XV

Дайана

У нас все получилось. Я понимаю это где-то между изучением своей комнаты – просторной и светлой – и сушкой волос. Я принимаю душ быстро, словно обладаю ограниченным количеством времени. Видимо, сказывается то, что я еще не до конца выдохнула. Кажется, что нужно куда-то спешить, еще не все сделано. А потом выхожу в полотенце в комнату, бросаю взгляд за окно на заснеженный лес и понимаю: мы сделали это. Мы вытащили Блэкфлая и увезли туда, где безопасно.

Это еще не конец пути. Надо найти предателя, надо разобраться с демонами, которые захватывают тело магистра, нужно решить вопрос с МагСтражем – проблем предостаточно. Но это можно сделать не сегодня.

Сегодня, да и завтра, а может быть, в ближайшую неделю можно не спешить. Просто восстанавливать силы, спать, дышать свежим воздухом. О дальнейших планах не нужно думать на бегу. Поговорить тоже можно не торопясь.

Пока все это вызывает удивление. У меня не было передышки с того момента, как я взялась за задание эш Гриса, еще не представляя, кто он такой. Я тогда вообще не знала, что рядовой заказ – проверка, которая приведет меня обратно в Северные земли. Сейчас создается ощущение, что это было очень давно.

Я открываю шкаф Дафны и начинаю перебирать вещи. В основном как она любит: светлые легкие платья, подчеркивающие не мою красоту, сексуальные халаты. Похоже, от неприятностей Дафна собиралась спасаться не одна. Но находится и пара устроивших меня вещей. Например, изумрудное длинное платье с высоким воротом – мягкое и уютное. То, что мне нужно прямо сейчас. Хочется почувствовать себя хотя бы немного дома.

К моменту окончания сборов я полностью выдыхаю, но меня тут же начинает заботить другой вопрос. Как там Мрак? Он один в комнате за закрытой дверью. Почему не подает признаков жизни? Спит? В душе? А может быть, без сознания?

Я понимаю, что веду себя как идиотка, но отогнать глупые мысли не получается. Волнуюсь, но предлога зайти к нему не нахожу. Велик шанс застать его в душе и попасть в глупую ситуацию, поэтому я спускаюсь на первый этаж и решаю изучить содержимое холодильного шкафа. Тут есть все, что душе угодно. Дафна постаралась. Недели две можно продержаться, не задумываясь. А если экономить продукты, то и дольше.

Я достаю мясо. Нужно себя чем-то занять, а готовка очень хорошо разгружает голову и избавляет от тревог. Конечно, я далека от образа идеальной хозяйки, но жизнь в одиночестве научила меня готовить элементарные блюда. Уж запечь мясо со специями и порезать овощи я в состоянии. И мне, и Блэкфлаю нужна нормальная еда, чтобы восстановить силы. К тому же процесс готовки отвлекает от жажды проверить, как там Блэкфлай. Не стоит нагло вламываться в его комнату, даже если все внутри сжимается от беспокойства. Магистр точно не одобрит такое поведение.

Ставлю запекаться мясо, чувствуя себя просто неприлично хозяйственной. Оказывается, я совершенно отвыкла жить без Ребекки или ресторана. Навык не утратила, но ощущения испытываю странные.

Закончив с делами на кухне, отправляюсь в кабинет, к зеркалу для связи с внешним миром. Настраиваю сначала на Ребекку. Узнаю, что Эль добрался до замка Блэкфлая. И свиток тоже. Даю этим двоим указания, выдерживаю напряженный взгляд вампира, запрещаю приезжать и объясняю, как проконтролировать Маркуса, который тоже уже прибыл на место. Я хочу отправить его домой и снять с него все подозрения, но отдавать свиток бесконтрольно тоже не лучшая идея. Слишком ценный и неоднозначный артефакт. Поэтому велю Элю проконтролировать и оставаться на связи.

Про нападение не говорю. Эль и так недолюбливает Блэкфлая и считает ошибкой его освобождение. А Ребекка, как и остальные ученики, слишком верит в неуязвимость учителя. Боюсь, такой поворот станет для нее ударом. Плюс подруга всегда слишком нервничает из-за меня. Не стоит ей добавлять тревог. Они ничего не изменят и помочь мне тоже не смогут. Пусть лучше оберегают свиток. По крайней мере, это в их силах.

– Ты там одна… – интересуется вампир, сверля меня взглядом, словно надеется, что сможет проникнуть ко мне сквозь переговорное зеркало.

– Не одна, и ты это знаешь, – отрубаю я, не испытывая желания развивать эту тему дальше.

– Знаю. И поверь, меня это совершенно не радует.

– Не нужно радоваться, нужно просто немного подождать. Я хочу, чтобы вы поняли, кто сильнее всего дергается из-за освобождения Блэкфлая. Следите за людьми в замке. Кто-то обязательно себя выдаст.

– Тут не знают об освобождении. Маркус и Дафна велели не распространяться, – признается Ребекка. – Точнее, догадываются многие, но подробности известны строго ограниченному количеству лиц. МагСтраж уже навещал нас. Рыскали, даже пытались считывать. Но от считывания научились защищаться даже мелкие. У магстражей не вышло ничего. Дафна в городе, а остальные, даже Кэвин, не в курсе подробностей. То есть для всех Блэкфлай исчез из камеры, и его активно ищут. Основная масса жителей замка строит предположения. Те, кто поумнее, понимают: магистр не исчез сам собой. Не просто же так увезли Пушистеньку. Самые умные связывают его исчезновение с тобой, но подробностей не знает никто. Даже я.

– Ну и прекрасно. – Я киваю, но не тороплюсь просвещать подругу. Ей и не нужно ничего знать. Так безопаснее. – Все равно следите за всеми. Мы до сих пор не знаем, кто заложил Блэкфлая. И это плохо, потому что ничто не помешает предателю выдать наше месторасположение, если он про него узнает.

– Все это очень странно… – Ребекка вздыхает. – Никто не предупредил МагСтраж, когда вы вытаскивали Блэкфлая. О подготовке ведь тоже кто-то знал.

– Значит, этот человек сомневается? – предполагает Эль. – Сдал учителя, но потом передумал?

– Или это случайный человек, – высказывает предположение Ребекка. – То есть не ближайший круг. Просто кто-то оказался случайно в нужном месте. Подслушал, получил доступ к документам и вызвал МагСтраж. А потом у него не было возможности препятствовать нам. Он просто не в курсе.

– Представления не имею. – Я кусаю в задумчивости губу. Дурацкая привычка. – Может быть всякое, вечером поговорю с Блэкфлаем. Возможно, мы вместе придем к какому-нибудь выводу. Эль, проследишь, чтобы все прошло без проблем с Маркусом, и вернешься в замок. Ты мне тут не нужен. Если что-то потребуется, я тебя вызову. Сам не суйся.

– Я хочу быть рядом с тобой, Дайана, – говорит он, приблизившись к зеркалу вплотную, так, чтобы я видела тоску в красивых голубых глазах и несчастное лицо Ребекки на заднем фоне. Мне не нужно сейчас ничего этого. Не хочу. И так нелегко. Зачем мне еще дополнительные сложности?

С друзьями прощаюсь торопливо, пока Эль не сказал мне чего-нибудь лишнего, что заставит Ребекку страдать еще сильнее, а меня – раздражаться. Вампир явно нервничает, что я тут наедине с Блэкфлаем. Но о чем ему переживать? Я и раньше была не нужна Мраку, мы поставили точку при нашей предпоследней встрече, когда он в очередной раз меня унизил. А я не Ребекка, не буду страдать, зная, что не нужна. Не в моем стиле. Да и других проблем выше крыши. Последние годы научили меня многому. А сейчас Мрак вообще начнет от меня шарахаться. Я видела его слабость, и он едва меня не убил. Думаю, этого достаточно, чтобы сделать пропасть между нами еще глубже.

Дафна выходит на связь не сразу, я даже начинаю волноваться. А когда появляется ее красивое лицо, я удивляюсь тому, что разговаривает она со мной из ванной комнаты. На Дафне фривольная сорочка цвета шампанского, а волосы тщательно уложены в показной беспорядок.

– У вас все нормально? – спрашивает она шепотом.

– Да. А что у тебя происходит?

– Не обращай внимания. – Она закатывает глаза. – Я уже неделю играю примерную жену. Ты бы знала, как оно мне надоело! Зато меня видела вся столица. Я постоянно или дома, или на людях и разных общественно значимых мероприятиях. Муж в восторге, не может понять, что такое случилось. А я просто панически боюсь, что меня поймает магстража. Кстати, они приходили с утра. Были очень недовольны, когда поняли, что вытащили меня из постели. Еще больше оказались недовольны, когда осознали, что в постели я была с мужем. И он уже третий день дома, как и я. Убрались ни с чем. Передай Блэкфлаю, что я уже не помню, когда спала с собственным мужем (и не горела желанием воскрешать традицию), все ради него. Как он, кстати? Со мной связывался Маркус, говорит, неважно.

– Не знаю, – отвечаю я предельно честно. С Дафной не имело смысла юлить. Она не Ребекка. – Он чуть меня не убил, когда демоны захватили власть над телом. Если он потеряет контроль… – Я замолкаю.

– Что нам делать в этом случае? – деловито уточняет она, и я выдыхаю, почувствовав поддержку. Дафна, как и я, умеет быть сильной и не рассыпаться в ненужном сочувствии, когда требуется действовать решительно.

– Не знаю. Но я украла для эш Гриса свиток…

– Да. Его должны передать Эль и Маркус.

– Именно. Этот свиток может уничтожить живой сохрон и отправить демонов в Запретные земли.

– Дайана, зачем ты его достала?! – Дафна начинает нервничать. – Теперь Блэкфлая могут убить!

– Это плата за помощь эш Гриса. Если бы я не достала свиток, то не спасла бы Блэкфлая. Понимаю, что звучит глупо. Но сама знаешь, выбора не было.

– То есть ты спасла Блэкфлая от смерти, подарив эш Грису артефакт, который может убить? Прекрасно.

– Дафна, не начинай! – Я морщусь. – Никто не предложил другое решение.

– Зачем ты говоришь мне все это? – наконец задает она правильный вопрос.

– Я верю, что Блэкфлая сдала не ты. Ну почти верю… – признаюсь я, а она хмыкает. Уверена, Дафна в отношении меня думает примерно так же. Ну не умеем мы доверять. – Если вдруг со мной что-то случится… Если вдруг Блэкфлай потеряет контроль, я хочу, чтобы ты знала, как его можно остановить. Заклинание несложное, тебе понадобится только свиток и сильный маг.

– Я бы предпочла знать, как вернуть его в нормальное состояние, – мрачно отвечает она.

– И я тоже. Но не уверена, что это возможно. И допускаю, что и эта информация в свитке есть. У меня не было возможности как следует его изучить. Но я верю, что Блэкфлай оправится. Я расскажу ему про свиток, и, вероятно, мы вдвоем придумаем, как до него добраться. Если есть способ выгнать демонов из тела магистра, мы его отыщем.

Мы с Дафной договариваемся держать друг друга в курсе дел, и я отправляюсь вниз, чтобы выключить мясо. Жду немного, но, когда Блэкфлай так и не появляется на кухне, принимаю решение все же подняться на второй этаж и узнать, как у него дела. В любом случае прошло уже почти три часа. Душ он точно принял, а если спит, просто проверю, дышит ли он, и не буду будить. Нужно убедиться, что у него все нормально.

В комнате Блэкфлая тихо. Меня встречает груда грязной одежды на полу и неразобранная кровать. Сердце испуганно подпрыгивает в груди, и я бросаюсь в ванную комнату, уже не заботясь о своем душевном спокойствии. Первая мысль – Мраку стало плохо, и он потерял сознание. Но все оказывается прозаичнее и не так страшно. Я выдыхаю, а сердце продолжает биться в лихорадочном ритме.

Блэкфлай лежит в наполненной ванной и спит. Вздымается грудная клетка, можно услышать глубокое дыхание. Мирно журчит вода, текущая из крана, плещется у самых краев – хорошо хоть перелив работает нормально и вода не затопила пол. Мрак откинулся на одну из стенок и спит. Черная челка падает на закрытые глаза, а руки лежат на бортиках ванны.

Я замираю, не зная, что делать. Есть подозрения, что нельзя оставлять его так. Он выглядит красивым и уставшим, а еще может во сне сползти ниже и случайно захлебнуться. Наверное, это будет самая идиотская смерть в истории темных магистров.

Я смотрю на Блэкфлая и понимаю, что он все еще самый красивый мужчина из всех, кто встречался на моем пути. На мой вкус в нем идеально все. С моих шестнадцати ничего не изменилось. Ни он, ни мое понимание прекрасного. И даже недели плена не смогли стереть эту красоту и мужественность. Я разглядываю его и сейчас верю: какие бы испытания ни приготовила ему судьба, он сильный и справится со всем.

Сильные мышцы грудной клетки, рельефные руки и смуглая кожа. Пена на воде скрывает остальное тело, и это хорошо. Я не хочу разглядывать его обнаженного, пока он спит. Есть в этом нечто неправильное и стыдное… Я и так чувствую себя на редкость глупо. Не могу сказать, что смущаюсь, скорее, просто уже в том возрасте, когда понравившегося мужчину хочется изучать открыто и взаимно. Или не изучать вовсе.

Раны на запястьях от наручников уже не выглядят такими ужасными, какими были всего несколько часов назад. На магах все заживает как на собаках, особенно если использовать правильные зелья. Блэкфлай отмылся от крови, и я вижу, что повреждений меньше, чем я думала, и они не такие страшные, как показалось, когда мы с Маркусом обрабатывали их в экипаже. Мрак даже похудел не сильно. Он быстро восстановится и придет в себя. Нужны только покой и нормальное питание. Хочется верить, что все это у нас есть. Ну, остается вопрос о том, как сильно пострадало его душевное здоровье. Иногда невидимые глазу раны заживают дольше. И именно через них могут найти путь на волю демоны.

– Тебя не учили, что подглядывать нехорошо? – хрипло спрашивает Мрак, открывая глаза. Сейчас обычные светлые, подернутые сонной дымкой.

Я вздрагиваю, словно меня застали за чем-то постыдным, и, возможно, даже краснею, но быстро беру себя в руки. Мне не нравится, что он по-прежнему может заставить меня робеть. Это неправильно. Он не первый обнаженный мужчина в моей жизни.

– А тебя не учили, что спать в ванной опасно? – парирую я. – Особенно если ты едва жив.

– Боишься, что я утону? – Он иронично изгибает черную бровь, насмехаясь надо мной. Видимо, Блэкфлаю стало лучше, и он снова чувствует себя хозяином положения.

На наши разговоры прибегает Пушистенька. Он материализуется из воздуха и прыгает на бортик ванны, пытаясь подлезть под руку Мрака. Балансирует на ободранных кривоватых лапах и, после того как едва не падает в мыльную пену, раздраженно дергает хвостом и спрыгивает на пол, уставившись с ненавистью почему-то на меня. Словно это я пыталась столкнуть его в воду.

– Вообще, я переживала, что ты умер, – признаюсь я. – Но вижу, мои волнения беспочвенны. Ты, как и Пушистенька, живее всех живых.

– Сравнение в твоем духе… – мрачно замечает Блэкфлай.

Шальная веселость слетает, и я пожимаю плечами. Что скрывать? Демоны в Блэкфлае помогли выжить ему и нам. Но, как и Пушистенька, Блэкфлай не стопроцентно нормальный. Оба они жертвы магического эксперимента.

– Если ты сносно себя чувствуешь, то думаю, стоит поесть, – говорю я. – Мясо готово. Ну и разговор не повредит.

– Ты права, – отвечает Блэкфлай и начинает подниматься из воды, совершенно не стесняясь моего присутствия.

Закрывать глаза и бежать как-то уже совсем по-детски глупо. Поэтому я просто замираю, наблюдая за тем, как из воды показывается мощный торс, по которому стекает мыльная пена, плоский живот с рельефными кубиками… а ниже я все же решаю не смотреть и отворачиваюсь, чувствуя, как вспыхивают щеки.

– Жду внизу, – глухо сообщаю я и выхожу. В спину доносится тихий смех. Он еще и издевается! Гад!

Невольно думаю: а не так ли я себя веду с Элем? Если он хотя бы вполовину чувствует то же самое, когда я переодеваюсь при нем, пожалуй, стоит извиниться. Однажды он показал мне отражение своих чувств, но только сегодня я осознала в полной мере, что именно он тогда хотел мне сказать.

Я никогда не была фиалкой, даже в шестнадцать чаще я провоцировала Блэкфлая и никогда он – меня. Но сейчас почему-то все меняется. Не исключено, потому что он неуловимо отвечает на мой импульс. Я чувствую в нем… возможно, взаимное влечение… хотя это глупо. Но целовал же он меня в своей артефакторной? Это был поцелуй-наказание, но вдруг он не оставил равнодушной не только меня?

Боги! Мрак едва не убил меня пару часов назад. За нами гоняется весь МагСтраж Северных земель. Демоны рано или поздно захватят власть над его телом, почему же я вообще думаю про поцелуи? Это такой откат после сложного дня? Организм требует снять стресс сексом? Нет, такие мысли – это однозначно не то, что я хочу пускать в свою голову.

Я раскладываю по тарелкам мясо и овощи, думаю и понимаю, что Блэкфлай как хочет, а я взрослая девочка, которая до дрожи в руках желает выпить. У Дафны же должно быть вино?

Вино у Дафны находится. Причем выбор весьма богат и недурен. Оказывается, у нас совпадают алкогольные предпочтения. Я достаю бутылку красного, придирчиво изучаю сорта винограда и, убедившись, что они меня устраивают, наливаю себе в бокал, облизываясь от предвкушения.

– И даже меня не дождешься?

Голос Блэкфлая оказывается полной неожиданностью. Я подпрыгиваю, едва не ударяюсь лбом о ящик и чудом удерживаю в руках бутылку. Разлила бы вино, пришлось бы еще заниматься уборкой. Слишком много хозяйственных дел для одного дня.

– Зачем же так пугать! – возмущаюсь я, смутившись от своей неадекватной реакции на его появление.

– Я просто подошел, и все. Нальешь? – спрашивает он, кивнув в сторону бутылки.

– Конечно. – Я улыбаюсь, прогоняя неуместное волнение. Я стала слишком нервной. – Просто не знала, будешь ли ты пить после всего случившегося.

– После всего… – он делает ударение на последнем слове, – я бы предпочел и покрепче.

– У Дафны есть. У нее алкоголь на любой вкус. Хочешь, поищу что-нибудь?

Обыденный разговор снимает напряжение, и я готова продолжать его до бесконечности. Он простой и понятный.

– Не стоит. – Мрак мотает головой и усаживается на ближайший к нему стул. Он все еще испытывает слабость, но уже выглядит гораздо лучше. – Наши желания не всегда совпадают с нашими потребностями. Мне нужно сохранять подобие трезвого ума. Сейчас опасно терять контроль по любой причине. Поэтому красное вино – лучший выбор.

– Это точно, – соглашаюсь я. – Мне очень хочется жить. А со всеми твоими демонами я не справлюсь.

– Я научу тебя как, – говорит Блэкфлай обыденно, будто не предлагает себя убить. – Не думаешь же ты, что я не озаботился этим вопросом? Я долго изучал то, что со мной происходит, и нашел способ убить себя так, чтобы никто не пострадал и демоны оказались в Запретных землях. Ты должна быть готова, если случившееся сегодня повторится.

Я понимаю, что он говорит правильные и логичные вещи, но сердце болезненно сжимается. Я не готова его убить, хоть и не хочу признаваться в этом. Признание звучало бы как слабость. А слабость я ненавижу и в себе, и в других. Знаю, что стоит промолчать и не давить на больную мозоль, но, не удержавшись, все же шепчу:

– Так, может, мы их отправим в Запретные земли, а тебя оставим тут? Ты нам еще нужен.

– Вот такого способа я не нашел. – Мрак грустно усмехается, но смотрит на меня уверенно и прямо. Он сожалеет, что так получилось, но все равно уверен в том, что делает сейчас. – Я не терял надежды, думая, что рано или поздно отыщу такую возможность. Только сейчас не уверен, что на это хватит времени. Но, Дайана, я серьезно. Если я потеряю контроль, в следующий раз ты сделаешь все, как я скажу. Речь не только о тебе или обо мне, если дать волю чудовищам внутри меня, пострадает слишком много людей.

– Но тут нет ничего… твои наработки… – Я сглатываю, думая, как лучше сказать. – Там многое уничтожено. Впрочем, кому я вру… там почти все уничтожено. Мы не хотели, чтобы твои магические работы попали в руки МагСтража. Разбираться в том, что именно уничтожали, времени не было.

– Это не важно, я создал заклинание и помню его наизусть. Такие вещи я всегда храню в голове, но за остальное спасибо. Вы даже в такой ситуации оказались верны…

– Не все… – задумчиво заметила я. – Кто-то все же предал. А что касается заклинания, то я достала эш Грису черный свиток. Мы с… – Я запинаюсь, но почему-то решаю не упоминать Кэла. – Не важно с кем… в Южных землях в гробнице нашли жреца, который служил сохроном. Демоны не убрались из его тела даже после смерти. Этот свиток помог уничтожить умертвие и изгнать демонов в Запретные земли.

– Где этот свиток? – интересуется Блэкфлай.

– Думаю, уже у эш Гриса. Эль должен был передать, как только я сообщу о том, что мы в безопасности. Это очень плохо?

– Сейчас это не важно. Подозреваю, у меня получилось воссоздать именно то древнее заклинание или нечто похожее. Эффект тот же. Просто если бы свиток попал ко мне несколько лет назад, я бы не потратил столько времени даром. И возможно, смог бы придумать вариант, позволяющий избавиться от демонов, но сохранить себе жизнь. А может быть, такого способа в принципе нет. Ты выучишь это заклинание наизусть и, как только я буду представлять угрозу тебе или окружающим, прочитаешь его. Понятно, Дайана? – В голосе Блэкфлая звучит металл. Учитель не собирается давать мне выбор. – Только у тебя из всех моих учеников хватит духу и толку сделать все правильно.

– Как определить, что пора? – спрашиваю я. – Сегодня же ты пришел в себя. Как понять, что пути назад нет?

– Пути назад нет. Тут и понимать нечего. Давно нет, Дайана. Как только я превращусь в чудовище, не жди, что я стану собой. Хорошо? В свою очередь, я пообещаю, что буду себя контролировать. Сейчас уже проще. До… – Мрак морщится, не желая упоминать время, проведенное в МагСтраже. – Не составляло труда. Я надеюсь вернуться к тому состоянию. Просто нужно время. Сейчас самый опасный период. Неделя, может, две – и опасность минует. Но пока будь начеку.

– Я видела черную магию там, в карете, когда тебя ранили снежуры. Получается, уже тогда ты не очень хорошо себя контролировал?

– Магия – это не демоны, она не влияет на мое сознание, – пояснил Блэкфлай. – Она просто есть. Раньше демоны не могли управлять моим телом. Они просто… просто сидели, запертые внутри, я ощущал их как инородный предмет.

– Зачем ты это сделал?

– Я обязательно расскажу, Дайана, но сейчас слишком о многом надо поговорить, кроме ошибок, которые невозможно исправить. Сначала ты выучишь заклинание, потом мы решим, что делать дальше, и попробуем понять, кто и по какой причине меня сдал, а потом я расскажу тебе, как превратился в сохрон.

Блэкфлаю лучше. Я вижу это по его уверенным движениям, аппетиту и разговору. Он больше не морщится от боли при каждом неловком движении. Но, несмотря на это, я все же выдаю ему еще два зелья. Вообще, стоило бы сделать перерыв, но мы оба понимаем: сейчас лучше немного переборщить. Нужно как можно быстрее восстановить силы. Прежде всего чтобы не допустить ситуации, которая произошла сегодня с утра.

Мы пьем вино и вполне мило обсуждаем события, которые медленно уходят в прошлое. Берем початую бутылку и перемещаемся на диван в гостиную, где уютно потрескивает камин. Такой вечер тишины как нельзя кстати, но воспринимается как нечто нереальное. Сон. Слишком хороший и спокойный, чтобы быть правдой.

– Есть какие-нибудь мысли о том, кто тебя предал? – спрашиваю я, разглядывая, как вспыхивает рубиновыми бликами вино в бокале. На стекле отражается огонь камина.

– Честно? – Блэкфлай очень внимательно смотрит на меня и делает глоток вина. – Представления не имею.

Я хмыкаю и качаю головой. Исчерпывающий ответ. Я бы не сказала лучше. Я тоже до сих пор не знаю. Есть очень и очень смутные подозрения, пока еще даже не оформившиеся ни во что конкретное.

– Точнее, так… – задумчиво продолжает Мрак. Разговаривая даже больше с собой, а не со мной. – Я много думал и понял. Шанс был у любого. Вряд ли это сделала Дафна. И точно не ты. Не Маркус, его просто не было поблизости. Он давно уже не появлялся в Северных землях и вообще слабо представлял, чем мы живем и что у нас тут происходит.

– Почему не Дафна? – спрашиваю я, хотя в целом согласна с этим суждением. Я сама убрала ее из списка подозреваемых почти сразу же. – Исключая тот момент, что ей просто это невыгодно.

– Дафна знала обо мне раньше, – признается Мрак. – Подозревала – так точно. Хотела бы сдать – сдала бы раньше. Тут действовал тот, для кого документы в папке оказались откровением. Или эш Грис… сдал меня и поймал на крючок тебя. Получил, что хотел. Вполне в его духе.

– Слишком сложная схема. Не находишь?

– У него простых и не бывает. Я еще в МагСтраже думал о том, что… вдруг кому-то выгодно сделать из меня опасного для общества монстра? Я сейчас определенно опаснее, чем две недели назад.

– Думаешь, такой человек есть у тебя в замке? – Я усмехаюсь. – Я думаю, все проще…

– Проще? – Он вопросительно смотрит на меня, ожидая пояснений.

– Знаешь, почему я хотела сдать тебя МагСтражу, но не стала этого делать? Передумала, по сути, в последний момент. Даже спасать, видишь, кинулась.

– Просвети.

– Мне казалось правильным отдать тебя МагСтражу. Это не было попыткой отомстить, я не испытывала злости или ненависти. Я считала, что поступлю так, как должна. Если бы кто-то другой, не ты, выступал сохроном, я бы не задумываясь вызвала магстражей, чтобы обезопасить себя и окружающих.

– Согласен… справедливый мотив. – Блэкфлай кивает и доливает себе вино. Я замечаю его дрогнувшую руку. Проняло. Я и не сомневалась. – Почему же не стала?

– Увидела с Пушистенькой, нахлынула сентиментальность. Я всегда была слишком сентиментальна по отношению к тебе.

– Как и я к тебе… – неожиданно признается он тихим голосом, от которого по венам разливается тепло.

Но я мотаю головой, прогоняя опасное наваждение, и продолжаю:

– Но это не все. Я поняла, что ты единственный, кто может это контролировать. Сцена с Пушистенькой просто напомнила мне, что ты заботишься о своих питомцах. Не важно, они ходят на четырех лапах или на двух… ты не стал бы подвергать опасности детей, а значит, ситуация была под контролем. Поэтому я и не стала вмешиваться.

– То есть вот как ты воспринимаешь меня? – фыркает он неодобрительно. – Думаешь, вы для меня питомцы?

– А что, нет? Поверь, меня это не обижает. Я просто пытаюсь сказать, что кто-то, возможно, столь же принципиален, как я, но совсем не сентиментален. Может, кто-то не хотел сделать плохо тебе, а хотел обезопасить остальных? Кто-то недостаточно умный, чтобы понять: ты справлялся с ситуацией и лучше всех знал, что делать.

– Вы для меня больше чем питомцы… Но в остальном, пожалуй, я склонен согласиться с твоими догадками. И знаешь, мне стало чуть легче. Проще думать о том, что тебя сдали не из-за ненависти и зависти, а потому, что считали такой поступок правильным. Хотя недоверие все же печалит. Мне всегда казалось, что я воспитывал своих учеников так, чтобы они понимали: мне можно доверять.

– Ну, ты же в курсе, в данный момент доверие ни при чем. Ты подорвал его самим поступком, заставил сомневаться в себе. Кто-то мог подумать, что ты уже тогда стал другим.

– Знаешь, как я стал таким? – внезапно спрашивает Блэкфлай.

Я не хочу, но понимаю, что слова Мрака – это не вопрос.

– Я думал, мне нужно время, чтобы собраться с духом и рассказать. Но и молчать я больше не могу. Слишком долго держал в себе.

Он придвигается ко мне ближе, обдав теплом, доливает вино в бокал и, прикрыв глаза, говорит:

– Мы попали в засаду. Вирона, Эд, Мирия, Валенси и Порфос – помогали эш Грису. Задание оказалось масштабным, но в целом ничего необычного. Я просто взял больше ребят. Если бы я знал, чем все закончится… Наша команда была сплоченной, мы не раз действовали в подобных ситуациях. Только вот сейчас демонов оказалось больше, а сохроны оказались ненадежными. Эш Грис всегда был помешан на исходящей от демонов опасности. Он маниакально охотится за всеми упоминаниями о них. Поговаривают, боится какого-то проклятья, но никто не знает, какого именно. Сразу вырвалось слишком много демонов. Мы не сумели справиться. Моя сила помогла мне уцелеть, а вот моим ученикам – нет, хотя я до последнего надеялся, что спасу хоть кого-нибудь. Если бы этой надежды не было, вероятно, я бы не решился на такой отчаянный шаг.

– Впустил в себя демонов? – шепчу я, и Блэкфлай кивает.

Теперь все встает на свои места. Его поступок, по крайней мере, стал понятен. Странно, что раньше я не догадалась о том, что ученики – это единственное, ради чего Блэкфлай мог шагнуть за грань и открыть свое тело демонам.

– Я пытался их спасти, но не смог. Правда, долгое время утешал себя тем, что обезопасил от этих демонов еще много людей. Кто-то догадался протащить несколько ненадежных сохронов в Сноург. Если бы тогда я не превратил себя в сохрон, думаю, от города ничего бы не осталось. До недавнего времени я считал, что поступил правильно.

– Что изменилось?

– Я начал терять контроль. Я быстро осознал, что быть сохроном непросто и небезопасно. Какое-то время надеялся, что сумею избавиться от нежелательных соседей, но понял: нельзя изгнать демонов, не разрушив сохрон. С каждым годом становилось сложнее, а во мне сейчас не пять демонов, а пятьдесят. Даже тогда, когда я был сильнее, управлять ими было нелегко.

– Почему ты продолжил охоту за демонами?

– Не знаю. Казалось, что я почти бессмертен. Я верил в собственные силы, а потом не смог остановиться. Это глупо, но я тоже человек, Дайана, человек, который иногда совершает ошибки.

– Да уж… – Я не могла найти слов. – Не знаю, как выйти из этой ситуации с минимальными потерями…

– Никак, – грустно говорит он. – Скоро все закончится. Просто будь готова прочитать заклинание. Либо я верну себе силы и смогу контролировать демонов, как раньше, либо они победят. Тогда ты просто убьешь меня и вернешь их в Запретные земли. Тебе хватит сил.

– А если я не хочу? – спрашиваю я и поворачиваюсь к нему, даже не скрывая блеснувших в глазах слез. Мне больно, больно настолько, что хочется кричать. Неужели он не мог найти на роль своего убийцы кого-то менее… привязанного к нему? Все его ученики – сильные маги. Сейчас я жалею, что лучшая среди них.

– Так надо, – нежно улыбнувшись, говорит Блэкфлай. Он наклоняется и вытирает слезы с моих щек. Губами.