Глава 27. Плохая жена и её плохой муж
Глава 27. Плохая жена и её плохой муж
Четыре дня Руслан и Адель провели за составлением списка имён женщин для выставки. Багдасаров поступился своими нерушимыми принципами - не писать женщин, которые стали красивыми из-за скальпеля хирурга или иглы косметолога. Он махнул рукой с зажатой в ней кистью и сотворил два десятка шедевров в сжатые сроки. Его замысел по привлечению огромных средств был прост - мужчины очень тщеславны, а женщины ранимы. Если муж купит портрет дёшево - оскорбит, дорого - покажет как сильно любит, не купит - значит, не любит, но чтобы не ударить в грязь лицом перед подружками, она выкупит его сама, выставит в сториз себя и свой портрет, и все останутся счастливы. Плюс Адель внесла соревновательный момент, на большом табло в галерее, в прямом эфире будет показана тройка самых любящих своих жён мужей.
Пока Руслан работал в своей мастерской, Адель организовывала мероприятие, умудрялась как-то заниматься детьми, протаскивая их через сессии с психологом, и даже успевала одним глазом следить за ситуацией с мужем.
Теймур стал затворником в доме своей матери, он никуда не ездил, не выходил, только впускал доставщиков. Рамиль так и не смог поговорить с зятем, а, может, не захотел, он уехал через пару дней после скандала с сестрой, и они с ним были в состоянии холодной войны.
Адель, вдохновив как-то днём Руслана своими умениями в позе наезднице, оставила его творить дальше, а сама поехала к мужу вытворять. У неё были ещё одни ключи от дома свекрови, который через несколько месяцев, согласно букве закона о наследстве, должен был перейти в собственность сыновей четы Бахтияровых. Дом встретил её зловонием протухших продуктов и тишиной. Адель не звонила мужу больше недели и уж было подумала самое страшное, но, увидев его спящим в гостиной, полной пустых бутылок и одноразовой посуды из доставок, она выдохнула, всё ещё зажав нос. Побродила по пустому, грязному дому, по привычке, собирая мусор и грязную посуду в пакет, чтобы выбросить. Её уборка привела Адель к кабинету, где раньше работал Айрат, когда ещё здесь жил. Похоже, что свекровь здесь ничего не трогала, будто ждала, что муж вот-вот вернётся и упадёт к не в ноги с запоздалыми на десятки лет извинениями. Теймур сюда тоже не заходил, судя по чистоте вокруг.
Адель застыла перед одной из картин на стене, потянула её в сторону за рамку и перед ней оказался сейф с кодовым замком. У них дома был такой же - шесть цифр. Она наугад набрала дату рождения мужа - не подошла.
Бахтиярова ещё немного послонялась по дому, разложила продукты, которые привезла с собой, в холодильник, выбросила мусор и оплатила квитанции, чтобы Теймур не остался без благ цивилизации. Перед тем, как уйти, она просидела в гостиной, глядя на спящего мужа, которого надо было спасть от самого себя. Но как? Ведь спасение утопающего - дело рук самого утопающего.
Адель уже выходила за дверь, когда её мозг пронзила гениальная мысль. Недавно она подбивала отчётность по прошлому году в фонде - последний перевод от Эммы в благотворительный фонд был мягко говоря странным. Адель судорожно схватила телефон, проверяя файлы в облаке.
- Шесть цифр... - прошептала она, увидев сумму перевода «345 627».
*****
Дядя Валера задумчиво вчитывался в документы, которые принесла Адель. Она вычистила из сейфа всё до последней бумажки, нашла какие-то флешки, документы. По дороге она успела просмотреть пару флешек - Эмма, кажется, подкупила прислугу в доме у мужа и установила там камеры, задолго до своего паралича.
- Зачем? - спросила она будто сама у себя, нервно постукивая ножкой по полу.
- Я всё просмотрю, кажется, что-то не сходится. - пробормотал Валерий, восстанавливая для Адель цепочку событий во времени. - Она написала завещание за два месяца до смерти, всё как положено, даже справка о вменяемости есть, чтобы не придраться. Камеры, похоже, были установлены ещё зимой, судя по датам на записях. Назар встречался с Эммой за неделю до её попытки самоубийства. Не понимаю... Что-то не сходится. Мне надо подумать, вам тоже, просмотрим в четыре глаза.
Вместе они спустя шесть часов, распутали этот клубок, который снова привёл её к Назару.
*****
Белозеров вышел из боксёрского зала Филина со спортивной сумкой в руках, застыв около своей машины, он хмуро взглянул на Адель, которая спокойно пила кофе, опираясь на капот его большого внедорожника.
- У вас ведь нет детей, Назар? - протянула Адель, делая большой глоток из стакана.
- А у вас всё ещё есть? - усмехнулся он в ответ, кидая вещи на заднее сиденье.
- Вашими молитвами, трое. - оскалилась Адель, вытаскивая из сумки папку с документами, и протянула мужчине, который настороженно взглянул на неё. - Вы встретились с Эммой намного раньше, не перед её смертью. Тогда вы ей соврали ради своих целей, а цель у вас посадить Айрата в тюрьму также, как он посадил вас и добиться своей справедливости. Я бы сказала, вы больны, Назар, какая-то идея фикс, травма от того, как с вами несправедливо поступили. Вы могли бы убить Айрата, как главного виновника ваших страданий, но вы хотите посадить его именно по закону. Вы знали, что он к жене, как к грязи относится, да и к сыну также, в принципе, а вот Эмма сына любила больше жизни. Вы попросили её найти доказательства, что Айрат виновен в гибели вашей семьи, что это он подстроил аварию, надавили на её доброе сердце и совесть. Про Теймура и его роль во всём этом и в смерти Лизы вы умолчали, на что надеялись? На старое русское авось?
Назар стиснул зубы, глядя на уверенную в себе Адель, которая слишком много поняла правильно, судя по его лицу.
- Эмма нашла доказательства, только вместе с этим узнала страшную правду, что её сынок не святой. Она любила Теймура больше жизни, и эта жизнь ей стала не нужна. Берите, Назар, там ваше отмщение Айрату.
- С чего такая доброта? - оскалился он в ответ, сложив руки на мощной груди.
- С того, что мне вас жаль. Айрат отнял у вас десять лет жизни, у меня тринадцать, я умерла и начала жизнь заново, а вы всё ещё к клетке сидите и оттуда выбраться не можете, давясь своей злобой и ненавистью. Довольно, Назар, Эмма на вашей совести. Каких ещё смертей вам нужно?
- Она на своей собственной. - покачал он головой.
- Нет, Назар, она была напугана, растеряна, ей было семьдесят пять лет и она с техникой на вы, она просто не знала, что эти чёртовы видео можно нарезать кусками! - прокричала ему Адель, всё же теряя самообладание. - Она записала два разговора своего мужа и сына, но и тот и другой чернили обоих. Эмма спрятала их, приготовилась к смерти и сгорала от мук совести, из-за вас, из-за сына, из-за себя. Берите, Назар, и сажайте того, кто действительно виновен. Айрата!
- А ваш муж?
- Оставьте его, Назар, он как ребёнок, который потерялся по жизни, не добивайте вы лежачего, он упал и больше не встанет. Он виноват, да, но не в том, в чём вы его обвиняете. - покачала головой Адель. - Посмотрите записи. Эмма была слабой женщиной и ваша Лиза тоже была слабой. Мужчины такими только пользуются, ломая их судьбы. Посадить Теймура вы не сможете, а покончить ему с собой я не дам, он отец моих сыновей. Он сволочь, но я всё ещё человек.
Адель пришлось буквально всунуть папку Назару в руки, затем она достала приглашение, где были выгравированы имена приглашённых.
- Зароем топор войны, Назар, или будем воевать до конца?
- Посмотрим. Патронов у меня ещё предостаточно. - хмыкнул он, взяв в руки кусок бумаги.
Она уже собиралась уйти, но всё же обернулась, сказав ему на прощание:
- Когда ваша женщина поймёт, что вы тоже ею воспользовались, и она всего лишь часть вашей мести, она в петлю не полезет. Алеся накинет её на вашу шею и затянет потуже. - ядовито усмехнулась Адель. - Хотелось бы на это посмотреть, даже интересно, как вы будете корчиться в агонии...
*****
- Нервничаешь? - улыбнулся Руслан, целуя её дрожащие пальчики.
- Я то? А мне что нервничать? Не я же собираюсь деньги отмывать. - нервно улыбнулась Адель, надевая перчатки.
Она поплотнее закутала нос в воротник шубы, весна вот-вот наступит, а зима никак не хотела отступать, опуская столбик термометра всё ниже и ниже. Адель взялась за локоть своей персональной грелки в виде мужчины и он повёл её до машины. Послезавтра был день «ха», всё готово, сто раз проверено, полотна развешаны, журналисты ломятся в закрытые двери, а любовники позволили себе нескромный ужин в тихом ресторанчике. После вкусной еды планировалась тёплая постель.
Они сели в прогретую машину, но не спешили трогаться с места, Руслан потянулся к ней за поцелуем и они начали прелюдию перед тем, как уехать в номер отеля, он был ближе, чем его дом.
За этот месяц они так сблизились, что Адель это стало даже немного беспокоить, не было ни дня, когда они бы не виделись. Пусть урывками, ненадолго, но каждый день. Две недели назад без всякого пафоса и громких слов Руслан всунул ей в руку ключи от своего дома.
- Когда я работаю в мастерской, не слышу звонок, заходи в любое время, предупреждать не надо. Манана знает, всё понимает.
Адель приходила, чаще всего поздно ночью, когда не могла уснуть. Мама переехала к ней, без спроса и разрешения, вместе со всеми своими животными, радости сыновей не было предела. Адель нисколько не возражала, ей стало даже легче, когда бабушка взяла на себя часть забот о внуках. Амалия с пониманием относилась к ночным исчезновениям дочери и к её утренним приходам, и Адель была ей за это благодарна.
Проскальзывая в дом Багдасарова через дверь, она тихо поднималась на третий этаж, открывала дверь и каждый раз видела его за работой - сосредоточенного, с грязной тряпкой на голом плече, об которую он вытирал руки от красок. Когда он замечал её силуэт в дверном проёме, Руслан улыбался, как ребёнок, протягивая к ней ладони. Адель же всегда приходила не с пустыми руками, зная, что он может забыть поесть, пока работает, Манана ей стала жаловаться на его плохой аппетит. Пока Адель проходила по рядам уже готовых работ и рассматривала незаконченные, Руслан сидел на маленьком диванчике и жадно поедал её кулинарные шедевры, даже если это были простые котлетки с мятой картошкой. Затем наступала её очередь сидеть на диванчике и наблюдать, как Руслан работает кистями. Иногда она с тоской думала о том, что эти ночи скоро закончатся. Но её грела мысль, что он останется ей должен ещё один портрет - обнажённая Адель. И их ждут ещё много ночей, пока он будет её рисовать, постоянно отвлекаясь.
- Всё, поедем уже, хочу тебя... - прошептала Адель, отрываясь от поцелуя в машине.
Он с неохотой пристегнулся и ждал, пока сделает это она, Адель повернулась к нему, чтобы что-то сказать и застыла пойманная на месте преступления. Из соседней машины на неё смотрела Ида Ковалевская, вылупившись своими большими серыми глазами на адюльтер в прямом эфире. Судя по её размазанной помаде она только что занималась тем же самым, что и Адель, только со своим мужем, который с любопытством поглядывал с водительского сиденья на любовников. Ида робко махнула им рукой, здороваясь, Руслан и Адель синхронно кивнули и обе машины разъехались по разным сторонам.
- Извини... - раздалось в тишине салона авто.
- За что? За то, что я счастлива? Я не буду ни перед кем извиняться и тебе не советую. Я замужем и я встречаюсь с мужчиной, я не буду больше это скрывать.
Руслан покосился на женщину, которая гордо держала голову и улыбалась, глядя только вперёд. Они набросились друг на друга с порога номера - дорогая шуба мусором валялась у двери, бриллианты кучей на тумбочке, а двое влюблённых нежились в объятиях друг друга. Их было только двое в общей постели, а остальные обыватели за дверью пусть слушают, подглядывают, обсуждают и плюют им в спины при встрече. Двое были счастливы, а толпа счастливый быть не умеет...
*****
Адель в последний раз прошлась по пока ещё пустой галерее, осмотрела крепко ли держатся чёрные полотна ткани, закрывающие шедевры под собой. Руслан ходил за ней как привязанный, молчал и явно нервничал. Она сжимала его руку и успокаивающе гладила по плечу. Когда гости начали подтягиваться на выставку, чтобы оценить искусство, оказалось, что смотреть не на что, они бродили по галерее в лёгком недоумении, перешёптываясь между собой. Особенно громко фыркали те, которых пригласили как важных гостей, раздав им браслеты с номерами. Когда они увидели такие же номера у чёрных полотен, гости будто начали о чём-то догадываться.
- Последний номер опаздывает - тринадцатая. - шепнула Адель одна из хостес. - Её муж здесь, а Киры Морозовой нет.
- Они разводятся, может, и к лучшему, что её нет. - вздохнула Адель. - Пора говорить речь.
Госпожа Бахтиярова поднялась на импровизированную сцену, постучала по бокалу шампанского вилкой и взяла в руки микрофон. Она обвела взглядом толпу людей, среди которых была её мама, дядя Валера, Наталья Борисовна, блогерша Синичка, которая не только создавала вокруг мероприятия медиаволну, но и будто удочерила семидесятилетнюю девочку, постоянно вырывая у неё бокал из рук. Адель улыбнулась гостям и начала говорить:
- Я всегда восхищалась людьми, которые могут создавать что-то прекрасное, оставляя свои творения миру, как напоминание о силе энергии созидания. Я очень рада представить вам человека, которого многие из вас знают, но ещё не знакомы с его талантом. Сегодня мы собрались здесь, чтобы это увидеть...
Гости нетерпеливо зашушукались, никто из них не знал, какой художник сегодня выставляется, и почему вокруг него так много ажиотажа. Только Ковалевская была в курсе, она помогала в организации выставки. Ида ни взглядом ни словом не напомнила Адель о недавней неловкой встрече. Она стояла рука об руку с мужем и с интересом ждала кульминации.
Адель протянула руку к гостям и Руслан подошёл к ней, крепко обхватив её ладонь, он поднялся к ней на сцену, встав рядом, не расцепляя рук.
- Руслан Багдасаров, дамы и господа, автор замечательных работ, которые вы увидите буквально через пару минуту. Прошу особых гостей подойти к полотнам совпадающими с цифрами на браслетах. - Адель дождалась, пока люди разбредутся по своим местам и продолжила. - Лучшее творение в мире это человек, и пусть ваши самые близкие люди об этом не забывают!
Чёрные полотна одновременно упали на пол, секундное замешательство и возгласы удивления, а затем шквал аплодисментов. Адель повернулась к Руслану, который сосредоточенно смотрел на реакцию публики. Бахтиярова отпустила его руку, обняла за талию и поцеловала в щёку, когда он повернулся к ней в анфас, Адель оставила поцелуй на его побледневших губах.
- Небольшой скандал не помешает. - подмигнула она ему.
Выставка прошла с большим успехом, Адель только успевала принимать пожертвования не только от тех, чьи картины висели на стенах, но и от остальных сердобольных гостей, которые жаждали попасть в блог Синички и НБ, как очень добрые и отзывчивые люди.
Морозова всё-таки пришла и выкупила свою картину сама, она схватила Адель за руку и не отпускала, пока та не пообещала с ней встретиться на следующий день. Адель растерянно кивала, пока Кира одним кликом переводила в фонд аванс за покупку, там было шесть нулей после цифры пять.
Кончен бал, погасли свечи. Они готовились к этому мероприятию дольше, чем оно проходило. Художник и его Валькирия сели на сцене и распили бутылку шампанского.
- Это успех, Руслан, я тебя поздравляю! - улыбнулась Адель, чокаясь с ним бокалами. - Многие спрашивали, когда следующая? Женщины выстроились в очередь, чтобы получить свои портреты и готовы платить за них баснословные суммы.
- Больше выставок не будет, это была первая и последняя. Мои картины это только моё, я больше не хочу этим ни с кем делиться. - тихо сказал Руслан.
Он поставил бокал на пол, взял ладони Адель в свои и поцеловал каждую из них, он крепко их сжал, посмотрел ей в глаза - честно и открыто.
- Я хочу до конца своей жизни рисовать лишь тебя, Адель...
*****
Госпожа Бахтиярова со вчерашней ночи пребывала в состоянии шока, слова Руслана повторялись в её голове, как заевшая пластинка. Адель отреагировала на них, как полная дура, которой вот-вот исполнится тридцать четыре года - промолчала, поцеловав его в губы, потом залила в себя бутылку шампанского, как следствие, захмелела и они с Русланом провели ночь в его люксе, откуда с позором сбежала утром, пока он ещё спал.
Она бродила по пустым улицам от кофейни к кофейне, раздумывая над сложившейся ситуацией. Вчера она кинула себя и его на потеху толпе, которая начала обсуждать их роман ещё на выставке и с удовольствием продолжила утром. Адель обезопасила детей от новой волны грязи - второй месяц они были без телефонов и гаджетов, в изоляции от грубого мира взрослых. Её следующим пунктом в плане будущего был развод и переезд из страны. Они обсудили это с мамой и она её поддержала, осталось договориться с Теймуром.
В настоящем её ждала встреча с Морозовой. Адель пришла по адресу, который написал ей юрист Киры, он попросил её принести кое-какие документы.
- Ты принесла мой портрет? - первым делом спросила Кира, когда они встретились перед офисом нотариуса.
- Да, в машине.
- Тогда пошли, покупаю его за охреннеллион миллионов. - радостно хлопнула она в ладошки перед тем, как стать, видимо, нищей.
Нотариус зачитывал суммы, которые переводились на счета фонда, заставил Адель засвидетельствовать пересчёт наличных - доллары и рубли, которые Кира принесла в чёрном мусорном мешке, как кусочки цветной бумаги на выброс. Там было много, очень много...
- Кира, ты уверена? - осторожно спросила Адель, пока Морозова ставила подписи в дарственной на своё единственное имущество.
- Да, я вменяемая, справка нужна? А то у меня нет.
- Я засвидетельствовал вашу вменяемость. - заверил её нотариус.
- Вот и славно. - улыбнулась Кира и с самым серьезным видом посмотрела на Адель. - Теперь дом, я знаю, что ты ищешь место для центра помощи женщинам, вот у меня есть большой земельный участок, с домом, уединённое место. Может, придётся дом снести, но денег построить что-то другое хватит. Я всё посчитала, у меня же муж то второй строитель. Этот дом мой покойный первый муж сдавал Родимовым, для их оргий, если что. Он странный, с плохой репутацией, но пусть служит теперь доброму делу, да?
Адель рассеянно кивнула, принимая всё, что ей передала Кира. Затем пришла её очередь платить, они вышли из офиса и Адель протянула ей завёрнутый в бумагу портрет.
- Твой муж пытался со мной за него торговаться.
- Я на развод подала, никакой он мне больше не муж, и не был им никогда. - буркнула Кира, забирая портрет. - Пошли, мне добрый дядя нотариус разрешил пожар на заднем дворе устроить.
Бахтиярова побрела за девушкой, они зашли за здание, Кира разорвала бумагу, последний раз взглянув на творение мастера, кинула его на снег, достала из сумочки бутылку с розжигом и щедро полила полотно, чиркнула спичкой и оно полыхнуло.
- Зачем? - осторожно спросила Адель.
- За тем, что это не я и не хочу такой быть. - поджала губы Кира. - Все называют меня Чёрной вдовой, а я всего лишь Кира Некрасова, и собираюсь такой быть. Все деньги, что я тебе передала, они от моего первого мужа, немного от отца, и даже от моего второго мужа, который откупился от меня пачками долларов, когда пытался меня изнасиловать в том самом доме, который теперь тоже у тебя. Хватит с меня этого высшего общества, дерьмо одно кругом, куда ни плюнь... Прощай Адель, хороший ты человек и делаешь много добра. Мне пора, у меня тут папаша умирает, всё умереть никак не может, пойду помогу, если уж сам не справляется. Тоже, своего рода добро сделаю.
Кира нервно хохотнула, поцеловала её в щёку и ушла. Адель проводила взглядом фигурку девушки в чёрном и перевела взгляд на догорающую на снегу картину. Вот как надо начинать новую жизнь - сжечь всё старое.
*****
Бахтиярова вернулась домой под вечер, Амалия обняла её и сморщила нос, учуяв запах гари.
- Сжигала чужое прошлое. - устало улыбнулась дочь, снимая шубку.
Адель поужинала в своём новом семейном кругу со знакомыми до боли лицами, только теперь вокруг огромного стола в не менее огромной столовой носились наперегонки собаки и кошки. И как они раньше жили без этой пушистой ватаги? Видеть улыбку на лицах своих сыновей было для Адель счастьем, ничем неизмеримым, ни за какие деньги не купленным. Амалия то и дело поглядывала на дочь, с которой явно хотела провести воспитательную беседу, видимо, любовник при живом муже хорош только если он прячется в шкафу.
Плохая жена не успела получить от матери нагоняй - ей позвонили, Адель молча выслушала дядю Валеру, который сообщил ей плохие новости. Предыдущие новости неделю назад были куда лучше - Айрат написал чистосердечное признание, сознаваясь в убийстве Белозёровых, назвал имена исполнителей, выступая единственным заказчиком.
- В какой они больнице? - прохрипела Адель, тяжело вставая из-за стола. - Скоро буду.
*****
Адель почти дошла до дверей приёмного покоя, но встала, как вкопанная, через них вышел Теймур с пластырем на лбу, смертельно бледный и едва волочащий ноги. Его уже допросили, как сказал Валерий, авария произошла ещё днём, время было почти десять вечера, на парковке кроме них двоих никого.
Увидев жену, Теймур виновато опустил голову, сделал пару шагов, и неожиданно справа в его красивое лицо хорошенько впечатался сильный мужской кулак.
Адель с ужасом и полным непониманием смотрела, как Теймур падает на асфальт от ударов Кирилла Соболева. За этой дракой совершенно спокойно наблюдал Назар, обнимая испуганную Алесю. Эти трое вышли за Теймуром следом из дверей приёмного покоя, а Адель и не заметила. Она кинулась к ним, без страха и что уж греха таить, без мозгов, толкнула Кирилла изо всех сил, чтобы он перестал бить всё ещё её мужа по паспорту. Кирилл пошатнулся, но устоял, сжал окровавленные кулаки и взглянул на Адель бешеным взглядом, полным ярости и гнева.
Бахтиярова не отступила ни на шаг, стоя между лежащим на асфальте Теймуром и Кириллом.
- Что происходит? - твёрдым и громким голосом спросила воительница.
- Ваш муж на полном ходу, пьяный, врезался в мою машину. - дрожащим голосом сказала Алеся. - За рулём была моя подруга, а на заднем сиденье её маленький сын, ему всего шесть... Они в реанимации.
- Если с ними что-то случится, я убью тебя! Ты понял меня?! - заорал Кирилл и его голос эхом разнесся по ночной парковке, пугая редких прохожих вдалеке. - Убью, мразь! Просто убью!
Соболев подался вперёд корпусом, будто собираясь оттолкнуть Адель. Он поднял руку, но она среагировала быстрее, приводя его в чувства своим хорошо поставленным ударом в челюсть.
- Никто никого не убьёт. - сказала Адель, готовясь принять ответный удар. - Я не позволю!
- Защищаешь своего мужа? - усмехнулся Кирилл, кивая на жалкого Теймура, валяющегося у её ног. - Вот этот вот кусок дерьма?
- Да, я же хорошая жена, какой уж есть. - поджала губы Адель.
Назар подгоняемый тычками от своей Алеси всё же вступил в перепалку и оттащил Соболева от Бахтияровых. Адель подняла мужа, помогла ему сесть в машину и повезла его подальше отсюда. Теймур молчал всю дорогу, стирая кровь с лица влажными салфетками. Доставив его к дому матери, Адель повернулась и спросила:
- Теймур, ты сделал это намеренно? Ты врезался в её машину специально?
По одному только взгляду мужчины, который был ей мужем четырнадцать лет, она поняла ответ - да, Теймур перешёл черту, пробив своё собственное дно, на которое упал и не желал с него подниматься.
*****
Побывать на выставке художника, а также почитать законченную историю Чёрной вдовы можно ЗДЕСЬ