Глава 14

Проснувшись утром в крепких и одновременно деликатных объятиях Ириана, какое-то время я ещё лежала, просто нежась и получая такое простое, но искреннее удовольствие от происходящего.

Казалось бы, что такого? Всего лишь объятия.

Но для меня это было чем-то неизмеримо большим. Чем-то… действительно значимым!

Ведь что такое секс? Это… секс! Ни больше, ни меньше.

Вот только у нас…

У нас всё намного сложнее.

Его нежность. Его чуткость. Его желание сделать так, чтобы мне было комфортно даже в мелочах!

Что это? Разве только секс?

Не думаю.

Но…

— Доброе утро, — шепнули мне в макушку и поцеловали в лоб. — Ты так напряжена… Что случилось?

— Думаю, — вздохнула, не видя смысла отнекиваться, потому что он умудрялся чувствовать меня чуть ли не кончиками пальцев. — Всё так сложно… Знаешь, я ведь уже давно не юная девушка. Ну, глобально. Вроде бы столько всего знаю и умею… Прожила, наверное, лет сто, а то и двести. Хотя черт его знает… — Я вздохнула снова и крепко прижалась к Ириану, обнимая его руками за торс и утыкаясь носом в ключицы. — Вот только все эти годы я фактически не жила. Выживала. Весь мой опыт — это убей или умри. Выживи любой ценой. Среди демонов, среди тварей. Где нет места слабости. И сейчас я… чувствую себя глупой и беспомощной. Словно мне… десять лет! Я не жалуюсь, нет. Просто… Мне сложно. Всё такое… И ты такой…

Прекрасно слыша саму себя и понимая, что несу какую-то бессмыслицу, в итоге притихла и просто дышала своим эльфом, позволяя его запаху проникнуть в каждую мою клеточку, в каждую пору. Вытеснить всю чушь и неуверенность в себе. Зарядить позитивом, черт возьми!

— Ты не глупая, — мягко произнёс Ириан, поглаживая меня теплыми ладонями по спине. — И далеко не беспомощная. Просто попала в нетипичную ситуацию. Всё хорошо. Расслабься. Осмотрись. Освойся. Будь собой. Не бойся. Ничего не бойся. Я рядом.

— Я заметила, — улыбнулась, чувствуя, как горячо и провокационно между нами, после чего подняла голову наверх и посмотрела Ириану в глаза. — И мне это нравится.

Не знаю, показалось ли мне, или это была игра солнечных лучей по коже эльфа, но на какой-то миг его щеки стали розовее, а потом… Потом я уже не видела — меня целовали. Пылко, жарко… Так, что голова отключилась моментально и было уже совсем неважно, что я думаю и зачем.

Важно было только то, что он рядом.

Здесь. Сейчас. Со мной!

И это лучшее, что вообще может происходить!

Уже намного позже, разметавшись по подушкам и прерывисто дыша, я снова с досадой вспомнила, что сегодня день ну очень важных дел и покосилась на окошко. Сторона была северной и сложно было сказать, который сейчас час, но Ириан умудрился не только перехватить мой взгляд, но и правильно расшифровать, заявив:

— В районе восьми. Торопишься?

— Не критично, но да, — вздохнула и потянулась к нему, чтобы снова поцеловать, но уже коротко. — Хочу сегодня заключить сделку по лавке, пока никто не успел раньше меня. Заодно съедем уже с гостиницы. Думаю насчет прислуги… Кухарить и убираться у меня точно времени не будет. Ты своих где взял?

Посмотрев на меня как-то странно, словно я говорила что-то совершенно не то, Ириан прикрыл глаза ресницами и лишь секунд через пять произнёс:

— Отец Хорхе посоветовал. Он знает большинство горожан.

— М-м… ясно. — Я всмотрелась в лицо своего инквизитора внимательнее и не смогла промолчать. — Что не так?

И снова он прикрыл глаза. Думала, что уже не ответит, но нет. Посмотрел прямо и озадачил честностью:

— Я бы хотел, чтобы ты жила со мной.

М-м… Ну-у…

— Мы же обсуждали этот вопрос, — поморщилась и отвела взгляд первая. — Ир, не сейчас. Ты можешь думать обо мне плохо, но для меня совместный быт — это… слишком сложно. Сложнее близости. Намного сложнее. Я не готова. Я…

— Тш-ш… — Эльф привлек меня к себе и поцеловал сначала щеки, а потом и уголки глаз. — Успокойся. Не паникуй. Я не тороплю. Просто хочу, чтобы ты знала это. Я люблю тебя и хочу быть с тобой. А уж как… мы разберемся. Правда?

— Ты… что? — растерялась, уставившись на него распахнутыми глазами.

— Не тороплю, — чуть ли не по слогам произнёс Ириан, а мне аж ударить его захотелось. — Никогда не буду давить и заставлять. Ты умница. Ты всё знаешь и умеешь. Всё прекрасно понимаешь…

— И-и-и-р! — с моих губ сорвалось рычание, а взгляд потяжелел.

— Не сердись, — он улыбнулся и я рассмотрела в его глазах лукавые смешинки. — Да, я тебя люблю. Но разве это не очевидно?

— Представь себе, нет! — выпалила возмущенно.

— Прости. — Его тон был полон раскаяния, а взгляд — такого лучистого тепла, что я действительно не смогла на него сердиться дольше трех секунд. А уж когда он снова начал меня целовать, шепча, какая я замечательная, милая и ласковая, как он счастлив, что я рядом…

В общем, мой мир окончательно превратился в сказку и я была готова наплевать на всё!

Но Ириан не позволил.

— С удовольствием бы провел в постели с тобой лет пять, но окружающий мир ещё не настолько совершенен и безопасен, — с досадой вздохнул эльф, отстраняясь первым. — Завтракать будешь?

Внимательно изучив его опухшие губы, облизнулась… И мысленно себя одернула. Как же он невозможно прав!

— Буду, — выдохнула резко и первая заставила себя убрать руки с его плеч. А когда Ириан встал, снова бессовестно соблазняя меня своей безупречной задницей, задумчиво уточнила: — А у тебя бывают выходные?

— Наверное, — без особой уверенности произнёс инквизитор, подбирая с пола свою одежду, но не торопясь надевать. — Никогда не нуждался. К чему вопрос?

— К тому, чтобы немного разгрести срочные дела и позволить себе поваляться в постели вдвоём хотя бы сутки, — пояснила с предвкушающей улыбкой, продолжая отслеживать, как Ириан изящно двигается, и поражаясь тому, как естественно и сексуально у него это получается.

— О… — на меня взглянули с искренним интересом, подумали и кивнули. — А знаешь, не откажусь. Но когда?

— Надо прикинуть и подумать! Но уверена, что в самое ближайшее время! — заверила его и тоже поднялась, чтобы сгрести свою одежду в компактную кучку и сбежать в ванную. Потому что болтать можно бесконечно, но дом сам себя не выкупит! — Сегодня же четко распишу себе все свои планы и вечером скажу точно. Хорошо?

— Очень хорошо, — прозвучало с нескрываемым одобрением, на что я радостно улыбнулась и поспешила привести себя в порядок.

Бойтесь меня, срочные дела! Я вас сейчас… Всех порешу!

Радуясь, что догадалась взять расческу с запасными шпильками и немного досадуя, что в доме нет свежей одежды (но на самом деле это легко поправимо), я умылась, оделась и убрала волосы в удобную прическу, справившись со всем этим буквально за пятнадцать минут, ну а когда вышла из ванной — Ириан уже ждал меня в коридоре. Тоже умытый и одетый. Вместе мы спустились в столовую, где завтрак был уже накрыт, и я приятно поразилась тому, насколько тут расторопная и невидимая прислуга. А ведь я действительно ещё никого не видел! Будто и нет их тут.

Не став пока поднимать этот вопрос, я предпочла быстро поесть, после чего заверила Ириана, что обязательно приду вечером и мы всё подробно обсудим, поцеловала и поспешила в гостиницу.

Сегодня в моей комнате ничем посторонним не пахло и все до единого кристаллы были на месте, так что я сунула мешочек в сумочку, прихватила документы и поторопилась вниз. Уже зная, в каких именно комнатах живут Юли и Лукас, зашла за ними по очереди, порадовавшись, что они уже полностью готовы к новому рабочему дню, заранее отдала Лукасу мешочек с кристаллами, и мы отправились в банк.

Как я и надеялась, крупные и очень хорошего качества кристаллы у нас приняли по очень приятной цене, в среднем по шестьдесят песо за штучку, так что на руках у меня в один момент оказалась ну очень внушительная сумма в размере двадцать три тысячи семьсот шестьдесят семь песо. Из них тысячу я сразу отдала ребятам, поделив пополам, и поторопилась в мэрию на рандеву с господином Принстоном.

Несмотря на то, что сегодня было воскресенье, именно его отдел работал, а выходной у них был по понедельникам. Что не могло не радовать!

Ещё сильнее меня порадовало известие, что дом ещё не продан и я с таким азартом начала торговаться, что смогла сбить цену аж на шестьсот пятьдесят песо и уже к одиннадцати утра держала в руках документы на земельный участок по улице Восточной со всеми находящимися на нем постройками.

Не в силах ждать, скомандовала ребятам полный вперед в гостиницу — за вещами, не видя смысла и дальше продлевать люкс, когда у нас в распоряжении практически особняк, и ровно в полдень нанятый экипаж остановился у пока ещё запертого дома.

Моего дома!

Ох, как же это сладко звучало!

К сожалению, время уже поджимало и мы, лишь закинув сумки в холл, помчались дальше.

Решив не затягивать, я отправила Лукаса и Юли в таверну тётушки Зусиль, надавав тьму инструкций и пообещав присоединиться к ним уже совсем скоро, а сама отправилась в госпиталь, к Шнурху.

Гоблин, как я и надеялась, был не только жив, но и почти здоров, что я отметила первым делом, входя в его палату, но так как лежал он там далеко не один, то поговорить толком снова не получилось. Я лишь узнала, что его выписывают завтра примерно в это же время и мы договорились встретиться именно в трактире тётушки Зусиль.

— А вообще валить мне надо, нах, — вздохнул Шнурх, глядя на меня с досадой и непривычной грустью. — Думал, обойдется… А оно не обошлось. Не забыли, стал быть врот.

— Поговорим об этом завтра, хорошо? — предложила, потому что не хотелось вот так по-глупому терять не то чтобы друга… Но как минимум полезного знакомого.

— Поговорим, чоб нет, — пожал плечами гоблин, а я вдруг заметила, как сильно он похудел и просто постарел за эту неделю. — Беги уже, вижу, что ёрзаешь. Увидимся, ска.

— До завтра.

Распрощавшись со Шнурхом, я рванула в «Корчмушку» и приятно удивилась тому, как многолюдно там оказалось, но было видно, что народ не пьет и не дебоширит, а собрался действительно по важному делу: алкоголем практически не пахло, на столах пивные кружки в принципе мало у кого стояли, и кто-то из присутствующих обедал, а кто-то просто сидел и вполголоса переговаривался.

Когда я вошла, то сразу увидела за столиком у стены рыженькую макушку Юли, но сидела она не одна, а в компании с Лукасом и Рвыхом.

Не забыв приветственно кивнуть дядюшке Птыху и тётушке Зусиль, которые были на своих рабочих местах, прошла к столику со своими ребятами и так же приветственно кивнула Рвыху, на что орк широко разулыбался и пробасил:

— Здрав будь, краса. А мы тут с твоими ребятами за жизнь перетираем. Зусиль мне уже четкий расклад объяснила, если возьмешь начальником охраны, ни одна пылинка мимо не проскочит. Ни в одну, ни в другую сторону. Я те за племяшей любого барагоза в бараний рог скручу — не выкрутится!

— Заманчиво, — улыбнулась, даже не пытаясь скрывать того, как мне нравится это слышать. — А вы тут всех знаете, да?

— Да уже лет двадцать как тут живу!

Мысленно потерев руки, я села напротив и первым делом выяснила местные правила, которые бы устроили всех, кого я захочу нанять на работу. Так оказалось, что график три через три — оптимальный. И народ устать не успеет, и отдохнуть время хватит. Первые сутки старатели обычно отсыпаются, второй — пьют, третий приходят в себя, ну а потом снова в забой.

Понятное дело, так живут далеко не все, у многих есть семьи, но вместе с тем далеко не у всех. Тем не менее график такой распространен повсеместно, а посему надо нанимать две бригады. И старателей, и охранников.

Причем и первых, и вторых желательно поровну: человек по восемь. Итого — тридцать два тела…

Нда, немало!

Более того, не скажу, что у охраны работа проще, потому что именно охрана остается сторожить шахту по ночам, чтобы туда не залез кто со стороны. А места тут дикие…

— Так что оружия надо много. Каждому. В основном, конечно, тут у всех давно своё, без револьвера даже в кусты народ поссать не ходит, но те же патроны — летят только так. Помнится, с месяц назад мы в такую жесткую перестрелку попали с залетными, что только взрывчатка спасла. А так бы полегли всей сменой.

— Да уж, опасная у вас работа, — пробормотала я, качая головой и попутно думая о том, что надо будет глянуть, какими амулетами и артефактами можно обеспечить охрану, чтобы повысить их шансы на выживание.

— Не то слово!

Как бы то ни было, потихоньку мы начали приглашать за свой стол тех, кого рекомендовали мне местные знатоки человеческих душ и пороков. Лукас достал те листы, которые передал мне Марти, и кого-то отмечал там, тем самым давая понять, что имена повторяются, а кого-то записывал дополнительно, причем прописывая то, что просила я: возраст, расу, опыт, наличие семьи.

В основном мы беседовали с опытными мужиками тридцати-сорока лет, которые не один пуд соли съели и не одну тонну камня вынесли. Были и молодые, но мало. Никого младше двадцати пяти. На этом фоне Лукас выглядел зарвавшимся юнцом, но я видела, как он себя держал: осознанно и со знанием дела, и мне это нравилось.

А если кого-то что-то не устраивает — не держу. Горы большие.

И вроде бы каждому уделяли внимания по десять-пятнадцать минут, но на всех ушло часов шесть, не меньше, и лично я уже чуток заблудилась во всех этих Сэмах и Билах, Шонах и Риках, искренне радуясь, что сижу за столиком не одна и есть кому напрячься ещё: Юли старательно и придирчиво изучала каждого кандидата, задавая каверзные вопросы, Лукас щурился так, что мужики сами каялись, а Рвых контролировал происходящее и просто сурово поглядывал на всех свысока.

Мне нравилось.

В итоге мы точно утвердили две бригады по восемь старателей, записав в резерв ещё шестерых, а вот охранников пока было меньше — всего двенадцать.

— Пару недель назад жуткий замес был на юге, — цыкнул Рвых, когда я указала ему на этот нюанс. — Тролли это были. Из племени квайхо — те ещё отморозки. Два десятка наших полегло. А тварей так и не нашли. Под Арейхосом много сильных пацанов, но я б не советовал. Они прежде всего ему служат. Знаешь же, о ком говорю?

— Да, прекрасно знаю, — кивнула. — Совет хороший, чужого нам не надо. Лучше вооружиться качественнее, чем брать кого попало. В общем, так… Сегодня я была у Шнурха, завтра ближе к полудню его выписывают. Берете его за жабры и покупаете в его лавке всё, что надо. Чего не хватает, берете в других лавках. Рвых, на тебе всё, что касается охраны. Лукас, на тебе оформление трудовых контрактов и всё, что касается добычи и быта. Вплоть до тележек и походных котелков, дров и крупы. Деньги вот.

Я положила на столик две пачки купюр, в каждой из которых было две с половиной тысячи песо, и одну сдвинула в сторону оборотня, а вторую в сторону орка.

— Если не хватит, скажете. Я купила дом на Восточной-34, там раньше была лавка аптекаря. Припасы носить туда, в пристройке есть удобный склад. Завтра целый день буду там. Если денег не хватит, скажете, выдам ещё. Но отчитываться будете мне за каждый песо. Это понятно?

— Не обижай, — проворчал орк, глянув на меня насупленно. — Я не крыса. Считаю не ахти, но лишнего никогда не брал.

Молча кивнула, даже и не думая извиняться, потому что лучше предупредить, чем потом неприятно удивляться, и на этом наше импровизированное совещание подошло к концу. Рвых, забрав деньги, ушел, а вот я, пока махнув рукой ребятам, чтобы задержались, дошла до барной стойки и первым делом поблагодарила негласных лидеров общины за помощь в организации собеседований, а потом поинтересовалась:

— Может кого и в помощницы посоветуете? По дому. Интересует кухарка и горничная.

— Может и посоветуем, — задумчиво прищурилась гоблинша, забавно вытягивая губы трубочкой.

Но первым подал голос Птых:

— Барбареллу спросить надо.

— Думаешь? — Зусиль почему-то засомневалась. — Хотя… Можно и её. Девок уже всех по мужьям спровадила, внуки ещё только на подходе… Да, можно её.

И уже для меня пояснила:

— Барб — толковая баба. Мужика лет семь назад схоронила, в охране ходил. Младший брат Рвыха. Готовит — пальчики оближешь! Громкая и может по батюшке послать, но баба хорошая. Звать?

— Сейчас? — уточнила.

— А чоб нет? Минут за десять подойдет и сразу определитесь. Чего тянуть?

— Согласна. А что насчет горничной?

— О, вот тут… сложно, — покачала головой Зусиль. — С этим лучше к отцу Хорхе. В нашем квартале девки молодые все себе на уме. Скажу честно — ни одну не посоветую, чтоб в полной уверенности быть. А в церковь всё ж поприличнее народ ходит. Набожнее.

И то верно.

Поблагодарив за толковый совет и объяснения, я дала добро на встречу с Барб. Заодно проговорила неловкий момент с семейством Ыржаник, честно признавшись, что не хочу подставлять мальчишек и их мать, потому что там, где большие деньги — там и большие проблемы крутятся. Естественно, умолчала, что вокруг меня кто только ни крутится, чтобы не настораживать лишний раз, но нашла в лице Зусиль понимание.

— Эт ты правильно заметила. Загляну к ним сама завтра утром, перетру с Бриттой за жизнь. Найду из наших курьера постарше, кто ответственности не боится, будет до тебя через день бегать. Ну и сама к нам заглядывай, не забывай.

— Вы незабываемы, — пошутила, на что гоблинша хрипло расхохоталась и похлопала меня по плечу.

Шутка, я так понимаю, удалась.