Глава 8

Ника

Как завороженная, следила за его приближением ко мне. Меня потряхивало, но сделать что-либо с этим было выше моих сил. Я не каждый день расставалась со своей невинностью.

— Расслабься, — услышала его бархатный голос у своих губ. — Я не сделаю тебе больно.

И вот он, мой первый поцелуй. Он сразу захватил меня в невидимый водоворот какого-то больного восторга. Я готова была сама к нему тянуться, лишь бы это не кончалось, и он целовал меня так снова. Этот поцелуй был нежным и тягучим словно патока. А потом все изменилось.

Парень накрыл меня своим телом, придавив тяжестью. Прикосновения стали грубее и настойчивее. Я ощущала, как от него волнами исходила какая-то враждебность. Он пытался держать себя в руках, но не выходило. Поцелуи на теле перекликались с укусами и засосами. Они жалили, словно гадюки. И этот яд медленно проникал в кровь, убивая во мне желание сопротивляться.

Не успела сообразить, как осталась перед ним только в чулках. Его руки, казалось, были везде. И вот его напряженная плоть уже толкалась в меня, растягивая до предела. Непривычные ощущения доставляли дискомфорт. Было не столько больно, сколько неожиданно.

Парень пытался сдерживаться, но член проталкивался все глубже. На секунду тело пронзила вспышка боли, и ногти против воли впились в крепкую спину. Парень застонал, и от этого стона по мне прошел разряд. Его тело задрожало.

— Прости, — он закусил губу, прикрыв глаза, — сейчас. Черт!

Мышцы под моими пальцами подрагивали, и это вызвало во мне очень неожиданный отклик. Я сама потянулась к нему, припала губами к жилке на шее.

Его губы прожигали кожу. Оставляли отметину за отметиной. Клеймо за клеймом. Тело плавилось под жаркими ласками, а я боялась рассыпаться на миллионы молекул. Боялась перестать существовать. Меня все глубже затягивало в омут страсти.

— Твою-то…

Прошипел незнакомец, и вошел до конца. Его рука нырнула между нашими телами, накрывая мой клитор. Внутри стремительно росло удовольствие. Я была шокирована и растеряна. Не думала, что смогу наслаждаться этим моментом, но… наслаждалась. Через пару его толчков боль окончательно отступила. Бедра начали двигаться в унисон с парнем. Вознося меня на неведомые вершины. Закручивая внутри меня миллионы мелких узелков.

Каждый его выпад сопровождался яркой вспышкой под закрытыми глазами. Его ладони непрерывно гладили кожу, сжимали грудь. Я стонала и выгибалась навстречу его ласкам.

Он закинул ногу к себе на талию, меняя угол проникновения и вырывая из меня очередной стон удовольствия.

— Боже, какая же ты отзывчивая, крошка…

Тимур

Не выдержал и начал наращивать скорость. Напирал как одичавший зверь. Я понимал, что ей могло быть больно. Но она была такой отзывчивой. Аж внутренности сворачивало от её тихих и волнующих все нутро стонов. Не хотелось останавливаться. Хотелось брать, и брать, и брать. Но ощущал, что я уже в шаге от оргазма.

Хотелось, чтобы она не прекращала вот так выгибаться навстречу. А когда она сама потянулась ко мне, вообще чуть не взлетел от эйфории. Настоящая. И такая отзывчивая крошка.

Начал массировать влажный клитор, каждым своим сантиметром улавливая перемены в её поведении. Она была уже так же близка, как и я. Ещё несколько выпадов, и её мышцы стискивают мой член, выдаивая его без остатка. Я ощущаю каждой клеточкой каждый выплеск спермы. А она хрипло стонет около уха, продлевая мой оргазм. Довел ли я её до конца? Сложно было судить из-за количества алкоголя в крови. Хотелось верить, что да…

Когда сумасшествие отпустило меня из своих когтей, услышал, как к двери кто-то шел. Вышел из нее, и накрыл обнаженное тело простынёй. С сожалением увидел, как она захлопнулась. Натянул джинсы за секунду до того, как послышался стук в дверь.

— Эй, Тимох, ты там закончил? Пошли, давай дальше бухать! Время — деньги.

Послышался ржач Барса, и через минуту все затихло.

Естественно, время. Злой смешок вылетел из груди. Ебучее время, Тим. А ты как думал? Тут же все рассчитано до копейки.

Развернулся и окинул последним взглядом девушку. Её широко распахнутые глаза отпечатались в памяти словно клеймо.

Накинул рубашку, и закрыл дверь за спиной, одновременно пытаясь изгнать образ невинности и искренности. Внутри закручивалось желание немедленно напиться и изгнать из мыслей глаза, продирающие до дрожи. Я больше не увижу эту девушку, и хрен с ним. Покувыркались и забыли.

В кабинке тем временем веселье шло полным ходом. Парни были на конкретном таком веселе, и тут же утянули меня за стол, наливая порцию за порцией. Уже через некоторое время в голове приятно зашумел алкогольный дурман, выпинывая все посторонние мысли.

— Че, может к бару? Тимох, как насчет спора?

Барс хищно оскалился, направляясь на выход.

— По поводу?

— Бухаем до победного. Вот прям, пока один из нас мордой в салат не упадет. Давай уж повеселимся!

— И на что спорить будем?

Азарт проснулся в каждой клеточке. Из самых глубин всколыхнулось желание побеждать.

— На тачку…

— В смысле на тачку, Барс?

— Ну, если ты выходишь из клуба на своих двоих, то моя тачка переходит к тебе. И наоборот.

Блин, мне нахрен не упиралась его машина, но тут уже было дело принципа. Тимошин никогда не пасовал и всегда побеждал!

— По рукам!

Парни с громким улюлюканьем разбили сцепленные руки, и мы пошли в бар. Музыка долбила по перепонкам. Возможность разговора упала до нуля, но нам это было и не надо. Бармен разлил каждому по шоту, и мы начали.

Вообще, где-то на периферии сознания очень часто мелькала мысль, что я правда изменился. Стал похеристом. Деньги сделали свое дело, и теперь я на стороне тех, которые могут купить все в этом мире. И даже любовь!

Снова возник образ девушки в маске, и я закинул в себя очередную порцию алкоголя. Искореняя тупую боль в груди. Она реально казалось настоящей. Только вот тоже продалась за шуршащие банкноты, как каждая, которая встречалась в моей жизни после того, как у отца появились деньги.

Краем взгляда выцепил сидящую за стойкой девушку. И как под дых ударили. Даже не поверил ощущениям, потому что подумал, что она. Та девчонка из комнаты. Сидела, низко склонив голову и вертела в руках стакан с темной жидкостью.

Девчонку толкнули в спину, и она вскинула голову. В этот момент зрение окончательно меня предало, и кроме расплывчатого пятна я уже ни хрена не мог разобрать. Девчонка засуетилась и словно растворилась в воздухе.

— Эй, не мухлюй! Пей, давай, а то никакой тебе победы.

В моих руках снова оказалась рюмка, и разум помахал мне ручкой, унося за собой возможность соображать.

Ника

После того, как ушел… кто? Покупатель? Мой хозяин? Или хозяин моей невинности. Смешно так, что хотелось разрыдаться. На негнущихся ногах побрела в душ. Благо он тут был. Включила ледяную воду, потому что тело до сих пор горело от того, что происходило в спальне. Между ног неприятно ныло, каждый шаг доставлял дискомфорт. Осознание масштаба совершенного поступка врезалось в мозг, раскаляя его добела.

— Боже, Ника, что ты натворила?

В ответ была только приглушенная музыка, что доносилась из главного зала. Но жизнь невозможно повернуть назад… так, кажется, пелось.

Стянула с лица маску и впилась взглядом в отражение. Внешне ничего не изменилось. Внутренне же… я была сломлена. Откликом тела, своими ощущениями. Чувствовала себя грязной и порочной. Телефон подал звуковой сигнал. Не дал заняться собственной грызней. Черт знает, зачем я притащила его с собой.

Сообщение. О зачислении денежных средств. Чуть больше полутора миллионов…

Ноги тут же подогнулись, заставляя меня упасть на холодный кафельный пол. Облегчение вперемежку с апатией накрыло лавиной. Слезы, не переставая, катились по щекам. Я захлебывалась этими слезами, но остановить их было выше моих сил.

Разум отказывался воспринимать реальность и нормально работать. Мне казалось, что, появись я на публике, все сразу же поймут, что я теперь продажная шкура. Конечно, это было бредом. Но совесть очень услужливо нашептывала, какая я падшая.

Тишину комнаты снова нарушил громкий стук.

— Вероника, вы в порядке? Мне нужно освободить помещение. Поторопитесь, пожалуйста.

Голосовые связки сжались, но ответить было необходимо. С силой протолкнула слюну через гортань и выдавила.

— Да, конечно. Ещё минутку, и я выйду.

Быстро умыла заплаканное лицо. Облачилась в свои вещи, покидала все в сумку, и выскочила из комнаты. Свет непривычно резанул по глазам, на мгновение ослепляя яркостью.

Передо мной стояла все та же девушка, которая меня проводила сюда.

— Все хорошо? Перевод дошел?

— Да, спасибо. Все нормально. Я найду выход. Я же ничего больше не должна?

— Нет, вы же выполнили свою часть сделки. Ваши данные останутся конфиденциальны. Налоги все за вас мы заплатили…

— Какие ещё налоги? — я знала, что перебивать, грубо, но вопрос очень взволновал меня, — как понять — налоги?

— Вы, видимо, меня прослушали и невнимательно прочитали. В контракте все оформлено как легальные услуги. Вы оказали нам услуги переводчика, мы за это заплатили. Поэтому за ваш доход мы отчислили все полагающиеся налоги. Мы дорожим своей репутацией, поэтому в наших же интересах делать все по закону. Всего доброго.

Администратор уже скрылась за поворотом, когда до меня дошла вся суть её речи. Все законно…

— Спасибо…

Единственное, на что я была сейчас способна.

Визит в больницу нельзя было откладывать, но не переться же сейчас, ночью. О том, чтобы возвращаться домой, тоже не было и речи. А так захотелось выпить, вот прям до трясучки. Заглушить душевные терзания и стенания. Залить привкус горечи от того, что я совершила. Неспешно прошла в зал. Молодежь заняла все пространство. Кто-то сидел за барной стойкой, кто-то наблюдал за девушками, которые то и дело извивались на каких-то помостах. Вся обстановка кричала о богатстве и роскоши. Конечно, если посетитель готов был заплатить больше полумиллиона за ночь с девушкой. Снова передернуло. «Хватит, Ника! Считай, тебе повезло. Парень вел себя очень корректно и даже попытался доставить удовольствие».

Возле бара уже толпилась группа парней, в центре сидели двое и с нереальной скоростью опрокидывали в себя стопки. Окружающие же что-то угукали и скандировали.

С облегчением заметила свободный стул и вскарабкалась на него. Ухнула от неприятных ощущений, простреливших промежность. Аж до слез из глаз. А казалось, что ничего не будет напоминать вот так о моем проступке.

— Чего желаете?

На меня с обворожительной улыбкой смотрел бармен. Быстро прикинула в уме, на что хватит средств.

— На ваше усмотрение. Коктейль какой-нибудь девчачий.

Момент. Через тридцать секунд передо мной уже стоял высокий бокал, украшенный зонтиками и долькой апельсина. Яркий, сочный… аж все вкусовые рецепторы напряглись в предвкушении.

— Пожалуйста, ваш «Секс на пляже»

Хорошо, что не успела начать пробовать. При слове секс все внутренности скрутило, но я мысленно себя одернула. «Все, Ника, это уже пройденный этап!».

Тут же рядом со мной раздался взрыв хохота, а меня толкнули в спину, и пришлось непроизвольно вскинуть голову. Тут же мои глаза наткнулись на два ярких сапфира. Немного расфокусированных, но от этого не менее прекрасных. Воздух тут же застрял в легких, как только я поняла, кому принадлежит этот взгляд. Он, тот парень из комнаты. Он мазнул по мне мимолетным взглядом, я даже затаила дыхание, боясь, что узнает. Но не узнал, вроде… Значит, маска сработала.

А при свете софитов он ещё красивее. Слегка вьющиеся русые волосы, мужественная внешность. Фигуру я успела и рассмотреть, и пощупать. Жар тут же бросился к щекам. Парень снова обернулся, и как-то подозрительно окинул меня взглядом. Больше не было времени мешкать, поэтому сбежала как трусиха.

Свежий воздух охладил пылающие щеки. Покрутила головой, решая, куда направиться и где провести остаток ночи. Свернула за угол налево и побрела по темным улицам. В душе разлилось спокойствие и умиротворение. На счету нужная сумма. Утром все решится, и потом я просто забуду об этой ночи и никогда его не увижу. «Так было нужно!» — эта мысль неоновой вывеской сияла в голове.

Тихие улочки моего нового города. То там, то здесь пробегали бездомные коты и начинали истошно выть в поисках то ли пищи, то ли приключений на свой хвостатый зад. Прыснула в кулак, и в груди снова разлилась легкость на грани с эйфорией. Окна кое-где светили теплым желтым светом. Будто манили, заглянуть внутрь и насладиться уютом и теплом. Поглубже нырнула в шарф, он надежно укутывал горло от ветерка. Волосы колыхались на этом самом ветру. Приятная прохлада укутывала в себя и приносила покой. Впервые за долгие месяцы я расслаблялась. Да, впереди была операция… но её исход зависел, увы, не от меня. Мне же оставалось только молиться.

Будто в ответ на мои скрытые мысли передо мной выросла небольшая часовня. Тоже заперто, но кто мешает принести молитву снаружи. «Господи, сделай, пожалуйста, так, чтобы операция прошла успешно. Чтобы мамочка очнулась и наша жизнь наладилась. Чтобы она снова улыбалась и обнимала меня. И Сашку верни. Он свернул на неправильную дорожку, но я все равно люблю его. Он один из немногих родной мне человечек. И того парня береги. Спасибо тебе, что послал именно его. В тот сложный момент — это было лучшее, что я могла ожидать. Хоть я и ощущала его злость, но ничего плохого он не сделал. Спасибо, и прости меня за такой грех. Грех во имя блага мамы!» — шептала слова в тишину, а ветер уносил их в сторону. Смахнула навернувшиеся слезы, и побрела дальше.

Внимание привлекла яркая вывеска кофейни «Двадцать четыре часа». Решила, что время до утра вполне можно провести здесь. Попивая чай или кофе, и заедая его вкусностями. Мне казалось, хоть такой маленькой радости я заслужила. Сердце приятно сжалось от мысли, что утро все расставит по местам. Ещё рывок… и все наладится.

По телевизору шли новости. В экране сновали туда-сюда врачи и работники ГИБДД. А потом камера перевела объектив на искореженный металл машины…