Глава 17

– Стеша! Открой, пожалуйста! Что происходит? – тихонько стучу в дверь. – Может, тебе помощь нужна, – уговариваю негромко.

Дверь распахивается. Успеваю в последний момент отскочить в сторону, а то бы точно по лбу получила!

Стефания вываливается в палату. На лбу синяк, на щеке кровь. Впивается в меня тяжелым взглядом и кричит во весь голос.

– Отпусти меня! Не бей! Пожалуйста, мне больно!

Она верещит на все отделение, а я в ужасе шарахаюсь в сторону. Тотчас же в палату врываются медсестры с поста, а за ними – охрана Лютовых.

– Стеша, что? – здоровый мужик в камуфляже сердито зыркает на меня, а затем подходит к девчонке и обнимает ее за плечи. – Что случилось, детка?

– Она била меня! По лицу! В живот! – плачет Стефания, а я даже слова не могу произнести.

– Ты… Сука… – надвигается на меня Стешин защитник. – Совсем с глузда рухнула? – сверлит меня злым взглядом и, достав сотовый, набирает Лютова.

– Яков Дмитриевич, у нас тут ЧП. Сиделка избила Стефанию… Да. Сильно. Да. Ждем, – кивает он солидно и делает шаг ко мне. – Ты напросилась, сучка. И хоть Яша велел тебя не трогать, – замахивается.

А я вжимаюсь в стену. Краем глаза замечаю, как горят торжеством глаза Стефании, и чуть не плачу от горя и досады.

Это ж надо было так вляпаться! Естественно, Лютовы поверят любимой девочке, а не сиделке с уголовной историей.

– А ну стоять! – вдруг раздается у двери. И бравый охранник сникает.

В палату входит Басаргин.

– Что за дела, Стефания? – косится на нее с неприязнью.

– Меня сиделка избила, – всхлипывает маленькая тварь.

– Да ну? – усмехается завотделением. – И сильно избила? – уточняет насмешливо.

– Да. По голове била, в живот, – жалостливо тянет Стеша. – Вот, видите… – подходит к зеркалу и печально разглядывает худое некрасивое личико.

– Угу. Вижу, – коротко бросает Михаил Васильевич и поворачивается ко мне. – Лида, вам лучше пройти ко мне в кабинет и успокоиться. А мы тут разберемся потихонечку.

– Никуда она не пойдет, – хватает меня за запястье охранник и дергает за руку. – Сейчас Яков Дмитриевич подъедет. Сам с кем надо разберется…

– Ты у себя в подворотне командуй, понял? – рыкает на него Басаргин. – А тут я распоряжаюсь. Или мне популярно объяснить? – сжимает руку в кулак.

– Да я понял, – понуро заявляет охранник. – Но у нас есть инструкции…

– Вертел я твои инструкции, – усмехается криво Басаргин и обращается к застывшим около стены медсестрам. – Катя, обработай нашей звезде раны, несовместимые с жизнью. Инна, готовь капельницу с галапередолом. Лида, в мой кабинет, живо, – отдает указания и внимательно смотрит на охранника. – А ты… как там тебя…

– Константин, – роняет тот насупившись.

– Неважно, – морщится Михаил Васильевич, демонстрируя полное презрение. – Тут останешься. Будешь охранять Стефанию Юрьевну… Стеша, ложись уже. Или тебе помогут…

– Хорошо, – мямлит Стефания. Послушно ложится в постель. Накрывается одеялом, сворачивается калачиком, и даже ладошку под щеку кладет.

– Я бы вам не советовал, – поднимает голову охранник. – Обращайтесь уважительно к Стефании Юрьевне. А не то… – бьет кулаком по ладони.

– Вон пошел отсюда. Быстро. Я сказал, – расправляет широкие плечи Басаргин. Воздух электризуется от напряжения. Сейчас еще минута, и рванет.

Добавлено

– Я с места не сдвинусь, – бычится Константин. – Стефания Юрьевна останется под моей защитой. И эта… – изловчившись, дергает меня за волосы. Прикладывается кулаком по лицу. И тут же отлетает в стену.

– Я сказал… – рычит негодующе Басаргин. – Сам пойдешь? Или лично придам ускорение?

– Да ты хоть знаешь, с кем связался, урод? Я на Лютовых работаю, – дергается охранник. Встает в стойку. Пытается еще что-то сказать, но Михаил Васильевич хватает его за шиворот. – Ты мне надоел…

И выкидывает в коридор.

– Дядя Миша, – в ужасе пищит Стефания. – Мой папа…

– С твоим отцом я сам поговорю, – отрезает Басаргин.

А я медленно опускаюсь по стенке. Больно ужасно и обидно. Вместо Константина приходит другой охранник – Артем.

А за ним в палату врывается Яша Лютов.

– Что за дела? Лида…

– Я не виновата… – лепечу еле слышно. – Я к ней пальцем не прикасалась…

– Ты била меня! Била! – подскакивает на постели Стефания. Тянет ко мне худые руки. И орет истошно. – Яша, пожалуйста, верь мне, а не этой!

Отшатываюсь в ужасе. И Лютов замирает на месте. Не похоже на него. Но он явно не знает, как реагировать.

– Позвольте, я вмешаюсь, – усмехается горько Басаргин, подходя к Стефании. Заученным движением приподнимает худенькое личико. Указывает пальцем. – Яша, обрати, пожалуйста внимание, как у Стефании расположены синяки и кровоподтеки. Лида ниже ее ростом. И била бы снизу вверх. По касательной. А побои нанесены под прямым углом…

- Отпустите! Больно! – уворачивается от него Стефания. Но никто из мужчин не обращает на нее внимания.

– То есть Стешка сама себе нанесла телесные? – устало трет переносицу Яков и давит взглядом племянницу. – Даже не подозревал, что ты такая дура, – роняет он презрительно и поворачивается ко мне.

Прижимаю ладошку к щеке. И реву. Беззвучно. Тихо.

Спасибо, Басаргин вмешался. Но вот вопрос, поверит ли ему Яша?

– Ты чего? – присаживается он рядом на корточки. – Это что такое? – отводит мою руку от лица. – Кто посмел?! – в голосе сквозят глухая ярость и недоумение.

– Костик ей за меня врезал, – с вызовом бросает Стефания и осекается.

– То есть, – лениво поднимается он. – Одна идиотка пробила башкой стену, а другой… такой же талантливый, избил невинного человека?

– Ты, как всегда, все правильно формулируешь, – кивает Басаргин. А Стефания опускает глаза.

– Ты мне не веришь. Но папа разберется! – заявляет обидчиво. – Я этого так не оставлю. Мне не нужны сиделки. Я их боюсь…

– Обязательно, Мышь, – кивает Лютов. – В ситуации разберемся. Твоему отцу я доложу. Он будет очень огорчен… А сейчас быстро собираемся, и домой. Хватит на людях позориться, – роняет он тихо. Но Стефания сразу же подбирается.

Словно ничего не случилось, встает с кровати. Улыбается. Достает из шкафа вещи.

– Инна, побудь с ней,- Басаргин взглядом указывает на Стефанию. – Дверь не закрывать. Одну не оставлять. – Первым выходит из кабинета и окликает меня и Лютова. – Что застыли? Яша. Лида. Идем ко мне.