Глава 20

— Что за разброс такой — пятнадцать-тридцать гостей? — ворчала я громко, шинкуя лук.

Виктор покорно занимался приведением кухонного островка, пока я ваяла закуски. Приятно, что он осознавал собственный косяк, так что спокойно отнесся к моему бурчанию. Мне же требовалось пространство. Много свободного пространства. Мужчина заверил, что за полчаса до прихода гостей подъедут официанты и помогут — в гостиной организуют стол-буфет, займутся напитками и баром.

— Так бывает, — Виктор пожал плечами, вытирая панакоту со столешницы. — У моих хороших партнеров день рождения. А они оказались проездом в городе. Ресторан еще не готов для открытия. Они обратились с вопросом — где можно посидеть. Вот я и предложил собраться у меня…

Круто.

— Эти партнеры — близнецы? — уточнила, а то что-то не вяжется множественное число с одним днем рождения.

— Братья — да, но не близнецы. Просто умудрились родиться в один день с разницей в год. Ребята несколько специфические, но хорошие.

— Давно знакомы?

— Лет… — Виктор задумался. — Шесть. Минимум. Заочно, конечно, дольше. Они занимаются строительством, у них с России крупный холдинг. Они были моими застройщиками в Сергиевом — Посаде. После отличной работы с медицинским центром, мы построили два ресторана в Москве. И продолжили сотрудничество, уже познакомившись лично. Иногда собираемся посидеть… Но Ворошиловы любят более… шумные компании. Так что я знаю, что на вечере будет несколько моих знакомых. Ворошиловы. Пара их друзей. И, вероятно, они могут захватить с собой своих подруг.

Ударила по ножу, раскрывая панцирь краба. Пока Виктор делился теплыми рассуждениями, малыши уже доварились. В голове уже выстраивался четкий план по распределению времени. Севиче готовится за пятнадцать минут до подачи. Но у меня уже есть порезанный лук. Морепродукты проблемой не станут — поставлю Виктора чистить креветки, пока он добрый. С крабами я справлюсь. Лаймы не проблема. Заварное тесто уже в духовке. Куриная грудка, кстати, тоже.

Громко и недовольно фыркнула.

— Перестань, — попросил Виктор сдержанно.

— Не хочу жаловаться. Но о таких мероприятиях нужно предупреждать заранее.

По договору — вообще за неделю, не меньше. А не в последний момент.

— Перестань, — повторил мужчина.

— Это же тридцать порций! Ладно, в ближайшем магазине хоть курицу можно было купить, — вспылила я, взмахивая руками. Потому что волновалась. Причем сильно. — И теперь всем вашим пафосным снобам придется есть дешевое мясо из супермаркета, состряпанное на скорую руку.

Хотя знай я заранее… Приготовила бы ягненка в фисташках. И… и…

— Оль, выдохни, — Виктор обнял меня со спины. — Не такие уж они и снобы. А с тем, как ты готовишь — они даже мусор с улицы скушают, если ты приложишь немного фантазии.

Это так мило, что у меня почти выступили слезы на глазах.

Фух!

Не задумываясь, чмокнула Виктора в щеку. Из-за чего на мгновение показалось, что мы с ним зашли несколько дальше, чем «просто секс».

Плюс Громов сам сказал, что не хочет меня ни с кем делить… Это что-то значит? Или банальное мужское чувство собственника?

О! У меня же еще щербет есть в морозилке. Поданный со свежими ягодами и листочками мяты — изысканная классика.

Итого. У меня есть красавец-мужчина. Одна штука. Соленые эклеры с крабовой начинкой, которые будут готовы, как только тесто чуть остынет после печи. Севиче из морепродуктов — двадцать чаш уже выставлены. Осталось наполнить их льдом и поставить в них формочки с блюдом. Куриные грудки фаршированные беконом и лисичками. Легкий салат с авокадо и зерненным творогом. Сырное и мясное ассорти, спасибо массовому производству. Десерт — щербет. И пока гости будут веселиться, я закончу крем-брюле. И суфле с ванильно-творожным кремом. Песочное тесто успеет приготовиться в красивых керамических формах, и остынет как раз к началу подачи.

— И все равно мне кажется, что чего-то не хватает, — вздохнула я, не представляя, что еще могу сделать.

— Немного уверенности, — заметил Виктор. — Оль, тебе не о чем переживать. Все будет хорошо. Тебе надо заканчивать вечно сомневаться в собственных силах.

— Ага. Легко говорить, когда сами — мистер Вселенная, — пожурила начальника, которому точно не за что переживать в своей жизни. Богатство, красота, сила — все при нем.

— Да ладно тебе. Я же не всегда такой был, — засмущался мужчина.

Так странно. Разговор неожиданно свернул на что-то более личное. Как так?

— Да ладно, — скопировала тон Громова. — Уверена — у вас от девушек всю жизнь отбоя не было.

— Отнюдь, — возразил Виктор. — Я девственности лишился только в двадцать.

Не верю. Посмотрела на красавца-мужчину еще раз, бросив взгляд через плечо.

— Не верю.

— А первый поцелуй вообще был с мужчиной.

Поперхнулась слюной и закашлялась.

— Что?! — повернулась к Виктору и удивилась, что от такой новости дар речи не потеряла.

— Нет, ничего такого, ты не подумай. Это вообще было против моей воли и не запланировано. Будучи подростком, я… ходил с брекетами, считал, что длинные волосы — это то, что мне безумно идет. Во мне было килограммов шестьдесят и, возможно, я был самым жутким «ботаном» в городе. Тем не менее, у меня хватало друзей. С одним из которых мы зависали после института. В какой-то из вечеров разговор зашел о девушках. И о том, как понять — когда следует поцеловать девушку, какие должны быть сигналы… В общем, слово за слово, и товарищ просто засосал меня. Пропихнул язык ко мне в рот. Следом заявив, что не нужны никаких сигналы или приглашения. Девушку просто надо поцеловать.

— И как вам?

— Отвратительно, — признался Виктор. — Собственно, после этого случая я принял два важных решения в своей жизни.

— Больше не общаться с этим другом? — попробовала угадать я.

— И никогда не целовать девушек против их воли.

Логично. И — аллилуйя, на Земле существует как минимум один мужчина, который понимает, насколько мерзко бывает, когда всякие самцы пытаются пропихнуть свое «хочу», забивая на твои желания.

— Черт, я даже бывшей жене эту историю не рассказывал, — сделал Виктор еще одно признание.

— Бывает, — пожала плечами. — Вы обо мне тоже знаете побольше, чем мой бывший муж. Так что это, наверное, нормально.

— Ты была замужем? — удивился Громов. Странно, я была уверена, что мы уже говорили об этом. Вот так бывает — мы с Виктором проводим столько времени вместе, что уже и не упомнишь 0 о чем говорили, о чем еще нет. Мужчина настолько хорошо понимает меня, что мне вообще кажется — слова нам не нужны вовсе.

— Была.

— А почему развелись? — беспардонно принялся выяснять начальник.

— Банально. Застала его с другой, — спустя время уже получается говорить от этом спокойно. Так, будто то событие не принесло мне никакой боли, будто после всего я не хотела сделать что-то ужасное и непоправимое. Новое увлечение — и я готова забыть о том, какими предателями умеют быть представители противоположного пола.

— Измена, — мужчина как-то грустно кивнул. — Понимаю.

— У вас с бывшей тоже?…

— Ну, с другим я ее не заставал, — Виктор растер бровь указательным пальцем, склонил голову к плечу. — Но от этого не сильно легче, если честно…

Бросила приготовления, чтобы посмотреть Громову в лицо. Лаймы подождут, сейчас наш разговор, кажется, намного важнее. Уж если Виктора пробило на откровенность, на обнажение души… Я вся его.

Мужчина сгреб в мусорное ведро остатки грязных салфеток с кухонного столика, который теперь блестел чистотой.

— Она… Ушла к другому. И забрала нашу дочь.

Новость громом средь ясного неба пронзила сознание. Дочь? У Виктора есть дочь? И… То есть как это «забрала»?

— Ситуация не самая простая, — мужчина оперся о столешницу, скрестил ноги. И не смотрел на меня. Уставился куда-то в пол. — Мы познакомились после института. У меня как раз появились первые инвесторы, я готовился к открытию первого ресторана. Она… Не знаю, я… Влюбился. И до одури хотел, чтобы она была со мной. Мы быстро поженились, потом я много работал. Уже не только для себя, но и чтобы дать Наташе все самое лучшее. Она всегда хотела чего-то большего. Квартиру просторнее. Поближе к центру. Потом свой дом, чтобы «не как лохи». Отдых — всегда где-нибудь. Она на море — я по поставщикам, по ресторанам…

Виктор замолчал.

— … Мне казалось, что я все делаю правильно. Расту, расширяю бизнес. Даю ей все, что пожелает. И когда узнал, что у нас будет ребенок… Сама понимаешь, — пожал мужчина плечами. — Мне казалось, что Наташа счастлива. Что мы счастливы. Рвал домой как можно скорее, чтобы увидеть их обеих, хоть не всегда получалось. Было всё — няни, горничные, повара, свой участок для прогулок. Площадку заливать начали, Юлька хотела свои качели. А в один день я вернулся домой и обнаружил, что их нет. Пока был в командировке, Наташа собрала вещи, забрала Юлю, — голос Виктора сорвался на хрип. Было видно, насколько ему больно вспоминать пережитое. И это не какая-то мрачность во взгляде или хмурость. На лице мужчины словно проступили новые морщинки. — И подала документы на развод, — Виктор взбодрился. — И на лишение меня прав на нашу дочь.

— Так нельзя!

— Можно. Если ребенок на самом деле не мой, — Громов сильнее сжал столешницу. — Я, само собой, не поверил. Но суд заставил пройти генетическую экспертизу. И я проводил ее еще дважды, независимо, чтобы исключить подлог. Юлька оказалась не моей. Наташа «скучала», а «скучая» — проводила время с «любовью всей своей жизни». Только залетев, приняла решение остаться о мной. «Ведь папа не тот кто…» и «я привыкла к определенному уровню жизни», — мужчина явно процитировал свою бывшую. — Так что четыре года я был счастливым папой. А после — объявился Наташкин любовник, который неплохо поднялся. Она вдруг поняла, что всегда любила только его. И они хотят вместе растить их дочь.

А Виктор — лишь небольшая неприятность, от которой можно избавиться с помощью суда и запретов на визиты. Прижала руку к сердцу, ощущая, как оно готово разорваться, стоило услышать такую историю.

— Мне очень жаль, — произнесла тихо.

— В общем-то, в этой истории, наверное, «другим» был я, — хмыкнул мужчина, возвращая маску весельчака.

Бросила взгляд в сторону бутылки с коньяком, который взяла для приготовления десерта. Если сейчас не повод выпить — то я и не знаю, что тогда повод. Плеснула немного в два бокала и протянула Виктору.

— За верность? — предложила я.

— Не чокаясь?

Отличный тост. Залпом опустошила свой бокал, Виктор последовал моему примеру.

— Плохой тост. Давай лучше за то, что ты устраиваешь отличный вечер своему начальнику — раздолбаю, который так увлекся своим поваром, что совершенно забыл обо всем на свете?

Хм. Соглашусь. Вот это — действительно отличный тост.