Глава 20

Я стоял на краю поляны, затянутой тонким слоем подтаявшего снега, и смотрел на небо. Оно было серым, низким, словно придавленным тяжестью туч, готовых в любой момент обрушиться на землю мокрым снегом или дождем. Рядом, прижавшись к моему плечу, стояла Рогнеда. Она так и старалась не отходить от меня далеко, впадая в панику, едва я исчезну из вида. И успокоить ее в этом случае мог только я или Радомира.

Позади нас, у пещер слышались визги «наложниц» играющих с Брониславом и дедушкой Фроди в салки. И если от молодого охотника я иного не ожидал, мелкие засранки еще во время первого визита научились вить из него веревки, то вот участие в их шалостях старого Ворона меня удивили. И я бы порадовался за девочек и стремительно пошедшего на поправку после возвращение его людей старика, если бы мои мысли не были заняты другим.

Вятка! Город, который стал для меня не просто целью, а ключом ко всему Пограничью. Без него я не смогу удержать степняков. А без них я останусь один против эллинов, наёмников и всех, кто захочет отхватить кусок от этого проклятого, но манящего своими богатствами края.

У меня уже был план. Авантюрный, безумно рискованный. С минимальными шансами на успех. Нужно будет ударить хитро, быстро, неожиданно, используя все, что у меня есть: ловушки, артефакты, магию и людей. Людей, которые уже устали от бесконечных стычек, от крови, от смерти. Но другого выхода нет. Если я не возьму город до распутицы, эллины укрепятся, а степняки отвернутся. И тогда всё, чего удалось здесь достигнуть, в одночасье рухнет. Я зажмурился, пытаясь отогнать навязчивые мысли. В голове крутились цифры: сколько у меня людей, сколько оружия, сколько времени осталось.

Мои размышления прервал далёкий гул. Сначала едва слышный, он быстро нарастал, превращаясь в низкое, мощное рычание винтов рассекающих воздух. Я поднял голову и увидел серебристый силуэт «Сокола». Он приближался с севера, медленно и величаво плывя по небу, его обтекаемый корпус блестел в тусклом свете дня.

Дирижабль мягко приземлился на краю поляны, и почти сразу же из него начали выходить люди. Первым появился Олег. Как всегда подтянутый, статный, в своей парадной форме офицера воздушного флота, словно он прибыл не в забытые всеми Богами Заброшенные земли, а на светский раут в одно из многочисленных Эребских королевств. За ним показалась группа незнакомых людей. Кого это еще притащил ко мне Наследничек?

А потом…

— Ну, них… ж себе! — вырвалось у Рогнеды.

— Совершенно с тобой согласен, — процедил я сквозь зубы и длинно выругался

На землю с видом, будто они здесь хозяйки сошли две красавицы. Причем лицо одной из них было мне хорошо знакомо. Наталья радостно улыбнулась и помахала нам рукой. И, судя по ее неосознанному, тут же подавленному движению, только присутствие посторонних не позволило ей броситься к нам. Вторая — высокая, стройная, с каскадом тёмных волос и холодным, высокомерным взглядом, огляделась вокруг, и её губы слегка дрогнули, когда взгляд остановился на Рогнеде прижавшейся к моей руке, словно она хотела сказать что-то презрительное, но сдержалась.

Я стиснул зубы. Это было слишком. Олег что, с ума сошел? Зачем он притащил сюда этих расфуфыренных красавиц, будто здесь не самое пекло, где рекой льется кровь, а какая-то увеселительная прогулка со званым вечером? Я шагнул навстречу Наследнику, который уже шёл ко мне с широкой улыбкой.

— Федор! Рогнеда! Здесь⁈ Жива⁈ А Даша с Аделиной где? — его голос звенел удивлением радостью и оптимизмом, а глаза смотрели с тревогой и напряжением.

— Погибли, — вместо меня ответила Бежецкая.

Улыбка Наследника потухла:

— Как⁈

— Здесь война! — я старался говорить спокойно, но в голосе всё равно чувствовалась распирающая меня злость, — И каждый день кто-то умирает. А ты тащишь сюда неизвестно кого! Судя по одежде эллинов. С которыми, не знаю, как вы, а я воюю.

Щека Олега дернулась, но он быстро взял себя в руки.

— Федор, я понимаю, что сейчас не лучшее время, но это важно. Евпаторы хотят союза, а Анастасия… — он бросил взгляд на незнакомую девушку, которая стояла в стороне, наблюдая за нами с холодным любопытством.

— Анастасия, — я перебил его, — Должна быть где-то в своём дворце, а не здесь, где каждый день стреляют и режут. Впрочем, как и Наталья. Олег, ты мой друг, но вы перешли черту. Здесь не место для ваших интриг и придворных игр. По крайней мере, сейчас. У меня война, и мне нужно думать о том, как взять Вятку.

— Вятку⁈ — удивленно вскинул брови он, но тут же лицо Наследника приняло равнодушно-спокойное выражение, — Я понимаю твою злость, но это не просто брачная интрига. Евпаторы предлагают союз, который может изменить всё. Они готовы поддержать тебя, но им нужны гарантии. Анастасия — часть этих гарантий.

— Не здесь! — отрезал я, — Эллины пусть остаются на «Соколе». Мне их разместить негде. Дворец, как видишь, еще не построил. Как-то не до того было, — я скрипнул зубами, чувствуя, как внутри всё кипит.

— Федор, так не делается, — в голосе княжича зазвенела сталь, — Это официальное посольство от старого имперского рода к тебе, как к главе рода. Ты понимаешь, что это значит?

Я понимал. Еще как понимал! Меня признали! Полностью и официально. Пусть пока только враги. И это лишь первая ласточка.

— Ваше Высочество, — я увидел, что высокий аристократичного вида грек с густой седой кудрявой шевелюрой, одетый в роскошную меховую шубу, подошел ближе и прислушивается к нашему разговору, — Прошу передать господину послу рода Евпаторов и прибывшим дамам мои глубочайшие извинения. Я не ждал гостей. Мне нужно подготовить достойные их апартаменты.

И нет, я не планировал разворачивать свою подпространственную квартиру. Много чести. Выделю отдельную пещеру, оборудую артефактами, Герда с девочками украсит ее шкурами аномальных тварей, коих собралось немало и хватит. Не нравится, никого не держу.

Эллин сделал вид, что закашлялся. Олег тут же встрепенулся:

— Федор, позволь представить тебе почтенного патрикия Деметрия Евпатора, двоюродного брата главы рода Евпаторов Ираклия. А так же прекрасную патрикию Анастасию, дочь главы рода.

— Рад видеть уважаемых гостей на своей земле. Еще раз приношу извинения, ваш визит стал полной неожиданностью, и я не успел приготовить достойные вас апартаменты.

— Не стоит извинений, — располагающе улыбнулся эллин, — Мы все понимаем, и удовлетворимся каютами на «Соколе».

— Ярл Раганр, ваша слава великого воина давно вышла за пределы Проклятых земель, — пропела Анастасия улыбнувшись и мило потупив глазки пытаясь спрятать за ресницами холодный блеск.

— Скорее кровавого палача, — криво ухмыльнулся я, глядя прямо в глаза Деметрию.

— На войне нет места сантиментам, — вернул он мне подачу.

— То же самое я сказал Леониду Патроклу, — пожал я плечами.

— Ты видел Леонида и остался жив⁈ — удивился Олег. Впрочем, не только он.

— Хороший воин, — пожал плечами я, — Мне было бы приятно когда-нибудь выпить с ним вина.

— Думаю, он не откажет вам в такой мелочи, — прощебетала Анастасия, не поднимая глаз, — Леонид Патрокл благороднейший патрикий Эллинской Империи и великодушен к поверженным врагам.

— К сожалению, это невозможно, — хмыкнул я. Плохо начала девочка — с дерзостей. А ведь она сейчас всего-навсего товар, который мне собираются предложить в обмен на Федора и еще что-то, пока не знаю что. И она это прекрасно понимает. Не может не понимать. — Он не так давно умер.

Олег с Демерием переглянулись, а Анастасия закусила губу жемчужными зубками.

— Я в тебе не сомневалась Раевский! — я даже не заметил, как подошла Наталья.

— Приветствую тебя, княжна, — мой взгляд потеплел.

— Рада видеть тебя, ярл. Рогнеда, — Наташа умеет держать лицо. На лице улыбка, а глаза полны боли. Переживает из-за смерти подруг. Только вот не понятно, что она-то здесь делает⁈ Или⁈ Мы встретились с Лобановой взглядами, и она едва заметно кивнула.

Ну, Ингвар! Ну, змей! И Юрий Мстиславович удивляет. Ведь дочерью жертвует, князюшка. Надо будет поговорить с Натальей. Политика политикой, а жизнь девочке ломать ни к чему. Хотя она, вроде как, была не против. Но то было давно, и не правда. Тогда были живы Дарья с Аделиной, не улеглись еще эмоции после перехода и чудесного спасения, а я был интересной и загадочной диковинкой, которую хотелось прибрать к рукам в виде трофея.

— А сейчас, позвольте откланяться, — я обозначил небрежный поклон, — Мне нужно отдать необходимые распоряжения слугам. Ваше Высочество, — я посмотрел на Олега, — Не составите мне компанию?

— С удовольствием, — ага, это от удовольствия у тебя рожа, будто ты сожрал кило лимонов. Фу, Раевский! Мы же аристократы, а ты: «рожа», «сожрал»… Демоны! Мне надо что-то с Вяткой решать, а я занимаюсь непонятно чем. И ведь эти танцы с бубнами не на один день! Хотя… А кто мне мешает оставить их здесь, пусть девицы обживаются в экстремальных, так сказать условиях, глядишь и передумают. А я пока возьму город. Заодно, будут козыри при переговорах. Ну, а не возьму, так и говорить не о чем будет. Потому как уйду я со всем почтением на перерождение. Только вот, сдается мне, что не светит мне такого счастья. И все эти интриги, интрижки и политические кружева закрутили меня надолго.

И зачем я тогда Зоряну спасал⁈ Что бы с ней сделалось⁈ Ну, вышла бы за этого Мишку Лакапина. Он, в отличие от отца, просто высокомерный избалованный придурок и в кровавых делах папеньки участия не принимал. Берег глава рода репутацию и нервишки отпрыска. Эх… Хотя, кому я вру⁈ Случись сейчас та ситуация поступил бы так же. Слишком уж я ненавижу тварей, одевающих на людей ошейники.

— Княжна, — я по всем правилам этикета поклонился Рогнеде, — Не будет ли с моей стороны наглостью просить Вас развлечь наших гостей?

— Не будет, ярл, — Рогнеда сделала безупречный ответный поклон, — Ваше Высочество, мы можем воспользоваться Вашей кают-компанией для беседы?

— Безусловно, княжна. Чувствуйте себя на борту «Сокола» как дома. Мой первый помощник вас сопроводит, — и он сделал знак рукой своему старпому.

— Благодарю Вас. Господа, прошу.

Рогнеда, несмотря на простую, потрепанную одежду и осунувшееся лицо, выглядела по-княжески великолепно.

— Кровь — великое дело, — пробормотал я, глядя вслед княжне.

— Ты это к чему? — отозвался Олег.

— Ни к чему, — махнул я рукой, — Пойдем, расскажешь мне, что вы там опять придумали и какого хрена ты притащил сюда этих Евпаторов? И при чем тут Наталья? И знаешь что, — я зло посмотрел на Наследника.

— Что?

— Мне все это очень, ну, просто очень не нравится! Боюсь, мне придется пересмотреть прошлые договоренности.

— Думаю, об этом надо говорить не здесь, — Олег обвел рукой заснеженное поле, окруженное далекой кромкой леса.

— Вполне живописное место, — пожал я плечами, — Но согласен. Нас ждет долгий и, боюсь, не очень приятный разговор. Так что лучше вести его в более комфортных условиях.

Мы расположились за столом в закутке, служившем мне кабинетом. Олег уселся на грубо сколоченный стул, словно на трон и уставился на исчерканную карту Пограничья. Вятка была обведена жирной линией — мой ключ, моя цель. Я дождался, когда Герда накроет на стол и, разлив вино, молча кивнул Олегу на кружку. Мы не чокаясь выпили:

— Давай, выкладывай, — мой голос был хриплым от усталости и злости, — Что за цирк ты сюда притащил? И не ври, что это просто так. Я вижу, у вас там созрел очередной «гениальный» план, и он мне уже не по душе.

Олег улыбнулся, но как-то криво. Провел рукой по волосам, будто тянул время.

— Ты прав. Я не просто так здесь. Но давай с главного. Ты жив, Рогнеда жива — это уже что-то. А Дарья и Аделина… это правда?

Я кивнул, чувствуя, как внутри снова ворочается холодная ярость.

— Правда. Здесь война, Олег. Жестокая. Беспощадная. Подлая. Не такая, как вы привыкли видеть.

— Я бывал на фронте, — насупился Наследник.

— Я тебя не упрекаю, — покачал я головой, — Только здесь не фронт. Здесь все по-другому. Так же кроваво, грязно, но по-другому. Впрочем, это не важно.

— Как они погибли?

— Засада. Рогнеда знает больше. Но ее не спрашивай. Не надо.

— Она офицер, а не кисейная барышня.

— Я тебя предупредил. Считай это моим условием для начала разговора.

Он тяжело посморел на меня, пытаясь придавить родовой звериной мощью. Но тут же успокоился, поняв, что его сила на меня не действует.

— Хорошо. Я скажу отцу и Юрию Мстиславовичу. У тебя с Валькирией что-то есть?

— А это, Высочество, не твое дело!

Олег скривился, не привык, что с ним так разговаривают. Но и расшаркиваться перед ним нет никакого желания. Слишком я зол. Но и обострять не стоит.

— Аделина погибла вместе с Гуннаром и «Черными волками». В тот же день. Бросилась в безнадежную атаку, защищая Рогнеду с Дашей. А Дарью… — я сжал кулаки, скрипнув зубами, — Лакапины запытали её насмерть, чтобы сломить Валькирию. Держали ее в соседней с Дашей камере, заставляли слушать доносившиеся оттуда крики. Им нужна была Бежецкая. Дарья послужила инструментом.

Олег опустил взгляд, сминая стальную кружку в кулаке. Рубиновая, как кровь жидкость полилась на парадные брюки, но княжич этого даже не заметил.

­– Теперь понимаю, почему ты просил за Рогнеду. Я не знал, что всё так… Бежецкий с Белозеровым с ума сходят от неизвестности. Отец и Лобанов тоже. Думали, ты знаешь больше.

— Знаю, — отрезал я, — Теперь знаешь ты. Можешь передать боярину и барону, что Лакапиных я наказал. По-своему.

— Передам, — потеряно кивнул Олег, — Помянем девочек. Я же их вот таких знал, — княжич показал на высоту в локоть от пола, — Крутились вокруг нас, — он присосался к горлышку бутылки. Допил свое вино и я.

— Теперь говори, что за эллины у меня тут? И причем здесь Наталья?

Олег вздохнул, будто решился.

— Евпаторы, Федор, хотят союза с тобой и Княжеством. Анастасия — часть сделки, брак для гарантий. И Наталья тоже. Чтобы уравновесить баланс интересов.

Я прищурился, гнев вспыхнул с новой силой.

— Шутишь⁈ Я воин, Олег, а не жених для ваших игр. У нас была заключена сделка. Я освобождаю Пограничье и начинаю поставки артефактов, за это вы даете мне возможность заниматься изучением аномалии и ограждаете от назойливого внимания других аристократов. А сейчас вы сами тащите меня в это змеиное кубло.

— Послушай, — он поднял руки, будто защищаясь, — Я знаю, как это выглядит. Но это не просто интриги. Евпаторы выходят из войны с Империей. Пропустят кочевников Абылая вглубь эллинских земель, переходят под руку отца. Это Таврия, ярл. Порты, ресурсы, шанс переломить всё. Им нужны гарантии. Ты — главная из них.

Я фыркнул, отвернулся к карте. Вятка смотрела на меня, как вызов.

— Гарантии? Эллинам я не верю. Впрочем, вам тоже. Что мне со всего этого? Какой мой интерес. Вятку я возьму. Хан меня поддержит и так. А значит, эллинам рано или поздно придется отсюда уйти. Скорее рано. С таким длинным плечом снабжения, то и дело перерезаемым степняками, много не навоюешь.

Олег встал, подошел, наклонился ко мне, понизив голос.

— Вятка — только начало. Ты сам говорил — без неё степняки уйдут, без них ты не выстоишь против эллинов. Но дальше: Евпаторы на нашей стороне, это удар по Империи с юга. Кочевники разорвут их тылы, а ты расширишь Пограничье за счет земель предавших родов. Станешь не просто ярлом, а кем-то большим. Но нужен союз. Брак с Анастасией и Натальей — часть этого.

Я резко повернулся, глаза сузились.

— Не заговаривай мне зубы. Я не мальчишка, чтобы меня брали титулами. Обеих, значит? Говори прямо.

Он выпрямился, выдержал мой взгляд. И усмехнулся.

— Тебе восемнадцать, если ты забыл. И да, не мальчишка. Горе тому, кто обманется твоей молодостью, — он снова выпил прямо из бутылки — разговор давался княжичу тяжело, — Обеих, — кивнул Олег, — Евпаторы хотят вернуть Федора и Анастасию тебе в жены, это их гарантия. А Лобанов — Наталью. Ты спас её, она тебе доверяет, и ей ты не безразличен. Через неё Княжество привяжет тебя к себе. Евпаторы получат доступ в Пограничье, мы Таврию и порты, а ты полную поддержку: людьми, оружием, ресурсами.

Я замер, глядя на карту. Интересный расклад получается. Земли. Еще неделю назад они мне были не нужны. Но вести пришедшие из степи, перевернули все. Преданные лично мне кочевники, это та сила, с которой будут считаться даже самые сильные рода. Нужны одаренные. Маги. Волхвы. С этим сложнее. Но и тут идеи есть. И опять могут понадобиться земли. Как ни крути в феодальном обществе земля это статус. Но и соглашаться сразу не стоит.

— То есть я должен взять двух невест, которых не хочу? Я воин, Олег, а не кобель на случке. У меня каждый день люди гибнут, а ты мне свадьбы навязываешь.

Он покачал головой, его голос стал мягче, но настойчивей.

— Я понимаю тебя. Но подумай сам. Союз с Евпаторами и Лобановыми дадут тебе легитимность в глазах аристократии. Пока, для них ты чужак. Непонятный и, возможно, опасный. Тебя попытаются уничтожить. И ни Лобанов, ни я, ни отец ничего не сможем сделать. Все будет исполнено в рамках законов и традиций. Здесь же, за тобой будут стоять два мощнейших рода. Тем более, Наталья — не чужая тебе, и она готова встать рядом, как союзник. Анастасия… с ней можно договориться.

Я молча глядел на карту, выдерживая паузу. Олег с хитровывернутым своим папашей знают, куда бить. Но как ни крути, они правы. Плюсов в их предложении больше, чем минусов. И главное, гарантии эти браки дают не только Евпаторам и Лодброкам с Лобановыми. Я тоже их получаю. Не такие убедительные, но довольно мощные.

Только, ведь есть еще и Рогнеда. Так-то она девочка большая. И было бы это простой интрижкой, я бы даже не задумывался. Но княжне и так досталось, и ее раскуроченная психика может воспринять всю эту политику, как предательство. А мне этого не надо. Получить во враги влиятельную и оскорбленную изменой женщину… Увольте! Уж лучше я в одиночку Вятку брать пойду. Шансов выжить больше.

— Ладно, Наследничек, — сказал я наконец, глядя ему в глаза. — Предварительно убедил. Но свадьбы завтра не жди. Пусть Евпаторы докажут делом свой интерес. С них разведка по Вятке. Три дня сроку им. Мне надо город взять до наступления весенней распутицы. С Натальей и Анастасией сам разберусь. И с вас дирижабль. Такого же класса как «Сокол».

— Зачем он тебе? Где экипаж возьмешь?

— Найду. У меня теперь родственники намечаются влиятельные. Помогут.

Олег рассмеялся, хлопнул меня по плечу.

— Договорились. Но дирижабль — это не быстро. Строить долго будут.

— Ничего я подожду. Но смотрите, — я зло усмехнулся, — Обманете — Пограничье потеряете.

Наследник хохотнул, но тут же осекся, поняв, что я говорю серьезно. И он знает, что исполнить угрозу вполне в моих силах. Даже сейчас. В этих лесах партизанить можно вечно. Тем более имея в союзниках степняков.

— И отцу передай — я не его пес. На поводке жить не буду.

Олег нахмурился, буравя меня взглядом. Я тоже не стал отводить глаза. Медвежонок начал пробовать свои силы. Это хорошо. Пусть тренируется. Княжеству нужен сильный Великий Князь. Или Империи Император, если у отца этого парня получится все задуманное.

— Передам, — наконец усмехнулся Наследник, — Но ты сам ему скажешь, когда до Новгорода доберешься. А теперь давай еще раз за девчонок. Есть у тебя что крепкое?

Я хмыкнул, вытащил из-под стола флягу с мутным самогоном.

— Подарок от местных. После него эллины ангелами покажутся.

— Наливай.