну нас ещё не отправили и ладно. Теперь твоя очередь, рассказывай, что у вас там случилось!

Мой рассказ его заинтересовал.

— Ты видела и короля, и некроманта? Обалдеть! Он силен, да? Некромант.

— Да, очень. И моя магия его не берёт, представляешь? Я выплеснула на него всю силу, что могла. А ему ничего! Так, чуть остановился только.

К нам постучали, и дверь сразу же открылась. Директор собственной персоной.

— Здравствуй, Милена. — Он осмотрелся, а я пока укрылась одеялом повыше. — Рад, что ты пришла в себя. Надеюсь, ты в состоянии говорить?

— Да, конечно. Арик, закинь, пожалуйста, вещи в шкаф. Присаживайтесь, профессор. А то мне неловко, что я тут лежу, а вы стоите.

— Венсон, вы нас не оставите?

Сосед скорчил недовольную гримасу, но вышел. Правда, думаю, недалеко, и хоть часть разговора, но услышит.

— Как ты себя чувствуешь?

Пожала плечами. Вроде нормально.

— А магию ты в себе ощущаешь?

Над этим вопросом я ещё не успела задуматься. Прислушалась к себе. Сила, да, была на месте. Вновь свернулась в груди, притихла. Странная она какая-то, что-то меня смутило. Ау! Моя тёмная часть, как ты? Но впервые за всё время, мне не отозвались.

— Даже не знаю. Я её чувствую, но достучаться не могу. — В душе тревожно заскребли кошки.

— Видишь ли, Милена. Мы эти два дня наблюдали за твоим состоянием. И если раньше, после объединения, твоя магия легко читалась, то сейчас я вновь вижу только небольшой источник. Тот, с которым твой дар ниже среднего.

— Это пройдёт?

— Вряд ли. После услышанного от лорда Ларуиндуила и Его Величества я думаю, что некромант смог повредить твои магические потоки. Скорее всего, ты не сможешь до конца восстановиться.

— Как это? — Хоть я и не любила ту ответственность, что на меня свалилась вместе с проклятием, но уже привыкла быть сильным магом. А теперь я… обычная? — Я останусь такой? Почти без сил?

— Боюсь, что да. — Крассвил отвёл глаза.

Мне понадобилось время, чтобы поверить. Вот прямо с этого момента я стану такой, как мечтала все эти годы — ни силы, ни необходимости сдерживать себя и быть изгоем. Только. Я больше не хочу этого. Это не может так закончиться.

Я вновь и вновь пробовала расшевелить тьму в груди. Внутренне кричала, рыдала и умоляла. Ничего. Она была лишь тёплым клубком, свернувшимся под сердцем. Никакого ответа.

В груди что-то оборвалось.

— Мы решили перенести сессию, чтобы студенты могли сдать её до того, как… С завтрашнего дня начнутся экзамены, чтобы потом кто-то мог отправиться домой и только после этого присоединиться к армии.

Эту новость я слушала с абсолютно спокойным выражением лица. Меня это уже не касалось. Какой я маг без магии?

— При личной встрече король распорядился поставить тебе все оценки заранее. Магическое опустошение тебе тоже не грозит, за помощь в борьбе с некромантом. Ты можешь остаться здесь и дальше учиться, если хочешь.

Промолчала. Какое это всё имеет значение? Какая сессия? Со дня на день состоится решающая битва, в которой от меня совсем не будет толку. В которой я теперь даже участвовать не буду, никто не возьмёт меня на поле боя — драться я не умею, а магии больше нет. Всё, что мне остаётся, это ждать своей участи вместе со всеми остальными.

— И ещё кое-что. Мне очень неприятно тебе это говорить, но… — Что ещё меня может расстроить? Всё, что могло случиться, уже случилось. — Сегодня утром Лар передал мне записку. В ней говорится, что он больше не будет искать встреч с тобой. Специально для него в защите академии была сделана лазейка, так как он был тут частым гостем. Он просит закрыть её. Он не планирует продолжать общение с кем-либо из людей. Мне жаль.

Директор пожал мне руку, которая безжизненно лежала поверх съехавшего одеяла. Но мне было всё равно. Потом он ушёл.

А я? Ответ на незаданный вопрос «почему?» бился у меня в голове. Потому что я теперь никто. Обычный человек без магии и способностей. Неужели я поверила, что интересна ему? Какой глупой и наивной я была.

Но как же больно, чёрт побери!

Наверное, это тоже часть проклятия. Все те, о ком я знала или слышала от Вероники, тоже оказались преданы и никому не нужны. Всем была нужна только наша сила.

Тихонько зашёл Арик. Не знаю, что он слышал, но просто молча обнял меня. Не знаю, что я больше оплакивала — потерю силы или всё же потерю Лара. Он даже не стал утруждаться, чтобы сказать мне всё лично!

Так мы и просидели до прихода Катрины, с которой они ушли, услышав, что со мной всё в порядке и жить я буду. Ну не держать же их возле себя? Им сейчас тоже несладко. Жить буду. Хочется мне того или нет.

Остаток дня я так и пролежала в постели. Ни есть, ни спать не хотелось. В голову лезли разные мысли: «А вот если бы я тогда…», «А может, нужно было…» Какая теперь разница, как всё могло бы быть? Могли ли наши отношения продолжаться, если б я не перегорела, или всё закончилось бы ещё печальнее?

* * *

Молодая ведьмочка готовила зелье. Шалфей, горечанка, щепотка толчёных костей скрайба, капля лимонника. Должно было получиться отличное снадобье от лишая.

Её отвлёк стук в дверь. Девушка — невысокая, с пышными формами и копной выкрашенных в красный цвет волос — бросилась открывать. Зелёное платье шёлком струилось вокруг стройных ног.

— Ром, я тебя уже заждалась, — проговорила она, отодвигая засов.

Но на улице стояли трое незнакомых мужчин в чёрных балахонах. И лишь позади, пытаясь скрыться в толпе крестьян, виднелся её друг.

— Что вам надо? — Хозяйка дома резко посерьёзнела. Ведьминское чутьё подсказывало, что они не за зельем от простуды пришли.

— Саида Лондаун? — Один из пришедших сделал шаг вперёд.

— Да. А вы кто такие?

— Вы обвиняетесь в использовании запрещённой магии, используемой во вред подданным королевства. И приговариваетесь к казни.

Глаза девушки стали размером с её любимое блюдце. Этого не могло быть! Она никогда не использовала свою силу, чтобы напакостить. Только лечила да делала для местных девушек омолаживающие мази. А приворотные зелья — так их хоть на базаре у травницы покупай, не запрещено.

— Вы ошиблись. В моём доме никогда не творили тёмную магию. — Она хотела закрыть дверь, но мужчина поставил ногу в высоком сапоге на порог. — Уходите, вам здесь не рады.

— У нас есть свидетель, говорящий об обратном. Вы должны пройти с нами.

И второй страж, а это были именно они, достал из кармана блокирующий браслет.

Спорить? А зачем? Чтобы устроить представление для всех, кто столпился возле её дома? Обойдутся! Это явно какое-то недоразумение. И Саида смело шагнула за порог.

— Вы выясните, что это ошибка, и принесёте мне извинения. И по закону вы должны назвать имя свидетеля.

На руке защёлкнулся блокиратор. Пусть. Ведьма не боялась, ведь её сила была другого рода.

В крепость они добирались в запряжённой двумя лошадьми повозке. Двое стражей сидели по бокам от неё, а один напротив. Всю дорогу они молчали.

— Саида Лондаун? — переспросил пожилой усталый комендант. Её проводили в комнату, где, кроме обшарпанного стола да двух стульев, ничего не было.

— Как будто вы меня не знаете, — усмехнулась девушка. Вся эта история напоминала фарс.

Она пришла в этот захолустный городок лет десять назад, совсем девчонкой. Её приютила травница, которая и обнаружила в ней дар. С тех пор Саида успела обзавестись собственным домом, где и готовила зелья на продажу. В основном к ней обращались женщины — то за лекарствами от болезней, то за средствами для поддержания красоты. Всё это ей прекрасно удавалось, а с тех пор, как она похоронила наставницу, у неё и конкурентов-то не было.

Её здесь все знали и, как она думала, уважали. Недавно вот Ром заглянул на чай, да так и остался. Не то чтоб у них была любовь до гроба, но парень он симпатичный, а ей очень уж хотелось видеть рядом с собой живую душу. Так он и приходил к ней по вечерам пару раз в неделю. Ведьмочка уже подумывала, как бы предложить ему остаться насовсем.

— Не спорьте! Поступили сведения, что вы втайне занимаетесь запрещёнными вещами.

— Какими, например? — Девушка сидела с прямой спиной и уверенно смотрела на коменданта. Это он к ней приходил и чуть ноги не целовал, чтоб сварила средство от мужского бессилия. А она сюда не напрашивалась.

Мужчина замялся. Полистал исписанную тетрадь, но, так и не найдя ничего дельного, сказал:

— Не ваше дело. У нас есть свидетельство против вас, а значит, я обязан был вас сюда вызвать.

— И кто свидетель? — По тому, как забегали у него глаза, Саида поняла, что ответ ей не понравится. — Желаю его видеть! Закон мне это разрешает, если вы забыли.

— Зря, ох зря… Всё равно ж костёр тебя ждёт. Все бумаги уже подписаны бургомистром. Зачем тебе душу ещё тревожить? — комендант вдруг резко перешёл на «ты», и в его голосе прорезались нотки сочувствия. — Ром это, девонька.

Сердце ведьмочки сбилось с привычного ритма. Ром? Её Ром? Они ж вчера горелистник вместе собирали да полночи в соседском стогу валялись. Быть этого не может!

— Ведите. Я уверена, это ошибка.

Пожилой мужчина вздохнул и вышел. А через пару минут стражи привели свидетеля.

— Ром? Что за глупости мне здесь говорят? О какой запрещённой магии? Что ты им наговорил? — Саида подскочила на стуле, который от резкого движения упал. Один из стражей преградил ей дорогу, не дав подойти ближе.

А возле двери стоял парень. Высокий, худощавый, из-под шляпы торчали светлые кудри, которые девушка так любила расчесывать. Глаза опущены вниз. Ни привычной улыбки, ни волнения.

— Я видел, как ты наслала порчу на урожай, — сказал он сквозь зубы.

— Когда?! Глупости! Может, ты что-то не так понял? Ты же не маг.

— Вчера. Ты сама мне сказала, что это. Жена бургомистра мне верит.

И только на этих словах он наконец поднял голову и надменно посмотрел ей в глаза.

Жена бургомистра! Как она сразу не поняла? Бывшая красавица, которая уже лет тридцать пытается спрятать морщины и затягивает в корсет то, что туда уже не помещается. Она пару раз просила у ведьмы снадобий, но с возрастом ничего не сделать. Так ей открыто и было сказано. Обиделась, значит.

— Что она тебе пообещала?

— Я стану её личным конюхом. — Робкая улыбка превосходства скользнула по губам парня и вновь растворилась. — За то, что не побоялся сказать правду!

— Так и говори уж — любовником. — Девушка стиснула зубы. Её променяли на статус и богатую подругу. Которая ему в матери годится. — У нас же было всё серьёзно? Зачем ты так?

Эта старуха решила ей отомстить. Забрать её мужчину и казнить, чтоб неповадно было отказывать высокородным. Боль от предательства сменялась злостью.

— Да какое серьёзно? Ха! Так, покувыркались и ладно. Что ты мне дать могла? — Ром вдруг разошёлся. — Детей родить? Так я не хочу пока, рано мне. Денег у тебя нет, скока я тебе говорил — больше с них бери, а ты упёрлась!

Ведьма опустила глаза в пол, чтобы никто не увидел зарождающуюся в них бурю.

— Значит, ты готов сжечь меня на костре за чужие деньги?

Ответить он не успел.

В воздух взвились бумаги со стола, задребезжали стёкла. Стражи достали мечи, но тут же их бросили — металл покраснел и раскалился, от расплавленных рукоятей на ладонях остались ожоги.

— Предатель! — выкрикнула ведьма и выставила вперед руку.

Они сказали, что она злая? Вот пусть получают, что просили.

…Женская фигурка, уже почти незаметная вдали, скакала на лошади в сторону леса. А за её спиной догорала бывшая крепость, от которой остались одни руины. Выжил там кто-нибудь? Вряд ли. Но крестьяне, с криками разбегавшиеся с дороги ведьмы, всё ж попробуют разобрать завалы.

* * *

На следующий день меня всё-таки заставили вылезти из-под одеяла. Друзья наотрез отказались идти на экзамены, если я не пойду тоже. Все мои оправдания, что мне это теперь не нужно, а зачёты и так поставят, они пропустили мимо ушей. Потом вообще демонстративно сели на пол у меня под дверью.

Пришлось встать. Портить им учёбу и рисковать их магией мне не хотелось. Это у меня внутри пустота и потерянность, а у них есть надежда.

Возле кабинета Гремлайна столпились все мои бывшие однокурсники. При виде меня они бросили переговариваться и дружно поздоровались. Я только кивнула в ответ и уселась подальше от всех на подоконнике.

— Я слышал, что случилось, — Вронг отвлек меня от разглядывания заснеженного двора. — Мне жаль.

— Мне тоже.

Парень уселся рядом.

— Как ты? Я могу чем-то помочь?

Я промолчала. Разговаривать ни с кем не хотелось. Сейчас я бы даже была благодарна, если б все опять забыли о моём существовании и просто игнорировали.

Гремлайн, как всегда пунктуальный, открыл дверь и впустил всех в кабинет.

— Студенты, думаю, вы все слышали о том, что происходит в мире. — Напряжённая тишина стала ему ответом. — Армия нашего королевства объединяется с силами союзников. К нам присоединились эльфы, — при этих словах сердце больно кольнуло, — друиды и часть гномов. Мы, маги, прибудем в самый последний момент. Совершенно нет смысла находиться там сейчас. Надеюсь, у нас будет время. Как доносят разведчики, у врага сейчас временное затишье. Поэтому принято решение дать вам возможность всё-таки сдать сессию и повидаться с родными. Да, все успешно сдавшие экзамены студенты будут считаться обученными магами и тоже примут участие в сражении. Сегодня у вас в расписании три основных предмета, начнём с практики по боевым заклинаниям. Завтра — ещё три. И завтра вечером для вас устроят бал в честь первой сессии.

Никто не радовался. Не было ни восторгов, ни нетерпеливого волнения. Это был пир во время чумы.

— Что ж, если нет вопросов — прошу всех выйти на полигон. Ах да, ещё кое-что. Студентка Дрейк освобождается от сдачи экзаменов по приказу короля. Но, если хотите, можете поприсутствовать и поддержать свою группу.

Мне не хотелось. Но я уже вышла из комнаты, и возвращаться к одиночеству и душащим меня мыслям хотелось ещё меньше.

На улице было морозно и снежно. Ледяные снежинки впивались в лицо, напоминая, что есть вещи и более неприятные, чем страдания по загубленной жизни.

Я встала за ограждением, наблюдая, как профессор открывает телепорт и приводит связанных заклинаниями зомби. Первый мертвяк был относительно свежим. Мужчина. Тёмные волосы, местами целая кожа на лице, потрёпанная и измазанная в земле одежда крестьянина. Он мычал и дергался, но путы профессора надёжно сдерживали его порывы.

— Студент Арлейский, прошу вас.

Вронг вышел на полигон. Парень был серьёзен и собран. В одной руке короткий меч, в другой — готовое заклинание. Профессор взмахнул рукой, и зомби оказался на свободе. Он двинулся навстречу парню, явно намереваясь порвать его на куски. Но связывающее заклинание спутало ему ноги, и он упал. А в следующую минуту Вронг отрубил ему голову.

Когда парень поднял меч, я вдруг почувствовала что-то. Сила зашевелилась. Если бы она была кошкой, то сейчас точно навострила бы уши и принюхалась. Впервые за эти два дня я уловила от неё какой-то отклик. А потом Вронг заклинаниями уложил ещё двоих. И сила тонким ручейком потекла к лежащим на истоптанном снегу трупам.

В них была крупица магии! Ничтожно маленькая по сравнению с гидрой, но она была. Я её почувствовала, когда моё проклятие впитало всё без остатка. И следующие пять зомби, которых одолели студенты, стали источником живительной силы.

Моя магия восполнялась! Я потратила на Веркута всё без остатка, ещё и зацепило меня, когда пыталась от него получить силу. Чтобы восстановиться, мне нужна была магия. Видимо, того, что влил мне эльф, хватило только на то, чтобы не сгореть полностью. Да и эта магия была другого рода.

Я встрепенулась. Может, для меня ещё не всё потеряно?

Зато профессора мои действия ввели в ступор. Когда кончились зомби, которых он выпустил к студентам, он попытался поднять павших. Но ему это не удалось, в них не осталось ни капельки силы.

— Хм. Странно. Нежить, если у неё ещё относительно целое тело, почти всегда можно поднять ещё раз. Что ж, значит, остальным придётся сдавать экзамен в паре. Следующими будут…

Вместе с крохами силы я почувствовала внутри что-то ещё. В пустоте, которая меня заполняла, зрело чувство. И это была уже не любовь, привязанность или надежда. Это была злость.