Глава 32

– Мне нужны подробности, – не успокоюсь, пока не докопаюсь до правды и всё не выясню.

– Подробности… – отец покачал головой. И явно не желает, чтобы я вмешивался, что отчётливо отразилось на его лице. – Я расскажу, но хочу озвучить сразу: не лезь никуда, подумай о своей семье и себе – тебе надо восстанавливаться, лечиться. Сейчас ты находишься не в той физической форме, чтобы участвовать лично в решении проблемы. Пойми правильно: так будет лучше. А я доведу это дело до логического конца, подключены все силы и возможности, эти нелюди понесут заслуженное наказание, ответят за всё. Ни о чём не волнуйся.

– Может ты и прав… – не на такой сценарий развития событий я рассчитывал. Отчасти, согласен с ним, касаемо моего здоровья. Хотя отсиживаться в стороне и чего-то ждать – совсем не по-мужски, как будто трусливо прячусь вместо того, чтобы встать на защиту семьи.

– Начну с того, что за тобой следили, обо всех твоих передвижениях Обейду было известно и, наверняка, ещё раньше интересовался твоей жизнью – именно он главарь банды. Камеры видеонаблюдения, возле дома Валида, засекли нашего не умершего «родственничка», и тех, кто подстроил аварию. Они выбрали удачный момент, когда водитель отлучился на пять минут…

«А дальше им оставалось наблюдать, как машина врежется».

– Идрис мёртв… – «ни в чём неповинный человек лишился жизни из-за этих тварей» – не по себе от этой ситуации, ведь косвенно я причастен ко всему случившемуся.

Прям дежавю возникло… И теперь две смерти на моей совести.

– Я выплатил семье погибшего солидную сумму в качестве компенсации, если уместно так выразиться – цинично звучит, конечно, потерю близких людей ничем не заменить, но и оставить без помощи их не мог, – «отец всё правильно сделал, я бы так же поступил, и несложно представить то, как это выглядит в глазах тех, в чей дом пришло горе, словно от них откупиться хотят». – В общем, это было первой зацепкой – наконец, выяснили, кто охотится на тебя. Стали «рыть»… появились важные детали… – он задумался ненадолго. Потом продолжил: – В прошлом искали нужную информацию, родственники твоей матери помогли, буквально по крупицам собирали, кто что знал – таким образом удалось наметить план, понять, в каком направлении двигаться дальше. Был немало удивлён…

– Как так получилось, что Обейд жив? – до сих пор не верится. Неужели, это с нами происходит?

– Мутным типом он всегда был… чем занимался, чем жил – ничего о себе толком не рассказывал, о своей семье в том числе… Говорил, якобы сирота – по факту это не так, на тот период и отец, и мать были ещё живы.

«Единственное, что я знаю о нём: Обейд был редкостной сволочью и садистом – издевался над женой, бил маленького сына в том числе, из-за него Гаяс превратился в запуганного зверёныша, потребовалось немало времени, чтобы вернуть его к нормальной жизни, благодаря заботе, вниманию, приложенным усилиям и терпению моей матери».

– Почему он только сейчас объявился и активизировался, как думаешь?

– Сам теряюсь в догадках, – отец пожал плечами. – Допустим, даже если хочет отомстить за гибель сына, то, полагаю, это вторично, так сказать – совместить две задачи. Деньги ему нужны – не вижу иных причин. Кстати, а что именно было написано в тех письмах, приходивших тебе?

– Дословно: «пора платить по счётам, убийца», а в конце красовалось многозначное «О». Разумеется, первая мысль, которая посетила: речь идёт о Гаясе и его родном отце. Но связать воедино у меня не получалось, – ведь считал этого нелюдя мёртвым.

– Ну вот, теперь всё ясно. Сомнений не осталось. Обейд решил нажиться на смерти сына, угрожая тебе расправой. Наверное, следующим шагом было бы требование заплатить…

«Да, только как в эту версию вписывается подстроенная авария?» – если бы я погиб, то и спрашивать не с кого. Значит, он был уверен, что я выживу. Припугнуть этим хотел?

Голова уже пухнет от обилия вопросов…

– Как он выглядит? Я не помню, сам был ребёнком тогда, да и навещали друг друга нечасто, – теперь понятно почему: скорее всего, Обейд запрещал Ширин, сестре моей матери, общаться с родственниками, чтобы та не жаловалась на мужа, а она, наверное, стыдилась его. Когда слегла с онкологией, вообще перестала выходить на связь.

– У меня есть распечатка с записей камер, – отец встал с кресла, подошёл к письменному столу, открыл ящик и достал оттуда папку. – Держи, – протянул, – есть там его физиономия крупным планом.

– Это он… – просмотрев бумаги, я сразу вспомнил, где и когда встречал эту гниду.

– В смысле? Вы пересекались где-то?

– Больше года назад, когда меня уже пытались убить, видел этого мужчину, причём не раз. Маячил на горизонте, желая понять: узнаю или нет? – «выходит, это была проверка».

– Почему ты раньше не рассказывал о том происшествии? – отец возмутился и посмотрел недовольно. Вполне ожидаемая реакция.

– Да потому что никаких версий не возникло, тем более сам невнимательно переходил дорогу и едва не попал под машину. При падении на асфальт отделался ссадинами и ушибами. И тогда даже не догадывался: это был намеренный наезд. Позже подумал об этом, срастив все обстоятельства.

– Получается, у Обейда изменились планы, раз «залёг на дно» на долгое время, хотел бы довести начатое до конца – не упустил бы такую возможность.

– Меня не это беспокоит: что если его целью являюсь не я, а покушение – это всего лишь отвлекающий манёвр перед «основным блюдом»… – у этих конченных тварей нет моральных принципов и ценностей, а, значит, они ни перед чем не остановятся, даже убить детей способны…

– Диана могла бы быть мишенью, как действенный способ повлиять на тебя, но в моём доме твоя жена в безопасности.

– Ясмина и Лабиба – я их имел в виду. Мои старшие дочери не рядом… тревожно как-то… – «а вдруг он доберётся до них?» – в этом случае, представить последствия несложно…

– Давай я позвоню начальнику охраны замка, дам указание привезти Халиму с девочками немедленно.

Я кивнул.

Но тут моё внимание привлёк один документ, найденный здесь же, в папке:

– Что это? – взглянув на отца, показал бумагу.

– Как видишь... – он непонимающе развёл руками. – Пришло из посольства сегодня утром, машинально засунул сюда же... говорить об этом Диане не стал… и, если честно, пока не было времени разбираться с той чушью, изложенной там… Полагаю, это неправда? – хмуро посмотрел. – Чего молчишь?

«Мои ответы ему не понравятся».

– Отчасти, это правда, – о «русском муже» я никому не рассказывал, не считая это нужным и важным.

И теперь этот Марк, по фамилии Лихолетов, согласно официальному запросу, требует провести проверку в отношении семьи Аль-Сулайти. Установить местонахождение своей жены, а также выдать гражданку другого государства и их совместных детей, которых, по его мнению, удерживают насильно.

«Как интересно» – только этого нам не хватало для полного комплекта проблем.