19 глава

Вита давно не чувствовала такой злости. Казалось, она сейчас может сделать что угодно. Перевернуть весь этот замок вверх ногами, лично запинать этого чертового Веслава до смерти. Хотя… нет. Смерти девушка по-прежнему пожелать не могла. Даже ему.

Смертей и так слишком много. В этом доме. Вита не сомневалась, что хозяин стопроцентный маньяк. Она четко уже выстроила у себя в голове схему. Тот водитель, странный неразговорчивый тип, больше похожий на заводную куклу, явно работал на Веслава. Вон, стоит посмотреть на слуг в этом доме. Да ведь все они точно такие же! Теперь-то сходство очевидно.

Их явно специально завезли сюда, реально загнали в этот чертов замок! Правда, на этом моменте Вита немного сбивалась. Ощущение чужого взгляда, странная жуть леса, как и этот туман за окном, – все это несколько не вписывалось. Это нехорошо отдавало мистикой дешевых романов. И потому верить, что Веслав реально колдун, как-то не хотелось. Девушка упорно гнала от себя эти мысли.

Ведь все могло быть проще. Тут у них такая погода не редкость. Просто тот водитель все рассчитал. Вот и привез их точно перед началом грозы. Но лес… Вита досадливо поморщилась.

– Что с тобой? – тут же спросил Лёха, чуть дотронувшись до ее руки.

Они уже прошли коридор, вышли в холл. Сбоку, совсем рядом, начиналась лестница, а значит, тут же в двух шагах и дверь, ведущая в подвал. Вита остановилась и повернулась к своему напарнику.

– Синдром «слишком много мыслей». – Она постаралась улыбнуться привычно задорно, как и всегда, когда они разговаривали. Но девушка и сама понимала, что сейчас улыбка вышла натянутой.

Лёха не ответил. Серьезно смотрел на нее и ждал продолжения.

– Я почти уверена, что этот пан – маньяк-убийца, – начала объяснять Вита. – И там, в подвале, мы найдем три трупа. А Света и профессор наверху найдут вещи и других, кого заманили сюда раньше и кого тоже убили. Он и его слуги. И… что дальше? Что нам делать? Мы можем собрать доказательства, рвануть в город…

Она чуть запнулась. Да, таков именно и был их план.

– Но… – девушка нервно дернула плечом. – Прежде всего мне хочется хорошо расквасить ему лицо. Связать. И лучше всего самим доставить в полицию. Только…

Она не могла нормально подобрать слова.

– Почему-то мне кажется, что это не получится сделать, – убито закончила она.

– Верно, – спокойно подтвердил Лёха. – Ты сама сказала, у него тут куча слуг. Думаю, они явно помешают нам вытащить их хозяина из дома. Но расквасить лицо – идея мне нравится.

Он чуть помолчал, а потом признался:

– Когда я увидел Юлю… Когда она упала. Знаешь, я понял, что, наверное, я мог бы убить его. Никогда не хотел никому смерти, но в тот момент… Я был в ярости. Не знаю почему, но я уверен, Веслав виноват в ее смерти. Причем он цинично ее подстроил. Девчонка же поверила в его чувства, и от этого становится еще более погано. Так что…

Он невесело улыбнулся.

– Очень хотел бы свернуть ему шею, – повторил Лёха. – Только вот момент. Мы в чужой стране. Знаешь, прав тут у нас немного на самом деле. И прохлаждаться потом в польской тюрьме… У меня неплохие планы на следующие лет десять. Так что собрать доказательства и бежать – все же более подходящий вариант.

– Но морду ему начистить мы можем, – буркнула Вита и, чуть помявшись, все же продолжила: – Еще у меня что-то вроде кризиса веры. Эти его карты. Сходство с тем портретом. Тот странный момент, опять же со смертью Юли. Я что-то такое видела… будто какое-то сияние от его руки. Вообще все, даже вчерашний лес и этот туман. Я не приемлю мистику, Лёш. Понимаешь? А тут…

Она развела руками, явно расстроенная. Ее напарник снова даже не улыбнулся. У него был такой вид, будто он не хочет отвечать, но все же Лёха заговорил.

– Я давно говорю, что мистика не мой жанр. Только… – Он чуть неуверенно пожал плечами и нервно поправил свою челку. – У меня есть приятели, там, дома. Мужики такие все основательные. Мы изредка на рыбалку или охоту вместе выбираемся. И вот как-то поехали. А там в деревне, в глухомани, короче, мужик был один. Отсиживался он в той деревне у матери. Как-то там сошлись, разговорились. Он, вообще, полицейский. Взял долгий отпуск со службы после одного странного дела. Напарник у него умер. А за тем напарником еще трое. Все, как я понял, родственники. Или что-то вроде того. Сам Юрка вел расследование. И как-то все там было мутно. А однажды утром мужику позвонили и сказали, что тело его друга выкопали на кладбище. Он и поехал. И… Короче, на дороге ниоткуда в его машине взялся тот самый напарник. Покойник. Настоящий. В смысле, его напарник не имитировал свою смерть, реально умер, а потом… Он Юрку этого чуть не убил. И это все случилось на самом деле. Я верить не хотел, но… Тот Юрка вполне себе вменяемый и нормальный. И тоже ни на гран ни в какую мистику никогда не верил. До того утра, естественно. Так что… похоже, бывает.

– Ага… – Вита скептически хмыкнула. – Только вот нестыковка. Юрку ты живого застал. А сам говоришь, его покойник убить пытался.

– Его спасли, – спокойно пояснил Лёха, очень серьезно и уверенно. – Двое. Потом тот, кто из этих спасателей постарше, Давид, он с Юркой долго говорил. Этот Давид психиатр, на минуточку, оказался. И повидал этот мозгоправ таких, как тот Юрка, много. Говорил, что кто с какой такой хренью хоть раз в жизни столкнулся, потом… Или ломается, или так дальше и живет, зная, что это все существует.

– Что не убивает, то делает нас сильнее? – припомнила девушка старую расхожую истину. – Не знаю. Но… Даже если этот Веслав колдун и это все правда… Я переживу, буду сильнее и прочее-прочее. Потом. Когда мы выберемся отсюда. Мы должны выбраться!

– Без вариантов, – уверенно подтвердил Лёха, так, будто давал обещание. – И давай сделаем это как можно быстрее.

За дверью подвала стояла полная темнота. Если в прошлый раз, когда Веслав вел сюда гостей, внизу горели свечи, сейчас тут явно никого не ждали.

– Это будет похуже тумана, – прокомментировал Алексей, держась за стену, он пытался нащупать ногой ступени.

– Смартфоны, – коротко напомнила Вита.

Девушка уже достала из кармана свой гаджет. Пусть сети в замке не было, но фонарик при наличии остатков заряда мог работать нормально. В рассеянном свете можно было хоть что-то различить.

Они все же спустились вниз. Вита не испытывала страха перед темнотой, не было даже опасений споткнуться и упасть. Ею овладело какое-то нетерпение и ожидание близкого несчастья. Она сказала своему напарнику правду, девушка была уверена, что они найдут тут три трупа.

– Стеллажи начинаются вон там, – Лёха по памяти пытался восстановить планировку погреба, увиденную прошлым вечером.

– Но их же не сложат прямо под рядами бутылок, – заметила Вита и в темноте сама же поморщилась от того, насколько цинично прозвучало это замечание. – Прости. Я нервничаю.

– Будь ты спокойна, я бы уже боялся не Веслава, а тебя, – отшутился Лёха.

Ей стало немного легче. Даже в этой ситуации молодой человек остается собой. Знакомым, надежным, веселым. Хотя и так понятно, что поддерживать такой тон ему явно нелегко.

Все так же с трудом освещая себе путь фонариками смартфонов, они прошли до середины погреба. Туда, где, по их воспоминаниям, пан выбирал для гостей крепкие напитки. Глаза более-менее привыкли к темноте, стало немного проще.

– Если так прикинуть, – размышлял вполголоса Лёха, – тут не так много места. Понимаешь? Ну, если сравнивать с помещениями наверху. И ты все-таки права, не могут же они класть тела просто здесь, где-нибудь за стеллажами.

– Это винный погреб, – поддержала его Вита. – Света рассказывала, помнишь? Да я и сама когда-то где-то читала. Тут должна поддерживаться определенная температура. И явно не холод. А тела в тепле… Сам понимаешь.

– Но Юлю эти его странные слуги заносили именно сюда, – напомнил ее напарник. – Значит, тут где-то должна быть еще дверь в следующее помещение. Замок же. Наверное, тут в подвале еще могут продукты хранить. Например, как раз во льду.

Они продвигались дальше, вглубь погреба, пока Вита не споткнулась обо что-то. Девушка вскрикнула, больше не от боли, а от испуга. Лёха успел ее подхватить.

– И что тут еще? – пробурчал молодой человек, стараясь рассмотреть неожиданное препятствие в свете фонарика. – Тут вот, серьезно, даже не только черт ногу сломит.

– Ступенька какая-то, – Вита присела на корточки, чтобы разглядеть все лучше. – И… Лёш? Это… Это уже серьезно.

В неровном рассеянном свете стало заметно темное пятно. Казалось, его пытались отмыть, но на шероховатой поверхности камня след все равно остался.

– Да, прямо-таки слишком подозрительно похоже на кровь, – признал Лёха. – Думаю, все же Владимир спускался сюда за добавкой после вчерашнего ужина.

– Он мог прийти сюда даже утром, – дополнила девушка. – Вон там, видишь, еще стеллаж. Похоже, лез почему-то именно туда. А потом… Оступился, что ли? Или еще чего.

– Еще один несчастный случай, – обреченно выдал ее напарник.

Вита поднялась на приступок, подошла вплотную к стеллажу.

– Странно, – сказала она Лёхе. – И на что Володя мог тут позариться? Бутылки какие-то, графины. Ни одной этикетки.

– А то, что он выбирал нам, как будто было с этикетками и акцизами! – с иронией напомнил мужчина.

– Да эти еще и пыльные все, – изучала Вита бутылки дальше. – Вообще содержимое не разобрать.

– Забудь, – предложил Лёха. – Странно лишь то, что, если он что-то взял отсюда, там должна быть дырка в ряду. Ну, отсутствовать что-то должно. Графин там очередной или бутылка. А там все на месте.

– Ладно, – Вита отступила от стеллажа, – идем дальше.

Еще минут двадцать они все так же впотьмах изучали погреб, добрались до самой дальней стены.

– Нет тут двери, – признал расстроенно Лёха. – И трупов нет. Даже Юлиного.

– Но ты же точно видел, что относили ее тело в подвал. – Вита шла впереди, пробираясь обратно к выходу.

– Видел, точно, – Лёха старался следовать четко за ней, чтобы подхватить, если девушка споткнется. Она чувствовала его присутствие, поддержку, и становилось как-то не то чтобы спокойно, просто надежно.

– Осторожнее тут, – напутствовал напарник, когда они пробирались мимо все того же приступка. – А я вот все думаю над твоими словами. Температура. Холод. Тут должна быть другая… Но вход в подвал один… А может, возле лестницы посмотреть? Ведь если так прикинуть, если надо что-то взять для кухни, не будут же слуги бегать через весь винный погреб.

– Ну да, – согласилась Вита. – Мало ли, вина дорогие, а если еще ненароком расколотят что. Да и вообще! Мы шли по тому пути, что нам сам поляк показал. Сами-то ту сторону не осмотрели.

Они добрались до лестницы, но подниматься не стали, обошли ступени, приближаясь к стене.

– Ну, вот и она, – Лёха чуть махнул фонариком, указывая на дверь. – И знаешь… Даже приоткрыта. И оттуда ощутимо тянет как раз холодом.

– Всегда и везде открытые двери, – с грустной иронией напомнила Вита. – Он не боялся, что мы их найдем?

– Я думаю, – в голосе ее напарника звучала странная напряженная задумчивость, – что если этот Веслав реально какая-то местная фольклорная хтонь, то ему наплевать, увидим мы что-то лишнее или нет. Все, чего он хочет, – свалить все наши трупы в одну кучу.

И тут он спохватился, что напугает девушку.

– Прости меня, – протянув руку, Лёха погладил Виту по плечу.

Ей нравились его прикосновения, его присутствие, вообще их общение. Лёха… ей нужен. Не на время поездки, а дольше. Как и насколько… Вита не задумывалась над этим три дня назад и тем более не может задумываться теперь. Но пока он рядом, и это очень важно.

– Давай пока просто убедимся, что они все там, – мягко сказала она.

Мужчина шагнул чуть ближе к двери, потянул за ручку. Раздался легкий скрип, сильнее пахнуло холодом. Вита прижалась ближе к своему напарнику, будто ища защиты от этой неуютной стужи. Или от того, что они сейчас увидят.

Но за раскрытой дверью была темнота. Лёха осторожно обошел девушку, будто старался загородить ее от того, что там, за дверью, и только потом направил внутрь комнаты луч фонарика.

– Черт…

Они оба знали, что увидят, однако все же до последнего хотели надеяться на лучшее. Но… Все тот же рассеянный свет высветил небольшую яму. А в ней… Вита запомнила эту сцену как-то урывками. Будто отдельными кадрами, эпизодами. Чья-то рука, торчащая из-под какого-то темного покрывала. Ноги… несколько. На одном – кроссовок. Белый. Ярким пятном в этой яме. И такое же яркое голое плечо. Женское. Еще три затылка. Короткие мужские и длинные Юлины спутанные волосы. Сделанная слугами Веслава прическа вся расплелась, и теперь локоны свалялись. Так быстро…

Вита стояла там и… Ей просто было плохо. Бесконечно тоскливо. И впервые в своей жизни Вита чувствовала себя беспомощной. Она бы стерла этого Веслава с лица земли, если бы могла. Она хотела мести. За них всех. Но… Получится ли? И если нет… Это было отчаянно больно. До слез. И от этого бессилия хотелось выть.

Внезапно она подумала, что поехала в путешествие развеяться. Просто отдохнуть. От себя прежде всего. Специально продлевала это состояние некоторой свободы и мечтательности. Бежала от благополучия. И куда она прибежала? К яме в подвале, куда свалены три трупа ни в чем не повинных людей? Для того, чтобы понимать, что их с Лёхой, как и остальных, ждет то же самое?

А вот и нет! Злость, та самая, что родилась в момент смерти Юли, вспыхнула снова, какая-то особая, холодная и в то же время обжигающая. Не будет так! Она хочет жить. И хочет, чтобы все, кто с ней, выжили. Не получит этот чертов то ли колдун, то ли маньяк своего. У нее впереди… Как там сказал Лёха, планы на ближайшие лет десять? Да! Она хочет вернуться домой. Хочет увидеть, как в аэропорту Зою встречает ее дружная любящая семья. Хочет уехать к Кире и Кириллу в гости. Поесть вкусностей в кафе приятельницы и прогуляться по их городу, позировать с искренней свободной и счастливой улыбкой для их фотографа. Звонить по скайпу Свете, возможно, даже сходить на лекцию к их милому профессору. Хочет провести вечер с Лёхой. И ночь тоже. Желательно не одну. Новая работа, новые мечты и планы. Все то, что делает жизнь прекрасной. У нее это будет, и никто не посмеет это отнять! (3303c)

– К черту все, – произнесла она вслух. Твердо и уверенно. – Доказательства, улики и прочее. Уходим. Забираем своих и бежим. Домой, Лёша. В Россию.

– Классный план, – согласился ее напарник и, взяв девушку за руку, повел прочь, обратно, к началу ступеней лестницы, даже не подумав закрыть дверь в эту страшную комнату.

Сейчас, чувствуя тепло его ладони, Вита подумала, что даже эта мелочь способна дать ей веру. Что все получится. Что они смогут сбежать.