Глава 22. Рада

Я не так представляла себе дальнейшие действия Немирова. Сейчас он выглядел… как простой человек. Не среднестатистический, конечно, но человек. Отшвырнув Лазарева в угол гостиной, он сходил в спальню и вернулся с телефоном в руках.

— Нужна помощь, — сказал, набрав чей-то номер. — Я наследил, — он встал ко мне спиной, растер шею, бросил взгляд на улицу. — Обернулся у дома. Не знаю. Возможно, и видели. Один свидетель, — отвечал на чьи-то вопросы в трубке. — Да. Не смог сдержать зверя. Я встретил истинную, Коваль! — прорычал он, подойдя ко мне. — Да, не рассказывал. Потому! Хорошо.

Давид на мгновение закрыл глаза, все еще держа телефон у уха, медленно вдохнул и отложил его на стол.

— Кому ты сейчас звонил? — спросила я, сжавшись в углу дивана.

— Бете стаи.

— Что? — я нервно рассмеялась. — Стая?

— Именно.

— Хочешь сказать, вас много?

— Достаточно.

— И ты вот так прямо мне сообщаешь об этом?

— Да, — он сел на журнальный столик напротив меня. — Спрашивай.

— Не хочу, — я остервенело замотала головой. — Я не хочу ничего знать о тебе, Немиров.

Он вскинул брови, отвел взгляд.

— Но выслушать все равно придется. Сиди смирно, — рыкнул на Лазарева, сменившего позу.

— Я, я, я… просто…

— Заработал заикание, — хмыкнул монстр в человеческой шкуре. — Не ссы. Исправят. И не вспомнишь про встречу со мной, — пообещал он, впервые за время нашего знакомства, ссутулившись. Никогда не видела Немирова таким… не представительным. Выглядел он так, словно ему нагрузили на плечи неподъемный груз.

— Я тоже забуду обо всем? — спросила я.

— Нет, Рада.Ты не забудешь, потому что я не дам этого сделать, — продолжал он, прищурившись, словно подбирая слова. В его голосе резонировала уверенность, умение контролировать ситуацию. — У тебя не получится просто взять и стереть это из памяти, как будто ничего и не было.

Я вновь сжалась, прилипнув спиной к дивану, как будто Давид мог в любую секунду броситься на меня. Внутри бушевало множество чувств: страх, недоумение, но самые сильные — это неверие и каплю любопытство.

— Почему? — сорвалось с губ. — Почему ты просто не отпустишь меня?

Давид усмехнулся, его губы изогнулись в улыбке, которая не добралась до его глаз.

— Это невозможно.

— Почему? Мне нельзя стереть память?

Господи, о чем я вообще спрашиваю?! Совсем недавно я бы покрутила у виска на предложение стереть память кому-то. А сейчас верила в подобную возможность.

— Тебе это не нужно.

— Нужно. Еще как нужно! — заверила я.

— Нет! — рыкнул он, поднимаясь на ноги и идя к выходу. — Экспресс доставка? — спросил у кого-то, открыв входную дверь и отступая.

— Решил сэкономить на бензине, — заявил вошедший мужчина. — Ты цены видел? Доброе утро, — сказал, въедливо меня изучая.

— Доброе, — пробормотала я, понимая, что передо мной определенно не простой человек. Блондин был таким же высоким, как и Немиров. Широкоплечим, массивным, но при этом очень грациозным. Словно кот.