ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Дэвид сосредоточенным взором смотрел на кудрявую голову, мирно покоящуюся на его груди. Удивительно. Еще несколько минут назад, Диана, вытирая слезы, шептала что-то про «как мне их жаль», а затем, вдруг, прижавшись к плечу герцога, затихла и уснула.

Дэвид не посмел отодвинуть жену и тем самым потревожить её сон. Мало того, он не хотел этого. Её близость приятно согревала сердце мужчины. Словно хорошенький котенок примостился на его груди. Разве хочется прогонять такое чудо? Вот и герцог не стал этого делать. Его рука бережно придерживала Диану, чтобы та не свалилась с сиденья.

Он смотрел на эти золотистые кудри, на тонкий нос и нежные скулы, проглядывающие сквозь гриву волос, и пытался понять. Кем теперь стала для него Диана? Дэвид нахмурился. Получить ответ казалось непростой задачей. Внутри было все, будто покрыто толстым слоем льда. Чувства едва ощущались и казались какими-то онемевшими и чуждыми, словно они и не принадлежали ему.

Но они были!…

С неким обреченным пониманием, Дэвид приходил к выводу, что у него не получилось. Не получилось оставить неизменным мнение относительно жены. Он прежде видел в ней молодую, без сомнения, красивую, и, что таить, удобную женщину (покорную, тихую) – и его холодному, расчетливому разуму, это особенно нравилось. Но Диана была не только такой.

Она оказалось разной.

Красота её стала ярче, притягательность усилилась.

И появился характер.

Противоречивый. Его жена могла быть обиженным ребенком и разъяренной фурией (в памяти всплыла сцена в кабинете, горящие огнем ярко-синие глаза, и эти кудри, которые Дэвид так страстно желал схватить).

Она терпеливо сносила, когда её обижали, но была словно львица, когда обидели его, Дэвида. Грудью бросившись на защиту мужа, Диана сделала то, что не сделала ни одна женщина, с которой был знаком герцог.

Она защитила его.

«Нежный котенок, который умел становиться отважной львицей», – задумчиво улыбаясь, прошептал Дэвид. Тепло, деликатно коснувшись его груди, начало растекаться по телу мужчины, наполняя его давно утраченным спокойствием. Герцог поразился этим чувствам. Возможно ли такое? И нужно ли это?…

Диана медленно подняла отяжелевшие веки. Уставившись в высокий, отделанный лепниной, потолок, девушка пыталась вспомнить, каким образом оказалась в своей спальне. Последняя картинка, что была в её памяти – полутемный салон экипажа и крепкое плечо мужа. А потом – провал. Неужели она уснула?

Но судя по тому, что она обнаружила себя в своей кровати, именно так и было. Девушка медленно провела ладонями по своему телу – на ней была только нижняя сорочка. Сгорая от смущения, Диана опустила руки ниже – чулок на ней так же не было. Щеки молодой герцогини покрылись жарким румянцем, когда Диана окончательно поняла, что от одежды её освободил Дэвид.

Где же сам её муж?

Девушка медленно села в кровати. Пытаясь привыкнуть к царившей полутьме, Диана собиралась с мыслями. Ей казалось очень странным, что Дэвид, раздев её, не стал приступать к любовным действиям. Конечно, он мог счесть, что время еще не истекло, но что-то подсказывало девушке, что её муж руководствовался нечто другим.

Набросив на плечи шелковый халат, Диана, стараясь не шуметь (она не хотела разбудить кого-либо из слуг), пошла по темному коридору. Ведомая своим сердцем, девушка прошла до противоположного крыла дома и безошибочно остановилась возле двойных дверей.

Собравшись с духом, Диана легонько постучала. Дверь почти сразу распахнулась.

– Диана, что случилось? – Дэвид, по пояс обнаженный, спешно накинул на себя бархатный халат и запахнул его.

– Я… – испытывая смущение от недавнего вида полуобнаженного мужа, девушка сглотнула, – я пришла к вам.

– Я вижу, проходи, – дождавшись, когда жена зайдет, герцог закрыл за ней дверь.

Диана, сделав пару шагов, нерешительно застыла на месте. Заинтересованным взглядом она скользила по убранству комнаты. Оно и понятно – девушка впервые оказалась в спальне мужа. Несколько канделябров, расставленных по углам, позволяли Диане хорошенько разглядеть обитель герцога.

Девушка была удивлена, когда не обнаружила здесь каких-либо предметов роскоши. Просторная кровать, две тумбы по бокам от неё, шкаф у стены, камин напротив и большой стол, заваленный бумагой, посредине комнаты. Ни балдахинов, ни персидских ковров, ни статуэток, ни блестящих зеркал… Ничего такого, что так любила английская знать.

– Прошу прощения, если побеспокоила… – взгляд Дианы обнаружил несколько открытых сундуков у дальней стены.

– Не побеспокоила, – Дэвид начал складывать в стопку листы, что прежде были разбросаны на столе.

– Я пришла поблагодарить вас, Дэвид, – ощущая неловкость и в то же время намереваясь озвучить свои чувства, произнесла Диана.

– За что? – герцог, вскинув голову, непонимающе посмотрел на жену и прекратил свое занятие.

Диана, затрепетав от взгляда мужа, мягко ответила:

– За вашу заботу. За то, что отнесли меня и… – она снова покраснела, а голос её наполнился чувственным волнением:

– За то, что раздели меня.

Самоуверенная улыбка осветила лицо Дэвида.

– О, дорогая моя, поверь, мне было приятно это сделать. Особенно – последний пункт.

Герцог прошелся демонстративно откровенным взглядом по жене – от макушки её головы, до носочков мягких, домашних туфелек.

Диана вспыхнула.

– Это все, что ты хотела сказать? – выжидающе глядя на жену, поинтересовался Дэвид.

– Сундуки… – девушка нервно обняла себя за поникшие плечи. – Вы куда-то уезжаете?

– Да, есть дела, которые требуют моего присутствия.

– А когда вы уезжаете? – Диана не замечала, но голос её наполнился тревогой и тоской.

– Послезавтра утром.

– Так скоро? – девушка взмахнула длинными ресницами. – Это дела в одном из ваших поместий?

– Не совсем, – Дэвид присел на край стола, – мне нужно будет уехать значительно дальше, чем мои поместья в Англии. Я отправляюсь в плавание.

– В плавание? – упавшим голосом вопросила Диана. – И как долго вас не будет?

– Я рассчитывал вернуться через 2 месяца.

– 2 месяца?! – взгляд девушки стал озабоченно-удрученным.

– Не беспокойся, мое временное отсутствие никак не повлияет на твой комфорт. Можешь по-прежнему посещать светские рауты, однако если они тебе уже наскучили, я попрошу, чтобы для тебя подготовили одно из моих поместий, – Дэвид, прикидывая в уме эту идею, чуть сощурился, – да, думаю, одно тебе особенно понравится. Там живописная природа, море цветов и достаточно мягкий климат. Дом так же полон удобств и простора.

Диана, тронутая заботой мужа, нежно улыбнулась ему в ответ. Послав Дэвиду ласковый взгляд, девушка тихо спросила:

– А могу ли я отправиться вместе с вами?

Герцог непонимающе посмотрел на жену. Он никак не ожидал, что она изъявит желание отправиться вместе с ним. Женщины ценили комфорт, а там, куда собирался отправиться Дэвид, его было очень мало.

– Диана, ты, верно, не так поняла меня. Я отправляюсь в плавание не ради развлечения, а по совсем иной причине. Корабль будет в море около трех недель, это при условии хорошей погоды. Затем, почти столько же, я планирую провести на суше. Это путешествие, не для отдыха, дорогая. И тебе, как женщине, будет, временами, трудно. Добавь сюда вероятность возникновения морской болезни, штормы, палящее солнце и отсутствие привычных тебе удобств… Нет, для тебя это будет испытанием.

Диана помедлила с ответом. Она вздохнула так тяжело, что на короткий миг разум Дэвида посетил беспокойный вопрос – а не больна ли его жена?

– Дэвид, – сдерживая волнение, начала Диана, – для меня гораздо большим испытанием будет остаться здесь, без вас.

По лицу герцога поползло циничное недоверие, и девушка спешно добавила:

– Без вашего покровительства и защиты я буду чувствовать себя слабой, – Диана грустно печально улыбнулась, – и брошенной.

Признаваться в своих чувствах было трудно, и девушка, порывисто отвернувшись, продолжила:

– Понимаю, что со стороны это выглядит, как желание получить жалость… Но это не так. Меня пугает сама мысль, что вы уедете, и я останусь наедине с этим миром…

Горячие ладони властно легли на женские плечи. Герцог мягко развернул жену к себе. Их взгляды встретились. Её – полный уязвимости и переживаний. Его – твердый, холодный.

– Ты действительно хочешь этого? – строго вопросил Дэвид. Но строгость его никак не повлияла на желание Дианы.

– Да, всем сердцем хочу быть рядом с вами, – с жаром, выдавая свои чувства, выдохнула молодая герцогиня.

– Уж не влюбилась ли ты в меня? – с легкой насмешкой глядя в блестящие, синие глаза, поинтересовался Дэвид.

Диана смущенно заморгала. Робкая улыбка изогнула полные губы:

– Во время путешествия я постараюсь понять это.

Дэвид усмехнулся:

– Да поможет тебе Господь в этом непростом деле.

– Именно на Его помощь я и уповаю, – сверкая взглядом, уверенно ответила Диана.