Глава 7

Проснувшись утром рано, но не слишком, в районе семи, я сладко потянулась, откинула одеяло в сторону, встала, размялась-умылась, оделась в легкое домашнее платье и отправилась вниз — завтракать.

Сегодня по плану была работа, работа и снова работа, причем именно с артефактами, но стоило мне позавтракать, как раздался звонок в дверь и я отправилась открывать.

Стоящие на пороге мужчины не были мне знакомы, но стоило им представиться, как я распахнула дверь шире — это пришли сотрудники лаборатории, о которых предупреждал меня вчера за ужином Ириан. Проводив их в цоколь и постояв в сторонке, пока они изучали оборудование, я с удовольствием выслушала их восторги по количеству и комплектации всего имеющегося, после чего с легкой руки избавилась от ненужного мне барахла за сто песо. Не самые большие деньги, но всё в плюс.

Больше всего мне понравилось, что мужчины, определившись с тем, что забирают всё, в два счета сбегали куда-то за ящиками, после чего сами занялись упаковкой и выносом, от меня ничего не потребовалось.

Стоило им уйти, как подошел гоблин средних лет, представившийся Вайселем. Его интересовали стеклянные витрины из торгового зала. Придирчиво изучив каждую, мужчина предложил по пять песо за штуку (всего витрин было шесть), и я избавилась и от этих ненужных мне вещей.

Ещё через полчаса — я как раз успела зарядить пару десятков кристаллов, приехала телега с мебелью для мастерских и торгового зала, и следующие два часа бравые мускулистые орки под задорный матерок Барб таскали вещи туда, куда тыкала пальчиком я.

Мне понравилось!

Заодно заказала им тумбочку и комод, девочки всё-таки посовещались между собой и попросили дополнительную мебель себе в комнату.

Между делом подошел курьер из гончарной лавки и принёс мне готовый заказ: глиняные вазочки, фигурки и плошки, которые я планировала украсить кристаллами и сделать декоративные светильники.

После этого мы прервались на обед и уже после обеда разошлись по комнатам цоколя: мы с Юли в мастерскую, а Мия и Кея в соседнюю, где было решено сделать склад под расходники. Там девочки перебирали кварц.

Из всех артефактов, которые умела делать Юли, для своих старателей я решила сделать следующие: артефакт очистки воздуха, который предназначен прежде всего для ликвидации мелкой каменной пыли и газов в шахте; затем артефакт вибрации, настроенный на частоту, с которой вибрируют камни перед обвалом, что даст старателям как минимум десять-пятнадцать минут форы, чтобы покинуть опасный участок; и напоследок артефакт присутствия духов. Он будет реагировать на паранормальную активность в шахте. Из амулетов нужны будут прежде всего бодряшки и взрывки, именно для работы в шахте. Это в принципе база. Плюсом добавила амулеты «каменная кожа» и «воздушный пузырь», которые могут спасти во время обвала, если он всё-таки случится. Первый защитит от синяков и переломов, второй создаст вокруг старателя небольшой запас воздуха, который поможет не задохнуться под обвалом.

Для обеспечения безопасности рабочих непосредственно в горах, стоило создать ряд артефактов, реагирующих на опасность, причем аж пяти видов: дикие звери, алчные люди, беспокойные духи, кровожадные тролли и, напоследок, демоны. И если от зверья было достаточно создать артефакт-отпугиватель с эффектом ультразвука, который влияет на животных, наводя безотчетный страх и просто доставляя дискомфорт, то от охотников за чужим добром и жизнями стоило сделать артефакты уже посложнее. Для начала — сигнальные метки по периметру, которые будут следить за его целостностью и в случае пересечения выдавать резкий звуковой сигнал. Затем ловушки. Ослепляющие, замораживающие и лишающие сознания. Юли предлагала и полноценные боевые, но я отказалась, ведь периметр могут нарушить и случайные искатели, не замышляющие ничего дурного.

Убивать каждого? Ну, такая себе позиция.

Для того, чтобы не привлекать внимание своим присутствием в принципе, Юли предложила сделать многокомпонентный артефакт тишины, который будет глушить звуки и запахи лагеря, так что со стороны никто не услышит и не почует, что всего в десяти метрах от них разбит лагерь. К нему стоило добавить артефакт искажения пространства, который будет превращать стоянку в место, где ничего нет. Только пустые горы.

Помимо этого стоило создать сторожевой артефакт, реагирующий именно на хаотические эманации, присущие демонам. Чтобы в принципе понимать, что за противник бродит поблизости. И если это именно демон, то хвататься за артефакт света и надеяться, что его мощи будет достаточно, чтобы испепелить этих тварей на месте.

К сожалению, именно артефакт света был довольно дорогим и сложным в изготовлении, но я решила, что лучше сделать и пусть будет, чем не сделать и потом кусать локти. Тем более я с некоторых пор дама состоятельная, могу позволить себе эту блажь.

Непосредственно охранникам в личное пользование я планировала выдать мини-набор юного террориста: по пять штук «вспышек», «глушилок», «заморозок» и «взрывок», которые можно использовать против тех же троллей или бандитов, если дойдет до рукопашной. Плюс артефакт ночного зрения и усиленной чувствительности, чтобы даже муху в полете отслеживать, амулеты скорости и тихого шага, артефакт персональной защиты, спасающей от первого смертельного удара, и по десятку лечилок. На всякий случай!

Напоследок я вписала в этот внушительный список многоразовый парный артефакт «переговорник», благо Юли знала, как он делается, да и в блокноте Шнурха я нашла нужное описание, а расходники были вполне доступны для приобретения. Я планировала вручить его старшему охраннику смены, оставив второй себе, чтобы в случае нападения существенно превосходящих сил противника, он мог хотя бы подать сигнал бедствия. И если повезет, я успею с подмогой.

Насчет стихийных духов и защиты от них пока всё было довольно сложно и до конца идея ещё не оформилась, но кое-какие мысли уже бродили в голове. Думаю, сначала навещу своих шахтеров и ещё раз осмотрюсь на месте, послушаю горы. Вдруг сами что подскажут?

Пока же мы с эльфийкой активно трудились над созданием всего этого добра четко по списку, постепенно вычеркивая одну позицию за другой, и я не могла не нарадоваться на то, что не убила эту потрясающую девушку, когда караулила её в палате Шнурха. Сама бы я сделала от силы треть всего задуманного, потому что элементарно не умела делать остальное. А покупать — никаких денег не хватит!

Ну а так буквально двух дней не прошло, как у нас на руках было почти всё задуманное, оставалось лишь сделать переговорник, но с этим Юли пообещала справиться сама — мне надо было уделить внимание светильникам. Десять простейших для Зусиль, пять гранитных и пять яшмовых для Барб — благодаря тому, что эти дни Кея и Мия старательно тренировались создавать искорки, да и мы с Юли перед сном заряжали по две дюжины кристаллов, это количество не стало для меня большой проблемой. И пускай вклад наших младших подмастерьев был не особо весом — каждая выдала за эти три дня всего по сотне искр — тем не менее я оценила их старания и не забыла похвалить каждую, выдав честно заработанные пенни.

На следующее утро, одевшись элегантно, но строго, прихватив с собой Лукаса, Юли и готовые светильники, мы отправились в «Корчмушку», где планировался очередной этап собеседования, но уже с новыми соискателями, в том числе прежде работавших на Диктрейна.

Ириан пока не связывался со мной, но я точно знала, что с ним всё в порядке — его свет, кутающий мою душу в свои золотистые объятия, был лучшим тому доказательством.

Как и в прошлый раз, даже несмотря на относительно раннее утро, в таверне оказалось ну очень многолюдно, но длинный стол в дальнем краю уже был занят для нас Рвыхом, который тоже решил сегодня не ходить в горы, а помочь с подбором персонала, но сначала я дошла до стойки, за которой дежурил дядюшка Птых, и один за другим выложила перед ним обещанные светильники.

— Тц! Красота, — обрадовался тролль и ловко убрал их со всеобщего обозрения куда-то под стойку. — Обрати внимание во-о-он на того громилу. Один из старших охранников Диктрейна. Дункан МакМавел. Толковый мужик. На морду страшен, но характер — кремень!

Я обернулась и увидела, на кого показывает трактирщик. Это был мощный оборотень лет сорока, который действительно был страшноват на морду — его лицо наискось пересекали три рваных шрама, словно его неловко приголубил какой-нибудь медведь. Да уж… Не корейский айдол!

Не знаю, как хорошо у мужчины было со слухом, но стоило мне на него взглянуть, как наши взгляды моментально пересеклись, и я отметила для себя, что зверя в этом громиле многовато. Не жестокости, нет. Именно зверя. Умного, осторожного. Опытного.

Кивнула ему, как равному, отчего мужчина замер, а спустя секунду кивнул в ответ.

Я же, не задерживаясь возле стойки, дошла до Рвыха, рядом с которым нервно переминались с ноги на ногу его племянники, явно переживающие, что я про них забуду, и мы начали собеседование.

Как и в прошлый раз, мы тратили на каждого старателя или охранника по десять-пятнадцать минут, не забывая делать перерывы на чай и обед, но всё равно закончили лишь поздним вечером — так много было желающих работать именно на меня.

Хотя нет. Не на меня. А с Рвыхом и Лукасом, с одобрения Зусиль, что в этих краях было чуть ли не идеальной рекомендацией.

Но лично мне понравилось именно то, что откровенного сброда в таверне сегодня не было, и лично я отказала всего семерым, кто не прошел въедливый «таможенный» осмотр моими помощниками. Кому-то отказала по здоровью Юли, кого-то забраковал Лукас, о ком-то Рвых знал порочащие факты — я слушала всех и принимала ответственное итоговое решение единогласно.

Но даже так я утвердила прежде всего три дюжины охранников во главе с Дунканом, уже точно зная, что надо будет начать разработку второй шахты, чтобы люди не сидели без работы, ну и, чтобы было кому эти шахты копать — две дюжины шахтёров, куда вошли Кронк с братьями и ребята из запасного списка. Я сразу обозначила срок в три дня, чтобы народ пока готовился морально и собирал рюкзаки, потому что завтра я планировала посвятить весь день первой шахте и осмотру местности, чтобы определиться со второй. Думаю, это будет тот высокогорный ручей, откуда мы с Лукасом начинали изучать округу. Будут намывать мне золото, потихоньку расширяя русло, чтобы можно было к нему спокойно подойти.

При этом даже поздним вечером в трактире было приятно светло — это Птых в ранних сумерках развесил мои светильники под потоком в специальных сетках, сплетенных по принципу макраме, так что веревки совершенно не мешали кварцу светить, и мужики периодически задирали головы, чтобы с изумлением изучить новинку и обсудить между собой.

Кто-то просто изумлялся вещице, кто-то не ленился и подходил к Птыху, чтобы поинтересоваться, откуда взялись такие непривычные штуки и сколько стоят, на что трактирщик многозначительно кивал на меня, и мужики становились ещё задумчивее и заинтересованнее.

Мы же, закончив с последним собеседованием, договорились с Рвыхом о том, что завтра все дружно идем в горы и я обучаю мужиков отличать «взрывку» от «лечилки», после чего отправились с Лукасом и Юли домой, но не успели войти, как Барб озадачила меня заявлением:

— Гость там у тебя. Наглый, як мой последний кошак, упокой Мать-Бездна его душу.

— Там — это где? — нахмурилась я. — И кто именно?

— В кабинете. Гоблин. Ушлая тварь, аж придушить хочется, ска! Минут пятнадцать назад явился, ять, и как змий просочился. Не выгнать! Заперла его там, ибо нехер!

Я озадаченно вскинула брови, но на предложение Лукаса разобраться с подозрительным типом отмахнулась и прошла в кабинет одна. Отперла дверь, благо ключ был вставлен в замок, вошла и внимательно изучила сидящего за моим столом обманчиво интеллигентного коротышку в добротном дорожном костюме болотного цвета в крупную клетку, уделив больше всего внимания зажатой в руке трости с резным набалдашником в форме оскаленной морды медведя, зализанному набок чубчику из пяти волосинок, нелепым тонким усикам и пенсне на крупном носу.

Уши, брови, нос, подбородок… Незнакомым было всё, но не наглые хитрые глаза.

— И как звать-величать тебя, гость пронырливый? — поинтересовалась я насмешливо, подходя ближе и упираясь ладонями в столешницу, чтобы получше присмотреться и принюхаться. — Фу. Это что за ядреный одеколон⁈ В черемухе валялся?

— Шипр номер пять, милочка! — фыркнул гоблин, высокомерно выгибая бровь и говоря с любопытным гнусавым акцентом. — Вы ничего не смыслите в парфюме, скажу я вам!

— Ага, — усмехнулась и сделала шаг назад, спасая прежде всего своё обоняние. — А так же в гриме, убийствах и шпионаже. Звать как?

— Что меня выдало, нах? — насупился Шнурх.

— Глаза, — улыбнулась я. — У тебя очень наглые глаза. В остальном грим безупречен. Так как зовут-то?

— Господин Фрунфель фон Штульц! — снова гундосо выдал гоблин, горделиво приподнимая подбородок.

— Вау, — я пару раз хлопнула в ладони. — Круто. Это где такие водятся?

— Южные королевства Старого Света, — усмехнулся гоблин. — Где сама-то была?

— В «Корчмушке», — не стала скрывать и в двух словах обозначила текущий расклад. — Завтра идем в горы. Хочешь с нами?

— О, нет! — замахал руками гоблин. — Мне эти горы…

Он выразительно провел по шее.

— Я лучше тут как-нибудь. Обозначь фронт работ, да пойду осваиваться. Барб предупреди, чтобы не буянила. Честно думал — пришибет, ска!

— О, да, — улыбнулась я. — Барб такая, она может. Ладно, идём. Познакомлю с теми, кто живёт в доме. Гонор пока приглуши, тебе надо им понравиться. Девочки хорошие, возьмешь над ними шефство.

Ну а потом мы вышли из кабинета и дошли прежде всего до кухни, где я представила теперь уже господина Фрунфеля фон Штульца своим старым знакомым по прошлой жизни и во всеуслышание объявила:

— Господин фон Штульц — опытный финансист и немного артефактор. Будет помогать мне прежде всего в артефактной лавке. Жить будет в гостевых покоях первого этажа. Барб, положи на место скалку. Господин фон Штульц хороший. Просто умеет добиваться своего. Завтра мы с Лукасом и Юли уходим в горы, надо проведать наших старателей и глянуть, какое место начнёт разрабатывать вторая группа… Барб, положи тесак, умоляю. Кстати, мы ещё не ужинали. Есть что покушать? И на завтра собери побольше нам вкусняшек, хорошо? Мне безумно нравится, как ты делаешь буженину. Барб, положи сковородку, господин фон Штульц с тобой не заигрывает, он просто компанейский.

В общем… Что сказать? Знакомство прошло успешно. Никто никого не убил и даже Барб подобрела, когда мы сели за стол и Фрунфель с отменным аппетитом умял всё, что ему положили, и под конец попросил добавки. Для Барб это был лучший маркер того, что гость достоин прожить ещё чуть-чуть.

После ужина я показала гоблину обе мастерских и склады, разрешив пока поработать внизу, но уже, естественно, завтра, тем более в связи с обретением новой команды старателей мне требовался ещё один комплект всего, что мы уже сделали с Юли. Внимательно изучив немалый список, гоблин пожевал губами, покачал головой, похмыкал…

— Недешево.

— Фрунф, — я посмотрела на него прямо, — сколько стоит жизнь?

— Ну что ты начинаешь… — цокнул он. — Понял я тебя, понял. Сделаю. Но мне нужен будет мальчишка, который промчится по рынку и купит всякого, чтобы самому не ходить. Не девок же за металлом посылать? Им ещё рожать. Вы с этой остроухой, как я погляжу, уже подчистили запасы, а самому мне пока не резон светиться. Вдруг кто ещё остроглазый найдется?

— Мальчишка? — я задумалась, уже и сама не в первый раз для себя отмечая, что для всякого разного: покупок и просто мелких поручений, мне действительно нужен мальчишка, который всегда будет на подхвате. — Ты прав, нужен. Я подумаю.

Ну а так как время было уже довольно позднее — к десяти, то прошла на кухню к Барбарелле и озадачила этим вопросом её, сразу обозначив главные условия:

— Нужен относительно молодой и шустрый, сообразительный. Сильный. Чтобы и торговаться умел, и язык за зубами держал. В основном будет бегать по поручениям на рынок и до Зусиль. Может ещё куда, сразу так не скажу.

— С проживанием? — деловито уточнила орчанка.

— М-м… нет, — я качнула головой. — Негде.

— В кладовке под лестницей можно матрас кинуть, она почти пустая, — предложила Барб.

И я уже хотела отказаться-возмутиться, но потом присмотрелась к своей кухарке внимательнее и сначала уточнила:

— Уже знаешь, кого хочешь взять?

— Знаю, — не стала отпираться Барбарелла. — Племяш мой внучатый, Мунк. Седьмая вода на киселе по мужниной родне, но хороший мальчишка. Батю в том году в шахте завалило, а мамка — бестолковка. Телом подторговывает и не скрывает. Но её тоже понять можно, ни к чему больше не приучена, а жить на что-то надо. Пацану уже двенадцать, рослый и шустрый, но по возрасту даже в подмастерья не берут. Опасаются. Так, на побегушках, где получается, но у нас в квартале, сама знаешь, с работой не очень. На корку хлеба — и то не всегда хватает. Соседи-то подкармливают, как без этого? Но всё равно не дело. Что скажешь?

— Бери, — кивнула, стараясь не думать, как на самом деле сложно выживать в гоблинском квартале тем, у кого нет нормального отца. — Одеть-обуть, накормить. Для начала буду платить один песо в день, дальше будет видно.

После чего сама прошла к той кладовке, про которую говорила Барб, и поморщилась, потому что комната хоть и умеренно большая (где-то три на три со скошенным потолком), не имела окон и сделать их было невозможно — ни одна стена не выходила на улицу.

Не поленилась и обошла весь свой немалый дом, в итоге констатировав, что подходящих для проживания комнат действительно больше нет. Разве что переделывать под жилую комнату мастерскую или склад в пристройке? Но нет, это глупо.

Либо… Отправлять жить Кею и Мию в центральную гостевую спальню, а Мунка селить в комнатку прислуги рядом с Барб? В принципе мысль интересная. Но лишь на будущее. Сначала присмотрюсь ко всем, оценю их желание работать и расти над собой, а там видно будет.

Так, договорившись со своей внезапно проснувшейся совестью и человечностью, я отправилась спать, не забыв заранее собрать рюкзак на завтра, в первую очередь положив в боковой карман переговорник, настроенный на Ириана, и довольно быстро уснула, проснувшись в пять, когда меня зашла будить Юли. С трудом разлепив глаза, далеко не сразу я вспомнила, что вообще происходит и почему меня будят в настолько чудовищную рань, но потом всё же проснулась достаточно, чтобы и мозг пробудился, так что первым делом взбодрилась под прохладным душем, а потом и всё остальное потихоньку само пошло: я оделась-заплелась, спустилась вниз на завтрак, с благодарностью приняла из рук Барб дорожный мешок с едой на день, три раза переспросила у Юли, все ли амулеты-артефакты она упаковала, на что мне каждый раз отвечали короткое и вежливое «да, конечно», и ближе к шести мы вышли из дома в западном направлении.

Горы ждали свою хозяйку!