Глава 38

Веленсия не была бы собой, если бы на следующий же день не отчитала меня за то, что я привела незнакомого мужчину, пусть и бывшего работника полиции, в пансион.

— Я все поняла. Этого больше не повторится, — заученно ответила я, но не сдержала язвительного вопроса: — А то, что вы сами тоже привели в дом мужчину, вас не смущает?

— А за это с меня спросит владелец пансиона. Быть может, даже уволит, — гордо ответила Веленсия.

Каково же было мое удивление, когда я стала случайной свидетельницей этого выговора. Веленсия не стала закрывать дверь кабинета, когда пошла на ковер к начальству, и все любопытствующие смогли подслушать, а то и подсмотреть, «случайно» проходя мимо по коридору.

— Мой поступок не может быть ничем оправдан. Я достойна наказания, — понурив голову, отчитывала она сама себя.

— Да-да, вы правы, — рассеянно отозвался господин Фар, владелец пансиона.

— Теперь я недостойна работать здесь. Я должна была подавать пример постоялицам, а сама… вы должны меня уволить!

— Что? Ох, нет… я же без вас не справлюсь! — возмутился господин Фар.

— Или хотя бы сделайте мне выговор. И оштрафуйте.

— Да-да, конечно… но вы ведь уже поняли свою вину сами? Так что, я думаю, этого будет достаточно…

— Но мое поведение может бросить тень на весь пансион!

— Но этот молодой человек ведь сделал вам предложение? — старичок сверкнул любопытно глазами из-за стекол очков.

— Да, но, нет… это, конечно, несерьезно, это просто шутка… — Веленсия, прежде бледная, густо покраснела.

— Я хотел бы серьезно поговорить с этим юношей и узнать о серьезности его намерений.

— Ох, это!.. — попыталась возразить девушка.

— Это и будет вашим наказанием. Напишите ему, что я жду его завтра же вечером в своем кабинете, — строго велел господин Фар, а потом все же не сдержал улыбку. — Как же я буду без вас? Вы же, конечно, уволитесь, выйдя замуж, а кто будет управлять пансионом?

— Никуда я не уйду, вот еще, — задрала нос Веленсия, — я вас не брошу, не волнуйтесь.

В общем, она осталась собой, все той же строгой и «правильной» училкой, но зато источающей энергии любви и счастья так ярко, что я практически перестала есть в обычную еду — была слишком сыта энергетически. Сидя за столом одновременно с Софи и Веленсией, я чувствовала себя сладкоежкой, перед которой поставили одновременно два любимых блюда. При этом я начала постепенно, словно гурман, разбираться в оттенках этих энергий. История Софи была чистая и невинная, простая и счастливая, ничем не омраченная, как самое нежное суфле. А вот энергия Веленсии напоминала торт из черного шоколада, сочетающий в себе его горечь и сладость ванильного крема.

Поэтому во время обеденного перерыва я все еще была сыта, но выйти из пыльного архива и подышать воздухом все же хотелось. Я решила погулять в парке и заодно подумать и, быть может, поэкспериментировать со своими способностями. Моя форма уже давно не менялась непроизвольно, я научилась контролировать свои порывы, но иногда по пути на работу или во время прогулок я принюхивалась к прохожим мужчинам, пытаясь понять, женаты ли они, в отношениях ли и насколько эти истории счастливые. Я делала это не для того, чтобы тянуть из них силы, а просто для общего развития своих способностей, так сказать.

В парке было прохладно, недавно уже выпадал первый снег, но быстро растаял, однако вскоре ожидалось настоящее начало зимы. Я присела на мокрую скамейку и для вида достала книжку, больше наблюдая за прохожими, чем читая. Внимание мое было сосредоточено на мужчинах, их энергию я могла почуять еще за поворотом, и, чем ближе они подходили, тем подробнее изучить.

— Леди Монх? — неожиданно прозвучавший женский голос заставил меня вздрогнуть и едва не выронить книгу. Я удивленно подняла голову и увидела незнакомую женщину.

— Да? — растерялась я.

— Я леди Гвендолин Фарци. Позволите присесть? — не дожидаясь моего ответа, дама грациозно опустилась на скамейку рядом со мной и уставилась на меня изучающе.

Я смотрела на нее с недоумением. Темные волосы с проседью ее были убраны в высокую прическу, бархатное платье с турнюром заставляло сидеть полубоком и явно не предназначалось для прогулок по осенне-зимнему парку. От матери господин Фарци взял большие красивые глаза, а вот крупный мясистый нос и широкие скулы, наверное, от отца — у его матушки черты были куда аккуратнее.

Она сидела и смотрела на меня испытующе, я смотрела в ответ, не собираясь начинать разговор. Раз она подошла, то у нее есть ко мне вопрос, а, раз не хочет говорить — ее право. Я знала такой типаж женщин. Это заставило меня мимолетно улыбнуться и, вместо того, чтобы задавать ей вопросы, я опять уставилась в книжку.

— Не ожидала, что суккубам разрешено работать в полиции, — ее явно оскорбило мое поведение, поэтому она решила поддеть меня, лишить равновесия.

— Такой запрет нарушал бы закон о равноправии всех существ, а значит он незаконен, — спокойно ответила я и перелистнула страницу.

Глянула мимолетно на матушку Фарци — на ее бледных запудренных щеках появились красные пятна, которые не мог скрыть макияж. Давление у нее скачет что ли?

— А вы не так просты, — пробурчала женщина.

И замолчала, ожидая опять от меня вопросов. Я дочитала до конца абзаца и глянула на время на больших башенных часах на здании неподалеку.

— Спасибо за разговор, было очень приятно познакомиться, мне пора возвращаться на работу, — захлопнув книгу, я поднялась со скамейки.

— Стой! — аристократическая сдержанность все же изменила ей, и госпожа Фарци схватила меня за запястье. Я покорно замерла, с вопросом глядя на собеседницу. — Это ты сделала? Это действительно ты отвадила моего мальчика от этой пиявки, от суккубши Дианы? Я ее столько просила, деньги сулила, а она никак не соглашалась от него отстать! И он не соглашался ни за какие подарки… а ты смогла? Как?!

— У меня совершенно не было такой цели, — нахмурилась я. — Если вы волнуетесь об этом, то сразу скажу, что я не имею с вашим сыном никаких отношений и иметь не собираюсь. Он просто познакомился с женщиной, которая ему показалась более привлекательной, чем все суккубы вместе взятые.

На лице женщины появилась расчетливая улыбка:

— Я знаю, что это ты его познакомила. У тебя есть какие-то странные способности, сплетни уже по всему отделению ходят.