Глава 16. Белый танец

Озадаченная, Ви вернулась к себе. Лиры в комнате не было, и Вика заподозрила, что она ушла искать наряд для вечера.Девушка переоделась, прихорошилась и уселась плести венки. Ректор сказал, что лучше сделать два, значит, пусть будет два. За этим занятием она не заметила, как промчалось время. И когда осторожный стук в дверь отвлек ее от работы, за окном было уже совсем темно. Вика спрятала почти готовые венки под покрывало и открыла дверь.На пороге стоял Антарас.Они замерли друг против друга. В зеленых глазах дракона мгновенно вспыхнул лукавый текучий огонек. Мужчина с молчаливым восхищением смотрел на Вику в белом праздничном платье и хлопал по-девичьи длинными густыми ресницами. Несмотря на скромный крой, наряд неожиданно откровенно подчеркивал красивую Викину фигуру: высокую грудь – за счет яркой вышивки, стройную талию, перетянутую широким узорчатым поясом. И выгодно сочетался своей снежной белизной ее темно-синими глазами и золотистыми волосами.Взяв себя в руки, мужчина, наконец, проговорил, медленно, с расстановкой, стараясь, чтобы тембр голоса не изменился:– Чудесно выглядишь.Сам он был одет также как при их первой встрече – в охотничьи штаны и простую темную рубашку с коротким рукавом, и Ви испугалась, что он решил сбежать из Академии, пока все увлечены праздником. Верно, на ее лице так открыто прочиталась оторопь, что дракон заподозрил неладное:– Что-то не так? – мужчина озабоченно нахмурился, с тревогой посмотрев на подругу.– Ты тоже идешь на праздник? – Ви ляпнула первое, что попалось на язык. Смысл вопроса был правильный, но вот формулировка вышла немного не та. А спросить напрямую, не собирается ли он уходить прочь из замка, у Ви не хватило духа.Дракон насупился, не поняв истинной причины ее смятения:– Ты имеешь что-то против?– Нет, что ты, – Вика поняла, что вопрос прозвучал двусмысленно, и покраснела, не зная, как исправить оплошность. – Просто Миранда сказала, что тебе нездоровится.Дракон слабо улыбнулся:– Мне уже лучше. Я хотел предложить тебе пойти вместе.Вика покраснела еще сильнее. «Мисс совершенство», как ее любил называть Павел, совершенно не умела кокетничать с мужчинами.– Да… я… мне тут нужно кое-что доделать, – девушка непроизвольно бросила взгляд на кровать, где под тонким покрывалом лежали два почти готовых венка, сплетенных из горной розы. – Ты иди, а я тебя догоню.Антрас поджал губы и легонько кивнул в такт своим мыслям:– Ну… как знаешь.Развернулся и неторопливо ушел в сторону начинавшегося праздника.***Вика не стала брать с собой венки. Постеснялась. Если никто, кроме нее и Горгорона не видит их настоящей красоты, ее опять поднимут на смех. Особенно будет рада позубоскалить Кайса, да и Лира не преминет подшутить над приятельницей. Девушка чувствовала себя до невозможности глупо и досадовала на себя. И зачем только она сплела их? Она не приняла приглашение Антраса, и причиной тому были точно не злополучные недоплетенные венки. Чего она испугалась? Его чувств? Или своих? И теперь она шла на праздник в гордом одиночестве. В компании своего красивого платья.Торжество уже началось, в зале было много веселого народа, все болтали, улыбались. Звучала приятная музыка, кто-то пел – весьма достойно. Горгорон не ошибся, когда сказал, что среди студентов есть музыкальные дарования. Кое-то из девушек, подобно Вике нарядился, и теперь они вполглаза косились друг на друга, оценивая, чей наряд лучше. Большинство представителей сильного пола, также как и Антарас, не стали утруждать себя праздничной формой одежды.– Виктория… – низкий мужской голос прозвучал над самым ухом.Вика оглянулась и увидела рядом с собой Мингира.– Привет, – она искренне улыбнулась лучнику, но тут же насторожилась, видя выражение его лица.– Ты сегодня очень красивая, – полукровок проговорил с хрипотцой в голосе и нежно-нежно посмотрел на Вику.Девушка опешила не столько от смущения, сколько от неожиданности. Раньше Мингир не позволял себе подобных вольностей во взгляде. Впрочем, смотрел он несколько иначе, чем Антрас, и этим озадачил Вику еще сильнее.– Спасибо, – она машинально поправила волосы. – А где Лира? Она разве не с тобой? – спросила и принялась нарочито внимательно высматривать ведьмочку в толпе.Мингир неопределенно махнул рукой:– Где-то бегает. Хвастается своим нарядом перед остальными девчатами.– Она все-таки раздобыла платье? – Ви усмехнулась, вспомнив, как сильно переживала подруга из-за отсутствия наряда. – Красивое, наверно?– Конечно, но… – полукровок осекся. Затем взял себя в руки и продолжил, – С тобой сегодня не сравнится никто.И вот тут Вика опять покраснела и даже оглянулась через плечо в поисках какой-нибудь поддержки. Только-только она убедила себя, что с Мингиром у них ничего не получится, что он выбрал себе другую девушку, и тут такие откровения.– Спасибо, – Ви принялась оправлять складочки на платье. – Это вообще-то мне твоя сестрица Мариша платье подарила. Еще тогда, в поселке у Радамира. Как это было давно… – протянула с грустинкой в голосе.– Не так уж давно, – Мингир усмехнулся. – А платье я узнал. Потому и говорю, что ты сегодня в нем самая красивая.И так некстати кто-то из музыкантов заиграл медленную романтическую мелодию. Вика кокетливо повела плечами:– Может, потанцуем в честь такого комплимента? Ты мне раньше ничего подобного не говорил.Мингир растерялся:– Да, я не умею. У нас не принято воину кривляться на танцульках.– Это не сложно, – Ви улыбнулась и сделала шаг к лучнику, – я кладу руки тебе на плечи, а ты обнимаешь меня за талию.Она решительно положила его ладони себе на бедра:– И мы просто медленно кружимся в такт музыке. Вот и вся наука.– Странная наука, – Мингир недоуменно вскинул брови, но Вику приобнял, правда, прижиматься к ней не стал.Полукровок действительно двигался немного неловко, непривычный к подобного рода упражнениям. Чувствуя свою неуклюжесть, он хмурился и отстранялся от Вики все дальше.– Все хорошо? – она не то сказала, не то спросила. У него? Или у самой себя?Мингир вздохнул, скорбно сведя брови к переносице:– Не совсем. Я смотрю на тебя в этом платье и вижу Любомиру. Это ведь ее платье было…Что-то у Вики в груди дернулось, словно порвалась туго натянутая струна, и сразу почему-то стало легко, как будто птичка на свободу улетела. А лучник продолжал. Верно, он тоже долго держал это в себе, и теперь, наконец, решил выговориться:– Ты вообще не нее сильно похожа: глазищи такие же синие, волосы… она тоже в косу заплетала, как ты раньше.Ну, вот и причина комплиментов, а Вика-то уже опять напридумывала себе невесть чего.– Что с ней случилось? – однажды Вика уже задала этот вопрос младшей сестренке Мингира и пожалела о нем.– Ее в лесу загрыз оборотень, – лучник прикрыл глаза, и теперь кружился в танце вслепую, а Вика вела его. – Она подле Ока травы целебные собирала, они там какие-то особые растут. Эта тварь выскочила из Ока и убила сестрицу. Сначала надругалась… – Мингир со злостью сжал зубы, поиграв желваками на скулах, – а потом убила. Мы ее на следующее утро только нашли.И снова Вика пожалела о заданном вопросе. Мурашки побежали по плечам, хоть в зале было тепло от множества тел и жарко натопленного камина.– Как страшно… Мне так жаль.Ей действительно было искренне жалко сестру Мингира, но как передать это словами, Ви не знала.– С тех самых пор возле Ока денно и нощно дежурят наши патрули, чтобы ни одна мразь с той стороны больше не проскочила, – лучник открыл глаза, и на миг в них полыхнула такая ненависть, что Вика едва не отшатнулась. Но он быстро взял себя в руки.– Не думала, что оборотни бывают такие злобные, – Ви вспомнила хитрое, но не злое личико Магды и желтоглазых болтливых оборотней-крепышей – охранников на горной тропе.Лучник пожал широкими плечами:– Ясное дело. Они же оборотни. Или ты думала, они всегда такие ласковые, как здесь? Тут их драконья магия в узде держит или еще что-то, я не знаю. А вообще оборотни – страшные твари. Злющие, кровожадные и охочие до плотских утех. Их много в мире Истроса неприкаянных шатается.– Хорошо, что я об этом не знала, пока мы через горы шли, – Вика судорожно передернула плечами.– Как будто это на что-то повлияло бы, – полукровок ухмыльнулся. – Все равно бы пошла, ты упрямая. – Помолчал и снова посмотрел на Вику по-отечески тепло, – Там, в предгорьях… Мне ведь и правда жалко было косу твою резать. Но ничего, скоро новую заплетешь.Он наклонился и поцеловал Вику в макушку, очень по-братски, и крепко-крепко прижал к себе. И девушка осторожно прижалась щекой к его груди и обняла за спину.Мелодия изменилась, и в нее вплелся голос певца: глубокий, бархатистый. Он пел на незнакомом языке, но Вике казалось, что вот-вот, еще немного, и она начнет понимать его слова. Хотя общий смысл был понятен и так: невидимый певец говорил о любви. Песня не была грустной, но и веселой ее трудно было назвать. И голос… Чарующий, околдовывающий, такой знакомый…Антрас говорил, что сегодня особенный день, праздник истинной любви. Девушка принялась искать глазами дракона. И очень быстро увидела его. Это именно он держал в руках незнакомый музыкальный инструмент и пел на неизвестном языке. И смотрел на прямо Вику. И на то, как она обнимает Мингира.***Он допел эту песню. Терпеливо выслушал все адресованные ему аплодисменты, сдержанно улыбаясь и кивая каждой милой девушке из толпы, которая особенно активно демонстрировала ему свою симпатию. А потом передал инструмент в руки другому певцу и как-то сразу, в один стремительный прыжок оказался возле Вики и Мингира.Лучник стоял спиной к певческому помосту, зарывшись лицом в Викины волосы, но мгновенно почувствовал появление угрозы и резко развернулся к дракону, заслонив собой Вику, не сразу сообразив, что ее как раз защищать не нужно, а вот ему самому помощь не помешает.Антрас с силой сжал кулаки и прошипел сквозь зубы, глядя в глаза полукровку. Медленно, с расстановкой, пытаясь сдержать рвущееся из горла рычание:– Не смей. Распускать. Руки. Рискуешь остаться без них.– Полегче, клыкастый. Не нужно мне угрожать, – Мингир тоже напрягся, готовый драться.Вика, понимая, что праздник может перейти в потасовку, метнулась между мужчинами:– Тише, мальчики, пожалуйста. Во-первых, не здесь, а во-вторых, ничего страшного не случилось.– Не случилось?.. – Антрас продолжал шипеть, словно рассерженная кобра, и Вика, справедливо полагая его главным источником угрозы, повисла у него на плечах и потащила прочь из праздничной залы.– Нет, не случилось. Оставь Мингира, он ни в чем не виноват. Пойдем, на воздух, здесь душно.Хорошо, что у стрелка хватило хладнокровия не следовать за агрессором, чтобы доказать свою невиновность. Он поиграл желваками на скулах, но, поймав умоляющий Викин взгляд, отвернулся и смешался с толпой.Когда они оказались вне праздничной залы, Вика, наконец, выпустила Антраса и отступила от него на два шага:– Что на тебя нашло? Орихалк не только для магии токсичен, но и для здравого смысла тоже? – Вика теперь шипела также рассерженно, как и дракон минуту назад, а вот он, напротив, выглядел обиженным, почти испуганным.Прикрыл глаза, глубоко вздохнул, словно решаясь на что-то особенное, и проговорил очень тихо, с укоризной:– Я пел для тебя…– Очень красиво, спасибо, – Ви проворчала с досадой. Она пыталась успокоиться, хотя сердце все еще бешено колотилось после едва не случившейся у всех на виду драки.– Я думал, ты не слышала, – он открыл глаза и невесело усмехнулся, пытаясь поймать Викин взгляд, но она упрямо отворачивалась.– Слышала. У тебя красивый голос, – Ви все еще досадовала, поэтому комплимент прозвучал сварливо и получился неубедительным.Антрас, прекрасно чувствовавший ее раздражение, проговорил с обидой:– У меня красивый голос, я слишком красивый для мужчины, но заигрывать ты все равно будешь с Мингиром. Так?Вика вскинулась от несправедливого обвинения. Но это только она знала, что оно было несправедливо, а со стороны Антраса все смотрелось вполне однозначно:– То есть тебе можно обниматься с Магдой, а мне потанцевать с Мингиром нельзя?!!Они замерли друг перед другом, ярко-зеленый взгляд против темно-синего. По лицу Антраса скользнула тень непонимания, но он все равно принялся оправдываться:– Не знаю, что ты себе придумала, но… у меня непростые отношения с оборотнями. Я здорово виноват перед ними. Грехи молодости… [*]– Ах, грехи молодости! – Вика заводилась все сильнее. Проходившие мимо, опаздывающие на праздник студенты оглядывались на ссорящуюся парочку с ехидным любопытством. – У мужчин всегда есть весомые оправдания любому своему капризу! А женщина должна блюсти целибат [**] до конца своих дней?Лицо дракона потемнело, он насупился, исподлобья глядя на девушку. На миг Вике стало страшно, ей словно почудился огромный темный призрак, развернувший за спиной дракона черные крылья.Он проговорил негромко, но лучше бы кричал:– Теперь понятно, почему мне лучше было не приходить сюда…Пытаясь прогнать наваждение, девушка зажмурилась. Резко распахнула глаза и бросила в лицо дракону свой последний аргумент:– Да, какое ты вообще имеешь право ревновать меня?Повисло молчание. Вика уже поняла, что не стоило этого говорить, но было поздно. Дракон посмотрел на нее очень внимательно. Не магическим зрением – просто глазами – но ей все равно захотелось провалиться сквозь землю.– Кем ты меня считаешь, Ви? – голос звучал устало, будто он не слова произносил, а булыжники перетаскивал.Вика опешила. Такого вопроса она не ожидала.– Другом? – проговорила с полувопросительной интонацией.– Другом?!! – теперь уже опешил дракон.Он выглядел таким обескураженным и удивленным, что Вика сразу пожалела о сказанном, но уже не смогла остановиться:– Чтобы претендовать на большее, нужно выполнять обещания…– Какие же свои обещания я не выполнил? – Антрас поджал губы, попытавшись скрыть, как они у него дрожат.– Ты обещал отвести меня домой!– Я обещал показать тебе дорогу домой, и я сделал это. Довел невредимой от входа на зачарованный перрон до самой облачной завесы. Я довел! Но ты же сама отказалась проходить через облачную дверь и решила остаться в Академии. Почему-то…По коридору пронесся порыв ледяного ветра, где-то за поворотом с грохотом распахнулось окно, послышался звон разбитого стекла:– Ви-и-и! – взвыл сквозняк, и плечи Вики покрылись мурашками. Давно она не слышала голоса колдовского ветра.Словно ободренная присутствием невидимого старого друга, Ви продолжала наступление:– Ты обещал не трогать Мингира.– Он невредим, – Антрас пожал плечами и привычно поморщился, не успев скрыть гримасу боли. Нахмурился еще сильнее, недовольный несвоевременной демонстрацией своей слабости.Дракон был честен. Вика помнила их показательный поединок с лучником и желание Антраса покрасоваться перед зрителями – не убить противника. Но она никогда не умела уступать в споре:– Ты меня бросил!Антрас дернулся от этой фразы, точно от пощечины, а Ви, чувствуя, что нащупала самое слабое место, продолжала:– Прогнал от себя там, на склоне горы, и велел идти вместе с Мингиром. Так чему ты удивляешься теперь?Снова повисла тишина, и Вике казалось, она слышит, как громко стучит ее сердце, отсчитывая секунды молчания. Антрас кивал головой в такт своим мыслям. Наконец, он проговорил, спокойно и устало, и словно сразу стал старше на много-много лет:– Конечно, ты права. Я сам хотел дать тебе возможность выбора. И ты его сделала. Все честно.Развернулся и пошел прочь. А из праздничной залы доносилась музыка и чье-то пение, веселое и задорное…––[*] отсылка к событиям книги «Говорящая с Пустотой»[**] целибат – состояние вне брака, холостая жизнь, а также воздержание от половой жизни