ГЛАВА СОРОКОВАЯ

Еще какое-то время экипаж двигался по дороге, затем, начал медленно сбавлять свою скорость. Диана, вся вытянувшись, попыталась разглядеть что-либо там, вдали, где показались песчаные горы. Любопытство и волнение раздирали её грудь. Наконец, экипаж остановился.

– Дорогая, если закружится голова или станет противно, скажите мне, я прихватила нюхательные соли, – сообщила Аманда, выходя вслед за своим мужем.

Диана, бросив «спасибо», выбралась из экипажа. Ноги её тут же, почти по щиколотку, утонули в горячем песке. Девушка подняла глаза на мужа. Дэвид выглядел холодно-расслабленным. Но когда Диана оперлась на его крепкую руку, герцогиня ощутила напряжение, исходящее от мужа. Девушка хотела заглянуть в глаза Дэвида, но тот отвел взор в сторону и произнес:

– Идем.

Граф со своей женой уже отошли на несколько футов. Идя впереди, они о чем-то говорили и весело смеялись. Обернувшись, Марк послал Диане и Дэвиду торжествующий, полный гордости, взгляд.

– Сейчас, леди Диана, вашим глазам предстанет наиболее прекрасное место. Место, где сбываются мечты честных англичан. Место, которое делает нашу прекрасную страну сильнее и могущественнее. Итак, добро пожаловать!

Диана, едва справляясь с волнением, которое только усилилось от столь громкой речи графа, чуть ускорила шаг. Спустя несколько секунд взору девушки предстал огромное углубление, подобно кратеру, вниз которого ползали черные, почти голые люди. С этого расстояния они казались всего лишь муравьями – так далеко были эти люди. По кругу от этого кратера стояли солдаты, в руках которых были длинные, черные плети. Они, вскидывая эти плети, подгоняли тех, кто по их мнению, слишком медленно работал.

– Что это? – тихим голосом, ощущая легкое головокружение, спросила Диана.

– Здесь добывают алмазы, – граф растянул губы в довольной улыбке.

– Алмазы? – переспросила девушка. Она хотела бы, чтобы ответил муж, но Дэвид сохранял молчание.

– Да, леди Диана, такие блестящие камушки, которые так обожают женщины, – попытался объяснить Марк, но Диана, не выдержав, выдохнула:

– Я знаю, благодарю вас. А сколько платят этим людям за столь тяжелую работу?

Прежде чем ответить, граф переглянулся с Амандой, и оба они тихо рассмеялись.

– Дорогая моя, – снисходительно начала графиня, – зачем им платить? Они – рабы. Разве люди платят курам за то, что они несут яйца? Нет. Всего лишь кормят.

Диана нервно сглотнула и пораженно посмотрела на Аманду.

– Вы не шутите? – уточнила герцогиня.

– Ох, герцог, видимо, ваша супруга, еще не в курсе, какими делами мы промышляем, – усмехаясь, заявил граф.

Диана непонимающе посмотрела на мужа. Лицо его – холодная маска, не выражало ни сочувствия, ни сожалений.

– Великобритания уже долгие годы обогащается на добыче алмазов, золота и жемчуга, – ровным голосом сообщил Дэвид.

Граф начал что-то рассказывать про «могущество короны», но Диана уже не слушала его. Она смотрела в воронку, страшную, затягивающую, и пыталась сосчитать, сколько же здесь людей. Когда счет пошел на третью сотню, девушка поняла, что это бесполезное занятие. Людей было очень много. Очередной щелчок вскинутой плети заставил Диану вздрогнуть. Девушка посмотрела вдаль – там показалось несколько десятков рабов. По мере их приближения, герцогиня могла хорошенько их разглядеть.

Большинство из них имело черную или иссиня-черную кожу и внешность, характерную для коренных народов Африки. Но были и те, у кого была просто сильно загорелая кожа и другая внешность – прямой, чуть заостренный нос, тонкие губы, каштановые волосы…

Все эти люди, возраст которых было очень трудно определить (за исключением двух мальчишек) выглядели крайне изможденными. Тощие, с ярко проступающими ребрами, тонкими ногами и руками, они представляли собой душераздирающее зрелище. Набедренные повязки, что едва держались на их болезненно худых бедрах, норовила сползти, и тогда мужчины, сохраняя остатки своего достоинства, пытались узловатыми, потрескавшимися пальцами вернуть их на место.

У Дианы защипало глаза от подступивших слез, и чтобы не выдать своих чувств, девушка часто-часто заморгала. Сердце её сжалось от невыносимой боли, когда она столкнулась взглядом с одним из мальчиков. В темно-карих глубинах сквозила безысходность. Мальчик, глядя на Диану, растянул губы в робкой улыбке. Девушка, не выдержав, отвела взор в сторону. Ей стало удушающее стыдно.

– Это все, что я могу вам предложить, – сообщил граф деловым тоном.

– А женщины? – герцог смерил Марка пристальным взглядом. Тот усмехнулся:

– Все никак не уйметесь, даже при такой жене-красавице?

– Я хотел бы получить ответ на свой вопрос, – не сводя взора с холеного лица графа, произнес Дэвид.

Диана вся напряглась от ноток металла, что послышались ей в голосе мужа. А еще, что таить, беспокойство вызвал и разговор о женщинах, и вся эта душераздирающая сцена…

– Гилберт! – Марк махнул рукой одному из надзирателей – высокому блондину, лицо которого было гладко выбрито. – Приведи женщин.

Гилберт, качнув светловолосой головой, отправился выполнять приказ графа. Пока Диана ждала его возвращения, она испытала целую палитру чувств – сострадание, беспокойство, гнев и непонимание. Ей, вдруг, стало очень страшно. Нет, даже не то, что могла возникнуть вероятность того, что Дэвид выбирал женщин для себя. Как-то не укладывалось это в голове девушки. А то, что её муж имел какое-то отношение к происходящему.

«Нет, не может такого быть», – отчаянно застучало сердце Дианы, когда она в очередной раз посмотрела на сосредоточенное лицо Дэвида.

Наконец, Гилберт привел женщин. При виде них Диане стало плохо. В жалких обносках, которые едва прикрывали причинное место и груди, тоже худые, с затравленным выражением на лицах, эти несчастные, едва держались на ногах. Немалых усилий стоило Диане, чтобы не броситься к ним, чтобы хотя бы просто, защищая собой, обнять их.

– Больше половины, думаю, умрет в пути, – равнодушно заметил граф, – но деньги платите вы, герцог, поэтому решать вам.

– Я беру всех, – бесцветным голосом ответил герцог.