Глава 20 Тайна договора

Когда играешь с людьми, ты рассматриваешь их как своих соперников. Даже если это друг, родственник или любимый. Всегда есть черта, которую нельзя переходить, если цель — победа. Я знала о ней. Это эмоциональная дистанция. Стоит позволить себе испытывать к сопернику чувства, и игра проиграна. Не может человек любить и одновременно водить объект своих чувств за нос с целью причинить неудобства или боль. Так уж повелось. У каждого афериста, который играет на чувствах и слабостях людей, есть своя ахиллесова пята. Вопрос лишь в том, встретит он ее или нет? На каждого волка в овечьей шкуре найдется свой охотник или неотразимая овечка.

Вот и я наткнулась на свою слабость. Точнее, впечаталась в ее голый и невероятно сексуальный торс. Уже в день нашего знакомства можно было предположить, что встреча с Рафаэлем принесет перемены в мою жизнь. Сколько бы я ни пыталась это отрицать или избегать темного, в душе я все равно знала, что это знакомство разделило мою жизнь на «до» и «после». Все было предрешено в тот самый момент, как блондин связал нас договором. Я долго ломала голову над условиями этого соглашения, пыталась понять, почему темный связал свою жизнь со мной. Не верила я в то, что у блондина просто не было времени, и он сваял странный договор на скорую руку. Да, его отравили, да, он был слаб и гол, но за всем этим крылось что-то еще.

Я почти разгадала секрет. Все оказалось до банального просто и в то же время невероятно сложно. Рафаэль держал меня в своих объятьях, а я не могла думать ни о чем, кроме его рук и губ на моем теле. Желание начало приносить боль, таким острым оно было. Слишком долго мы этого ждали. Однако я не была бы собой, если бы не проверила свою теорию в самый подходящий момент. Мы одни, напряжены и на взводе — то что надо.

— Раф, — судорожно выдохнула, когда ладонь темного опустилась. — Подними правую руку.

Ничего не произошло, темный продолжил сводить меня с ума своими прикосновениями. У меня оставалось совсем мало времени, чтобы убедиться в своих догадках, поэтому я с трудом добавила твердости в свой голос, когда он почти тянулся карамелью от томления.

— Правую руку вверх!

Это совершенно точно был приказ. И его выполнили. Рука темного взметнулась вверх, оставляя местечко на моей груди почти болезненно желать возвращения грубых пальцев. Ладонь вернулась через несколько секунд, но этого было достаточно, чтобы понять, я была права.

— Левую руку вверх! — Новый приказ, который также беспрекословно выполнили.

Раф молчал и никак не комментировал происходящее, однако его дыхание стало более рваным. Кто-то начал переживать за свою шкуру. Шутка ли, иметь в полном своем распоряжении целого темного. Да если бы Телиос узнал об этом, уже давно удочерил бы меня!

Я скомандовала Рафу поднять обе руки и оставить их в таком положении. Естественно, мой приказ выполнили. Когда меня перестали удерживать и все, с чем я соприкасалась своим телом, была грудь и живот темного, я медленно обернулась, специально проходясь кожей по интимным местам мужчины. Грудь Рафа завибрировала от низкого гортанного рычания. Я добилась нужного эффекта.

— Какой послушный темный, — проворковала я и провела рукой по лицу мужчины, цепляя пальцами нижнюю губу. Позже я прошлась по ее внутренней стороне кончиком языка, дразня блондина.

— Не заблуждайся. Это временный эффект, — рыкнул бастард, начиная злиться.

Никто не любит быть слабым, быть в чужой власти. А я была во власти Рафаэля, пусть он об этом и не знал. Любовь делала меня слабой, а договор его. Равенство.

— А это неважно. Главное, что сейчас ты ничего не можешь сделать, если только я не захочу этого. Какая удобная вещь этот договор. Ведь ты тогда дал клятву, что выполнишь любое мое желание. Выслушивать, что конкретно мне нужно, времени не было, и ты решил обойтись таким интересным способом. Вот только что-то пошло не так, и теперь ты вынужден выполнять все мои желания.

Я открыто наслаждалась своей властью и не видела смысла это скрывать. Было очевидным, почему темный не разглашал подробности нашего соглашения, но я все равно на него за это злилась. Между нами все еще не было полного доверия. Впервые я могла сказать, что не сомневаюсь в мужчине. Я знала, что он всегда мне поможет, выручит и поддержит. Не представляю, откуда, но я это знала. А вот Рафаэль не чувствовал того же самого по отношению ко мне. Блондин не мог довериться мне и вверить свою жизнь в мои руки. Именно это стало препятствием к нашему союзу.

— Теперь ты знаешь? И что будешь с этим делать? У тебя целый темный в рабстве.

Он спрашивал насмешливо, с толикой высокомерия, но я видела, что он в напряжении. Следующие несколько минут стали решающими для нас, и он боялся их.

— Слишком своевольный у меня раб. Всегда найдет где схитрить. Что ему мои приказы? — Я прошлась ногтями от самого подбородка, по шее, между ключицами и до самого низа живота, где и остановилась. Руки блондин все еще не опустил, просто не мог, поэтому у меня был полный доступ к его телу.

— Я с удовольствием стану рабом иного порядка, только скажи. — Он плавно качнул берами вперед, касаясь меня. Красноречивый намек.

— Что-то нет желания, — осадила наглеца, после чего приказала ему следовать за мной в спальню.

Никогда не забуду озадаченного лица блондина, особенно когда он не прошел в двери с поднятыми руками. Пришлось разрешить опустить их и прижать к бокам. Вот только я не уточнила к чьим бокам, чем и воспользовался Рафаэль. Кто бы сомневался в его хитрости.

— Руки по швам!

Этот приказ он выполнил лучше. Я накинула на себя халат и села на кровать, во всей красе рассматривая своего блондина. Он был обнажен, возбужден, крайне зол и весь мой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Клянусь, ты об этом ещё пожалеешь, — прошипел темный, сверкая на меня золотом своих глаз.

— О-очень в этом сомневаюсь, — протянула я и поманила мужчину пальчиком. Тот, естественно, не сдвинулся с места, ибо выполнял только прямые приказы.

Тогда я уложила его на кровать, снова заставила поднять руки вверх и привязала их к спинке кровати поясом от халата. Мне дико нравилось такое превосходство.

— О, грязные игры в постели. Кто бы мог подумать, что Чарли любительница подобного, — язвил беспомощный Раф. Наверняка он чуть ли не впервые оказался настолько открыт и слаб перед кем-либо.

— Не перестанешь шипеть, я заклею тебе рот, — мягко предупредила мужчину, дразнящими движениями щекоча его грудь прядью своих волос.

— Зачем заморачиваться, просто прикажи мне заткнуться.

— Так неинтересно. А вот кляп во рту очень даже возбуждает. — Я широко улыбнулась.

— Вот себе его и засунь!

— Фу, как грубо. Ты совершенно не умеешь себя вести с женщинами в постели, — я говорила сладким голоском, потому что его это бесило еще больше.

— Ох, что я с тобой сделаю, когда освобожусь, — процедил сквозь зубы темный, как только я начала медленно прокладывать дорожку поцелуев к его пупку и ниже. Блондина аж скрутило, когда я легонько лизнула кожу в нужном месте. А стоило губам захватить плоть и слегка втянуть, как в награду я получила очень сексуальный хриплый стон.

— Я точно знаю, что я с тобой сделаю в отместку! — рычал Рафаэль, пытаясь разорвать веревку, но мой приказ не дал этого сделать.

— Калечить меня нельзя, — на всякий случай предупредила и начала со вкусом мучить любимого мужчину, отчего у того медленно мутился рассудок.

Слишком легкими были ласки и слишком долгими. Блондин не мог получить желанного, ибо я ему этого не позволяла. Я в прямом смысле мучила его, наслаждаясь реакцией. Прошла агрессия, ушел страх, осталось только неистовое желание. Именно этого я и добивалась. Полного подчинения. Только так я могла добиться доверия.

— Смотрю, ты вошел во вкус. — Я прихватила зубами его подбородок.

— О, еще как! Давай ты меня отпустишь, и я покажу, насколько вошел во вкус, — прорычал Раф, дергая пояс в попытке преодолеть мой приказ.

Он ждал дальнейших истязаний, от которых уже рвало крышу, и даже не предполагал, что я дам ему то, чего мы оба так хотели.

— Я отменяю все свои приказы, — прошептала, смотря прямо в обжигающее золото глаз, и поцеловала блондина.

На несколько секунд мир будто замер в ожидании бури. Темный смотрел на меня, как подросток на бесплатный айфон, и не мог поверить своему счастью. Я не сбежала, не запретила ему действовать, я просто самозабвенно целовала любимого мужчину. Тогда пришел ответ. Меня сжали с такой силой, что воздух непроизвольно вышел из легких.

— Ты попала, мелкая. И не говори, что я не предупреждал. — Жаркий шепот и меня опрокинули на кровать, завладевая губами и всем телом.

Ласки были грубыми и несдержанными, но мне того и надо было. Возбуждение уже плескалось в высшей точке и требовало выхода, пока мы в нем не утонули. Сильная рука схватила меня за бедро и дернула вниз, волосы оказались зажатыми в другой, губы попали под натиск поцелуев, а средоточия желаний соприкоснулись. Рывок вперед и первое острое блаженство для обоих.

Все происходило быстро, неуклюже и слишком по животному, с покраснениями и царапинами, но это было невероятно. Когда мы оба, наконец, освободились от мучившего нас столько времени напряжения, пришло спокойствие и саднящая боль.

— Черт! У меня свело ногу! — взвыла, пытаясь стащить свою голень с плеча темного. Вторая все еще была прижата его рукой к кровати.

— Не думал, что ты такая гибкая, — хмыкнул Раф и помог мне собраться.

У него было поцарапано плечо, и виднелся синяк в районе ключицы в виде челюсти. Кажется, я укусила его, когда стало невероятно хорошо. Однако, не только я оставила отметины на мужчине. Моя нижняя губа саднила, а до шеи было очень сложно дотронуться, при этом не закричав от боли. Однако несмотря на все мелкие неудобства, это совершенно точно была самая невероятная близость в моей жизни.