Глава 27 Дэмиан

Я уже примерно понимал, что мне расскажет Эйви. Но не представлял, насколько тяжело все это слушать. Каждое ее слово, каждая эмоция наживо рвали мне душу. Потрошили и выворачивали внутренности, выжигая ядом вины. Хотелось броситься к ногам пары, признаться во всем и молить о прощении. Но я слишком хорошо осознавал: одно мое слово, и истинную я больше не увижу. Эйви проклянет меня и не захочет оставаться рядом ни секунды.

Только куда ей идти? Я готов бросить все, что у меня есть, к ее ногам. Но она не возьмет. С ненавистью швырнет эти деньги мне в лицо и снова отправится скитаться. Я просто не могу ее отпустить. Одинокую девушку без защиты везде подстерегают опасности. И никакая темная магия не спасет, если врагов окажется слишком много.

К тому же мои собственные враги, что так отчаянно пытаются спровадить меня на тот свет, могут выяснить, кем приходится мне Эйви, и сделать девушку разменной монетой в их игре. Причинить ей зло в надежде достать меня. Я и так с ужасом представляю, что пришлось вынести моей паре. Как позволить ей уйти?

И все же, слушая, как истинная рассказывает о тех страшных днях и месяцах проведенных в темнице, не выдерживаю сжигающей внутренности агонии. Все муки ада разом обрушиваются на меня, когда я вижу слезы, стекающие по бледным щекам. Слышу, как прерывается от горьких эмоций голос Эйви. С глухим рыком падаю перед ней на колени, пряча лицо в ее ладонях.

То самое роковое признание, которое навсегда лишит меня пары, уже почти срывается с моих уст и замирает на языке, когда Эйви вдруг тихо спрашивает:

— Ты знаешь Алистера Вудстока, королевскую ищейку? Это он отправил моих родных на плаху. Его расследование…

Глухая ненависть в ее голосе ледяным панцирем сжимает сердце. Я вздрагиваю так сильно, что кажется, одно это уже выдает меня с головой. Как и искаженное мучительной виной лицо. Но Эйви принимает мои эмоции за другое. А я поднимаюсь с колен и отворачиваюсь, пытаясь справиться с обуревающими меня чувствами.

Нет, я не могу признаться. Пусть за это мне гореть в огне, как самому последнему грешнику. Я и есть он. Знаю, не существует лжи во спасение. Но я сознательно лгу, обрекая душу на вечные муки. Не перед Богами, перед истинной. И все ради того, чтобы оставаться рядом с ней, иметь возможность заботиться, ограждать от злого и опасного мира. Хотя я сам теперь тоже зло.

Моя пара будет так считать, когда узнает правду. Но к тому времени она станет мне настоящей женой, защищенной моим именем и королевской властью, а я уверен, что отец одобрит этот брак. Все, что я имею, будет принадлежать ей по праву законной супруги. А я к тому времени постараюсь разобраться со своими врагами и заново провести расследование, которое привело к падению рода Марлоу.

— Я слышал о нем, но не знаком лично… — заставляю себя произнести эти слова, окончательно обрубая мосты. Голос хрипит и срывается. — Знаю только, что ищейка шел по следу, раскрывая заговоры против короля. Но сбором доказательств, допросами и окончательным приговором занимались другие. Обещаю тебе, Эйви, что сам продолжу дело твоих родных. У меня остались связи при дворе, меня еще не все похоронили. Я воспользуюсь тем, что осталось, чтобы узнать правду.

— Спасибо… — шепчет моя пара, чем ввергает в еще больший ужас. Если бы она знала, кто сейчас перед ней, вместо благодарности сыпала проклятиями. И была права.

— Не благодари, — отзываюсь глухо. Слышать ее слова невыносимо. — Еще неизвестно, что я накопаю. А если… — морщусь и заставляю себя продолжить, — если выяснится, что они все же были виновны, ты не возненавидишь меня?

— Нет, — истинная смотрит на меня блестящими от пролитых слез глазами. — За правду нельзя ненавидеть.

— Смотря какая правда… — усмехаюсь горько. Она даже не подозревает, насколько все сложно. Моя правда убила бы ее. Но хватит метаний, я принял решение. И когда придется, буду за него отвечать.

Подхожу к Эйви, сажусь рядом, беру ее за руку и прикладываю ее ладонь к своей щеке. Осторожно ласкаюсь, чтобы не поранить нежную кожу щетиной. Ласково целую тонкие пальчики. Моя пара смущается.

— Не бойся меня, — говорю хрипло, пожирая ее взглядом. — Все, что между нами случится, как между мужем и женой, произойдет после свадьбы и только когда ты будешь готова. Но чтобы ты могла привыкнуть ко мне, позволь касаться тебя обнимать, дарить поцелуи. Это успокоит моего зверя и возможно разбудит твою драконицу.

— Хорошо, — кивает Эйви и сама осторожно проводит кончиками пальцев по моей щеке. Медленно, едва касаясь. Словно изучает меня. Хочется зажмуриться и подставляться под ее ласки, ощущая внутри тихое, довольное урчание дракона. Какое-то время я позволяю себе это. Мне надо унять боль и вину. И страх потерять пару, что теперь поселился во мне. Уже понимаю, что мне придется жить с ним все время.

— Приготовления к свадьбе обсудим завтра, — наконец открываю глаза, возвращаясь в реальность. — Пока  подумай, какой ты хочешь ее видеть. С учетом того, что мы находимся почти в осаде. А я пока не могу показываться людям, чтобы их не напугать. Но все остальное у тебя будет. Красивое платье, праздничный ужин, настоящий свадебный обряд. И еще, Эйви… ты сегодня же переедешь в новые покои. Там уже все готово. Сэм с Мартой перенесут твои вещи, — замечаю, как пара напрягается, и качаю головой. — Не переживай, я сам сообщу им о предстоящей свадьбе. Тебе нечего стесняться.

А дальше выполняю, что обещал. Первым делом разговариваю с Сэмом и Мартой, озвучивая им перемены в нашей жизни. Они конечно потрясены, но явно рады за нас.

— Вам повезло, мистер Блэк, Эйви чудесная девочка, — не удерживается от эмоций женщина. — Умница, с характером, не испугалась толпы и помогла защитить замок. Работы не боится, а красавица какая. И совсем не заносчивая. И ей, тоже повезло. Сколько пережила, бедняжка. Она хоть и не рассказывает ничего, но и так понятно, что девочке пришлось несладко. Первое время на мою стряпню так смотрела, будто не ела ничего вкуснее. Явно же впроголодь жила. Да и сейчас ест как птичка…

Марта замолкает, замечая, как меняется выражение моего лица. А для меня любые напоминания о том, что пришлось вынести моей паре, как нож по сердцу. Снова с головой погружает в едва переносимое чувство вины от осознания, что я мог все это предотвратить.

Прошу Марту закончить уборку новых покоев моей невесты. А потом снять с Эйви мерки. Сэму даю задание заехать в самое лучшее ателье в ближайшем городе и заказать там новый гардероб для пары. Добавляю в список разные мелочи, чтобы порадовать ее.

После этого переписываюсь с Заком. Напоминаю, чтобы никому не говорил о том, что я уже не при смерти. Прошу выслать все оставшиеся материалы о семье Марлоу. И опять же сохранить мой интерес к этому делу в строгой секретности. Другу о том, что единственная оставшаяся в живых наследница моя истинная, пока не сообщаю. Обещаю все объяснить позже.

Думаю, к кому еще обратиться, с чего начинать расследование. На самом деле для начала надо расспросить саму Эйви. Узнать обо всем, что она помнит. Но это значит опять заставлять ее вернуться в те дни. Снова страдать и мучиться. А еще слушать, как она с ненавистью упоминает королевскую ищейку, тихо сходя с ума от отчаяния. Но без этого не обойтись. Я не проводил допросы и не читал ее показания. Дальнейшая судьба дел, которые передавал Тайной службе, меня не интересовала. И теперь я за это жестоко поплатился.

Заполняю день разными делами, чтобы заглушить страх и растущее внутри напряжение. Внутри меня нет спокойствия, несмотря на принятое решение. Голос совести не замолкает, постоянно нашептывая, что я поступаю нечестно. Обманом лишаю свою пару выбора. Но что мне остается делать, если ее выбор будет однозначным и смертельным для меня? Разве можно добровольно отказаться от истинной, после того, как ее обрел?

А ближе к вечеру ситуация становится еще напряженнее. Я получаю неожиданное послание от отца. В нем он интересуется моим состоянием и сообщает, что хочет меня навестить.