Глава 16

До рассвета оставалось совсем немного. Во дворе уже началось шевеление. В таверне тоже вот-вот начнут просыпаться слуги. Обе швеи поспешили в зал, неся аккуратно свернутые ламбрекены.

И Диана, и Нала зевали. После бессонной ночи над шитьём тело стало неловким, деревянным. Но душа ликовала.

При помощи лестницы женщины быстро закрепили ламбрекены на деревянных перекладинах, предназначенных для штор, и отошли к дверям, чтобы полюбоваться.

Обеденный зал заметно преобразился. Теперь окна не выглядели голыми, как прежде, высокий потолок стал казаться ниже, помещение – уютнее. Присборенный в мелкие складки шифон закрывал только верхнюю четверть окна, не мешая проникать свету, и кокетливо выглядывал из-под мягко переливающейся тафты.

– А знаете, – сказала Нала, оглядывая плоды своих трудов, – говорят, что еще сто лет назад здесь был охотничий домик наследного принца и бальная зала. И паркет был, и лакированные панели на стенах, и позолота… А осталось только стекло в окнах, и то потому что на него заклятие сохранности наложили.

– Так тут будущий король что ли жил? – удивилась Диана. – В нашем трактире?

– Нет, он жил в самом Лабард-и-Наре, а здесь летом балы давали.

Диана легко представила то, о чем говорила Нала. Тем более что высокие окна и оставшаяся на потолке лепнина отлично вписывались в эту легенду. Да и на полу, который отскребли от въевшейся грязи и натерли воском, стал виден узор из дубовых дощечек.

Здесь вполне могли кружиться нарядно одетые пары. В углу, где сейчас барная стойка, играл небольшой оркестр. Официанты в белых перчатках и с пышными бакенбардами разносили шампанское на серебряных подносах.

Диана зажмурилась, и фантазия тут же нарисовала живую картину.

Она увидела себя, стоящую в платье из синей тафты и серебристого шифона, напротив окна, в которое льется лунный свет. Вокруг горят свечи, играет музыка и слышится смех.

Вот от толпы отделяется и подходит к ней Джерард ди Лабард. Он склоняется в коротком поклоне, протягивает ладонь, затянутую белой лайковой перчаткой. И Диана, почему-то вся дрожа, вкладывает в неё свои тонкие пальчики.

– Вы окажете мне честь? – улыбается капитан.

Диана от волнения не в силах вымолвить даже слова, поэтому только кивает.

– Госпожа, госпожа, что с вами? – спрашивает он почему-то женским голосом.

Она поднимает голову, смотрит ему в лицо и вскрикивает от страха. Лицо Лабарда быстро меняется, с левой стороны проступают безобразные шрамы, а глаз почему-то закрыт повязкой…

Кто-то коснулся ее плеча. Диана вздрогнула и поняла, что стоит все в том же обеденном зале, а на нее обеспокоенно смотрит Нала.

– Кажется, я сплю на ходу, – Диана снова зевнула и провела ладонями по глазам, пытаясь прогнать странный сон.

– Я испугалась за вас, – голос Налы действительно звучал встревоженно.

– Всё в порядке, – произнесла она и, подумав, добавила: – Пока остальные не проснулись, схожу к себе – умоюсь. Холодная вода быстро прогонит сон.

Оставив служанку внизу, Диана поднялась к себе. Она разделась, поплескала в лицо прохладной водой из тазика. Затем протёрла всё тело влажной тряпицей.

Кажется, стало лучше.

Сев на кровать рядом со сброшенным платьем, Диана протянула к нему руки, потом моргнула. Глаза закрылись буквально на секунду.

А уже в следующее мгновение дверь сотрясли мощные удары. И пронзительный голос Лурдес, впиваясь в мозг, заверещал:

– Хватит дрыхнуть, лентяйка!

Диана подскочила как ужаленная. Забыв про снятое платье, бросилась открывать двери. На пороге стояла красная от ярости хозяйка трактира.

– Спишь? – прошипела госпожа Пьес, упирая руки в бока. – Время видела? Почти неделя прошла, как я тебя сделала управляющей. А где результат?

– Всего-то четыре дня, – пробурчала Диана, натягивая платье и завязывая шнурки на корсаже. – Мне было бы проще выполнять свои обязанности, если бы слуги меня слушались, а не занимались диверсиями.

– А со слугами ты сама разбирайся, – ухмыльнулась Лурдес. – Что ж ты за управляющая такая, если этот сброд приструнить не можешь?

Диана бросила на нее косой взгляд.

Уж не с легкой ли руки хозяйки Кирана чувствует свою безнаказанность да еще и других подстрекает?

Но вслух она сказала другое:

– Первые изменения уже есть. Зал отмыли, кладовые побелили, запасы продуктов перебрали и подсчитали. Я обсудила с Аньес примерное меню и пересмотрела цены. Теперь каждый день у нас будет одно фирменное блюдо от шеф-повара на вечер и бизнес-ланч.

– Чего-чего? – госпожа Пьес недоуменно заморгала. – Какой такой ланч?

– Комплексный обед, – пояснила Диана. – На первое – суп, на второе – гарнир с рыбой и овощами, и напиток на третье. Блюда будут ежедневно меняться, а цена – оставаться минимальной.

– Минимальной? Ты по миру меня хочешь пустить? Сначала дорогую ткань на занавески пустила, а теперь будешь даром кормить всяких бездельников?

– Ну почему даром? – вздохнула девушка. – Вы же все равно получаете продукты бесплатно. А днем в таверне почти никого нет. Я предлагаю снизить стоимость обеда за счет более доступных ингредиентов, но поднять цену на алкоголь и мясные закуски. Мясо ведь на острове в дефиците, зато рыбы и морских гадов хоть отбавляй!

– Так не хотят мужики рыбу-то есть, уже надоела.

– А мы ведем моду на рыбные блюда! По моим прикидкам посетители в среднем тратят пять скудо за вечер. Это три литра вина. Если мы не можем привлечь их девочками и азартными играми, как мадам Арута, то будем привлекать едой!

Лурдес поджала губы, обдумывая сказанное. Затем проворчала:

– Что-то мне плохо верится, что это подействует.

– Не попробуем – не узнаем. Кушать-то все хотят. Тем более что выпивка в ланч не входит. Я нашла в кладовой целый мешок чайного сбора, его хватит надолго. Аньес сказала, он отлично утоляет жажду, особенно с похмелья.

За разговором они спустились в обеденный зал.

Здесь уже собралась толпа. Слуги удивленно оглядывались, цокали языками. Некоторые женщины даже подошли к окнам и щупали шторы, растирая ткань между пальцев.

– Не трогать! – прикрикнула Диана, едва вошла. – Не хватало еще запачкать.

Женщины, недовольно галдя, отхлынули от окон и уставились на управляющую. Та окинула обновленный зал внимательным взглядом, выискивая недостатки. Ага, вот там пятно недотертое, а там пристал кусочек капустного листа, а вон у кого-то с ботинок отвалился комок засохшей грязи…

А ведь уже пора открываться!

Между тем, хозяйка неторопливо прошлась вдоль окон. Ей определенно нравилось то, что она видит. Да только признаваться в этом и хвалить Диану она не собиралась.

Заложив руки за спину, Лурдес обернулась к управляющей и небрежно поинтересовалась:

– Это все? Кажется, ты обещала скатерти и салфетки на столы. Что-то я их не вижу.

Диана расстроено прикусила губу: занимаясь ламбрекенами, она совсем забыла про скатерти! Они так и остались лежать в мастерской!

– Все здесь, госпожа, – в толпе послышался робкий голос Налы.

Лурдес перевела взгляд на нее.

Швея стояла у дальнего стола, на котором высилась стопка накрахмаленных и аккуратно сложенных скатертей и салфеток.

– Мы как раз собирались их расстелить, – пояснила она.

Диана облегченно вздохнула и послала Нале благодарную улыбку.

– Хм… – Лурдес подошла к столу, развернула одну из скатертей и придирчиво осмотрела.

Это был простой квадрат из беленого льна с подрубленными краями. Диана даже представить боялась, когда Нала успела все сделать. Неужели, пока она сама сладко дрыхла, лежа на столе?

За несколько минут женщины споро накрыли столы скатертями, затем расстелили салфетки.

– Еще один маленький штрих! – улыбнулась Диана и поманила Тришку, мнущуюся возле входа. – Принеси те ветки можжевельника с ягодами, которые я отобрала.

– Это еще зачем? – нахмурилась Лурдес.

– Украсим столы.

***

К тому времени, когда в зал, зевая и почесываясь, спустился господин Пьес, там уже все было готово к приему гостей. Полы заново перемыты, все деревянные поверхности натерты воском, на столах с белоснежными скатертями красовались веточки можжевельника, которые Диана вставила в обычные глиняные кружки.

Теперь в зале витал свежий аромат хвойного леса. Отлично!

– Можно открываться, – улыбнулась Диана и сама двинулась к двери.

Оказывается на улице уже образовалась очередь. И пусть состояла она всего из троих мужчин, удивлённо дёргающих ручку запертой двери, всё равно это были её клиенты.

– Добро пожаловать, – поприветствовала их Диана, чувствуя себя так, словно впервые вышла на арену цирка. И перед ней были не гости ресторана, а дикие звери.

– Чегой-то вы закрыты? – недовольно пробурчал один из мужчин, похожий на старую лисицу. Кажется, девушка уже видела его раньше. – Говорят мне люди, что хватит сюда ходить. У мадам Аруты и красиво, и девочки улыбчивые, да и выпивка всегда есть.

– Уверена, с сегодняшнего дня у вас не останется сомнений, где обедать, – Диана продолжала улыбаться, хотя от нервного напряжения уже ныли челюсти.

Мужчины прошли в зал. Лурдес и служанки остались стоять вдоль стены, наблюдая за гостями.

А гости… обалдели. Да, это было самое подходящее слово, чтобы описать выражение их ошалелых лиц.

– Что тут у тебя делается, Абер? – облезлая лисица подошёл к столику, который обычно занимал, и с опаской опустился на деревянный стул. – Ты никак к королевскому приему готовишься?

Напротив него примостился второй мужчина. Третий, чуть подумав, тоже подсел к ним. Бравые моряки несколько оробели в новой обстановке. Они старались держать навесу грязные рукава, чтобы ненароком не испачкать белоснежные скатерти. Пока один из них не догадался положить руки на расстеленную салфетку.

– Дык это… – махнул рукой господин Пьес, – жена моя с новой управляющей балуются.

А потом вышел из зала, словно это его не касалось.

Стулья нужно будет обить, отметила про себя Диана и решительно подошла к обсуждающим клиентов служанкам.

– Трина, ты подавальщица или кто? А ну, живо к посетителям! И не забудь бизнес-ланч предложить!

Тришка, тоже оробевшая, как от обращения по полному имени, от которого она давно отвыкла, так и от того, что единственная должна обслуживать клиентов под пристальными взглядами остальных, неуверенно двинулась к занятому столику.

– З-здравствуйте, – остановилась она в отдалении.

– Ближе, ближе иди, – громким шёпотом подсказывала Диана, раздражаясь на неожиданно затупившую Тришку.

Подавальщица сделала шаг, как-то вбок, по-крабьи.

Управляющая прошипела про себя:

– Идиотка.

И сама направилась к столику. Жалко, меню ещё не нарисовали. Придётся пока на словах расписывать.

– У нас с сегодняшнего дня – новое меню, – она подошла к мужчинам и встала перед Тришкой.

– Чего у вас? – удивился один из мужчин. Диана прозвала его про себя серым осликом.

– Мы подаём бизнес-ланчи – это комплексный обед, – пояснила девушка, не дожидаясь новых расспросов. – То есть вы платите два скудо, а получаете сразу первое, второе и третье. Сегодня у нас солянка королевская, рагу по-графски и кефаль под белым соусом с пряными травами.

Разумеется, все названия блюд выдумывались на ходу.

– А выпивка? – нахмурился “ослик”.

– В комплексный обед вино не входит, – сказала Диана и быстро добавила, заметив как поскучнели лица клиентов: – Но его можно заказать отдельно плюс для вас, как для первых посетителей, сегодня действует скидка. Так что цена обеда – всего один скудо!

– Один скудо? – удивился лисица.

– Ну тогда тащи свой биззи-анч, – решил третий, коренастый и бородатый, ну вылитый разбойник с большой дороги.

– Бизнес-ланч, – поправила Диана и уточнила: – Всем троим?

– Сказали уже, неси, – буркнул разбойник и повернулся к остальным мужчинам.

– Хам! – прошептала девушка так, чтобы никто не услышал. А сама, сохраняя улыбку на губах, повернулась к Тришке. – Трина, идём на кухню.

Подхватила подавальщицу под локоток и повела прочь из залы. За ними гуськом потянулись и остальные служанки.

– Смотри, не подведи, – Лурдес догнала Диану в коридоре.

– Не переживайте, всё будет о’кей, – пообещала девушка и, не дожидаясь, когда госпожа Пьес, спросит, что это такое, зашла в кухню.

Её встретили клубы пара от кастрюль, терпкий аромат лука и матерящаяся Аньес.

– Да где это видано! – бубнила повариха. – Что за блюда такие? Не пойми что творится! Маслины – в похлебку! Да их привезли горшок на всю таверну!

– Маслины всё равно никто не ест. Они только место на полке зря занимают, – парировала Диана, открывая крышку.

Из кастрюли пахнуло наваристой солянкой.

– М-м, вкуснотища, – протянула девушка, втягивая аромат копченостей и томата.

– Ерунда на постном масле, – возразила Аньес, но без прежнего задора. Было видно, что похвала ей приятна. – Только испортили колбасу!

– Ничего подобного! Колбас было мало, а солянки хватит накормить тридцать человек – и еще останется. Положи побольше хлеба для сытости. Вот увидишь, как распробуют – попросят добавки! Еще и друзей позовут, – убеждённо сказала Диана и скомандовала: – Наливай три тарелки. Трина, неси те голубые, из сервиза.

– Но… – Тришка растерянно моргала, глядя то на новую управляющую, то на повариху, – они ведь жуть какие дорогие.

– Вот и хорошо, неси, – настаивала Диана.

– Но госпожа Пьес…

– Госпожа Пьес разрешила, – без всякой уверенности сообщила Лурдес, заходя в кухню. А потом с тоской наблюдала, как Тришка медленно и аккуратно берёт из уже приготовленной стопки три тарелки. С широкой голубой каймой, в которую был вписан растительный орнамент. Вздохнула: – Арецкий фарфор…

– Арецкий – это хорошо, но клиенты ждут свой обед, – Диана перехватила у Тришки тарелки. Те звякнули от резкого движения. Три женщины дружно ахнули от этого звука, но управляющая хладнокровно расставила их по столу и скомандовала поварихе: – Разливай.

Когда тарелки были наполнены густой, оранжевой от томата похлебкой по самую каёмку, Диана добавила в каждую последний штрих – половинку ломтика лимона.

– Подносы!

Она чувствовала себя знаменитым хирургом, проводящим сложнейшую операцию. А ассистенты, затаив дыхание от творимых ею чудес, беспрекословно выполняют каждую команду. Ей показалось, даже Лурдес прониклась торжественностью момента. Только барабанной дроби не хватало.

Девушка поставила на первый поднос одну тарелку и взяла его в руки, второй – с двумя порциями – несла Тришка. А госпожа Пьес, не желая оставаться в стороне, когда вершится история, подхватила корзинку с хлебом.

И вся процессия гуськом двинулась в зал.

На пороге Диана обернулась и напомнила Аньес:

– На второе клади побольше рагу из бобов и овощи не забудь! А рыбу, как договаривались, без костей!

– Что-то я сомневаюсь, что мужики будут жевать овощи или бобы, – проворчала Лурдес, правда, без всякой уверенности.

Запах солянки щекотал ноздри и вызывал желание попробовать необычный наваристый суп. Но она не собиралась в этом признаваться.

– А это смотря как приготовить! – хмыкнула девушка. – Аньес молодец, поняла, чего я хочу.