Глава 10

Мне снился странный сон… Что я гора. Что я земля. Что я ветерок и травка. Я — чистый горный ручей. Я — игривое дуновение. Я — жизнь. Я — суть.

И я везде…

Это было так странно и так упоительно, что я наслаждалась каждым мгновением новой жизни. Купалась в космическом сиянии, куталась в потоки ионов и ныряла в безвременье…

А потом я проснулась.

— О?

— Вот скажи мне, Эви… — проворчал Ириан, обнимающий меня со спины, но я узнала бы его руки даже с закрытыми глазами, — ты дурочка или прикидываешься?

— М-м-м… — протянула, не совсем понимая, к чему был задан вопрос, но догадываясь, что меня ругают. — Не знаю. Но давай мы это потом выясним? Я соскучилась.

После чего попыталась развернуться в его руках… Но мне не дали. Эм?

— Ир? — позвала, ощутив на своих ребрах его стальную хватку. — Что такое?

— Всё… — хмыкнул, — хорошо. Почти… Почти, да…

Я расслышала, как он шумно выдохнул, под конец даже с рычанием, после чего прижался лбом к моему затылку и глухо произнёс:

— Я зол, Эви. Ты представить себе не можешь, как я зол…

— Да что случилось-то? — продолжала я недоумевать всё сильнее, но вместо ответа…

Меня цапнули за холку.

Цапнули так внезапно и сильно, что на миг перед глазами всё аж потемнело, но уже в следующий из моей груди вырвался стон истинного блаженства, которое растекалось под кожей расплавленной карамелью, не позволяя мыслить связно и реагировать как-то иначе кроме как новым стоном.

Его проникновение в меня было резким, грубым, но я хотела этого сама. Ещё, больше, сильнее! Жестче!

Новый укус в плечо, новый укус в шею… Щекочущий обоняние аромат крови и железа, зелени и сырой земли… И одна вспышка сверхновой на двоих!

Хлынувший изнутри меня восторг оказался такой мощи, что я не выдержала и сначала закричала, а потом горло перехватило… и я разрыдалась. Бурно, сильно. С подвыванием и протяжными всхлипами, с дрожью, которая сотрясала всё тело, и полным отсутствием осознанности происходящего.

— Прости… Прости, Эви… Боги!

Развернув меня в своих руках, Ириан гладил меня по волосам, спине и бедрам, покрывал поцелуями щеки и скулы, без остановки шепча извинения, но я даже ответить не могла — горло сжимали спазмы и я могла только рыдать, захлёбываясь от счастья и облегчения.

Со мной. Он со мной…

— Пере… стань… — сумела пробормотать целую вечность спустя, когда поняла, что ещё немного — и его захлестнет паника. — Мне хорошо. Просто слишком… хорошо. Успокойся. Обними. И помолчи…

Сама я уже давно обвила его руками и ногами, словно лиана. Могла бы — и корни бы в него пустила! Но я могла лишь обнимать… И изредка вздрагивать и всхлипывать, постепенно успокаиваясь.

За окном занималась заря…

С трудом успокоившись, но не в силах отлипнуть от своего эльфа, который, оказывается, и злиться умеет, я нехотя спросила:

— Почему я дура?

Ириан вздохнул. Коротко, рвано. Помедлил и с явной неохотой ворчливо произнёс:

— Кто мне обещал больше не проводить энергетические ритуалы в горах?

М-м…

Неловко облизнув губы, промолчала, потому что оправдываться было бесполезно. Да и виноватой я себя не ощущала. Ну да, обещала. Угу. Нарушила обещание. Хреново, не спорю.

Но что поделать? Вот такая я…

— Эви?

— Будем ругаться? — уточнила и нехотя отстранилась первая, заглядывая ему в лицо. — Я не буду оправдываться, Ир. И обещать, что этого не повторится, тоже не буду. Это мой выбор. Только мой. Почему ты считаешь, что имеешь право меня его лишать?

На меня посмотрели долгим, совершенно нечитаемым взглядом, после чего шумно выдохнули и прикрыли глаза, словно пряча от меня их выражение.

— Ты права, да. Я понимаю. Я не запрещаю, просто… Боюсь за тебя. Боюсь, что однажды ты не рассчитаешь сил и не вернешься ко мне. Страх рождает злость. Злость порождает крах… Я не хочу краха наших отношений, Эви.

— Я тоже, — призналась честно и обняла его лицо ладонями. — Посмотри на меня. Да, я дурочка. Многого не знаю, не умею и просто не понимаю. Но я очень люблю жить. Очень. Безумно. И я очень…

За раз сказать не получилось. Всего два слова, но горло перехватило новым спазмом, так что пришлось снова шумно вдыхать и договаривать на новом выдохе:

— Очень тебя люблю! Очень! Просто… Вот такая я уродилась. Но ты же любишь меня целиком, правда? Даже дурочку?

Я тревожно шарила глазами по его лицу, не понимая, почему он молчит. Не понимая, что мелькает в его глазах. Просто не понимая!

И я была уже готова разреветься снова, когда Ириан тоже обнял моё лицо ладонями и шепнул прямо в губы:

— Конечно, я люблю тебя целиком, Эви. И совсем ты даже не дурочка… Прости. Не обижайся. Я просто слишком переволновался. Это были… не самые простые сутки.

Вот тут мне даже возразить было нечего, но от меня никто этого и не ждал. Ириан целовал меня нежно, трепетно. По моим щекам сами собой текли слёзы, но кто бы меня спросил: почему? Я бы не смогла ответить. Мне было хорошо. Немного тревожно. Капельку нервно.

Но в целом бесконечно хорошо…

Увы, это не могло продолжаться вечность. Всем хороша жизнь, но тело слишком часто хочет чересчур банальных вещей! То есть, то пить… То вообще в туалет! Как так⁈

И всё равно сначала я ещё крепче обняла Ириана и тихонько спросила куда-то в район его ключиц:

— Вы всё сделали на севере? Надолго вернулись?

— Пока всё, — глухо произнёс эльф. — Землетрясение было довольно мощным, полностью разрушены три оставшиеся шахты Диктрейнов. Есть много погибших и тяжелораненых. Я буду настаивать на том, чтобы семьям выплатили крупные компенсации. Сейчас к разбору завалов привлекли гарнизон, работают сменами. Это уже не наш профиль, сама понимаешь. Мы с отцом Фейдом прошлись по региону, угомонили трех духов и почти дюжину низших демонов. Того… Ну, сталкера — не нашли. Но я уверен, он был там. Зафиксировал следы его пребывания. Запомнил аромат его магии. Я не понимаю, зачем он это делает, но он намеренно разоряет именно Диктрейнов. Быть может думает, что это твоё наследство, которое ты жаждешь заполучить, и уничтожает его заранее? Не знаю…

Слушая Ириана, я хмурилась и кусала губы, понимая, что когда демон окончательно разорит Диктрейнов, то может взяться за меня напрямую. И даже не за меня, а за мои шахты. За мою лавку. За моих людей. Черт!

— Как бы нам его выманить… — пробормотала, с досадой потирая лоб, но на ум ничего не шло.

— Не торопись, — быстро произнёс Ириан, а я отчетливо ощутила, как он напрягся. — Ближайшие дни я хочу подробно изучить город. И физически, и энергетически. Уверен, он живет где-то неподалеку. Я смогу засечь даже мельчайшие остаточные эманации хаоса и вычислить, где он живёт. Не мешай мне, хорошо? Пожалуйста.

Я внимательно посмотрела эльфу в глаза и медленно кивнула. Ну как отказать мужчине, когда он так настаивает? Но всё же…

— Умрешь, домой не приходи, — буркнула.

Инквизитор оторопело моргнул.

— Шутка, — поморщилась. — Прости. С душком шутка…

Я шумно выдохнула, запрещая себе думать о плохом, и преувеличенно бодро заявила:

— А пошли завтракать?

Предложение пришлось Ириану по вкусу, но сначала он ещё раз заглянул мне в глаза и крепко-крепко поцеловал, словно ставя жирную точку. Но под чем?

А может это была не точка? Может обещание?

Раздумывая об этом, я сходила умылась и оделась в платье, выбрав поярче и понаряднее, потому что как никогда хотелось праздника. Выбирала долго, с упоением. Сорочку, нижние юбки, чулки… Делала прическу.

Снова задумалась об украшениях… В самом деле, почему у меня до сих пор нет украшений? Я уставилась на своё отражение, с осуждением поджав губы. По местным меркам я уже почти богачка, а до сих пор ни одной пары сережек!

— Что случилось? — уже одетый в светлые брюки и рубашку Ириан подошел ко мне сзади и аккуратно приобнял за плечи, внимательно всматриваясь в мои глаза через отражение.

— Задумалась о том, что красоты много не бывает, — отшутилась я, но когда Ириан приподнял брови, немного разоткровенничалась: — После двух дней в горах особенно сильно хочется носить красивые платья. Да и просто бы такой, ну… Красивой! Женственной, легкой… Но в горах мне тоже нравится, правда! Там столько простора! Столько мощи! Столько красоты!

Я мечтательно прикрыла глаза и улыбнулась, но потом улыбка медленно сползла с моих губ, когда я вспомнила, каким трудным выдался вчерашний день, и сколько мертвых тел я видела. А скольких мы ещё не откопали?

— Эви?

— Столько погибших… — пробормотала я, снова открывая глаза и разворачиваясь к Ириану лицом. — После землетрясения мы постарались обойти всю округу, но…

Я вздохнула и покачала головой.

— Нам самим повезло. Повезло, что именно в тот день мы с Юли доделали артефакты и я отправилась проверять их работу на месте. Это было так… неумолимо!

— Горы не любят слабых и глупых, — тихо произнёс Ириан, привлекая меня к себе. Несколько раз провел рукой по моей спине, поцеловал в висок и отстранился, беря за руку и увлекая за собой. — Идем. Тебе нужно поесть. Совсем серая.

— И ничего я не серая, — проворчала, из принципа бросив контрольный взгляд в зеркало, — вполне себе бежевая…

— А круги под глазами мне мерещатся?

На это я предпочла просто цокнуть и уже сама потянула его вниз. Ну что за мужчина⁈ Как он вообще смеет говорить мне такие… сомнительные комплименты? Которые совсем даже не комплименты!

Как бы то ни было, вниз мы дошли и даже убедили Барб, что не помрем с голоду прямо сейчас и вполне дождемся завтрака, который нам накроют только через десять минут, после чего прошли в столовую… И там Ириан поинтересовался:

— А что за гоблин живет в гостевых покоях? Я немного не понял.

На миг сморщив нос и понимая, что лгать Ириану в глаза у меня получается не так хорошо, как остальным, я воровато осмотрелась, но мы в комнате были одни, однако всё равно подошла ближе и практически на ушко рассказала инквизитору непростую историю Шнурха.

— Вот так, — подытожила уже громче. — Его зовут Фрунфель фон Штульц и он будет заниматься моей лавкой, но за кулисами. Финансы, артефакты, закуп расходников — это всё будет на нём.

— Рискуешь, — с неодобрением качнул головой Ириан и посмотрел на меня с досадой. — Почему ты постоянно так рискуешь, Эви?

— Потому что кто, если не я, — произнесла обманчиво легкомысленно. — Кто-то же должен делать этот мир лучше. Я не инквизитор и никогда не буду, но я вполне могу дать работу Мии, защитить от мерзавца-отчима Кеяру и помочь выбиться в люди мальчишкам Ыржаник. Наверное, я хочу искупить свою вину перед теми, кому не повезло так, как мне… — моя улыбка стала горькой, когда я вспомнила все те души, которые пришлось сожрать, чтобы не стать чьим-то ужином самой. — Я понимаю, что это глупо… Они не простят. Их не вернуть. Но всё же… Можно же просто не плодить зло, правда?

Вместо ответа Ириан просто кивнул и поцеловал меня в лоб, приобняв и не отстранившись даже тогда, когда в комнату торопливо вошла Кеяра с подносом и, поздоровавшись, начала накрывать на стол.

Пока накрывала, один за другим подошли на завтрак Юли и Лукас, отец Фейд и даже Фрунфель, которого я решила даже мысленно называть так, чтобы поскорее привыкнуть. Заглянула Барбарелла, лично принеся наисвежайшие булочки, которые так завлекательно пахли ванилью, что не одна я сглотнула резко набежавшую слюну, а отец Фейд и вовсе до последнего не сводил влюбленный взгляд с моей кухарки, которая старательно делала вид, что улыбается сама себе и солнечному утру.

Завтрак прошел хорошо, в целом на позитиве. Я рассказала инквизиторам и гоблину, сколько и чего мы успели переделать за эти два дня, предпочтя перечислять спасенных, а не погибших, лишь под конец обозначив их одной и, к сожалению, не самой малой цифрой. Не забыла предупредить, что в три запланирована встреча в таверне Зусиль, чтобы решить, стоит ли ещё выждать день-другой или продолжить работать, как ни в чем не бывало, главное разобрать завал. Или, может, пока сосредоточить силы на золотоносных ручьях, которых на моих землях целых два? Или нашей помощи попросят на южном склоне? Хотя у Арейхоса много людей… Но кто его знает?

Сейчас же я хотела сосредоточиться на создании обещанных светильников для Зусиль, потому что я даже примерно не представляла, в чьих руках остались те. А подводить гоблиншу не хотелось. Обещала! Заодно стоило обновить запас лечилок и бодряшек, потому что за эти два дня они были израсходованы почти все, и в итоге после завтрака мы все разошлись по своим делам: инквизиторы в церковь, Барб с Мунком на рынок, Кеяра — к раковине, Мия — за стол заряжать искорками кварц, Лукас к мужикам, чтобы узнать свежие новости по городу, а мы с Юли и Фрунфелем — делать светильники и амулеты.

Единственное, на что я отвлекалась — это на знакомство с парнишкой Мунком, который в свои двенадцать уже перерос меня, ведь был чистокровным орком. Тощим, как жердь, но с пытливыми глазами и сосредоточенным лицом, на котором застыло волнение. Не став третировать его своим вниманием, я лишь предупредила парня, чтобы он во всём слушался Барб и помогал с покупками господину фон Штульцу, после чего спустилась в цоколь и до самого обеда мы переделали кучу дел.

Всё-таки втроем можно сделать намного больше, чем вдвоем!

Ближе к двум мы прервались на обед, после чего обсудили с гоблином и эльфийкой список артефактов, которые стоило сделать в первую очередь, чтобы обеспечить безопасность второй группе старателей, но помимо этого прошлись по списку и тех артефактов, которые уже стоило начать делать для нашей лавки. Время идет, а товара толком нет!

Непорядок!

И в принципе я не видела смысла делать эти списки чрезмерно различными, разве что стоило добавить десяток бытовых вещиц, те же согревающие и охлаждающие артефакты, да самых разных светильников. По уму артефактов и амулетов было море, только успевай делать, но я не хотела слишком сильно распыляться именно на ассортимент. Его можно будет пополнять постепенно, к тому же некоторые вещицы люди будут покупать от силы раз в год, а то и реже. Но выбор был, конечно, огромен.

Для сырых кладовок: артефакты сухости и антиплесени. Для грязной воды и вещей — артефакты очищения, причем это два разных артефакта. Для очистки и свежести воздуха — артефакт воздушной свежести. Для подвалов: артефакт «антигрызун».

Для защиты имущества: сторожевые, отпугивающие, сигнальные и иные артефакты, способные как заморозить, так и вырубить вора надолго. Иные и вовсе насмерть.

Последние я делать, естественно, не собиралась, ведь нет никакой гарантии, что покупатели не воспользуются этим в криминальных целях.

Хотя тем же амулетом для крепкого сна можно напакостить, но тут уже простите — не моя вина.

Амулет тишины и умиротворения, амулет удачи и красноречия, амулет защиты растений от вредителей: стоит только начать — и остановиться уже невозможно!

Тех же светильников мы придумали уже больше дюжины разновидностей!

А делать всё это, простите, когда⁈

Всерьез задумавшись о том, что мне нужно расширять подвал, куда я посажу на цепь ещё десяток-другой артефакторов, которые всё это будут для меня делать, я прогнала из головы это чудное видение, позвала Мунка, собрала в мешок готовые светильники, не забыла сунуть в сумочку побольше денег, с досадой вспомнила, что так и не узнала у Ириана, что случилось с его переговорником, но пообещала себе, что выясню это уже вечером, и мы с орчонком отправились в таверну тётушки Зусиль.

Фрунфеля и Юли я брать с собой не стала, пусть работают. Лукас ещё не вернулся, инквизиторы тоже занимались своими делами, ну а Кея с Мией продолжили разбирать кристаллы кварца, сортируя их по качеству и размерам.

До таверны дошли без приключений, но внутри было уже не протолкнуться. При этом стоило войти мне, как почти сразу стало тихо-тихо, а потом… Народ разразился свистом, воплями и такими овациями, словно на сцену вышла какая-нибудь знаменитая кинодива. Я даже растерялась, замерев, но потом ко мне подскочили Кронк с братьями, подошел Рвых и, усадив меня на своё широченное плечо, как ребенка, отчего я аж пискнула от неожиданности, вскинул руку, отчего в таверне снова наступила звенящая тишина.

Мне стало не по себе…

А Рвых заговорил:

— Вы знаете меня, а я знаю вас. Мы живем в этом городе не первый год и повидали многое. Но вот что я вам скажу: таких девчонок, как эта, я ещё не встречал никогда. Мелкая, но шустрая! Сообразительная и бесстрашная. Упрямая, как баран! Упертая, как мул!

Я нервно кашлянула и поджала губы, но орк меня, кажется, не услышал.

— Сильная! Смелая! Отчаянная! — продолжал то ли хвалить, то ли ругать меня орк. — Сумасшедшая! Была б моей дочерью, первый бы хворостиной отходил!

Кто-то хохотнул, а кто-то и многозначительно покивал.

— Но Эвирейл Миардо мне не дочь, — с подозрительным сожалением произнёс орк и повернул ко мне голову. — Мисс Эвирейл Миардо — святой дух этих гор. Наше спасение. Наша героиня!

Он снова посмотрел в зал и вскинул руку с огромной кружкой, которая появилась там словно по волшебству.

— За нашу Эви! За тех, кто с нами, несмотря на капризы гор! За тех, кто жив и будет жить! За Эви!

— За Эви!!! — заревел зал в едином порыве и звон кружек раздался из каждого угла, а меня, наконец усадили, но почему-то на стойку, где Зусиль лично вручила мне кружку сидра и мне пришлось чокнуться ею со всеми, кто стоял поблизости и тянул ко мне свои кружки.

В общем, единственное, что я успела сделать — это махнуть рукой Мунку, чтобы отдал мешок дядюшке Птыху, и отправить парня домой, а потом меня утащили за дальний столик, где сидели все наши, включая Лукаса, и попойка началась.

Ох, бедная моя печень…