Глава 23

Присев на корточки и сначала найдя в мешке симпатичный окатыш яшмы, который шахтеры явно вынули из ручья, я положила его на стол, затем сунула нос в мешок с кварцем, вынула из него пару горстей и высыпала рядом с яшмой. Старательно зарядила дюжину самых симпатичных кристаллов искорками, затем приклеила их подходящей руной к яшме, создавая очередного ёжика, и после этого предъявила поделку Ириану.

— Смотри, что могу!

— О…

Так как вечерело всё стремительнее, и потолочные артефактные светильники я в комнате не зажигала, а окна тут были высокие и расположены под потолком (всё-таки цоколь), то в полумраке помещения мой «ёжик» очень даже ярко и выразительно светился.

Взяв светильник в руки, Ириан внимательно его изучил и с легкой оторопью пробормотал:

— Поразительно. Нет, я как бы в курсе, что кварц может очень долго хранить в себе простейшую магию, но никогда не слышал, чтобы его применяли именно так. Как ты до этого додумалась?

— О, на самом деле далеко не сразу, — разулыбалась я, когда поняла, что меня почти похвалили. Потом чуть поджала губы, не зная, как правильно сформулировать, но потом всё же сказала правду: — Когда в Эви проснулась магия, мама учила её самым разным природным обрядам. Брала её на священную поляну, где девочка преимущественно играла. Там были светлячки и камушки, в том числе слюда и даже кварц. Не такой чистый, подобие, но смысл тот же. И Эви любила пускать искорки именно в камушки, отчего они светились. И я… вспомнила об этом, когда делала пещеру для шахтеров.

— Ты… — на меня посмотрели странно, — что делала?

— Пещеру для шахтеров, — повторила, но Ириан продолжал смотреть на меня с таким изумлением, что я расхохоталась и пообещала: — Как-нибудь сходим, покажу. Но не суть! В общем, сначала я просто натыкала эти кристаллы в стены, чтобы было светло. Я знаю, что заряд держится около месяца. Но потом Рвых, это мой начальник безопасности, сказал, что это круто, но не выключается, что не очень удобно, и я на волне вдохновения придумала вот такой переносной светильник. В случае чего его можно просто вынести из комнаты, убрать в тумбочку, ну или просто накрыть тканью. А мои шахтеры попросили сделать это вместо масляных ламп, чтобы работать с ними в забое.

— Поразительно, — повторил Ириан. — Такое простое и изящное решение… Знаешь, тебе стоит начать продавать это в своей лавке.

— Так и собиралась сделать, — разулыбалась я. — С учетом того, что в этих горах кварц уходит в отвалы, как мусор, себестоимость у таких вещиц фактически копе… кхм, минимальная. Зусиль уже попросила сделать таких десяток для своей таверны, причем как можно более простых и неказистых, чтобы никто не своровал, Барб тоже хочет дочерям в лавки подарить, они у неё мастерицы на все руки, ну а горожанам в дома можно сделать покрасивее. Брать не булыжник, как основу, а что-нибудь… Вот такое! — Я достала из ящика красивый кусок лазурита. — Обтесать, облагородить. Может даже фигурку сделать. Шар, цветок… Лист! Или вообще дерево! И обклеить его не осколками, а вот такими симпатяшками… — я нашла среди кучки кристаллов кварца симпатичные, практически коллекционные шестигранники. — Что думаешь?

— Думаю, это очень хорошая идея, — произнёс Ириан, глядя на меня крайне странно. — И если позволишь, я помогу тебе с получением патентного права, потому что вещь действительно стоящая. И мне не хотелось бы, чтобы этим успел воспользоваться кто-то другой.

— Почему? — растерялась, попутно пытаясь вспомнить, что знаю о патентах, но в голове было решительно пусто на этот счет. Нет, словосочетание я слышала! Но его суть… была мне не близка.

— Потому что инквизиция и церковь захотят выкупить право его использования в некоммерческих целях, и я искренне надеюсь, — Ириан шагнул ко мне, — что ты будешь сговорчива…

— О-о… — рассмотрев в его глазах обещание, что уговаривать меня будут максимально убедительно и всеми доступными способами, я хитро улыбнулась, тоже шагнула к нему, закинула руки на широкие плечи и шепнула прямо в губы: — Всё зависит от вас, ваше преподобие. Всё зависит исключительно от вас…

Ириан поцеловал меня первым, причем сразу так пылко и жадно, что мне пришлось вцепиться в него обеими руками, только чтобы устоять на месте. Ох, как же сладко он меня целовал! Моя душа ликовала и пела, тело плавилось, а мысли… Мысли были только об одном: ещё!

Ещё!!!

Наверное, если бы происходящее зависело только от меня, мы бы занялись сексом прямо там, буквально стоя, но мой грешный инквизитор был куда благоразумнее меня, так что в какой-то момент просто отстранился, тяжело дыша, и наставил на меня палец.

— Позже.

— В смысле? — я аж опешила, следом внимательно изучив палец, словно это могло помочь мне понять его логику.

— И не здесь, — произнёс Ириан, не отвечая на мой вопрос. После чего перехватил за руку и потянул за собой. — Идём.

— Куда? — заинтересовалась, точно зная, что покусаю, если не наверх.

— Наверх.

М-м, ну ла-а-адно…

Вместе мы поднялись на мансарду и Ириан, зачем-то внимательно изучив гостиную, бросил взгляд на лестницу, чуть сморщил нос и увлек меня в сторону спальни. Было очень интересно наблюдать за ним и пытаться угадать, что он хочет, потому что мне казалось, что хочет он не секса…

Ну, в смысле, не только.

А чего?

В итоге зайдя в спальню, Ириан ещё раз осмотрелся, покосился на меня… И прошел к креслу, куда сел сам, а меня усадил к себе на колени.

Ага…

Не торопясь накидываться на эльфа с новыми поцелуями, я слегка наклонила голову, догадываясь, что это своего рода намек на то, что прямо сейчас секса не будет. А что будет-то?

— Ты спрашивала о золотистых лентах, которые увидела на своей сути, — начал он говорить, внимательно глядя на меня. — Это сделал я. Это своего рода дополнительная энергетическая защита на случай, если ты подвергнешься магическому нападению. Прости, что не сказал, как-то… не получилось.

Я озадаченно выгнула бровь. То есть сделать получилось, а сказать нет? О-о-чень подозрительно!

— И когда ты это сделал?

— В первый раз, когда мы были близки впервые, — спокойно произнёс Ириан, а вот я слегка смутилась. — Это произошло бессознательно. Я намного сильнее тебя энергетически и… — он шумно выдохнул и слегка поморщился, — прости. Не знаю, как объяснить. Для меня самого это стало неожиданностью. Просто я хочу тебя защитить. В следующие разы я лишь усиливал каркас. Твоя суть невероятно пластична. Такое ощущение, словно сама впитывает в себя всё, что я пытаюсь дать. Это… странно.

— Ничего странного, — проворчала, отведя взгляд в сторону. — Энергетически моя душа в разы сильнее тела, я ещё не разобралась точно, но мне показалось, что своими действиями ты смог отчасти выровнять разницу в уровнях. Далеко не до конца, но даже без новых ритуалов я стала сильнее в разы. Магия дается мне как никогда легко и резерв стал существенно больше. Вот только…

Я резко посмотрела ему в глаза.

— Почему не сказал⁈

С минуту мы молча смотрели друг на друга, после чего Ириан тяжело вздохнул и, зачем-то погладив меня по спине, произнес:

— Не хотел сердить. Не знал, как объяснить. Понимаешь… — он поморщился, — обычно такое происходит во время брачного обряда. Ну, проникновение магии мужа в суть жены…

Мои глаза стали возмущенно круглыми, но Ириан вскинул руку.

— Это не свадьба в человеческом понимании. Ты всё ещё мисс Миардо. Говорю же, впервые это произошло бессознательно. Просто моя душа хочет защитить твою. И окутала её своим коконом. Понимаешь? Это энергетическая потребность. Желание защитить любимого. Я намного сильнее и это выражается не только в поступках, но и в таком… виде.

На меня посмотрели виновато, но с легкой улыбкой, и снова погладили по спине.

— Не злись. Это не оковы. Не рабский ошейник. Не клеймо. Просто попытка защитить. Она ни к чему тебя не обязывает. Не будет ни к чему принуждать. Оно просто есть. Как артефакт.

— Но это не артефакт, — произнесла с легкой горечью, вроде бы и принимая его аргументы, но далеко не все. — Ты меня пометил. Ты…

Я не удержалась и стукнула его по плечу кулаком, но Ириан даже не поморщился, продолжая смотреть на меня прямо. А я… понимая, что начинаю злиться, но это уже ничего не решит, потому что чувствовала — его ленты меня не просто спеленали, а уже практически срослись с жадной сутью твари из мира Пепла и теперь хрена с два я отдам это сияние обратно, приблизила своё лицо к его и прошипела:

— Знаешь что? Я тоже оставлю не тебе свою метку!

И пока он мне не помешал, дернула полы его рубашки в стороны, выдирая пуговицы с мясом, и как какой-нибудь заправский вурдалак, от души цапнула его в основание шеи.

До крови!

Не знаю, как он меня не прибил сразу. Я б прибила!

Но вместо этого Ириан лишь окаменел подо мной, его руки чуть сжались на моей талии, не скидывая, а наоборот удерживая, а потом… я услышала тихий протяжный стон. Стон не боли, а удовольствия.

Даже отпрянула, не веря своим ушам. Уставилась на эльфа в изумлении, глядя в его затуманенные дымкой желания глаза, призывно приоткрытые губы… И слизнула кровь со своих губ, недоверчиво шепча:

— Ты… мазохист что ли?

Ответа не прозвучало.

Вместо него меня перехватили так, что я даже пискнуть не смогла, сжав волосы на затылке стальной хваткой, а в следующий миг поцеловали так жадно, что здравый смысл окончательно помахал мне ручкой, и реальность просто перестала существовать.

Не помню, как оказалась на кровати. Не знаю, как он сорвал с меня платье, услышав лишь треск, но была слишком занята. Я кусалась, стонала, извивалась в его стальных объятиях и даже, кажется, рычала и царапалась, но не для того, чтобы отпустил, а наоборот — чтобы сжал сильнее! До боли, до хруста, до звездочек в глазах! До конца!

Он вошёл в меня резко, почти грубо, приглушенно рыкнув от удовольствия, и я вскрикнула, но не от боли, а от накатившей волны удовольствия, которая захлестнула меня с головой. Ириан двигался жёстко, глубоко, заставляя меня выгибаться и стонать, вцепившись в него не только руками и ногами, но и ногтями, а порой даже и зубами. В какой-то момент я потеряла связь с реальностью — были только он, его руки, его дыхание и его тело, которое раз за разом вбивалось в меня, заставляя кричать.

Я вцепилась зубами в его плечо, впиваясь до крови, оставляя очередную метку «Мой!» и он снова зарычал, но на этот раз громче, дольше, с искренним протяжным удовольствием, и я почувствовала, как его тело напряглось, содрогнулось, и в следующий миг я тоже взорвалась миллионами сияющих частиц, теряя себя в его объятиях.

Ещё какое-то время мы лежали, тяжело дыша, переплетённые, мокрые от пота. Я чувствовала, как его руки гладят меня по спине, успокаивая, и как его сердце колотится так же бешено, как моё.

— Кошка дикая… — приглушенно пробормотал Ириан мне в макушку. — Довольна? Всего пометила?

— И всё равно ты мазохист, — пробормотала в ответ совершенно невпопад и виновато вздохнула: — Больно?

— Ерунда, — ответил небрежно. — Уже зажило. А ты знаешь, что в стародавние времена брачные обряды оборотней включали в себя подобные укусы? И если отбросить ряд нюансов, то ты сейчас меня на себе насильно женила.

— Ага, снасильничала бедолагу… — фыркнула, стараясь не зацикливаться на том, как по спине пробежал табун нервных мурашек при слова «женила». — Глупости не говори. Мы не оборотни.

— Но пометила ты меня от души, — усмехнулся Ириан и тут же меня поцеловал, но уже сладко и тягуче, следом прошептав прямо в губы: — Я не против. Я хочу быть твоим. Только твоим, Эви…

Не знаю, что он хотел этим сказать, но с этими словами внутри меня взорвалась целая вселенная, буквально затопив медовым светом, и наша новая близость была сплошь пропитана ею и зашкаливающей нежностью.

Это было так здорово, так сладко… так упоительно и волшебно!

Так нужно! Так важно! Невероятно важно осознавать, что меня любит настолько могущественное существо! Не тиранит, не принуждает… Балует! Позволяет причинять себе боль… И всё равно любит.

Так странно…

Уже уплывая в сладкую дрему, вдруг ощутила, как резко прогнулся матрас и распахнула глаза — это Ириан сел на кровати и, кажется, куда-то собрался.

— И-и-ир? — пробормотала хрипло и заранее недовольно, когда показалось, что он собирается уйти. — Останься…

— Я не ухожу, что ты… — он обернулся ко мне и мягко поцеловал в щеку. — Гости очнулись. Надо их выдворить.

Ох… черт!

Точно. Гости!

— Я с тобой! — взбодрилась одним махом и прежде, чем инквизитор успел возразить, метнулась к шкафу за свежим платьем. — И не спорь!

— Мне кажется, иногда тебя проще связать… — прозвучало мне в спину.

— Даже не думай! — рыкнула и резко обернулась наставляя на Ириана палец. — Даже не мечтай! Я тебя не просто укушу, я… я тебя всего искусаю!

— Это угроза расправы или награды? — коротко хмыкнул эльф, как и я, занимаясь прежде всего поисками одежды по комнате.

— Тьфу на тебя! — буркнула и поспешила разобраться с нижним бельём. — Мазохист! Как есть мазохист! Это лечится?

— А надо?

— Понятно. Не лечится. — Подумала ещё и кивнула сама себе. — И не надо.

После чего ловко скрутила растрепанные волосы в пучок, закрепила шпильками и придирчиво изучила инквизитора, который хоть и оделся, но рубашку застегнуть не смог — не хватало как минимум половины пуговиц. И мне бы смутиться…

Но он был слишком хорош!

— Готов?

— Да, идем.

Первым взяв меня за руку, Ириан направился вниз. Когда мы подходили к гостиной, из-за которой раздавались приглушенные голоса, то сначала задвинул меня к себе за спину, и только потом открыл дверь, входя в комнату первым.

Естественно, я не собиралась прятаться за его спиной, так что моментально вошла следом и встала рядом. Поймала краем глаза его недовольный взгляд, но предпочла сосредоточиться на «гостях», которые выглядели помятыми и отчасти растерянным. Но увидев нас, все трое мигом подобрались и на их лицах появилось выражение скрытой угрозы.

— Господа, — поспешила произнести я, глядя прежде всего на Арейхоса и пытаясь понять, что он чувствует по отношению ко мне, — доброй ночи. Прошу прощения за это недоразумение… Но вы сами виноваты.

— В чём? — глухо рыкнул глава местной мафии, глядя исключительно на меня, словно рядом и не стоял преподобный Ириан.

— Вы вели себя угрожающе и я испугалась, — пожала плечами. — Будучи довольно мнительной особой и ко всему прочему артефактором, я обезопасила себя от всевозможной угрозы самыми разными… штучками. Мне искренне жаль, что так вышло, и я прошу отнестись к моей слабости с пониманием. Просто вы, ну… — я мило похлопала ресничками, — оборотни. Такие большие и суровые. Я испугалась. Не хотела ничего дурного, клянусь!

Прищурившись с недоверием, Арейхос изучил меня так придирчиво, что стало отчетливо не по себе и показалось даже, что сейчас кинется, но тут мужчина медленно кивнул и произнес:

— Допустим. Допустим… я вам верю, мисс Миардо.

Я думала, скажет что-то ещё, может даже поинтересуется моим ответом на свой вопрос о замужестве, но нет. Лишь чуть помедлив, Арейхос кивнул сам себе и, даже не взглянув на Ириана, махнул рукой своим охранникам, после чего первым направился на выход, так что мы с инквизитором синхронно отступили в сторону, а потом отправились следом за гостями, чтобы проконтролировать их молчаливый уход.

И лишь в дверях Сантьяго снова посмотрел на меня совершенно нечитаемым взглядом и коротко кивнул:

— Доброй ночи, мисс Миардо.

— Доброй ночи, — проявила ответную вежливость.

После чего Ириан просто закрыл за оборотнями дверь и потянул меня наверх. Не задав ни единого вопроса, хотя уверена, они у него были, в спальне эльф привлек меня к себе и снова зацеловал так, что я сама не поняла, куда и когда подевалось платье и всё остальное.

Вот это сверхспособность!

А потом… Меня любили. Любили нежно, ласково и так упоительно, что сердце заходилось от восторга.

Ириан целовал меня так, словно я была самым драгоценным созданием во вселенной. Его губы скользили по моей шее, ключицам и плечам, рождая в теле сладкие волны удовольствия, отчего кружилась голова.

Он водил пальцами по моей спине, выписывая невидимые узоры, от которых кожа покрывалась мурашками. Его руки были тёплыми и каждое прикосновение отдавалось внутри меня сладкой дрожью.

Я чувствовала, как его дыхание обжигает кожу, как его пальцы переплетаются с моими, сжимая их, словно он боялся, что я исчезну. И я отвечала ему — тоже нежно и ласково, забывая обо всех тревогах и страхах.

Его руки гладили меня везде — по бокам, по животу, по бёдрам, и каждое прикосновение было упоительно сладким. Он целовал мои ладони и запястья, ловя губами биение пульса, и я чувствовала, как его дыхание становится глубже, как его сердце бьётся в унисон с моим.

Он вошёл в меня медленно, плавно, позволяя насладиться каждым мгновением. Я выгнулась ему навстречу, обхватывая ногами, прижимая к себе и чувствуя, как внутри меня разливается тепло, растекаясь по телу расплавленным светом до самых кончиков пальцев.

Ириан двигался нежно, глубоко, и каждый толчок отдавался во мне сладкой волной. Он целовал мои губы, щёки и веки, шептал что-то ласковое. Я не могла разобрать слов, но точно знала, что они обо мне — и это было прекрасно.

Я тонула в нём. В его руках. В его взгляде. В его дыхании.

— Я люблю тебя, — прошептал он мне прямо в губы, и я почувствовала, как его дыхание сбивается, а руки дрожат, — я так сильно тебя люблю, Эви…

Я вцепилась в него крепче, прижимаясь к эльфу всем телом и чувствуя, как внутри меня нарастает что-то огромное, светлое и бесконечно невероятное. И когда я взорвалась ослепительным светом, сжимая его в объятиях, то услышала, как он выкрикнул моё имя, ощутила, как его тело содрогнулось в унисон с моим, и мы оба растворились в этой упоительной близости.

Ещё долго Ириан не отпускал меня, гладя по волосам, целовал в висок, шептал что-то нежное и ласковое. Я чувствовала, как он касается моего лица, убирая растрепавшиеся волоски с кожи, и как его дыхание становится ровным и спокойным.

И я уснула в его руках, убаюканная биением его сердца, чувствуя себя как никогда нужной и защищённой.

* * *

Эвирейл уснула, а ему снова не спалось.

Он упускал что-то важное. Что-то царапало внутри, мешало расслабиться.

Арейхос…

Что он тут делал? О чём на самом деле общалась с ним его девочка? Скрывает ведь… Точно что-то скрывает!

Пожалуй… Стоит выяснить это как можно скорее.

≡=

конец 2 тома

п. с. если история вам понравилась, не пожалейте музу лаков, нам будет приятно и вдохновительно)