Глава 11

Ну и какого черта происходит с этими мужиками?

«Друг по переписке» куда-то пропал, одногруппники видимо решили устроить заговор по завоеванию меня, тогда как коллеги, судя по всему, решили устроить заговор против меня, а все потому, что единственный, кто их сдерживал вдруг неожиданно уехал в командировку.

Итан. Конечно.

Пожалуй, этот представитель сильного пола раздражает меня сейчас больше прочих. Хотя это не ново уже на протяжении нескольких лет. Однако сейчас я чувствовала себя прескверно, будто на мне лежала ответственность за его неожиданное исчезновение.

Больше всего злит, что это необъяснимое чувство вины, мешает продумывать дальнейший план моей мести. Кажется, словно я сама того не желая, попала слишком метко, сделав всего один выстрел.

— Целых две недели прошло. Где его черти носят? — бормотала я неосознанно, пытаясь изобразить в тетради бурю своих эмоций.

— Случайно не меня потеряла? — слащавый голос Арона вывел меня из раздумий, парень нагло усадил свой зад прямо на мою тетрадь.

— А можно это уже как-то побыстрее организовать? — процедила я.

— Что?

— Твоё исчезновение! — рявкнула я так, что парень подскочил.

Последние дни я стала какой-то слишком уж раздражительной. И я это прекрасно понимала, но поделать с этим ничего не могла.

— Ты чего? — от неожиданности пробормотал Арон, когда за его спиной в аудиторию уже входили преподаватели, — ты часом не «по девочкам»? — видимо все-таки, наконец-то обиделся, — вся группа за тобой увивается, а ты носом вертишь. Выбери одного, вот остальные и отстанут.

— Вы себя слышали вообще со стороны? Что за подкаты, типа «вашей маме зять не нужен»? Правда на что-то рассчитываете? — ой, кажется меня понесло.

— А ты, я смотрю, ждёшь рыцаря? Ты не слишком ли из себя возомнила для тупой пи…

— Закрой рот и займи своё место, — прогремел вдруг в аудитории голос, заставивший меня на секунду прикрыть глаза.

— Вот он, — прошептала я, глядя сквозь оцепеневшего Арона.

Славненько, вот и слуховые галлюцинации подъехали, на фоне чувства вины.

— Студенты, — обратился к аудитории куратор, будто пытаясь скрасить неловкое молчание, — хочу представить вам нового преподавателя! Я обещал одного из лучших шеф-поваров, для отработки практической части, однако нам выпала великая честь, заполучить самого лучшего! — куратор продолжал осыпать невидимого мне гостя восхищенными эпитетами, — представляете, он сначала отказался, но в последний момент передумал, вовремя осознав, что будущее поколение поваров должно учиться только у самых лучших мастеров.

— Студент, — голос в моей голове, кажется, обращался к Арону, — Вы займёте своё место самостоятельно, или мне необходимо лично Вас проводить?

«Прилипала» наконец отшатнулся, позволяя мне наладить зрительный контакт со своей «галлюцинацией».

— Думаю, для вас, как для будущих поваров, этот человек не нуждается в представлении. Человек-легенда, создавший с нуля целую сеть популярнейших ресторанов, участвующий во множестве кулинарных телепередач, человек, прошедший путь от корабельного кока, до повара президентской кухни…

— Итан Вилкинс, — произнесла я одними губами, одновременно с куратором.

Итан продолжал смотреть на меня не мигая. Казалось он вовсе не был удивлён неожиданной встречей, в отличие от меня.

Я так внимательно изучала его лицо, что заметила, как слегка дернулась его бровь. Затем его изучающий взгляд скользнул по моему телу, в сопровождении мурашек. Нахмурился и отвёл глаза, приняв непроницаемое выражение лица.

Что это с ним? Никогда ещё не видела его таким…

И вообще, что он тут делает?

— Присаживайтесь, — начал Итан, обращаясь к аудитории, когда куратор вышел за дверь, — сегодня вводная лекция по общим правилам, в следующий раз мы уже встретимся на кухне. Скоро у меня открывается очередной ресторан поблизости, и так как я уже забыл, как пользоваться ширпотребом, вроде того, что вам подсовывают на учебной кухне, я настоял проводить свои занятия там. До открытия ещё достаточно времени, чтобы я успел оценить ваши навыки, затем я выберу несколько человек для стажировки в «Lowland», а пару лучших займут место в основном составе поваров в новом ресторане, — он почему-то бросил на меня короткий взгляд.

О, нет-нет-нет… Он же не собирается избавиться от меня таким образом?

Я действительно так сильно зацепила его своей ложью? Уволить меня ему не позволяет совесть, решил, значит сплавить в другой ресторан?

Вот же идиот! И… Дура набитая!!!

Что я собиралась делать? И что наделала в итоге?

Я должна быть рядом… Чтобы вершить свою месть, естественно!

Нужно как-то разубедить его.

— Первое, и, пожалуй, самое главное для начала, ваш внешний вид, — продолжал вещать «профессор», — закрытая обувь, — неторопливо начал перечислять он, — китель, — снова выдерживая паузу, — колпак. Волосы… — он осекся, снова взглянув на меня, и прищурился.

Я в растерянности провела по голове, силясь понять, что сделала не так.

Итан прочистил горло и продолжил:

— Волосы должны быть собраны в тугую прическу, чтобы ни один волосок не попал в еду.

Вот черт! Мои пальцы наткнулись на нечто твёрдое. Щеки загорелись, и я стыдливо стянула с волос зажим для галстука…

Божечки! Ну, точно пустоголовая! Зачем только напялила эту безделицу?

Что он теперь там себе надумает?

Мне нужно убедить его оставить меня, а не провоцировать выгнать!

«Девочка… Я был так ослеплён ею, что принял свои чувства за ее, — мысли о том ночном открытии все ещё больно впивались в сознание Итана, когда он входил в аудиторию, — какого черта я только согласился на эти мастер-классы? Я же отказался сначала, не нужно было менять решение и всеми силами выгонять заменившего меня повара. Стоило лишь узнать, что она собирается сюда, так я, даже не задумываясь, нужен ей или нет, притащился… Не нужен! Я должен оставить ее в покое. И без того успел зайти слишком далеко».

— Вы себя слышали вообще со стороны? Что за подкаты, типа «вашей маме зять не нужен»? Правда, на что-то рассчитываете?

«Бонни… — он будто бы вдыхал это имя, мысленно усмехаясь, — как всегда, неугомонная девчонка. Отшивает ухажера? Хорошо…»

— А ты, я смотрю, ждёшь рыцаря?

«Это ещё кто? Это он так говорит с моей…»

— Ты не слишком ли из себя возомнила для тупой пи…

— Закрой рот и займи своё место, — ещё до того, как успел обдумать, произнёс Итан.

«Это ещё что за тварь такая беспозвоночная позволяет себе так с ней разговаривать?»

Итан невольно сжал кулаки, когда понял, что парень не собирается шевелиться:

«Ну же! Свали, черт бы тебя побрал! Мне нужно лишь взглянуть на неё. Она ведь в порядке? Что она подумает, встретив меня здесь? Расстроится? Как всегда взбунтуется? Наверно это для меня лучший вариант… Дьявол! Чего он встал?»

— Студент, — не выдержал Итан, — Вы займёте своё место самостоятельно, или мне необходимо лично Вас проводить? — прошипел он злобно.

«Убирайся!!!»

Он заметно выдохнул, когда парень, наконец, отшатнулся.

«Бонни. Черт. Я так виноват перед тобой! Больше я не посмею переступить грань. Отныне, как и в детстве, ты моя маленькая сестренка. И для твоей же безопасности я должен держаться от тебя подальше».

Будто никого больше не было в аудитории, он просто смотрел на неё, пытаясь вспомнить какой-нибудь момент из детства, чтобы развидеть в ней предмет своего неудержимого желания, и снова увидеть малышку Бон-Бон, которую он любил чистой братской любовью. Но мысли метались в его сознании, как назло возвращаясь к не самым невинным воспоминаниям.

Он смог, наконец, уцепиться за книгу. Да, самую что ни на есть обычную книгу, которую он подкинул Бонни, когда маленькая пигалица поспорила, якобы не забросит идею стать художницей. Это был самоучитель по рисованию.

Итан долго и тщательно выбирал его в книжном, обращая внимание в основном на простоту изложения. Он догадывался, к кому в итоге придёт Бон-Бон с этим учебником, поэтому отчасти намеревался заранее упростить задачу самому себе.

Однако он не собирался просто сдаться маленькой упрямице, и долгое время набивал себе цену, наигранно отнекиваясь от ее просьб читать ей.

— Итан Вилкинс, — показалось, сейчас прошептала Бонни, возвращая мужчину в реальность.

«Она позвала меня? Что-то не так с ее лицом? Не злится? Уставшая. Кажется, похудела за эти две недели…» — его взгляд невольно двинулся по ее телу, в поисках подтверждения предположения: тонкая шея с цепочкой под самое горло, острые ключицы с бретельками от блузки поперёк, грудь… полоска обнаженной талии… округлые бёдра и стройные ноги, затянутые в джинсы…

«Дьявол! Нельзя даже смотреть в ее сторону…» — он насилу отвёл взгляд и наконец собравшись с мыслями, начал излагать аудитории свой план по избавлению Бонни от себя.

— Первое, и, пожалуй, самое главное для начала, ваш внешний вид, — уже собирался заканчивать Итан, желая побыстрее убраться на безопасное от девушки расстояние, — закрытая обувь, — «чтобы можно было поставить ее на свои ноги, спасая от какой-то химии», — китель, — «чтобы ей было во что завернутся, когда ее болтливый язык оставит ее без одежды», — колпак, — «чтобы прятать туда ее…», — волосы… — он осекся, поднимая взгляд на Бонни, только сейчас заметив сверкнувший в ее волосах аксессуар:

«Будто знала, что я приду. Решила всячески напоминать, что я переступил черту?»

Он ушёл так же неожиданно, как и появился.

В нетерпении отсидев ещё одну пару, я с замиранием сердца отправилась на работу.

Что же теперь?

Он возненавидел меня? Презирает, за то, что я опорочила наши воспоминания?

Я должна объясниться с ним. Но как?

Сказать, что он неправильно меня понял, и под «тем, что он сделал» я имела в виду арест Бэна?

Да у меня даже язык не повернётся заговорить с ним об этом.

Я будто воровка пробралась в раздевалку. Полчище «холодных», во главе с Винсом, сейчас меня пугало гораздо меньше, чем перспектива отправиться в кабинет Итана. Комната оказалась пустой, поэтому наспех переодевшись, я нехотя побрела на кухню.

— Ты уверен? — не успев переступить порог, я услышала его голос.

— За что купил, за то и продаю, — тихо отозвался сушеф, однако мужчины стояли аккурат за дверью, поэтому я могла услышать каждое слово, — мастер сказал, что труба была будто специально повреждена. Ещё пошутил, что конкуренты решили подарить нам фонтан посреди ресторана.

— Я тебя услышал, — задумчиво пробормотал Итан, — меня это тоже насторожило. Мы всегда вовремя обслуживаем оборудование, следим за исправностью техники, каждая мелочь под присмотром у соответствующих мастеров.

— И я о чем? Эту трубу, вместе с остальными меняли в этом году.

Я, наконец, собралась с духом и неуверенно толкнула дверь.

— Шеф, кстати, — очнулся Винс, заметив меня, — кажется, на кухне орудует маньяк, — он то и дело кидал в мою сторону ухмылки, — Вы всё пропустили: когда разобрались с потопом, я обнаружил, что все мои инструменты намертво приклеены к столу.

Я задержала дыхание.

Вот же черт! Ну почему именно сейчас? Надо ж было тогда спалиться перед Итаном.

Все ещё стоя в проеме двери, у меня было желание выйти обратно. Я украдкой взглянула на шефа: непроницаемое лицо, и всего секунда замешательства.

— Это я — твой личный маньяк, — вдруг выдал он, — сколько раз говорил, не оставлять такой беспорядок на рабочем месте! Если снова увижу этот срач, боюсь, хулиганством не обойдётся.

Взгляд Итана всего на секунду метнулся в мою сторону, но этого было достаточно, чтобы я почувствовала холодок, пробежавший по спине.

Если в прошлый раз он ничего не сказал, то теперь мне точно «влетит» за эту шалость. Я должна что-то предпринять?

Нужно хоть немного поговорить с ним, чтобы понять, насколько плохи мои дела.

— Можно? — тихо постучав, я заглянула в кабинет.

Итан, крутивший в руках какую-то треснувшую кружку, слегка вздрогнул, и поспешил спрятать объект своего чрезмерного внимания в стол.

— Что-то хотела? — его взгляд был полон растерянности сейчас.

— Ваш кофе, — пробормотала я, входя в кабинет не дожидаясь приглашения.

Он прикрыл глаза, когда я опустила перед ним чашку, и шумно потянул носом воздух. Кажется, у меня затряслись коленки от напряженной атмосферы.

— Новенькая, — начал он, и мне стало не по себе от этого безликого обращения, — в связи с тем, что ты приходишь на работу к обеду, а иногда и после, смысл в утреннем кофе утрачивается автоматически. Поэтому я освобождаю тебя от этой обязанности. Эту функцию возьмёт на себя стажёр.

— Ну, нет же… — что я могу на это возразить, — я хочу сама…

— Зачем? — рявкнул он, неожиданно распахнув глаза.

— Прости, — пробормотала я, опуская взгляд, окончательно растерявшись от его реакции, — и за клей. Спасибо, что взял вину на себя…

— Это не имеет к тебе отношения, — его голос стал спокойнее, но все еще холодным, — Я, как руководитель, должен пресечь дальнейшее разложение коллектива. Если это всё, возвращайся к работе.

Нужно сказать ему. Я должна объясниться.

— Итан, той ночью… — я замолчала, когда он как-то измученно выдохнул и снова прикрыл глаза, — я должна… — и опять осеклась, когда его взгляд прожег меня.

— Бонни, ты ничего не должна, — твёрдо отрезал он, — ты сама предложила забыть, что мы когда-то были знакомы. Давай на этом и остановимся. Тебе нужна работа — работай, или что ты там собиралась делать. Отныне прошлое в прошлом, нет необходимости его ворошить. Я осознаю свою ошибку и раскаиваюсь перед тобой. Но я уже не могу ничего исправить. Это из разряда того, что невозможно оторвать или зашить. Прости, — в его словах звучала такая горечь, что слова комом встали у меня поперёк горла.

Я ожидала чего угодно: гнева, презрения, даже увольнения, но никак не боли…

Боже мой, Итан! Я действительно так сильно ранила тебя?