Из горы кротовину

Джесс

Сейчас воскресный полдень, и мы мчим по милой сельской дороге в «Хаммере» Блейка. Я могла бы дать себе «отлично», потому что смотрю прямо, а не на заднее сиденье. Но, клянусь, я вся вспотела в ту же секунду, как эта машина остановилась перед общагой. Тело неравнодушно к поездкам с этим мужчиной.

Или, будем честными, к самому Блейку.

– Так с кем я сегодня встречусь? – Я не обращаю внимания на мускулы его предплечья, пока он держит руку на руле. Стараюсь, по крайней мере.

– Бебишауэр будет у Бренны. Другие сестры, Бет и Бритт, тоже будут там. Двое из них, включая ту, которая беременна, замужем. – Он хмыкает. – Мама на седьмом небе от счастья. Она уже выкупила весь магазин детских товаров, так что у ребенка будет все в четырех экземплярах. Ну правда, что на самом деле нужно новорожденному? Кровать и клюшка. Конец.

Просто истерика.

– А ты что купил для ребенка?

– Клюшку. Ясен пень. И заплатил за крутую коляску, по примочкам якобы «Хаммер».

– Клево.

– Ты хорошо общаешься со своими? – с любопытством спрашиваю я.

– Конечно. Они офигенные.

Хммм. Что-то не сходится. Понять не могу, зачем Блейку понадобилась липовая спутница на семейный праздник. Если только там не будет кто-то еще, от кого его бросает в дрожь.

– Мне нужно кого-то остерегаться? Может, бывшей?

И – ага! Он дергается.

– Все настолько плохо?

Блейк кривится.

– Ничего такого.

Ясно.

– Это из-за нее внезапно понадобилась девушка? Просто расскажи, и тогда будет легче все разрулить. Как ее зовут?

Он вздыхает.

– Молли. Она лучшая подруга Бренны. Я не так часто с ней вижусь, но иногда она становится слишком надоедливой.

А.

– Но если я буду там, она отвяжется?

– Ей придется, – ворчит мужчина.

Мы сворачиваем на обрамленную деревьями улицу в местечке под названием Брэмптон. Тут роскошно и по-своему красиво. Я ничего не знаю об Онтарио. Этот небольшой отдых от учебников – приятная передышка, хоть меня и привезли сюда, чтобы защитить Блейка от острых когтей бывшей.

– Нужно было меня предупредить, – тихо говорю я. И тут же чувствую себя виноватой, потому что пыталась выставить Дайсона своим парнем на свадьбе Джейми.

Почему я такая лицемерная?

Он паркует машину у обочины перед большим домом, к почтовому ящику которого привязаны розовые и голубые шары. На крыльце стоят хризантемы в цветочных горшках, а подсолнечники образуют на участке живую изгородь. Я в восторге.

Блейк вытаскивает ключ из замка зажигания и поворачивается.

– Слушай, прости, что ничего не сказал. Я очень благодарен, что ты сегодня поехала со мной. – Во взгляде его зеленых глаз сквозит потерянность. Я редко вижу такое на его лице, так что не могу не растаять. Самоуверенность Блейка Райли улетучилась? Звоните 911.

Я похлопываю его по скуле.

– Можно мне немного поразвлечься? Выдумать историю о первом свидании?

– Пускайся во все тяжкие. – Он ухмыляется и становится похожим на себя. – Я сказал, что мы встретились, когда ухаживали за Джейми. Но я пропустил ту часть, где снял штаны и попробовал превратить член в вибратор с помощью массажного кресла.

При этом воспоминании тело содрогается.

Блейк показывает на меня пальцем.

– Запомни это выражение лица. – Он подмигивает. – Ты очень убедительна с таким возбужденным взглядом.

Я делаю вид, что хмурюсь.

– Никто тут не возбужден.

Главное, не смотреть на заднее сиденье.

Блейк не утруждает себя спором. Он вылезает из тачки и с улыбкой открывает мне дверцу.

– Иди знакомься с семейством Райли, моя девушка.

Внутри дома царит хаос. Блейк ведет меня на кухню, где полдюжины женщин трудятся, как пчелки. Узнать среди них сестер Блейка несложно – они его женские версии. Высокие девушки с широкими плечами и заразительными улыбками. Они одеты в платья с цветочным рисунком разных оттенков, – не могу понять, преднамеренное ли это сходство. Я выгляжу скромно в маленьком синем платье без рукавов.

Они не замечают нашего появления, потому что кудахчут над только что прибывшей огромной коробкой из пекарни.

– Боже мой! – радуется беременная. – Лучше и быть не может.

Я встаю на носочки, чтобы заглянуть в коробку. Там рядами стоят прекрасные капкейки, покрытые облаком белой глазури, с шоколадными сперматозоидами на верхушках.

– Черт, это жутко! – восклицает Блейк.

Девушки поворачиваются, их голоса становятся оглушительным. Сестры набрасываются на него.

– БЛЕЙКИ!

– Он здесь!

– Выпей пива!

Я инстинктивно прячусь за Блейка, чтобы меня не растоптали. С веселым рыком он поднимает в воздух каждую по очереди.

– Да начнется празднование фертильности! Где, ты сказала, пиво?

– Я принесу, – вызывается одна из сестер. Видно, что парня здесь любят.

– Принеси два, – говорит он. – Я привел сюда кое-кого, чтобы с вами познакомить. Она наверняка умирает от жажды.

Он поворачивает голову влево и вправо, не понимая, где меня потерял. Я выглядываю из-под его руки, чтобы меня увидели, и пальцы Блейка касаются голой кожи моего плеча.

– Девочки, это Джесс. Моя девушка.

В комнате резко воцаряется тишина. Сначала кажется, что у меня проблемы со слухом, но потом замечаю удивление на лицах. Одна из сестер Блейка забывает закрыть дверцу холодильника и смотрит на меня с отвисшей, как у голодного морского окуня, челюстью.

Молчание такое же глубокое, как Тихий океан. Я использую этот момент, чтобы рассмотреть все шокированные лица. Кроме сестер, на меня пристально смотрят еще две-три женщины. Одна из них – ее лицо эльфа обрамляют упругие кудри – в ужасе закрыла рот рукой.

– Эм, девочки? Ау? – не выдерживает Блейк, рассеянно поглаживая мое плечо. – Идите сюда и познакомьтесь с Джесси.

– Простите. – Девушка у холодильника приходит в себя первой. Она пересекает комнату и больно сжимает мне руку. – Я – Бритт, младшая из четверых. Рада познакомиться. Блейк не говорил, что с кем-то встречается. – Она смотрит большими зелеными глазами на брата, и во взгляде читается немой вопрос.

– А сейчас встречаюсь, – сердито отвечает он. – Давайте не будем делать гору из кротовьей норы[22].

– Из кротовины, – поправляю я.

– Не-а, малышка Джей. Быть такого не может. Кроты роют норы под землей, а не строят всякую хрень.

Бога ради.

– Но из земли, которую они выбрасывают наружу, получаются… – Замечаю минимум дюжину глаз, наблюдающих за мной с любопытством. – Проехали, – бормочу я, и мужчина хмыкает.

– Пива? – спрашивает он. – Тут наверняка еще есть какое-нибудь девчачье белое вино.

– Пиво было бы чудесно, – быстро говорю я. И будь что будет.

Я знакомлюсь с остальными двумя сестрами и отцом Блейка. Сказать, что мистер Райли – совсем не такой, как я думала, – это ничего не сказать. Блейк сантиметров на пятнадцать выше него и тяжелее как минимум на пятьдесят килограммов. Мистер Райли вежливо приветствует меня, словно он директор школы. Потом крадет капкейк со сперматозоидом и тихо ускользает из комнаты.

И когда я уже готова объявить, что генетика – это полное жульничество, слышится громкий топот ног, и на нас набрасывается огромная женщина.

– БЛЕЙКИИИИИ!

– Уф, – говорит мой фальшивый парень, обнимая ее. – Полегче, ма. Я тоже рад тебя видеть.

– Прошло ДЕВЯТЬ ДНЕЙ с тех пор, как ты приезжал на ужин! – воет она.

– Да кто их считает? – Он ухмыляется.

– Я СВАРИЛА ГРУДИНКУ! Тебе нужен белок, если ты собираешься СТЕРЕТЬ МОНРЕАЛЬ В МЕЛКИЙ ПОРОШОК.

– Офигенно, – говорит он. – Мам, это Джесс. Моя девушка.

Я собираюсь с духом, пока миссис Райли поворачивается, чтобы меня рассмотреть. Она не ахает, но придирчиво изучает меня с ног до головы, словно я – кусок мяса, который она выбирает для покупки.

– Приятно с вами познакомиться, – говорю я дрожащим голосом, протягивая руку.

Ее гигантская ладонь смыкается вокруг моей. У нее захват Майка Тайсона.

– Добро пожаловать в наш дом, Джессика. Как давно знакома с моим мальчиком?

– Эм, с марта. Он дружит с моим братом.

– Шесть месяцев. Хммм… – Миссис Райли задумывается, изогнув бровь.

– И что тебе нравится в нем больше всего?

Когда предательский мозг подсовывает мне совсем неуместный ответ, Блейк приходит на помощь:

– Мам, Джесси еще не посмотрела дом. Мы вернемся к тебе чуть позже, ладно?

Женщина хмурится, недовольная тем, что ее прервали. Возникает ощущение, что она бы с радостью затолкнула меня в комнату для допросов без окон, чтобы напоить сывороткой правды и пытать.

Ладонь Блейка смыкается вокруг моей. Он передает один из двух стаканов пива. Я делаю большой глоток, пока мы сбегаем через красивые стеклянные двери в направлении заднего двора.

– Хоспади! – восклицает Блейк, когда мы оказываемся на улице. – Малышка Джей, прости. Я не думал, что они придут в состояние повышенной боевой готовности, если я приведу с собой кого-то.

– Когда у тебя в последний раз была девушка? – спрашиваю я.

– Эм. Пять лет назад.

– Ясно… – Кусочки пазла складываются у меня в голове. – То есть ты расстался с как-ее-там и полностью покончил с отношениями?

– В общем-то, да, – хрипло соглашается он. – Смотри. – Он обводит рукой прекрасный двор со сверкающим бассейном у дальнего края. – Выкопали его сами, когда мне было четырнадцать. Это была бомба.

– Выглядит здорово. – У одного конца висит баскетбольная сетка, и я легко могу представить, как все крупные Райли борются под ней. На первый взгляд мой дом и жилище Блейка совсем не похожи. Но я ощущаю тут знакомую атмосферу большой семьи, и она действует успокаивающе. Инцидент на кухне не кажется таким ужасным. – Мило у тебя тут. – Я беру его под руку. – Покажи еще что-нибудь.

Он отводит меня в домик у бассейна, где стоит холодильник, полный канадского пива. Вернувшись, мы обнаруживаем, что на террасе перед кухней как раз начинается бебишауэр. По одному-два человека прибывают гости, складывают подарки на стол и пробуют закуски с другого.

– Давай найдем что-нибудь поесть, – предлагает мужчина, поглаживая мою поясницу. – Знаю, что моя мать может показаться странной, но она чертовски хорошо готовит.

– Звучит круто.

Он протягивает тарелку, и я беру мини-киш и фаршированное яйцо. Улыбаясь, к нам подходит Бритт.

– Там намного больше еды, – говорит она, показывая на стол за стеклянными дверьми. – И мы играем в игру.

– Четвертаки[23]? – пытается угадать Блейк – Пиво-понг[24]?

Сестра закатывает глаза.

– Нет, Блейки. – Ей даже не приходится тянуться, чтобы прицепить что-то к карману его рубашки. Это английская булавка с крошечной синей ленточкой. Мне она протягивает такую же с розовой. – На протяжении всей вечеринки нельзя говорить «малыш». Если произнесете, то отдаете значок тому, кто первый услышал от вас это слово. В конце тот, у которого будет больше всего значков, получит приз.

– Мои варианты веселее, – спорит Блейк.

Она хлопает его по груди.

– Поешь грудинки. Порадуй маму.

Мы встаем в очередь за едой. Стол Райли ломится от всего, что на нем разложено. Пока я накладываю еду в тарелку, фиктивный парень начинает обсуждать с зятем шансы команды в этом сезоне. На другом конце комнаты стоит с тарелкой в руках кудрявая девушка с кухни. Она слушает Бренну и одновременно бросает на меня злобные взгляды. Видимо, это и есть бывшая Блейка. Я невольно начинаю ее рассматривать. Она милая, с большими карими глазами и лицом в форме сердечка. Единственное, что в ней некрасиво, это кислая физиономия.

Блейк сжимает мою задницу, подталкивая вперед. Я беру кусок знаменитой грудинки и мягкую булку с маслом. При виде еды я осознаю, насколько голодна. Я целый месяц так хорошо не ела. Ужины с Уэсом и Джейми потрясающи. Однако в остальное время я просто проглатываю что-то взятое на вынос. Приходится есть у открытого окна, чтобы Вайолет не знала, как часто нарушаю ее запрет.

Хотя она стала дружелюбнее. Я думала, что смогу ее впечатлить только медицинскими познаниями. Но с тех пор как я познакомила ее с командой, она смотрит на меня с толикой уважения. Это полный бред.

– Надо было взять две тарелки, – сообщает Блейк. Вижу, что у него просто куча еды.

– Можешь переложить что-нибудь в мою, – предлагаю я.

– О, спасибо, малышка Джей.

– Эй! Я получаю твой значок. Гони сюда, здоровяк.

– Чего? – Он перекладывает на мою тарелку еще одну булку и кусок масла размером с шайбу. – Я не сказал слово на букву «М».

– Сказал!

– «Малышка» – это другое.

– Штук десять рождественских песенок готовы с тобой поспорить.

– Ладно, малыш. Бери. – Улыбаясь, он целует меня в лоб. – Но если бы не эта маленькая формальность, я бы выиграл. Слова «малыш» нет в моем лексиконе.

Кто-то на другом конце комнаты в ужасе ахает. Не глядя, понимаю, кто именно.

Мы несем тарелки к столу с парой свободных стульев.

– Пойду возьму приборы, – говорит Блейк, когда я усаживаюсь.

Но не успевает он сделать и нескольких шагов, как его придерживает за локоть беременная сестра.

– О чем ты только думал? – шипит Бренна.

– О том, чтобы принести девушке приборы и стакан воды. – Блейк с разгневанным выражением лица высвобождает руку из ее хватки.

У женщины опасно сверкают глаза.

– Хреновый момент ты выбрал, братан. Бебишауэр – вот когда ты решил ошарашить нас новостью о девушке? Когда Молли смотрит? Она же сейчас очень ранимая.

У Блейка напрягается челюсть.

– Прошло пять лет, Брен. Я выгляжу ранимым? Хоспади.

Он исчезает в дверном проеме в мгновение ока, а я провожаю его взглядом, когда кто-то за столом обращается ко мне:

– Джессика.

Я оборачиваюсь и замечаю пронзительный взгляд миссис Райли.

– Простите, что? – Она поймала меня на том, что я стала свидетелем семейной драмы?

– Не переживай из-за этого, – говорит она, размахивая рукой, будто отгоняет муху. – Моя дочь взвинчена из-за гормонов.

– А, эм, – я запинаюсь. – У меня тоже большая семья. Пятеро братьев и сестер. Всегда происходит какая-то драма.

– Правда? – Она ставит бокал на стол. Я замечаю, что атмосфера между нами теплеет на несколько градусов. – Расскажи о себе. Какие планы на будущее?

– Ну, я учусь на медсестру. Постоянно занимаюсь. В общем-то, это все.

Ее глаза сужаются.

– И ты встречаешься с моим сыном, который дружит с твоим родственником.

– Да, – быстро говорю я, – брат женат на Райане. Они живут в том же доме, что и Блейк.

– А. – Мама Райли выглядит радостнее. – У Уэсли твердая рука. Отличные рефлексы.

– Да… – Теперь мы говорим о хоккее? Голова идет кругом.

Блейк возвращается в приподнятом настроении и садится за стол. Еда, как он и обещал, потрясающая. Я говорю об этом маме Райли, и она широко улыбается.

Изображая хорошую девушку, я собираю тарелки, когда мы доедаем.

– Отнесу их на кухню, милый, – предлагаю я, слегка переигрывая. – Хочешь еще пива? Или кофе? – А Блейк вообще пьет кофе? Надо было сделать домашнюю работу.

– Кофе было бы здорово! – говорит он. – Черный, конечно же. – Он подмигивает.

– Конечно! – Я вскакиваю и удаляюсь.

На кухне споласкиваю тарелки и помещаю их в самую большую посудомойку, которую только видела. Потом я наливаю напиток из кофейника со стола в две чашки. И тут до моих ушей доносится драматичный разговор за углом.

– Это тяжело, – всхлипывает кто-то.

– Я знаю, знаю, – успокаивает второй женский голос. – Твоему малышу исполнилось бы четыре года как раз в следующем месяце. Они были бы кузенами.

По шее пробегают мурашки. Она имеет в виду?..

Осторожно беря чашки, я ухожу, повернувшись спиной к шепчущимся девушкам. Но не могу удержаться. Оказавшись на безопасном расстоянии, я оглядываюсь.

Как и следовало ожидать, это разговаривают Молли и Бренна, склонившиеся близко друг к другу.

У меня как минимум миллион вопросов. Но почему-то первый из них – отдаст ли теперь Бренна коллекцию значков на своем платье?