Глава 11

– Вот ведь пригрела змею на груди! – разорялась госпожа Пьес на все заведение. Благо, трактир был пуст, и посетителей в ближайшее время не предвиделось. – Так и знала, что с тобой будут проблемы! Только и делаешь, что хвостом крутишь! Да еще перед кем, дурында? Хочешь, чтобы тебя леди Инесс со свету сжила?!

От ее крика Диана только скрипела зубами, да терла покрасневшее ухо. Хуже всего было то, что в коридоре столпились служанки. Она их видела через неплотно закрытую дверь. Так что вопли Лурдес стали достоянием всего коллектива.

– Никаким хвостом я не кручу! – процедила Диана, когда госпожа Пьес запыхалась кричать и взяла тайм-аут, чтобы набрать в грудь новую порцию воздуха.

– Да как это не крутишь! А что это было? Такой наглости набралась, с самим принцем за стол садиться!

– Он сам попросил.

– Принц? Попросил?! Да кто ты такая?! Королева Аквилении?!

От крика и возмущения хозяйка трактира стала красной как помидор. Диана даже испугалась, что ее сейчас хватит удар.

– Успокойтесь, ничего не случилось, – поморщилась девушка. – Можно я пойду? У меня еще второй этаж не мыт.

Лурдес уставилась на нее с таким видом, будто впервые увидела.

– Ну, это уже верх наглости! Ты хоть понимаешь, что своим поведением подставляешь нас всех?

– Куда подставляю? – удивилась Диана. – Он сам пришел, я не звала.

– Нет, ну ты издеваешься?! У его высочества невеста есть! Сама герцогиня Инесс ди Ресталь! Он с ней в замке живет. Если ей донесут, что принц какой-то замухрышке камзол со своего плеча подарил, да еще за стол усадил рядом с собой как равную, то нам тут всем жизни не будет! Она мой трактир по бревнышку разберет!

– Сомневаюсь, – проворчала Диана. – В такой свинарник никакая герццогиня точно не сунется.

Она сказала это негромко, но Лурдес услышала и осеклась. Захлопала ресницами, будто на нее вылили ведро холодной воды, и недоверчиво прошипела:

– Что? Что ты сказала про мой трактир?

– Что он похож на свинарник!

Диана дерзко вскинула голову.

Госпожа Пьес таращилась на нее, не в силах издать ни звука. Только ловила губами воздух, как пойманная рыба.

– Ты… ты… – еле проговорила она. – Да как ты смеешь! Что ты вообще понимаешь!

– Ага, – со злой усмешкой кивнула Диана, – где уж мне понимать? Я же всю жизнь прожила в трущобах и ничего приличного в жизни не видела! Знаете, дамочка…

Она разогнула спину и расправила плечи, становясь почти на полголовы выше Лурдес. А затем продолжила тем самым тоном, каким дома отчитывала проштрафившихся работников на местах:

– Я две недели терпела. Можете меня увольнять, но я все же скажу. Кто-то должен открыть вам глаза! Это ваше заведение – просто помойка! Ни занавесок, ни приличных скатертей, ни какого-нибудь захудалого букетика на столах. А пол такой грязный, что его бесполезно мыть. Стекла мутные, в зале постоянно воняет прогорклым салом, кислой капустой и ливером. Тарелки щербатые, стаканы тоже. Я единственный приличный бокал увидела только сегодня. Который вы этому… – она поморщилась и показала согнутыми пальцами кавычки, – принцу выдали. Сюда не то что какая-то герцогиня, сюда скоро последний бомж не зайдет!

Лурдес не знала слова “бомж”, но по тону поняла, что это что-то обидное. А самое главное, чужачка была права. Госпожа Пьес и сама это знала, где-то глубоко в душе. Но так уж устроен человек: ничего не хочет менять, пока все идет хорошо.

– Можно подумать, если я разорюсь на скатерти, то здесь больше клиентов появится! – фыркнула она.

– А вы попробуйте. Я ведь тоже не слепая и не дурная, – пожала плечами девушка. – Вижу, что к вам с каждым днем все меньше людей приходит. Зато на пирсе сутками музыка играет и мест в баре Дома Утех для желающих не хватает.

Это был удар ниже пояса.

Лурдес в гневе треснула по столу кулаком:

– Не смей! Не смей при мне вспоминать тот вертеп! Эта дрянь Арута наживается на пороках!

– Но у нее явно есть предпринимательская жилка, – усмехнулась Диана. – А у вас ее нет. Но мы можем помочь друг другу.

– Мы? Друг другу? И чем же ты мне можешь помочь?

Госпожа Пьес с подозрением уставилась на девушку. Та загадочно улыбнулась:

– У меня нет денег и титула, но есть знания, которые с лихвой заменят и то, и другое. Хотите, я сделаю так, что через две недели у этой Аруты не останется ни одного клиента, потому что все они будут у вас?

– Ты что, предлагаешь мне бордель здесь открыть? – насупилась Лурдес.

– Нет, это точно не понадобится. Но если вы доверитесь мне, то я сделаю вашу богом забытую забегаловку лучшим заведением на всем… – Диана завела глаза к потолку, вспоминая, как же это все называется. – Во всей Аквилении! Да!

Она победно уставилась на хозяйку трактира. Та недоверчиво жевала губу.

– Очень громкое заявление… И что же мне нужно делать?

– Поставьте меня управляющей!

– Тебя? Управляющей? Ты же поломойка!

Диана дернула плечиком.

– А кто сказал, что я всю жизнь была поломойкой? Впрочем, мое дело предложить. Но если так и дальше пойдет, вам уже через месяц придется закрыться, потому что работать будете в минус.

Госпожа Пьес продолжала смотреть на нее, что-то подсчитывая в уме.

Как ни печально осознавать, но чужеземка права. Лурдес давно мечтала утереть нос этой выскочке Аруте. Когда-то они были конкурентками на столичном рынке, а тут обе основали питейные заведения. Только Лурдес решила брать одиноких моряков полным пансионом, а ее соперница – дешевой выпивкой и доступным женским телом. Как показала практика, второй вариант был доходнее. Возвращаясь с очередного рейда, холостяки искали не в горячую похлебку и мягкую подушку, а бутылку вина и женскую грудь.

Только сможет ли эта Диана без роду-племени чем-то помочь? А вдруг не зря слуги шепчутся, что у господ в Лабард-и-Наре не все хорошо? Вдруг эта Диана и впрямь понравилась принцу? Не зря ведь он пришел к ней сюда!

Как бы там ни было, а Лурдес будет последней дурой, если не использует такой шанс в своих целях!

– Ладно, – заявила она примирительным тоном. – Давай заключим с тобой сделку.

Диана перестала кривиться и внимательно взглянула на нее.

– Я дам тебе две недели, – продолжила Лурдес, переступая через себя, – две недели… И полномочия управляющей. Но если через две недели в моем зале останутся пустые столы…

– Не останутся, – самоуверенно заявила Диана.

– Если останутся, – повторила хозяйка вкрадчивым тоном, – то ты отдашь мне камзол его высочества!

***

Разговор с Лурдес вышел трудным, но плодотворным.

Диана окинула взглядом свою новую комнату. Не vip-апартаменты, но лучше комковатого тюфяка на чердаке. Здесь стояла кровать, застеленная чистым, хоть и не новым бельём. Шкаф для личных вещей. Сундук, стол, табурет и даже небольшое старое зеркало на стене.

Госпожа Пьес нехотя согласилась на все условия. Взамен она потребовала видимые перемены уже через три дня. И Диана решила, что в лепёшку разобьётся, но сделает из этого затрапезного общепита конфетку. В прежней жизни она посещала лучшие рестораны мира, и несколько идей уже пришли в голову.

Диана надела выданное госпожой Пьес чистое платье. Расчесала ещё влажные волосы и заплела в косу. После сытного обеда и ванны она чувствовала себя новым человеком, полным энергии и сил. Осталось только задействовать навыки менеджмента и перевернуть здесь всё с ног на голову.

Да, она определенно займется этим прямо сейчас. И в следующий раз, когда самодовольный капитан соизволит посетить трактир Пьесов, он будет смотреть не с брезгливой жалостью. Диана ещё точно не знала, как именно будет смотреть этот заносчивый «принц» – с удивлением, завистью или сожалением, что недооценил её, но жалости в его взгляде точно не будет.

Она ещё раз взглянула в зеркало, улыбнулась своему отражению и вышла из комнаты.

В главном зале уже собрались слуги. Обед закончился, трактир пустовал: в вечернее время клиентов почти не было. Хозяйка могла позволить себе такую вольность – закрыться до завтрашнего дня.

Диана решила, что обеденную зону нужно привести в порядок в первую очередь. Ведь именно она встречает гостей заведения.

Девушка спустилась по скрипучей лестнице, по пути отмечая, что ещё нужно сделать прямо сейчас, а что подождёт пару дней.

Когда она вошла, все взгляды устремились к ней. Диана невольно выпрямила спину, добавляя себе уверенности. Эти люди видели её поломойкой, пусть теперь увидят в ней управляющую.

Служанки смотрели недобро. Женской части коллектива не слишком понравилось, что какая-то поломойка будет отдавать им приказы. Зато мужчины не скрывали своего интереса, увидев Диану в новом платье и новом статусе. Кто-то даже присвистнул восхищенно, когда она вошла в зал.

Госпожа Пьес тоже присутствовала, всем видом выражая решимость приступить к переменам. Её мужа здесь не было. То ли господину Пьесу было наплевать на превращение трактира в элитный ресторан, то ли он опять ушёл к морякам.

Абер тяжело переносил травму спины, списавшую его на берег. И к семейному делу относился с некоторой прохладцей. Может, во многом из-за этого заведение и стало выглядеть таким запущенным.

Диана подошла к Лурдес. Встала напротив слуг, ожидая, когда хозяйка представит её в новом качестве.

Госпожа Пьес взглянула на девушку с предупреждением, прежде чем произнести:

– Я приняла решение. Диана станет временной управляющей таверны. Слушать её во всём, если это не несет вреда заведению. Если считаете, что несет – идите ко мне, я разберусь.

Решив, что этого достаточно, госпожа Пьес развернулась на каблуках и вышла из зала. С её уходом помещение наполнили шепотки, постепенно превращаясь в гул голосов. На Диану уже не обращали внимания, обсуждая произошедшие с ней перемены и то, чем она подобное заслужила.

Дав им минутку посплетничать, чтобы пришли в себя, девушка шагнула вперёд и громко произнесла:

– Дорогие коллеги!

Голос разнёсся по обеденному залу, заставляя слуг замолчать. А Диана наконец-то ощутила себя в своей стихии. Ведь не зря она обучалась в университете управлению персоналом? Топ-менеджер она или кто!

– Возможно, сейчас вы сомневаетесь, что моё назначение на новую должность оправдано, – Диана даже не пыталась подбирать простые слова или строить фразы так, чтобы слуги её понимали. Пусть ощутят разницу между ними. – Но, уверяю, уже скоро вы заметите изменения, которые сделают из этой забегаловки ресторан премиум-класса. И даже ваши принцы, принцессы, короли или кто тут у вас ещё есть, не побрезгуют ужинать в заведении господина Пьеса!

Диана замолчала, ожидая, что сейчас раздадутся недоверчивые голоса, а то и вовсе насмешки. Мало ли сколько среди слуг тех, кто сомневается в её способностях сделать то, что задумано. Но люди молчали, буравя её любопытными или откровенно неприязненными взглядами.

Она выделила двух молодых женщин, которые, не скрываясь, морщились при виде неё, и с нарочито сладкой улыбкой обратилась к ним.

– Дамы, начну с вас. Ваше задание на сегодня: отмыть этот пол.

Диана указала пальцем на выбранных служанок, чтобы не оставалось сомнений, кого именно она имеет в виду. Обе подавальщицы скривились, но громко возражать не посмели. А злой шёпот новая управляющая решила игнорировать:

– И вымыть его нужно по-новому, не просто елозить тряпкой. А с горячим щелоком и щетками! – Именно так Аньес мыла деревянный стол в кухне, на котором готовила. Благодаря этому столешница не темнела. – Затем хорошенько натрете воском, да так, чтобы блестел как паркет!

Служанки переглянулись и, промедлив немного, вышли из зала. Диана выдохнула. Незаметно для себя самой она задержала дыхание и не дышала всё то время, что они принимали решение – послушаться её или нет.

Дальше всё было проще.

– Вы двое, идите за можжевельником. Принесите пушистые ветки с ягодами, желательно одинаковой длинны. Вы – окна мыть, а вы – чистить камин, – на недовольный гул она уже не обращала внимания. – Особенно решетку, чтобы блестела как новая. Еще мне нужны добровольцы, будем шить салфетки и скатерти.

– Зачем нам скатерти? И без них хорошо!

Этому удивлённому голосу Диана решила ответить.

– А с ними будет еще лучше. Поднимите руки, кто умеет шить.

Удивлённый гул нарастал. Похоже, новая управляющая решила их до смерти загонять? Но все женщины в зале подняли вверх обе руки.

– А кто из вас лучше всего шьёт?

– Нала, – раздались голоса.

Вперёд, подволакивая ногу, вышла одна из служанок. Диана слышала, что её отбил у каких-то изуверов капитан ди Лабард. Нрава она была тихого, глаз от земли почти не поднимала и постоянно завешивала волосами обезображенное шрамами лицо.

Диана порадовалась, что именно Нала оказалась хорошей швеёй. Эта женщина выслушает её и не станет спорить.

– Нала, останься после собрания, я расскажу тебе, что делать.

Указаний хватило на всех. Работы в запущенном трактире было много. Отскоблить столы, чтобы убрать въевшиеся в дерево пятна от жира и вина. Отмыть мутные стёкла и переплет. Убрать паутину в углах и на потолке. Отчистить стены от копоти камина, а светильники от нагара. Пошить скатерти и занавески. Убрать старую щербатую посуду и заменить её новой.

С последним, как и с выдачей ткани, Лурдес спорила больше всего.

Но Диана сумела убедить хозяйку, что эти траты нужно воспринимать как инвестиции. Все ради процветания трактира. Да и какие траты? Пыльный фарфор и слежалые ткани уже много лет хранились в кладовке. Их нужно хорошенько отмыть и прокипятить, прежде чем выставлять для клиентов.

Закончив раздавать указания, Диана убедилась, что все подопечные поняли, что им делать. И наконец-то перевела дух.

Но это было только началом тяжелой и сложной работы. Теперь следовало навести порядок в кладовых и счетах господина Пьеса. Девушка подозревала, что старый моряк не умеет вести дела. И пусть его жена когда-то бойко торговала колбасами в собственной лавке, но лавка и заведение со штатом в двадцать человек – далеко не одно и то же!