26

— Да ничего не надо делать, Назар, — ответила я ему. — Спасибо тебе, но мы уже всё решили сами.

— Конечно, Данил впутал сюда даже директора, — хмыкнул Назар, идя рядом со мной.

— А что ему надо было делать? — пожала я плечами, сама не замечая, как поддерживаю его брата-близнеца. Ну если я с ним в этом вопросе согласна, что с этого теперь? — Я тоже считаю, такие ситуации нужно предавать огласке. Чтобы другим неповадно было. Если бы не Даня, я бы, может, вообще не получила бы новую форму обратно, да и от девчонок прилетало бы ещё и ещё, потому что они чувствовали бы себя безнаказанными.

— А ты его так не защищай, — остановился Назар и смотрел мне в лицо без привычной смешинки во взгляде. Я тоже невольно остановилась. — Такой он принц в твоих глазах. Если бы ты только знала, что он дома о тебе говорит.

— Даня говорит что-то обо мне дома? — искренне удивилась я.

— Ну да, — сказал Назар. — Только ничего хорошего. Что ты глупая, тормознутая и вообще бесишь.

Настроение тут же испортилось еще больше, и я опустила глаза в пол. А кому приятно будет такое о себе узнать? Впрочем, от Дани как раз не удивительно такое слышать, он и в лицо мне это говорил в пекарне, но всё равно неожиданно узнать, что и за спиной он продолжает говорить гадости уже другим людям.

— Так что ты не обольщайся на его счет, — продолжил Назар. — Он не по доброте душевной так поступил.

— А зачем? — подняла я глаза на брата Дани. Что могло двигать парнем на тот момент, когда мне требовалась помощь, и он сделал даже больше того, что требовалось? Не понимаю.

— Он если что и делает, то только ради своей выгоды, — ответил Назар.

— И какая же ему выгода с этого всего? — подняла я брови.

— А бог его знает, — пожал плечами второй Бодров. — Но она точно есть. Может быть, хотел засветиться перед учителями, какой он хороший.

— Зачем?

— Затем, что он обязательно в течение года накосячит, и ему нужно, чтобы о нём помнили и хорошее. И спустили всё на тормозах. Понимаешь?

— Не очень… — протянула я.

— Ну смотри, — мы продолжили идти в класс. А то так опоздаем, и накосячим уже мы сами. — Отношения у Дани с отчимом не очень хорошие. А значит, если дойдет инфа до родаков, что он накосячил, то он получит по шее, и опять поругается с Вадимом. Скандалов с ним и так до фига у братца. Теперь понимаешь?

Я удивленно смотрела на Назара. У близнецов не родной отец? У Дани с ним скандалы? Ничего себе. Я думала, у таких, как они, царей жизни, вообще никаких проблем не бывает.

— Теперь да, — кивнула я, всё ещё раздумывая над тем, что сказал мне Назар.

— Так что не ведись, будто он хороший, — повторил он. — На самом деле я слышал, что он о тебе говорит.

— Да я и не думала…вестись, — фыркнула я. — Просто так складывается, что я не могу с ним вообще не общаться. А так бы с удовольствием этого не делала…

— Кстати, насчет общаться с теми, кто нравится, — остановил меня возле самого класса парень, мягко взяв за плечи и развернув к себе. — Наше свидание. Ты помнишь ещё о нём?

— Помню, — ответила я. — Но… Я не смогу пойти, прости.

— Сегодня не сможешь?

— Да.

— Почему?

— У меня тренировка с твоим братом.

— Опять с братом? — округлил глаза Назар. — Почему опять он?

— Ты забыл, что нас физрук заставил заниматься? Вчера на уроке.

— А-а… Да, — нахмурился брат Дани. — И что теперь? Ты все вечера, что ли, с ним будешь проводить?

— Не с ним, а с козлом! — отметила я. — Тот, который спортивный снаряд.

— Но и с ним.

— А куда же я дену и того и другого? — всплеснула я руками. — Придётся заниматься.

— Но не каждый же вечер?

— Практически каждый, — разбила я его последние надежды камнем. — У меня театральный кружок, в который шутки ради запихнул меня твой брат, во вторник и четверг, а в остальные дни тренировки с козлом.

Мелочь, но так приятно это говорить — тренировки с козлом. Назар думает, я имею в виду, спортивный снаряд, но я говорила кое-о-ком другом…

— А в субботу или воскресенье? — предпринял последнюю попытку получить меня на свидание Назар.

— А субботу и воскресенье трогать нельзя! — ответила я. — Мы отдыхаем с дедом. Или с подругой из старой школы.

— И нельзя один вечер отдать нам с тобой? — поправил он чуб, демонстрируя мне то, что я стремительно теряю сейчас.

— Нельзя, Назар, нельзя, — хлопнула я его по плечу. — Извини, не получится у меня отдать тебе долг.

Я уже сделала шаг в сторону класса, как получила внезапный вопрос в спину.

— А если я тебя приглашаю без всяких договоров?

Я обернулась на парня, что так был похож на своего брата, и в то же время так разительно от него отличался. И не вызывал во мне никакого отклика. Вообще. Ничего.

— Просто потому что ты мне нравишься, Агния, — смело сказал он, глядя мне в глаза. — Ты могла бы найти на меня время?

И тут я вспомнила наставление Бодрова, что должна сказать Назару, что он мне не нравится. Но как сказать такие жестокие слова тому, кто только что смело признался в симпатии? И мне показалось, что это уже не игра мажора и сердцееда, а его реальное желание. Я не смогу быть такой жестокой.

— Пока не знаю, Назар, — ответила я и быстро юркнула в класс.

Назар зашел следом, но продолжать разговор при всех не стал.

Я прошла в конец класса и заняла место рядом с Даней, который словно бы не заметил меня.

Искоса поглядывала на него, пока писала задание с доски.

Сам же практически заставил меня сесть с ним, а теперь делает вид, что ему всё равно. Хороший игрок или ему правда всё равно, и всё это лишь бы поглумиться над глупой и тормознутой, или как там он говорил?

Козёл и есть. И тоже весьма спортивный!

— Чё ты делаешь? — возмутилась я, когда Даня своим учебником снёс мой на самый край и положил свою книгу в самый центр.

— Чё те надо? — повернулся он на меня.

— Зачем ты мой учебник спихнул?

— Мне так неудобно.

— А мне так, как сейчас, неудобно!

— А мне наср…

— Так, Бодров и Кострова! — одёрнула нас учитель, не дав договорить ему некрасивое слово. — Что опять мы обсуждаем? Сейчас вы оба выйдете к доске и будете рассказывать новую тему, раз вам так хочется поболтать.

— Мы молчим, — заверил учителя Даня, при этом сверкнув на меня глазами.

Мне только и оставалось, что шумно выдохнуть и пристроиться на уголке парты, лишь бы не нарываться на очередной скандал и выговор от учителей.

Ох и год меня ожидает! Не год, а сплошная война…