10 глава

Среди знакомых Насти были те, кто ее недолюбливал, большинство относилось к ней с некоторым жалостливым пренебрежением. А между тем она не была плохим человеком. Просто у нее было свое видение действительности. Как и у большинства из нас. Настя была центром собственной Вселенной. Просто ее «мирок» был чуть дальше от реальности, чем у других.

Это сложилось благодаря ее матери. Женщина воспитывала Настю одна. При помощи бабушки. И пусть в финансовом плане жили они скромно, но вот вниманием девочка была избалована так, что реально позавидовали бы многие дети из богатых семей.

Мама Насти была из тех «многоопытных» женщин, что уверены в своей пожизненной правоте и имеют свое мнение по любому вопросу. Женщина четко руководила своей семьей, и по общему допущению, они все полагались только на ее слово, мнение, суждение. А центром мира этой женщины была дочь – Настя. И мама всегда знала, как девочка должна жить, чем заниматься и как строить свое будущее.

У Насти никогда не было своего мнения. Не потому, что она боялась его высказать. Оно просто было ей без надобности. Зачем, если мама и так скажет, как и что делать? С детства Настя была психологически благополучной. И довольной. Будучи всегда единственным объектом внимания для матери, девочка легко решила, что является таковым объектом и для остальных.

Но Настя не была при этом наивной дурой. Уже в школе, позже в колледже, она поняла, что отношения с другими подростками отличались от ее идеала, и легко подстраивалась под окружение. Чтобы быстрее «встроиться» в коллектив, выработала отличную привычку – наблюдать за другими детьми. И заметила, что даже самые строгие учителя относятся мягче к тем, кто нервничает или слишком эмоционален. Конечно, Настя быстро стала именно такой.

Повзрослев, она поняла, что окружающих ее вечно нервно закусанные губы, заикание и трясущиеся руки скорее раздражают, что это вызывает некое неприятное чувство брезгливой жалости, а потому проще сделать девушке поблажку и быстрее закончить общение с ней, чем пытаться чего-то от нее добиться. Их отношение Настю не волновало, она просто его игнорировала, главное, она получала что хотела. И продолжала воспринимать это как должное.

После колледжа Насте снова повезло. Мама решила, что дочь в их маленьком городке много не заработает. А вот в областном центре возможностей больше. Настя уехала из дома. И вот тут перед ней открылась совсем иная жизнь!

Ее взяли на работу в частную клинику обычной медсестрой. В школе и колледже девушка освоила легкий способ получать приличные оценки. Она полагалась на быструю память. Выучил перед уроком, что необходимо, ответил и забыл. Понятно, что глубоких знаний и понимания у Насти не было. А значит, она часто ошибалась на работе. Но ей просто волшебным образом это каждый раз сходило с рук! Снова потому, что ее жалели. Так ей все и прощали, даже на работе, только бы держаться подальше. Да еще и кадровый голод в стране. Искать другую на ее место – дорого и долго.

Потому в Настином мире все и всегда было гладко. Опять же привычка наблюдать за людьми дала ей еще некоторое преимущество. Она всегда внимательно слушала своих одноклассников, приятелей, потом и коллег. И вот сказанное запоминала отлично. А что не знала, быстро додумывала или придумывала. Как оказалось, фантазией в этой области ее природа не обидела. И всем собранным материалом Настя щедро делилась. У нее хватало ума подавать информацию кому надо и так, как было бы удачнее по ситуации.

Так, по ее мнению, у девушки появилось много подружек. А значит, хватало и привычного внимания к ее персоне. Люди устало привыкали к ее присутствию и терпели ее. Большего Насте и не надо было. Это распространялось и на мужчин.

Настя яркой внешностью не блистала. Волосы у нее были густые, но очень тонкие и беспорядочно вились. Даже кой-какую прическу сделать сложно. Глаза красивые. Но плохое зрение, а мама считала, что носить очки неудобно, потому девушка всегда щурилась, тем самым скрывая свое достоинство. В своем «образе» девушка все время немного сутулилась, нервно поправляла волосы. Не самый яркий имидж.

Но ее саму это не смущало. Ведь опять же при должном подходе мужчина может просто к ней привыкнуть. Как привыкают «подружки». Девушка не ждала, пока встретит того единственного, кому она понравится. Ей было достаточно того, что какой-то мужчина начинает нравиться ей. А дальше – дело техники. Быть рядом, говорить ему, что он хочет услышать, или сообщать «новости». Стерпится – слюбится. Пару раз это срабатывало.

Подруги, правда, относились к ее выбору партнеров насмешливо. Но факт оставался фактом. У Насти были отношения с мужчинами. Чаще, чем у многих ее приятельниц. А это уже успех. Но конечно, девушка хотела получить завидного жениха, так как в душе полагала, что достойна лучшего. Не только мужчины, а вообще всего. Некоего образа жизни. Ей очень нравилось это словосочетание.

И Настя к изменению своего статуса готовилась. Как раз одним из этапов стала эта поездка. Часть денег на путешествие она скопила сама, большую подарили мама и бабушка. И вот! Снова такая удача. Она не только увидела Европу, а ведь никто из ее приятельниц еще за границу не выезжал, но и еще ей представилась возможность жить в таких шикарных условиях! Именно в тех, какие ей нравятся, а значит, каких она достойна.

И вот настал самый важный момент. Она оказалась в этом доме. Впервые за эту поездку, нет, наверное, за всю ее жизнь, Настя испытывала такие сильные чувства. Здесь, в этом замке, ей было интересно все! Все казалось чудесным, волшебным и… желанным. Настя не могла успокоиться, она была взволнована, постоянно, по старой привычке закусывала нижнюю губу, чтобы не хихикать. То, что они попали в этот дом, – самая большая удача в ее жизни!

Девушка в принципе не могла понять странных тревог и опасений остальных туристов. Какая разница, почему их оставили здесь. Важно, что она получила возможность все это увидеть, если захочется, потрогать. Веслав владеет всем этим, и теперь для Насти он – самый важный в жизни человек. Ведь у него есть то, что хочет она.

Вообще, с начала поездки Настя пыталась выбрать себе объект внимания, то есть мужчину, кого посчитала бы своим сразу. Обратила внимание сначала на Лёху, как он всем представился. Настя заприметила его еще в самолете. Видный такой, симпатичный. И когда стало понятно, что он входит в их группу, девушка поначалу сочла это удачей. Она сделала пару попыток «приручить» его, но они неожиданно провалились. Алексей просто ее отшил. С жалостью у него было как-то туго. Лёха проводил все время как раз с Витой. Которая Настю в принципе игнорировала. Будто ее не существует.

Но, к счастью, в группе был еще и Владимир. С ним повезло больше. Настя действовала по отработанной схеме. Всегда была рядом, давая мужчине возможность свыкнуться с ней. И явно все шло отлично. Но… Сейчас Настю Владимир уже не интересовал. Только Веслав. Правда, поляк выбрал Юлю, но Настя придумает, как это исправить. Пока же она просто шла вперед смотреть женскую часть замка.

Веслав сразу повел их в спальню.

– Покажу, как жила моя жена, – с нескрываемой мужской гордостью заявил он. И улыбнулся. Так победно.

Когда они вошли в комнату, все могли лишь кивать, признавая за ним право гордиться. Тут все было просто шикарно. Кресла, трюмо, кровать, огромная, на высоком приступке, с резными столбиками и складками балдахина в красивых сборках.

– А вышивка-то ручная, – почти шепотом заметила Зоя. – На покрывале, и вообще! Какая тонкая работа!

– Мебель тоже штучный товар, – известил Лёха.

Настя знала, что такие вещи стоят еще дороже. И смотрелось это отлично. Вот бы ей остаться здесь, стать хозяйкой этой комнаты! Спать на этой кровати, сидеть на том кресле напротив трюмо. Там… На столике лежали щетки для волос, какие-то заколки, стояли красивые флакончики. Все это так чудесно… У щеток позолоченные ручки и на заколках камни…

– Какая прелесть…

Настя повернула голову чуть вправо. Там стоял еще какой-то шкаф низкий или комод. А на нем шкатулка. Ну конечно! Кира была рядом. Она без коробок реально жить не может?

Настя сразу вспомнила, как они были в Линце. После экскурсии Светлана дала всем свободное время, и туристы, сговорившись об этом заранее, потратили его на шопинг. Снова группа собралась вместе в кафе напротив своего отеля за ужином. Настя пришла с Владимиром, с ними была и Юля.

За столом уже сидели Кира, ее брат, Вита и Лёха. С ними была явно усталая Зоя, Дмитрий Иванович и Саша. Светлана, похоже, зашла в кафе за минуту перед Настей и ее «командой» и только еще села изучать меню.

Перед Кирой на столе стояли три различных шкатулки. Их хозяйка рассматривала свои приобретения с восторгом, как ребенок в Новый год.

– Странный улов, – заметил Владимир, усаживаясь за стол. Насте всегда так нравились эти его фразочки. И тон. Такой… Надменно-насмешливый. Сразу понятно, он тут лучше остальных.

– Я мадам-коробочка! – отозвалась девушка.

– Мадемуазель все же, я думаю, – улыбаясь, поправил ее Лёха. – Они для чего?

– О! – Кира была рада рассказать о каждой. – Вообще-то просто так. Мне на самом деле нравятся шкатулки. С детства.

– Ну да, – согласился с ней Кирилл. – Папа привез ей в подарок однажды музыкальную шкатулку. Такую маленькую, картонную, ламинированную. Из Петербурга. И все. Мы пропали. Она их с тех пор коллекционирует.

– Вот это, кажется, пепельница, – указал на крохотную круглую коробочку Дмитрий Иванович.

– Это мне Вита нашла! – гордо сообщила Кира в ответ. – Хорошенькая, да? И роспись такая тонкая…

Профессор закивал в ответ.

– Каюсь, себе тоже такую купила, – призналась Вита. – Это, наверное, заразно.

– Но в целом вещь практичная, – мягко возразил Лёха. – Я бы такую тоже взял, но точно где-нибудь потеряю. Хотя симпатично, не поспоришь.

– А эта? – Зоя тоже рассматривала шкатулки.

Кира, аж сияя от счастья, открыла следующую коробку. Заиграла музыка.

– Для колечек, – сообщила довольная хозяйка шкатулки.

– И даже балеринка есть! – восторгалась Зоя. – Я такое только в фильмах видела.

– Я тоже, – призналась Вита.

Настя видела крохотную куколку, поворачивающуюся под музыку. Вещь такая… Интересная. Надо было тоже себе купить. Хотя тут все так дорого. Кире вот денег на всякую чушь не жалко. Но ведь шкатулка детская. Владимир бы сказал – девчачья. Зачем это взрослой девушке?

– Как в наперстки играем, – усмехнулся Лёха. – В третьей что?

Кира с каким-то то ли триумфом, то ли злорадством открыла последнюю.

Лёха недоуменно нахмурился.

– Похоже на мертвые цветы, – сообщил он.

– Почти угадал, – в привычно веселом тоне сказала ему Вита. – Это и есть лепестки. Засахаренные. Фиалковые.

– С ума сойти! – удивился мужчина. – Ты намекаешь, это едят? Кира?

Она довольно кивнула.

– Местный десерт, – подтвердила девушка. – Хочешь?

– В них мяса нет, – отшутился Лёха.

Кира тогда еще долго продолжала рассматривать свои шкатулки. Похоже, они реально ей нравились. Настя не слишком поверила. Просто наверняка хотела больше внимания привлечь.

Но и тут, в замке, Кира не отходила от шкатулки. Стояла и пялилась на нее. Как в мужской части Лёха – на оружие. Нет, это, конечно, совсем другое дело. Шкатулка была большая, сделана из какого-то белого материала, как чашки, что ли. С росписью. И с позолотой.

– Эмаль, золото, роспись, – перечислила Кира. – Света? Это реально настоящее золото?

Гид только кивнула ей в ответ и улыбнулась.

– Век семнадцатый, – уточнила она. – Интересная работа. Ювелирный дом не знаю, но вещь явно уникальная.

Хозяин замка очень внимательно прислушивался к их разговору. Настя с интересом наблюдала за его выражением лица. Что они там все наговорили про Веслава? Ей он казался искренне добрым и щедрым. Вон, как слушает, каждое слово ловит, понять старается. Он же плохо знает русский.

– Откройте! – вдруг предложил он Кире. – Маленькая тайна! Надо нажать.

И поляк указал пальцем на какую-то часть металлической резной каймы, идущей по краю крышки.

Настя заметила, как Кира вздрогнула, когда, издав еле слышный щелчок, коробочка открылась.

– Пудреница! – поняла предназначение шкатулки Светлана.

– Серьезно? – усмехнулся Лёха.

Как всегда, весело и чуть иронично. Насте сначала эта манера нравилась, она делала мужчину «плохим», а значит, привлекательным. Но потом начала раздражать, после того как пару раз Алексей обращался в таком тоне к самой девушке.

– Да в этой коробке больше килограмма пудры поместится! – продолжил он. – Целый театр Кабуки можно выбелить.

– Да уж! – согласилась с ним Зоя. – Многовато. Да, Кирочка?

Девушка только кивнула в ответ. Но Настя видела, что Кира даже не заглянула внутрь, все продолжает рассматривать саму шкатулку, роспись на ней, золотую отделку.

– Пудра плохо? – чуть смешно нахмурившись, удивился Веслав. – Но есть еще другое! Тоже нажать!

На этот раз он коснулся какой-то шишечки внизу коробки.

Снова еле слышный щелчок, и у самого донышка шкатулки открылся крохотный изящный ящичек.

– Тайна! – важно провозгласил поляк. – Можно прятать. Любой секрет. Что хочется!

Кира отреагировала на его слова как-то совсем уж странно. Она чуть ли не в ужасе шарахнулась прочь от коробки и самого Веслава. Настя привычно закусила губу, чтоб не захихикать. Она ненормальная, что ли, эта Кира?

Веслав тоже смотрел на гостью с удивлением.

– Спальня шикарная, – отвлекла на себя внимание Вита. – А можно еще что-то посмотреть?

Поляк снова разулыбался, закивал, приглашающе махнул рукой в сторону двери. И покосился на Юлю. Настя чуть нахмурилась. Хозяин замка постоянно смотрел на Юлю. Будто все время ждал, как она отреагирует на то, что он показывает, ждал ее мнения или похвалы. Юля в ответ только смущенно улыбалась и не сводила с него влюбленных глаз. Настя злилась. Слова сказать не может! Она бы на ее месте знала, как правильно с ним общаться!

Но Юля просто шла за Веславом. Как загипнотизированная его взглядами и улыбками. Как корова на привязи.

А в соседней комнате было… Настя не знала, как это называется. Сокровищница? Или что-то такое похожее. Здесь было не так много места. Стояли комоды с кучей ящиков, где поблескивали в неровном свечном свете украшения. Еще тут на подставках стояли бюсты. Какие-то все безликие. Но на них тоже были украшения! Колье, серьги, даже диадемы.

– Вы бы с этим были аккуратнее, – заметил Дмитрий Иванович Веславу таким отеческим тоном. – Такие сокровища запирать надо. Мало ли что.

Хозяин замка только рассмеялся в ответ.

– Не закрываю дверей, – признался он немного хвастливо. – Много лет лежит. Ни у кого забрать не получилось.

– Интересно, что же мешает? – с иронией поинтересовалась Вита. Она стояла четко посредине комнаты и смотрела на всю эту красоту, как на экспонаты в музее. С расстояния. Будто это картины.

Веслав в ответ лишь пожал плечами.

– Воры были, – признал он. – Но у меня верные слуги. Знаю историю. При Веславе, сыне Ежи, тут приходила женщина. Как это… Не родная сестра?

– Кузина? – предположил Саша.

– Да, – подтвердил поляк. – Его кузина. Попросилась пожить. Видела это. Была бедна. Хотела украсть. Ночью тихо пришла. Браслет Катаржины хотела. Но… Надела себе на руку, думала бежать. Он зацепился за что-то, она разодрала руку в кровь. В лесу были волки. Запах. Она так и не выбралась. Утром нашли среди могил.

– Там, в лесу, кладбище? – как бы между прочим поинтересовался Лёха.

Настя понятия не имела, зачем ему это. Хотя, когда они там шли, по этому лесу, ей было страшновато. Ну да, все же знают, что в темноте по кладбищу лучше не шляться.

– Мои предки там, – уже серьезно ответил Веслав. И снова тут же улыбнулся. Как-то так… не очень приятно. – И враги.

– Ага… – рассеянно отреагировал Лёха и обернулся к их гиду. – Свет? Ты у нас спец по этой части. Что скажешь?

Настя видела, как Светлана давно уже подошла к украшениям совсем близко, как жадно она их рассматривает. Ходит от одного ящичка к другому, как привязанная. Конечно! Вся группа же знает, что их сопровождающая обожает ювелирку.

Настя тут же вспомнила, как еще в Вене видела Свету на одной из этих улиц в старом городе. Где самые известные ювелирные магазины. Гид рассматривала витрины. Даже заходила в один. Но там такие цены! Тут даже почку продать мало. Но Света-то всем говорит, что только любуется.

Девушка еще вспомнила один из общих разговоров за ужином. Они с третьего дня поездки все вместе вечерами собирались. Насте это нравилось. Все туристы что-то такое о себе рассказывали. А она любила слушать и запоминать. Будет что потом подругам рассказать.

Тогда они были в Пльзени, с утра все предвкушали Прагу. Настя знала, что многие из их группы там уже были. Она пока не могла уяснить, чем всех так привлекает столица Чехии. Потому большую часть разговоров не понимала, но себе заметку сделала, что, когда будет рассказывать о поездке на работе, Прагу надо будет выделить.

Но вот вечером, когда все собрались в очередном кафе, выяснилось, что настроение неожиданно изменилось. В этот раз к ужину Настя вслед за Владимиром пришла раньше остальной группы. Конечно, с ними была и Юля. Чуть позже подошли Саша и профессор. И только потом ввалилась та компания. То есть Лёха, Вита и все, кто обычно был с ними. В том числе и Светлана. Они все выглядели усталыми, но довольными. И все притащили с собой небольшие пакеты. Такие из коричневатой неказистой бумаги, какие называют крафтовыми.

– Спонтанный шопинг? – удивился Владимир со своей обычной чуть высокомерной усмешкой.

– Это называется разумной экономией, – сообщил ему Алексей. – По Австрии вспомни, в столице все дороже.

– Еще как! – жалобно подтвердила Зоя, ставя под стол холщовую сумку, где уже привычно звякнуло стекло. – Я там ликер за бешеную сумму купила, а потом в Линце он был на пятнадцать евро дешевле.

– И ром тоже, – напомнил Лёха. – Ты, Зой, как настоящий пират, берешь только самое крепкое. Хотя вот ведь странно! Ты же полбокала вина за вечер с трудом выпиваешь. Куда тебе ром? Или… в том и секрет? Вино не той крепости?

– Да я вообще почти не пью, – призналась женщина. – Это домой. У нас часто гости бывают. Партнеры мужа по бизнесу. Вот! Будет чем гостей удивить.

– Ликер лучше для себя и подружек приберечь, – подсказала Светлана.

– Ага, – улыбнулась женщина и посмотрела на Лёху с показной укоризной – Но ты тоже покупал ликер!

– Его моя бывшая жена любит, – признался он. – Еще я конфет прикупил. Но это она виновата.

Он указал на Виту.

– Я знаю толк во вкусняшках, – весело похвасталась та.

– Точно, – поддержала приятельницу Кира. – Благодаря тебе я тоже купила сыр в Австрии, а еще конфитюр. И тыквенное масло!

– Ужас, – притворно испугался Лёха.

– А тут-то что брали? – интересовался Владимир.

Вита указала на Светлану. Владимир присмотрелся к кулону на груди их сопровождающей и кивнул. Так, с одобрением. Настя тоже рассматривала украшение. Красивое, да. Тонкая цепочка и овальный камень в золоте. Но, по мнению девушки, это как-то очень скромно. Ей нравились другие вещи. Где много металла и мелких камушков. Лучше всего бриллианты, чтобы искрились. А этот камень был просто темно-красным, каким-то совсем не ярким.

– Гранат? – догадался Саша.

– Конечно, – доброжелательно подтвердила Светлана. – Чехия именно ими и славится. А еще янтарем. Но наш калининградский все же лучше.

– Смола, не интересно, – высказался Владимир. – Гранат как-то круче. В Праге же есть магазин, там, где-то в центре, где на площади часы еще такие знаменитые.

– Это центральный магазин от их завода, – подтвердила сопровождающая. – Но там очень дорого. Как и в бутиках «Сваровски».

– Так вы просто нашли такой же здесь? – предположил Дмитрий Иванович.

– Лучше, – победно известила его Кира.

– Европа, конечно, славится своими ювелирными домами, – стала пояснять Светлана. – Но тут есть и еще кое-что. Антикварные магазины.

– Ого! – тут же загорелся профессор. – Так это у вас… Насколько это старая вещь?

– Начало двадцатого века, – сопровождающая чуть дотронулась до своего кулона. – Ничего особенно выдающегося. Но мне понравился дизайн. Тонко и элегантно. Не люблю тяжелых и массивных украшений. Здесь есть тавро мастера. Я думаю, это кто-то из местных ювелиров. Но не важно. Мне понравилось.

– Красиво, – подтвердил Саша. – Да еще и с историей. Но Чехия славится еще и своим стеклом.

– Вот! – закивал ему Лёха. – Чем мы все и разжились. Зацени!

Он похвастался каким-то там браслетом из серебра со стеклянными бусинами. Вита показала такие же серьги. Лёха сказал, что купил подарок дочери, но Настя была уверена, что на самом деле это для любовницы. То есть снова для Виты. Девушка решила, что эти двое знакомы на самом деле давно и просто поехали в тур вместе, пусть и скрывают это. Вот же, ее серьги подходят к браслету, так что пусть не врут.

Самой Насте все эти сувениры были уже не интересны. Это же не ювелирные украшения. Она бы, конечно, сходила в тот же магазин, где Света покупает себе ювелирку. Денег только на такое нет. Но если бы были, то явно выбрала бы что-то более интересное, чем тот кулон. Если это еще и антиквариат… Здорово было бы разбираться в этом деле, как их гид.

Здесь же, в замке, Светлана почему-то не выглядела такой уж счастливой. Хотя украшения в сокровищнице Веслава были в разы дороже и интереснее, чем ее собственные. В тот момент, когда Лёха ее окликнул, она изучала, и очень внимательно, диадему, надетую на лысую голову одного из этих безликих манекенов.

– Как на том портрете, – почти шепотом известила своих Света. – Диадема Катаржины. Поверить невозможно…

– Надо верить! – возразил Веслав. – Это ее. Ежи покупал. Привез из другой страны. Не знаю какая.

– Судя по всему, это работа французского мастера, – известила гид, приглядываясь. – Можно?

Хозяин дома лишь кивнул, а сопровождающая группы уже взяла бережно украшение в руки. Изучала, что-то там высматривала.

– Да, – уверенно и взволнованно заявила она. – Франция. Снова частный мастер. Но это очень дорогая и ценная вещь. Она достойна лучших музейных коллекций.

– Только в моем доме будет, – поспешил заверить Веслав. – Мое останется тут.

– Конечно, – поспешила заверить его Света и тут же уложила диадему на место.

– Это реально изумруды? – спросила Вита.

– И точно не фианиты, – заметил Лёха.

– Только настоящие камни, – подтвердила гид. – И отлично ограненные. Чистые очень. Высокое качество.

– Катаржина любила эту корону, – важно заявил Веслав. – Хотите мерить? Очень красиво!

– Нет, что вы. – Светлана поспешила отойти дальше.

– Но можно! – настаивал хозяин дома. – Давно никто не надевал. Это для женщин! Красиво!

– К ней прическа нужна, – заметила Вита. – У нас с собой стилиста нет.

– Если красивая женщина, и так красиво будет, – улыбнулся поляк и снова посмотрел на Юлю. С таким намеком.

Юля снова опустила взгляд и чуть качнула головой, отказываясь.

– Она кажется тяжелой, – выдала девушка.

Как же! Настя снова чуть разозлилась. Какая разница, сколько это весит. Важно, сколько стоит! Что Юля тут кокетничает? Где ей еще такое предложат? Пытается перед Веславом скромной выглядеть? Только время тратит. Хотя… да и пусть. Скоро Юля ему надоест, и можно будет аккуратно к поляку подкатить.

– Какие хотите? – спрашивал теперь Веслав, обводя взглядом всех женщин группы.

Они только переглядывались между собой, не зная, как ему ответить. А Светлана уже что-то там другое высматривала.

– Ого! – Вита шагнула ближе к сопровождающей. – Вот это как-то… интереснее, что ли? Даже кажутся более современными.

– Это принадлежало Марии.

Тон поляка на этот раз был совсем другим. Сухим и каким-то неприятным. Настя даже испугалась немного. Чего он так напрягся-то?

– Они потрясающие. – А вот Света как раз его настроений и не уловила.

Браслеты цыганки, казалось, заворожили гида, как прежде вид шкатулки Киру.

– Такие тонкие, легкие… они воздушные. – Сопровождающая положила пальцы на край небольшого деревянного ящичка и прямо-таки зависла над браслетами, лежащими внутри.

– Смотри, – Вита вглядывалась в украшения из-за плеча Светы, – на каждом свой рисунок.

– Веслав приглашал ювелира, – рассказывал хозяин дома с какой-то задумчивостью. – Она хотела носить такие. Чтобы легко, чтобы, как ветер, как паутина. Чтобы была музыка. Мастер сделал для нее. Но она оставила даже их, когда осмелилась уйти…

Вот в этот момент Настя почему-то испугалась. Вжала голову в плечи, спрятала лицо за свесившимися со лба волосами. Он так это сказал… Чего Веслав злится? На ту Марию? Ведь она давно уже померла, еще при его каком-то там прадеде. Но тон у него был прямо зловещий.

И похоже, это почувствовала не только она. Светлана нехотя оторвалась от браслетов и, стараясь больше ни на что не смотреть, прошла ближе к двери, остальные туристы тоже притихли.

– Простите, – вдруг Веслав снова привычно радушно улыбнулся. – Плохая история. Не надо было ей уходить. Не надо вспоминать. Надо, чтобы было весело. О!

Он обвел всех каким-то веселым и даже хитрым взглядом.

– Все женщины любят наряды! – заявил поляк. – Много платьев! Идем скорее!

И сам же первым поспешил в коридор.

– Ну, хоть там шмоток Катаржины или Марии точно не будет, – заметила остальным Вита. – Ткань за пару веков точно бы истлела.

– Надеюсь, – буркнула в ответ Кира и как-то боязливо поморщилась.

– Вообще, я читал, что натуральные ткани могут храниться много лет, – уже в коридоре поделился профессор с Витой. – Шелк, например.

– Русский музей, – сказал Саша. – Платья Елизаветы.

– Порадовали, – саркастично хмыкнула девушка. – Оно, конечно, красиво. Только как-то… Платья давно мертвых женщин…

– Простите, – тут же спохватился Дмитрий Иванович. – Не подумал. А ведь оно и правда как-то угнетает.

– Не хотите видеть? – Веслав внимательно прислушивался к их разговору. – Но я не знаю, что еще интересно!

– Я бы хотела посмотреть, – вдруг сказала Юля.

Так уверенно, твердо. Совсем на нее не похоже. Прямо манеры такие, чуть ли не королевские. И смотрит прямо Веславу в глаза. Осмелела. С чего бы? Насте снова это не понравилось. Ведь у них так и сложиться может. А хозяин дома Насте самой нужен. Но… Вообще, сейчас Юля это кстати сказала. Смотреть надо все.

Поляк церемонно, как в старых фильмах, предложил Юле руку и торжественно распахнул перед ней неизвестно какую по счету дверь.

– Да тут целый магазин! – с порога заглянув в комнату, прокомментировала Зоя.

– Пан Веслав! – Лёха чуть склонился в шутливом поклоне. – Если все это продать, хватит денег на то, чтобы провести электричество.

– Да еще и вышку себе установить, – добавила Вита, нехотя шагнув внутрь. – Для сотовой связи.

– Это память, – серьезно и как-то так значимо заявил хозяин дома. – Красивые женщины в моем доме. О них. Нельзя продавать. Все должно оставаться здесь. Все красивое.

И он снова как-то так многозначительно посмотрел на Юлю. Настя чуть не фыркнула. Да ну их… Прошла уверенно вперед. Она рассмотрит все. А потом уже решит, что делать с Юлей.

Гардеробная тоже была просторной. Большую часть дальней стены занимал шкаф с открытыми полками, типа старинного стеллажа. И там лежало огромное количество одежды. Свитера, блузки, юбки. Ворох всего. А дальше висели вечерние платья. С другой стороны было огромное зеркало, рядом крохотный столик с каким-то ящиком на нем. И манекен. Странный какой-то, не как в магазинах. Тоже очень старый.

– Вот это… Да не хуже любого украшения! – Вита погладила пальцами ткань пеньюара.

Тонкий, удивительно легкий, из такой светлой ткани, отделанный тончайшими кружевами, он висел на обычной вешалке-плечиках.

– Вот точно настоящий шелк, – оценила Зоя. – Ни грана синтетики!

– И плевать, даже если ему двести лет. – Вита рассматривала кружева и при этом улыбалась так непривычно мягко, почти мечтательно. Но вдруг оглянулась на хозяина дома.

– Только не предлагайте примерить, – весело сказала она. – Все же не ношу чужих вещей.

– Тем более когда они похожи на музейные экспонаты, – в тон ей отозвалась Света и указала чуть дальше.

Там на других манекенах были надеты платья. С богатой вышивкой, отделанные жемчугом и какими-то мелкими камнями. Все длинные, в пол. Настя подошла к ним совсем близко. Трогала каждое, чуть раздвигала широкие юбки, старалась запомнить. Много они понимают! Это почти королевские платья!

– Ну да, – заметил за ее спиной Лёха. – Почти и правда Русский музей.

– Старые не интересно? – Веслав казался даже обиженным. Он так хотел порадовать своих гостей и теперь не очень понимал их реакции. – А если…

Он хитро улыбнулся.

– Можно сделать бал! – выдал хозяин дома. – Есть зал внизу. Слуги сделают музыку! И маски! Как это называется?

– Маскарад, – подсказал Саша. – Но… Поздно уже.

– Точно, – согласилась Зоя. – И как-то я стара для танцев.

– На сегодня всем нам впечатлений хватило, – вежливо, но твердо сказала Светлана, улыбаясь Веславу. – Простите нас. Трудный день. И спасибо за желание нас порадовать.

– И за экскурсию тоже. – Вита решительно направлялась к выходу. Кира спешила за ней.

– Есть еще книги, – напомнил им хозяин дома. – Вы хотели видеть.

– О да! – воодушевился тут же профессор. – Буду крайне признателен.

– Вот это точно, – поддержал его Лёха.

– Надо идти вниз, – подсказал Веслав. – Я за вами. И там покажу.

Гости потянулись из комнаты в коридор. Насте библиотека не была нужна. Не то чтобы она не любила книги. Читала, и много. Женские романы. Просто книги можно и в магазине купить, а таких платьев она нигде не увидит. Потому девушка продолжала рассматривать наряды и даже не сразу заметила, что также в комнате остались Веслав и Юля.

– Вам нравится? – спросил тихо хозяин дома.

Настя все же отвлеклась от платьев. Голос хозяина дома звучал… как там это в романах называют? Интимно!

– Очень, – призналась Юля.

Настя решила узнать, что там они обсуждают. Парочка стояла у еще одного манекена. С точки зрения Насти, это был не самый интересный наряд. Просто длинное платье. Ну, цвет, конечно, особый. Прямо такой… Бутылочно-зеленый. А вырез скромный. Пояс широкий, рукава длинные. Почти никакой отделки. В целом красиво. Но очень похоже на современное. А тут есть старые и более интересные.

Но Юля смотрела на платье, как завороженная, даже забыла улыбаться Веславу.

– Платье для моей жены, – сказал хозяин дома. – Красивое для красивой.

Девушка все же глянула на поляка, так… совсем засмущалась. И улыбнулась. Польщенно. Он ведь не ее женой-то назвал!

– Я был бы горд, – продолжил Веслав. – Если вы будете в нем.

– Но… разве можно? – Юля пугливо отступила назад. – Просто надеть?

– Да! – Он живо закивал. – Для меня. Один раз. Вы хотите?

Девушка снова смотрела на него, будто загипнотизированная.

– Очень хочу, – призналась она.

– Это будет… – пан упорно подбирал слово. – Для меня тепло. Пожалуйста! Я люблю, когда женщины за столом в платьях.

– К завтраку? – уточнила Юля.

– Обещаете? – Веслав взял пальцы Юли в свои руки. Подошел к ней совсем близко. – Все так коротко. Наша встреча. Хочу помнить.

– Я это сделаю, – согласилась девушка. – Я тоже хочу помнить. Вас.

Веслав отступил назад, но руки Юли не выпустил.

– Наша тайна? – лукаво спросил он.

– Секрет, – девушка улыбалась. Игриво.

– Слуги принесут платье в вашу комнату, – пообещал поляк.

Настя пожалела, что осталась за ними подсмотреть. Вот, теперь Юля с ним открыто флиртует. А если у них все сложится? Нет. Настя все равно найдет способ тоже тут остаться. Юля ее подруга. Она не откажет. А там… Настя точно придумает, как занять место Юли.

Веслав со своей избранницей покидал комнату, Настя поспешила за ними. Теперь еще идти вниз в библиотеку. Уже спускаясь по лестнице, Настя вдруг подумала, что хозяин дома слишком уж щедрый. Он так легко предлагает своим гостям что-то взять, чуть ли не дарит какие-то вещи. И ведь для каждого нашлось что-то особенное. Даже как-то… пугает. Девушка тут же вспомнила разговор перед экскурсией. А что, если поделиться этой информацией с Лёхой и Витой? Интересно будет посмотреть, как они переполошатся.