Глава 37. Смерть в Леяш

В залу я спускалась, как смертные спускаются в ад.

Внизу уже бурлило разноцветье нарядов, драгоценностей, умащенных розовым маслом волос и бальных туфелек. Многоголосый гул поднимался к перилам второго этажа вместе с ароматом грога и сладкой выпечки.

Драконы, помешанные на сладком, без вкусняшек из дома не выходили, а здесь целая поездка. Спорю, они привезли с собой три повозки, груженные пряниками и зефиром. И ведь не толстеют заразы. Все прогорает.

К вниманию мне было не привыкать, так что аккуратно приподняла подол платья и сошла со ступеней.

Мое появление встретили тихим аханье. Я пылала, как утреннее солнце, а платье ловило все блики в округе, будто зеркало, сияя старинной белизной. В пару к платью я взяла жемчужные туфельки и такой же гарнитур, присланный Ашем, и смотрелось это хоть и ярко, но уместно. Мелкий жемчуг примирял мой вызывающий образ с нормами приличий. Вот только взгляды — тяжелые, цепкие, жадные — следовали за мной по пятам, словно я надела на себя императорское свадебное платье. Причем надела предварительно содрав его с несчастной вейры Шалхе.

Меня преследовало чувство, что этим платье я сделала некое заявление, смысл которого был мне не ясен.

От нервов достала заветный пузырек и украдкой тяпнула стопочку успокоительного.

Моего локтя осторожно коснулись, и я обернулась. Передо мной стоял Милош в бархатном камзоле. От него разило знакомой мне трагичностью вперемешку с мягким мужским обаянием. Надо заметить, высокорожденные драконицы поглядывали на него тайком.

В мягких карих глазах пряталась тревога.

— Эйвери, откуда ты взяла это платье?

— Сшила, — сказала медленно. — Еще когда Аш был жив, он иногда вспоминал странные вещи из прошлого, и это платье одно из них. Он так красиво описывал, что я не удержалась и сшила его.

Судя по смягчившемуся взгляду, я придумала хорошую версию. Осталось только придумать следующую, когда от платья начну отваливаться стрелы и мечи. Не говорить же, что мой сообщник, по всей видимости, может через тени ходить к себе домой через всю империю.

Скажу, что фабрика изготовила, наконец, образец бронебойной ткани. Учитывая, характеристики платья, вполне вероятно, что эту ткань действительно ткали Леяш, и я не словом не совру.

— Ты выглядишь, как богиня, — шепнул Милош так тихо, что я едва разобрала его шепот и уже громче добавил: — Возьми. К платью вещица не подходит, но, может, ты наденешь ее в другой день.

Он слабо улыбнулся и протянул черный кружевной цветок, от которого едва заметно фонило магией.

— Артефакт. Совсем слабенький. Скорее, просто украшение.

С улыбкой приняла, с удовольствием отметив забурлившие слева тени.

Цветок, к сожалению, не подходил ни к платью, ни к другим моим нарядам, да и защитный артефакт мне был больше не нужен. Я на себе целое бронебойное платье ношу. И загогулину. Да и драконица у меня с каждым днем становится все сильнее.

Мысль о том, что я больше не беззащитна и не служу кормом для остальных драконов, расцвела на губах улыбкой.

— Благодарю, Милош, — спрятав заколку, порывисто взяла Милоша под руку. — Пожалуйста, будь моим другом всегда.

В ответ он мягко накрыл мои пальцы ладонью и серьезно сказал:

— Всегда, Эйвери. Ты можешь рассчитывать на мою верность.

Мы прошли в центр зала и медленно закружились под заунывный вой старинной баллады, льющейся из нескольких камней, установленных по периметру залы. Я вчера их утянула со склада, а старик Гирп настроил.

Мелодии устарели два десятка лет тому назад, но другой музыки мое Гнездо не предусматривало. К тому же мир Вальтарты был мне все еще непривычен, и большой разницы между нынешней модой и модой прошлых лет я не видела.

После танца Милош провел меня к банкеткам, когда его самого перехватил кто-то из прислуги. Кажется кому-то из дракониц стало плохо от духоты. Губы у Милоша дрогнули в брезгливой усмешке, но он мгновенно взял себя в руки.

Как я успела понять, драконицы падали в обморок только около понравившихся им мужчин и не стеснялись посылать личную прислугу за таким кавалером, если подобраться достаточно близко не удавалось. Сложность положения Милоша заключалось в его лекарском статусе. Он просто не мог отказать в помощи, сколько бы липовым такой обморок ни был.

Едва Милош отошел, ко мне кошачьим шагом подобрался третий генерал, Лиоль Фарх.

— Можно я рядом постою? — попросился он грустно.

Хмуро оглядев круг дракониц, облизывающих генерала акульим взглядом и как бы ненароком прогуливающихся мимо нас, неуверенно согласилась. Жалко мужика.

— Только танцевать вас не позову, — повинился Лиоль, поглядывая в теневой угол, — Жить охота.

— Не зовите, все равно откажу, — мне не удалось сдержать облегчения в голосе.

Танцевала я только с Милошем по той простой причине, что не так давно вообще освоила пару несложных танцевальных па. И при этой полностью полагалась на партнера, отговариваясь монастырским воспитанием.

В компании с Лиолем мы обошли весь зал. Я оценивала бальные приготовления, одновременно общаясь с наиболее скучающими драконирами и незаметно инструктируя прислугу, не привыкшую к сложным приемам. Лиоль неотступно следовал следом, напоминая сдвигаемую стену. Драконы помельче перед ним разбегались, как мышки, забиваясь в ниши.

Если дракониры со мной заговаривали первыми, Лиоль смотрел на них нехорошо и маетно, и те очень быстро сворачивали диалог. А если подходили драконицы, диалог сворачивала я. Потому что смотрели они при этом на генерала, а я терпеть не могла работать ступенькой, даже если стоящий рядом мужик мне даром был не нужен.

Вейра Шалхе, грациозная и тоненькая, похожая на розу, выросшую на лесной лужайке, неотступно следовала за мной взглядом с противоположного конца залы. Я к ней не подошла.

Во-первых, она мне не нравилась, а во-вторых не была уверена, что мое бронебойное платье будет хорошо смотреться в паре с ее шелковистым нарядом, в котором превалировали алые камни и детали. Намек на свадебный наряд был слишком уж откровенен.

И если уж на то пошло, я бы на месте Аша буйствовала тенями не около меня, а около невесты. В отличие от моего монашеского кроя платья, у Шалхе было декольте до пупочка.

Сверху спустился Дареш в посверкивающем золотом камзоле, расшитом камнями, и остановился на верхних ступенях, словно красуясь.

Он уже нашел меня взглядом, но даже шагнуть в мою сторону не успел. На него насела бледная решительная Лети. Мой план по укреплению межполовых связей в семействе Бельх шел, как задумано. Пусть Лети его весь вечер стережет.

Я дала незаметный знак прислуге, вносить грог, вино и закуски. Напоить драконов до бесчувствия задача непосильная, но обеспечить им легкость восприятия — дело принципа. К тому же ифриты, как я успела сообразить, вина не пьют. Так что надо наколдовать благодушное настроение до их прибытия.

Дареш медленно спустился, сверкая, как звезда, падающая с небес на землю, и я с трудом удержала натянутую улыбку. Как я не старалась отогнать тревогу и вернуть происходящее под контроль, основная часть этого ночного приема происходила не здесь. Она была там, где Аш. В зале, которую я обошла уже трижды, не было Гроде, Виридо, канцлера и еще с деток немолодых драконов, которых я интуитивно причисляла к первым лицам Вальтарты.

И Лиоль ходил за мной шаг в шаг, словно охранял или… сторожил.

Я же не оправдала доверия. Разве можно объяснить туповатым драконам, что угрозы сыплются на меня, как из рога изобилия. Невозможно поставить их на паузу, в ожидании триумфального возвращения Аша

На даже если так, меня беспокоила одна вещь. Я поманила пальцем Лиоля, пока Дареш не успел подойти, а едва тот наклонился, прошипела:

— Где канцлер?

Лиоль взглянул в упор серьезными глазами:

— Не волнуйтесь о нем вейра. Канцлер принес кровную клятву Его Величеству. Превыше клятвы Императору только клятва роду, но он ведь глава рода Тальф.

Это мы не про то самое величество говорим, которое умерло?

Спросить об этом я уже не смогла, к нам подошел Дареш, и с усмешкой взял меня под руку.

— Ты выглядишь божественно, Виве. Настоящая императрица.

Межполовой план с треском провалился. Лета смогла отвлечь мою ящерицу всего на десять минут.

Я вяло улыбнулась:

— Благодарю, вейр Бельх.

На мое платье он отреагировал намного сдержаннее многих драконов, интересовавшихся, где я его добыла. Либо не видел его раньше, либо знал о нем меньше многих из присутствующих.

Он провел меня под руку к нескольким креслам, установленным в глубине зала рядом с окнами в сад. Зала немного сужалась к эркеру, поэтому создавалось ощущение избранности места. Кресла были установлены специально для верхушки Вальтарты, но не думала, что Дареш заставит меня сесть рядом с собой.

— Приятно видеть, что хоть одна из девок не трясется от ужаса, — Дареш обвел залу мутным взглядом, остановившись на полуголой Шалхе. — Ты и вот она.

Я дала очередной незаметный знак, и к нам потекли горничные с закусками, вином, грогом, фигурно нарезанными фруктами, осыпанными орехами и сахаром.

— Не видят во мне императора, но сегодня… — Дареш задумчиво прихватил с одного из подносов бокал грога. Губы разошлись в злой усмешке. — Сегодня они поймут. Они мне поклонятся. И ты поклонишься первой, Виве. Хочу посмотреть, как хрупкая иномирная шейка согнется во славу мою.

Дареш резко развернулся ко мне, жадно окидывая взглядом с головы до ног, как зефирную фигурку в человеческий рост.

Сердце у меня подлезло куда-то к горлу и трепыхнулось раненой синичкой. Впервые Дареш признал вслух, что знает о моей иномирности. А тут кругом тени. Как бы эта информация не дошла Аша, а то я потом костей не соберу. В прямом смысле.

От ужаса во мне проснулась невиданная смелость. Я положила палец на губы Дареша и кокетливо улыбнулась:

— Тсс, о таких вещах говорят только в спальне, мой лорд.

Грубо говоря, лордом Дареш не был от рождения, поэтому мои слова ему польстили. Желтые глаза вспыхнули от удовольствия.

— Это приглашение?

— Завтрашней ночью, — сказала твердо, и про себя взмолилась, чтобы Аш успел до завтрашнего заката.

По зале пронесся единый тихий выдох.

Драконы отступили к стенам, одновременно бесстыдно и яростно обнажая собственную суть. У кого-то проявились клыки, у кого-то когти, у очаровательной вейры Шалхе пожелтели глаза, высвечивая звериный зрачок, а у третьего генерала скулы покрылись песочной чешуей.

— Ифриты, — шепнул кто-то, и слово, подхваченное сотней голосов искрой проскочило по рядам.

Около нас с Дарешем сомкнулась линия стражей, каждый из которых держал руку на эфесе меча и впивался горящими глазами в сомкнутые двери.

«Ифрис-с-сы за дверью, Хос-с-сяйка… — обжог слух шепот моего хранителя. — Впус-с-скать?»

Когда напряжение достигло пика и взгляды полностью обратились на меня, я подняла руку с родовым кольцом, и двери дрогнули. Открылись.

«Быть беде, быть беде, быть-с-с…»

Волевым усилием отключилась от страшного шепота собственного хранителя, уставившись на входящих ифритов. Шли они странным кругом, заключаясь в центре фигуру знакомого мне семнадцатого сына. Я смотрела на него и невольно чувствовала восхищение.

Один, в сопровождении всего десятка верных людей, он все еще горел дерзкой дикой силой и обаянием айдола. Черные блестящие глаза скользнули по толпе, остановившись на моем лице.

— Принц Рошти приветствует владетеля этих земель, — он остановился перед нами.

Склонился в небрежном поклоне и почти сразу выпрямился.

Дареш задумчиво изучал процессию. После кивнул, не делая даже усилия встать и приветствовать гостя, как тому подобает:

— Что привело принца Рошти на территорию Вальтарты? Наши расы в старинной ссоре, на наших землях бушует война.

В зале наступила могильная тишь, из которой одномоментно исчезали все звуки, дыхание, шепот, неловкий стук каблуков, шелест платьев.

Черный блестящий взгляд вновь прошелся по мне, на смуглом лбу пролегла едва заметная морщинка гордеца. Но голос ифрита звучал твердо:

— Я подтверждаю смерть первого генерала Вальтарты, и согласно древнему пакту между нашими народами прошу пересмотра условий.

Вот оно что.

Пазл в моей голове, наконец сложился.

Существовал некий пакт, позволяющий пересмотреть условия некие условия сосуществования двух наций. В таком случае, ифрит подтвердил бы смерть генерала в любом случае. Ему это просто-напросто выгодно

— Ты подтверждаешь, что он мертв?

— Да, Ваша Светлость, я убил его.

В зале поднялся тихий, но набирающий силу ропот.

Возмущение, неверие, ярость. Ярость. Такая откровенная глубинная ярость, сравнимая лишь с чистой темнотой или чистым светом. Аша… любили.

Любят прямо сейчас. Даже мертвого.

В глазах Дареша горело неприкрытое торжество.

Вот зачем он вступил в сговор с ифритами. Они убьют для него генерала, освобождая путь к престолу, а Дареш взамен облегчит условия пакта. Потому семнадцатый сын и не побоялся прийти на территорию драконов, чтобы подтвердить смерть генерала. А на самом деле — подтвердить окончательную легитимность власти Дареша.

Вот только я недавно беседовала с одной такой сообщницей Дареша. Он даже имени ее не помнит.

— И какие же условия хочет пересмотреть принц Рошти? — без улыбки уточнил Дареш.

Гул нарастал. Драконы были в бешенстве. В блестящей парче, увешанные бриллиантами и рубинами, в золотых тиарах и колье, в старинных блестящих плащах и розами в петлицах передо мной стояли звери.

До принца тоже стало что-то доходить. Например, такая элементарная штука, как его безопасность. Рошти тяжело уставился на Дареша, и несколько секунд они словно боролись взглядами. После Дареш поднял руку:

— Тихо. Это ифрит в своем праве. Обезглавивший страну имеет право требовать пересмотра пакта.

Принц уже не так самоуверенно обвел взглядом толпу и снова заякорился на моем лице. В черных глазах был страх. Я вдруг увидела насколько он на самом деле юн и испуган, и что лишь великая нужда принудила его шагнуть в логово кровного врага.

Семнадцатый сын своего отца, за которым не стоит ни один из домов. Вынужденный участвовать в гонке на выживание без единого козыря в рукаве. Кто бы винил его за попытку выиграть быстро и грязно?

Я не винила.

— Желаю взять под контроль земли Леяш, — голос у него все-таки дрогнул.

Дареш, наслаждаясь всеобщим шоком, усмехнулся:

— Земли Леяш принадлежат моей жене. Разве ты не ведаешь?

Походу, ифрит все ведал. И даже ведал, что до недавнего времени Дарешу супруга даром была не нужна, потому что тот спит с дочерью торговца шелком.

— Земли Леяш лишь окраина безграничной Вальтарты и не имеют стратегического значения, — тихо возразил принц. — Для нас же это возможность видеть солнце.

— Попроси другую землю, — приказал Дареш, — Не Леяш. Леяш уже обещан.

Я сидела, окаменев, вслушиваясь в каждое слово.

Что значит Леяш обещан?

— Нет, — возразил ифрит. — Я желаю получить Леяш. Согласно пакту, у меня есть право потребовать и получить.

Его глаза загнанно метнулись по оскаленной толпе, которая словно сдвинулась, притиснула его к окнам. Быть беде, сказал змеюшка. А змеюшка много бед пережил, знает их вкус получше моего.

— Что думаешь, жена? — Дареш резко потянул меня за плечо, и я вынужденно встала, невольно концентрируя на себе внимание. — Отдашь Леяш во имя древнего пакта?

В эту секунду я ненавидела Дареша до ослепляющей вспышки перед глазами. Мерзкий ящер собирался перекинуть на меня ответственность за любые свои решения. Очевидно же, что я не могу сказать «да».

Скользнув взглядом по выпрямленному в тростник ифриту, присела в неглубоком реверансе:

— Как пожелает Ваша Светлость, — голос прозвучал максимально нейтрально.

Я не хуже Дареша умею перекидывать мяч противнику. Даже лучше. На моей стороне годы позитивной практики. На его — грубая, но, будем откровенны, очень тупая сила. Он у меня дракон для физических работ. Зачем он вообще на престол хочет?

Взгляд Дареша вернулся к ифриту, губы разошлись в дурной усмешке, руки сжались в кулаки.

— Ты слышал, принц Рошти, — сказал он тихо. — Если хочешь Леяш, возьми его.

Сердце у меня каким-то странным образом билось в голове. Прямо в висках.

Взгляд бесстрастно наблюдал за выплеснувшимся, наконец, драконьим бешенством. Толпа, получившая добро, хлынула к ифритам безграничным морем, драконы выхватили мечи и кинжалы, вейры — капризные домашние кошечки — оскалились подобно пантерам, проявляя когти.

Ифриты сбились в круг, защищая своего принца. Ощетинились мечами. Горстка черноволосых пешек, легшая на алтарь войны.

На белое платье плеснуло кровью. Грудь обожгло. Артефакт Аша горел под лифом платья, словно на кожу капнули расплавленным металлом. Кто-То из ифритов использовал магию и атаковал меня. Или не только меня, а в кого попадет.

Один из кинжалов с силой ударил меня в руку, но не сумел даже ткань поцарапать. Упал у ног. Пару раз меня задели чем-то еще. Но заколдованное платье оказалось прочнее любого доспеха.

Один из драконов упал у моих ног, сраженный мечами ифритов, а следом упал его убийца. Одна из высокородных дракониц вскрикнула от боли. В пылу битвы кто-то случайно полоснул ее по груди.

Я сдавила артефакт Аша на груди.

— Закрой прислугу и детей, отсеки залу магическим щитом, — приказала хранителю.

Легкий, прозрачный, как стекло, дым, встал где-то за моей спиной, окружая драконов и ифритов в одну ловушку.

Дареш, не двинувшийся с места, с интересом на меня покосился:

— Со стражем говоришь?

Я с ненавистью кивнула. Боги, боги, сколько крови пролилось в Леяш?! Сколько еще прольется?!

— Напомни ему быть ко мне подобрее, — Дареш с усмешкой кинул в рот оливку и расслабленно упал в кресло, как зритель в кинотеатре.

Край его сапог залило кровью. Один из мечей скользнул в сантиметре от его красивой рожи, но Дареш даже не двинулся с места.

А после залу буквально тряхнуло. Окна за спиной взорвались стеклами.

В залу лезли ифриты, скользя черными тенями и вдоль магического щита. Дареш подскочил, буквально вспрыгнув на кресло, вытащил из ножен меч.

— Лил, — заорал он. — Возьми левый фланг.

Третий генерал ответил Дарешу мрачным взглядом, но развернулся и кинулся в противоположную сторону.

Ифритов по ту сторону магической защиты было не так уж много. Обежав взглядом залу, я насчитала около двух десятков человек. Маловато. Принц Рошти не солгал, на его стороне не было ни большого числа воинов, ни сильных опытных политиков. Он был молодым, одиноким и просто отчаянно хотел выжить.

Принц еще бился. Мой ифрит оказался силен, и около него пространство было заполнено убитыми и ранеными драконами, но от его маленькой делегации осталось всего трое, если считать с ним вместе.

— Ломайте защиту, — заорал он, пытаясь прорваться к выходу.

Каким-то образом он видел слабое месте в моей защите и рвался именно туда.

Ифриты с той стороны дружно подняли руки с зажатыми в них светящимися камнями и с силой ударили в барьер.

Но барьер, как и ожидалось, стоял намертво. Очередные удары отзывались неприятной вибрацией в теле, но и только.

Принцу Рошти не удалось вырваться. Взбешенная толпа драконов загнала его в дальний угол залы и счет его жизни шел даже не на минуты. На секунды.

Ифриты по ту сторону барьера падали, сраженные мечом Лиоля и Дареша, и очень скоро Принц остался последним живым ифритом внутри барьера.

Проклиная драконье зрение, я не отрываясь смотрела в его глаза и видела в них смерть. Ужас медленно захватывал мое сердце. Он отвратительный парень, и хотел убить Аша, а меня сделать кем-то вроде своей игрушки, но на один страшный миг мне отчаянно хотелось помочь ему. Но… по эту сторону барьера его теснила толпа во главе с Виридо, по ту сторону были Дареш и Лиоль.

Принц дрался отчаянно, но он уже знал, что умрет.

Я увидела сверкнувший в свете огней меч Виридо, взлетевший над головами, и поняла, что сейчас. Он умрет именно сейчас.

Но он все-таки увернулся, отбил, оставшись без левой руки, а после вдруг обернулся в мою сторону, вцепившись отчаянным взглядом в мое лицо. Выкрикнул:

— Венец на голову Леяш надел богини…

Второй удар Виридо распорол ему грудь, а меч напарника вошел в горло.