Глава 43

Свадебный банкет превращается в нервотрепку какую-то. Во-первых, мои непутевые дети решили отметить торжество прямо на берегу реки и обменяться клятвами на причале. Красиво, конечно.

И служба безопасности их поддержала.

– Хороший вариант, Юрий Дмитриевич, – покивал тогда Вова Михайлов. Потер смазливую морду и предложил. – Мы там шатер поставим, биотуалеты для гостей. Цветами украсим. Камер навтыкаем. Народишко под присмотром будет… Ну, в смысле, в дом никто не пройдет и ничего там тебе не подложит, – прокашлялся для солидности.

Я и согласился.

Вариант действительно хороший. Только кто ж знал, что меня подстрелят с утра? Придерживаю раненое крыло. Качаю его, словно младенца. А сам кошусь на Лиду, усевшуюся вместе с Дарагановыми.

Нет, я все понимаю. Это ее друзья и родственники. И ей хочется пообщаться. И так я ее в клетку заточил. Но внутри уже поднимает голову голодный зверь. Просыпается чувство первобытного собственника.

Моя она, и должна быть рядом со мной…

– Не пялься ты так на Лиду, – смеется Яков. – Ты своим взглядом ей точно дыру на груди прожжешь, – глумится по полной. – Иди уже благословляй молодых. Похаваем, и делами заняться надо. Светимся тут как придурки. Местность открытая… Шмальнуть могут…

– Вот именно, что открытая, – бурчит сердито Михайлов. – Охрана по всему имению расставлена. И здесь стрелка можно купировать на подходе. Посторонних нет. Обслуга вся наша, – кивает на официантов. – Плюс родственники жениха. Всех проверил. Еще до покушения.

– Юран, можно тебя на минутку? – выдергивает меня Басаргин. – Разговор есть…

– Да, Миха, давай, – киваю я.

Михайлов отходит, верно съинтуичив, что разговор будет о личном. А Яшка остается. Ну и правильно, а то потом ему пересказывать. От брата у меня точно секретов нет, и не будет никогда.

– Что случилось, братан? – поднимаю на Миху полные боли глаза.

– Рука болит? Может, обезбола еще?

– Нормально. Мне Лида что-то дала. Просто ноет. А ты о чем хотел перетереть?

– О ней, о Лиде, – бросает на мою девочку сумрачный взгляд Басаргин.

– А что с ней? – вскидываюсь я.

– Я тут прикинул… Может, дочка ее от Сани нашего. Вроде по срокам все сходится, – смутившись, выпаливает он. – Было бы хорошо, – добавляет задумчиво.

– Да я тоже думал, – киваю коротко. – Надо будет потом уговорить Лиду тест ДНК сделать. Попросить Саниных родаков поучаствовать… Но пока Лида против. Категорически. А я с ней ссориться не хочу, – развожу руками.

– Да нам же не нужен официальный ответ. Для себя только, братан, – заговорщицки шепчет Миха. – С лабораторией я договорюсь. Материал для теста собрать не проблема. И Санины согласны. Я разговаривал с тетей Томой. В больнице случайно столкнулись. Говорит, дядя Паша совсем плохой после смерти Ветки. Жалко стариков. Одни остались. А тут надежда такая… – заявляет он с жаром. – Я все уже подготовил, обо всем договорился.

Только меня спросить забыл… И Лиду.

– Погоди, Миха. Погоди, – торможу прыткого дружбана. – Тут главное – дров не наломать. Без Лиды все равно не обойтись. Нужно ее согласие по-любому, – издалека смотрю на любимую женщину. – Ну покажет тест положительный результат, что тогда? Санины родители захотят с малышкой общаться. А кто им позволит без разрешения матери? Сечешь?

– Но…

– Миха, гусей по кукурузе не гони, – давлю взглядом. – Потом порешаем. Я с Лидой поговорю, конечно. Но и обнадеживать стариков не стоило. Жалко – оно у пчелки.

– Ну, я тебя понял, Юра, – коротко бросает Басаргин. – Наверное, ты прав. Это меня что-то понесло. Прикинь, как бы здорово все сложилось.

– Сам об этом думаю, братан, – обнимаю Мишку. – Сейчас с лечением Стехи определимся, я снова с Лидой поговорю. Лады?

– Как скажешь, – сгребает меня в охапку Миха. – Я тогда вечером тете Томе позвоню. Объясню ситуацию...

– Да, и действовать предлагаю по закону. А то потом прилетит. И так по белой нитке ходим, – морщится Яша. – А за спиной Лиды тем более дичь творить не советую. Это она с виду добрая и мягкая, – любуется моей женщиной. – А вон нашего Лютого в бараний рог скрутила. Он даже мяукнуть не успел, – стебется в открытую.

– Да пошел ты, – отмахиваюсь я.

– Лучше ты иди, – кивает брат на разукрашенный цветами причал. – Слезу там пусти для порядка.

– Придурок, – бурчу добродушно.

По зеленой траве быстрым шагом направляюсь к молодоженам. Легкий ветерок слега теребит Стешкину фату и подол платья. А дочка моя, словно принцесса, счастливо улыбается. Что-то говорит, прижавшись к мужу. А тот аккуратно смахивает слезинку с худенькой скулы.

– Что тут у вас? Почему глаза на мокром месте? – обращаюсь к любимой дочери.

– Пап, – вздыхает она. Улыбается сквозь слезы. Отлипнув от мужа, одной рукой обнимает меня, а другой – его. – Я тут подумала… Если бы и мама сейчас была с нами…

– Стеха, ищем ее. Мы никогда не прекращали поиски. Найдем. – Целую дочку в висок. Другой рукой обнимаю Славку. – Любите друг друга. Живите друг для друга. Считайтесь с интересами второй половинки. И бейтесь до конца за свою любовь. Слышите меня? В глотку вгрызайтесь каждому, кто на вашу семью покусится. Или мне скажите, я сам порешаю…

– Папа, обожаю тебя, – смеется Стефания. И Славка улыбается как родной.

– Мы справимся, Юрий Дмитриевич, – добавляет сдержанно и солидно.

А мне ж многого не надо.

– Ну что, дорогие гости! – взяв микрофон у ведущего, ору в голос. – Горько! Давайте выпьем за молодых!

– Да ты хоть пару слов напутствия скажи! – кричат мои братья.

– А я все сказал. Им на ушко, – смеюсь я и чувствую себя самым счастливым чуваком на планете. Дочка моя довольна. А значит, скоро должна выздороветь. Лида рядом. Завод я по-любому отожму.

Что еще человеку нужно для счастья?