Глава 28. Рада

— О боже! О боже! Ты его сбила! Ты его сбила! — визжала Лерка. — Ты его сбила! — повторила в третий раз.

— Я знаю! — крикнула я, глуша мотор и трясущимися руками открывая дверь.

— Откуда он взялся? Рада, откуда он взялся? — она схватила меня за руку и, кажется, пыталась ее выдернуть. — Откуда он взялся?!

— Я не знаю! Не знаю! Прекрати и отпусти, — рыкнула я.

— А я чувствовала, что не нужно садиться за руль. Чувствовала, — прижала ладони в районе сердца. — Алкоголь — отягощающей фактор при ДТП. А если с летальным исходом, так вообще.

— Лер, заткнись!

Я вытянула шею в надежде рассмотреть происходящее за капотом.

— Кто там? Ты его видишь?

— Да ни хрена я не вижу!

— Надо выйти и посмотреть.

— А то я сама не догадалась.

Я вышла из машины, чувствуя, как сердце колотится в унисон с паническими выкриками Лерки. Тело обдавал то жар, то холод. Руки дрожали, а ноги словно приросли к холодной земле. Каждая фраза подруги о том, что я сбила кого-то, отдавалась болезненной пульсацией в висках.

— А вдруг он серьёзно пострадал? Что если он не выживет? — не замолкала Лера. — Рад, кто там? Олень? Лось? — перечисляла с надеждой.

— Кажется, я сбила Немирова, — произнесла, медленно обходя автомобиль.

— Он что у тебя ебобо? Зачем он бросился под колеса? — верещала подруга, но не сдвинулась с места.

— Я не знаю! — в очередной раз выкрикнула я. — Мамочки, — прошептала, закрыв от ужаса рот ладонью. Давид лежал в метре от бампера. Руки и ноги раскиданы в стороны, голова повернута на бок. На скуле ссадина, и кровь сочилось из уголка губ.

— Ты его убила?! — взвизгнула Лерка, высунувшись в окно по пояс.

— Я сейчас тебя убью, если ты не перестанешь нести чушь! — прокричала в ответ.

Господи, хоть бы он был жив! — просила про себя. Пожалуйста! Жив!

С трудом сделав шаг вперед, я почувствовала, как напряжение скручивает тело. Дыхание сбилось, и ноги налились свинцом, когда я подошла к Давиду, лежащему без движения.

— Давид... — шептала, склоняясь к нему. Мой голос едва звучал среди гулкой тишины.

Я опустилась на колени, протянула руку, прикасаясь к щеке.

Теплая.

Ну, конечно, теплая! Тело не остывает за секунду.

— Пожалуйста, пожалуйста, — прошептала я, медленно склоняясь к оборотню. Прижалась ухом к мужской груди, прислушиваясь.

Тишина.

По спине скатились холодные капли пота.

Тук. Тук. Тук.

В какой-то момент я уловила биение сердца — оно звучало чётко и громко, но временами сбивалось и становилось слабым и еле заметным.

— Держись, Давид, — прошептала, чувствуя, как голос дрожит от страха.

Мысли метались между паникой и надеждой.

— Живой? — раздалось у самого уха.

— Лера, твою мать, — прошипела сквозь зубы, вздрагивая всем телом. — Живой. Он должен быть жив! — пробормотала я, сжимая его руку, будто это могло передать ему силы, необходимые для борьбы. — Давай, Немиров, не подводи меня!

— Что ты его жалеешь? Он тебе изменил! — возмутилась подруга.

— А мне теперь желать, чтобы он умер?

— Ну бывшему ты желала жестокой смерти через анальное обезвоживание.

— Лер! — оборвала ее. — Что делать? — я осмотрелась по сторонам.

— Нужно вызвать скорую.

— Нельзя.

— Что значит нельзя?

— То и значит. Ему нельзя попадать в больницу.

Лерка присела напротив меня и спросила с ужасом:

— Он под чем-то?

— Да что ты несешь?

— Торчок? Нарик?

— Да не наркоман он, — я продолжала держать Немирова за руку.

— Тогда я ничего не понимаю.

— Просто нельзя! — я многозначительно смотрела на подругу.

— Твои охреневшие глаза мне ничего не говорят.

— Ему нужен особенный врач. Типа... Не простой.

— А золотой. Ага.

— Да другой. Не человеческий.

— Ветеринар что ли? — хрюкнула Лерка.

Да как же объяснить?..

— Он сектант. Тут целая община таких. Они не принимают современную медицину.

— Да похер что они не принимают. Если он умрет, судить тебя будут по современным законам, — изрекла она. — Я сейчас вызову скорую.

Я не могла позволить, чтобы все закончилось так, как предсказывала Лера. Нужно было действовать быстро, и безумные идея вызвать скорую в данный момент пугала до чертиков. Уверена, медики смогут отличить обычного человека от оборотня. И вряд ли что-то знают о нелюдях.

— Лера, остановись! — воскликнула я, вскидывая руки. — Дай мне телефон!

Она как будто не слышала, и я метнулась к ней, схватив за запястье.

— Я сказала, дай мне телефон!

Подруга недоуменно переглянулась со мной.

— Ты что, с ума сошла? Он нуждается в помощи!

— Он не должен попасть в больницу, ты не понимаешь? — выпалила я, ощущая, как сердце колотится где-то в горле.

— Думаешь, его спасут грибы и травки? Или чем там лечат в этой секте? Молитвами? Энергий солнца? Заячьей мочой? Порошком из когтей тушканчика?

— Помолчи, — попросила я, вновь склоняясь к Немирову и осматривая его карманы в поисках телефона. — Я позвоню его сестре, она знает, что делать.

Пальцы одеревенели от напряжения.

— В левом, — подсказала Лера.

— Чёрт, он заблокирован! — вскрикнула я, сжимая устройство в руках.

— Отличная идея, Рада, — с сарказмом произнесла Лерка, но я не обратила внимания. — Попробуй отпечаток указательного пальца.

— Указательного? Не работает.

— Пробуй все.

— Получилось! — воскликнула я, быстро набирая номер со знакомой фамилией “Коваль”. Что про него говорил Давид? Правая рука Альфы. Тогда его помощь будет кстати.

Пока шли гудки, я судорожно соображала, как мне донести информацию о случившемся. Нужно было обрисовать суть и не ляпнуть лишнего. И я не нашла ничего лучше, чем сказать прямо.

— Сбежала принцесска? — прозвучало вместо стандартного приветствия.

— Э-э-эм, — протянула я. — Можно сказать и так. Принцесске нужна помощь.

Если я думала, что услышу смятение или замешательство в голосе Коваля — ошиблась.

— Проси, — ответил он весело.

— Я тут Давида… сбила, — договорила и залилась краской. Лицо пылало.

— Да ладно! — восхитился Коваль и заржал. — А я причем?

— Ну, он без сознания, — я повернулась к Лерке спиной, отошла на несколько шагов. — Сердце бьется, но он не приходит в себя. Что мне делать? Я скорую побоялась вызвать.

Вместо совета или фразы: “Буду через пару минут”, услышала:

— На чем?

— Чего?

— На чем сбила?

— Ну, на машине.

— На легковой?

— А, да!

— Скорость?

— Да он выскочил из леса, я даже не поняла, как все произошло, — затараторила я, чувствуя жуткую вину и панику. — Бах, и…

— Скорость? — повторил Коваль.

— Не знаю. Небольшая, мы ехали по грунтовке, а тут поворот, я притормозила, но…

— Понял. Не части. Вы где?

— В километре от остановки, где съезд в поселение. Ну что? — спросила с мольбой в голосе, взглянув на Немирова. Он продолжал неподвижно лежать.

— Жди. Я далеко. Подъедет мой брат. Роман. Ты его узнаешь. Жди. И молодец, что мне позвонила.

— Ага, — выдохнула в трубку и передала подруге услышанное. — Сказали ждать.

Лерка стояла над Немировым, достав из кармана пачку сигарет и зажигалку.

— Будешь? — предложила мне.

— Не хочу.

— А я закурю.

— Кури.

— А что, если он того, пока доедут твои сектанты?

— Все будет нормально! — произнесла как можно уверенней и громче. А вот внутри творилась жуть жутчайшая. Хотелось как-то помочь Давиду. Подложить под голову что-то или накрыть. Или… да сделать что угодно, лишь бы не чувствовать себя так паршиво и точно знать, что с ним все хорошо.

— Ну не знаю, — пробормотала подруга, выдыхая струю дыма. — Если что, у меня есть хороший юрист.

Я закрыла глаза, гася слезы напряжения.

— Если ты не замолчишь, то я и тебя перееду и тут же закопаю, - прошептала.

— И вот она благодарность за помощь. Серкан, фу! Фу! Блин, Рад, я сейчас умру от смеха.

Я проморгалась.

— Серкан! — воскликнула, подбегая и беря собаку на руки.

— Кажется, ботинок твоего сектанта только что лишился девственности.

— Да замолчи, — фыркнула я, гася неуместную улыбку.

— Не могу, — Лерка похрюкивала и вытирала слезы. — Это было бы грустно, если бы не так смешно. Прости. Ну, прости. Я пьяная. А пьяные все дураки, — она нашла себе оправдание. — Убери этого секс-гиганта в машину, пока он еще чего не натворил. Некрофил извращенец. Я знала, что в этом маленьком тельце кроется огромная черная душа.

— С Давидом все будет хорошо! — перебила я, сажая Серкана в машину и закрывая дверь.

— Да еще бы. Теперь он просто обязан отомстить личинке.

— Лер! — возмутилась я. — Кто-то едет, — одернула я. — Прекрати ржать.

— Да не могу, как вспомню. Эта трясущая креветка на ботинке… а какого размера нога у Немирова?

— Ты сейчас серьезно? — возмутилась я. — Не знаю я какого размера нога у Немирова. Большая. Это так важно?

— Ну мне теперь интересно, — Лерка обошла оборотня и присела. — Непонятно. Но большая. Сорок… что там за вторая цифра?

— Лера, блин! — мне хотелось пнуть подругу под ее красивую задницу. — Встань. Точно к нам едут. И выкинь сигарету, меня и так тошнит от волнения.

— Ладно, — согласилась Лера. — Что-то мне подсказывает, не собирается он умирать.

Я промолчала, вспомнив про отличный слух оборотней. Тот, кто съехал с трассы и мчался к нам, вполне мог услышать все, что мы говорили.

Внедорожник затормозил, поднимая в воздух пыль.

— Вечер добрый, — поздоровался оборотень, спрыгивая на землю. — Роман, — представился.

Коваль был прав, я бы ни за что не ошиблась, даже в полумраке можно было заметить их внешнее сходство с братом.

— Рада.

— Валерия, — пропела та.

Я подарила подруге недовольный взгляд. Нашла время для флирта.

— С ним же будет все хорошо? — спросила, не дождавшись, когда Роман закончит осмотр Немирова.

— Обязательно. Только для этого его нужно отвезти в клинику.

— Хорошо, — я активно затрясла головой.

— Открой заднюю дверь, — попросил оборотень с легкостью подхватывая Давида на руки. — Садись. Положим его голову тебе на колени.

— Угу.

Я быстро открыла дверь, едва слыша за грохотом сердца дальнейшие инструкции. Роман аккуратно расположил Давида на заднем сиденье, положив его голову мне на колени.

— Всё будет хорошо, — произнёс с уверенностью.

Лерка наблюдала уже без прежней веселости.

— А ты уверен, что его состояние не критическое? И ему не нужно в нормальную больницу? — спросила она, шагнув ближе.

— Да, сердце бьётся, это хороший знак, — ответил Роман, доставая из кармана небольшое устройство, которое, как я поняла, должно помочь в диагностике. — Все отлично, — сделал заключение, нажав пару кнопок и получив в ответ противные попискивания.

— А с каких это пор эта хреновина для диагностики автомобилей стала определять проблемы со здоровьем? — возмутилась Лерка.

— Это новейшая медицинская аппаратура, — невозмутимо ответил Роман.

— Рад, да брешет он. Мне буквально позавчера машину смотрели такой же хреновиной.

— Лер, — рыкнула я. — Бери Серкана и садись в машину. Тебе все равно за руль нельзя, если ты забыла. Или ты хочешь провести ночь около трассы.