Глава 19

– Бедная девочка… Я так виновата! Вот, приложите еще немного мази. Нельзя допустить образования рубцов.

Герцогиня хлопотала над Елизаветой, как курица-наседка над птенцом.

Лилиана выглядела действительно испуганной, и Елизавета не мешала проявлять ей заботу, хотя по факту ожог был мелочью. Как бульдозер, Медведь снес ее в сторону, прикрывая собой, и пламя коснулось только краешка запястья. Даже не болит!

Но, очевидно, в глазах де Валентайн это было страшное ранение.

У герцогини оказался бзик насчет повреждений кожи, и теперь Елизавета знала почему.

Дела и в самом деле оказались плохи.

Тело де Валентайн покрывали уродливые пигментные пятна, поросшие жестким волосом неприличной длины.

– Теперь надо бы выпить отвара, – продолжала вещать Лилиана. – Это восстанавливающее зелье, я купила его у лучшей зельеварши империи.

– Но как же вы? Ох, простите…

Елизавета стыдливо покраснела. Бестактный вопрос вырвался против воли, но, с другой стороны, надо ловить момент, пока де Валентайн растеряна и уязвима.

Герцогиня вымучено улыбнулась и, подобрав юбку черного платья, присела за стол.

– Боюсь, даже при всех финансах семейства де Валентайн не найти зелья, способного мне помочь. Женщин, владеющих силой трав, очень мало. Магия камней распространена куда больше, и она намного мощнее. Я покупала разные, э-э-э, составы, но все их действие было недолгим. Волос выпадал очень плохо…

– Выпадал? – эхом повторила Елизавета. – А-а-а… А вырвать? И уж потом составом, чтобы не росло…

– Ах нет! – Лилиана даже руками всплеснула. – Нельзя трогать самой! Только Владыка знает, от чего надобно избавить женщину. Сила трав – есть его воля.

У-у-у, как все запущенно… Елизавета знала, что фанатики – люди особые, но ей достался клинический случай.

Де Валентайн не помешал бы хороший психолог – религиозных тараканов погонять.

– Герцогиня, – начала вкрадчиво. – А может, воля Владыки была в том, чтобы направить вас сюда? Чтобы не вы, а другой взял на себя смелость предложить, а потом исполнить иные, кхм, манипуляции? Вы же не ожидали подобного, направляясь в этот замок? Если нет, то ваша душа чиста! А я могу предложить великолепную процедуру. Лёгонькое движение руки – и волосы исчезнут. Потом нанесу зелье на кожу, и, уверена, эффект будет потрясающий!

На лице де Валентайн мелькнуло сомнение.

– Лёгонькое движение? Это какое же?

И тут в голове Елизаветы созрел его величество план. И не какой-нибудь, а план мести!

– О, дорогая герцогиня… Позвольте, я вам продемонстрирую!

***

Бернард

Она не сделает этого! Не посмеет! Иначе… О, Бернард в красках представлял, что сделает с девчонкой! И не один раз!

« Ты не посмеешь ».

Но его полный отчаяния взгляд разбился о ехидную улыбку.

Зараза не собиралась отступать! Но самое унизительно, что свидетельством его позора должна была стать де Валентайн!

– Мед почти готов, герцогиня, – пропела фон Латтимер. – Бернард, ногу на стул! Штанину закатать.

Пр-р-роклятье!

Он не станет подчиняться!

Но кандалы сжались крепче, обязывая исполнить приказ. Потому что девчонка по-настоящему этого хотела. В ее глазах горела жажда мести за собственную задницу.

Сглотнув ставшую вдруг вязкой слюну, Бернард повиновался.

А зверь, скотина, как назло, притих, не препятствуя сему унизительному действу. Более того, Бернард чувствовал исходившее от медведя восхищение.

Какая женщина!

Настоящая правительница, умеющая показать альфе, что с ее мнением нужно считаться.

Подхватив чашку, Елизавета направилась к нему походкой императрицы. В темных глазах сиял триумф, бедра плавно покачивались, завораживая и заставляя забыть о надвигавшейся экзекуции.

Гнев тут же утих, разбавленный тягучим, словно патока, желанием.

Ну же, малышка… Покажи коготки. А потом он покажет свои. Да так, что сладенькая госпожа ноги сдвинуть не сможет.

Бернард тряхнул головой, отгоняя прилипчивый морок.

Но в груди по-прежнему клубилось столько эмоций, что он дурел, не в силах разобраться хотя бы с половиной.

Удивление, ярость, желание, негодование и… а-а-а, демон!

Пышногрудая стерва шлепнула на его ногу обмазанный медом лоскут и жестом ярмарочного фигляра выдрала клок волос.

– Как ловко! – захлопала в ладоши де Валентайн. – Милая, да вы просто мастер! И когда успели научиться?

Бернард изо всех сил стиснул зубы. Да, он тоже хотел бы знать!

– Женщина должна уметь заботится о себе, герцогиня… И о своих подругах.

Вот ведь лиса!

Жгучее восхищение опалило до самой нутрянки.

Эта женщина… О-о-о! Его личное проклятье, не меньше!

– Я могу быть свободен, гос-с-спожа?! – зашипел не хуже ящерицы.

– Повторение – мать учения, – оскалилась зараза. – Вторую ногу на табурет, живенько!

Бернард мрачно взглянул на девчонку, без слов обещая самые изощрённые, но сладостные пытки.

Герцогиня очаровательно покраснела и вздернула подбородок, принимая вызов.

Де Валентайн тем временем наблюдала за ними с неприкрытым интересом. И будь он проклят, но глаза старой кошёлки блестели восторгом – ей нравилось развлечение. Елизавета попала в десятку, устроив небольшое наказание для зазнавшегося раба.

Бернард тихонько зарычал. Не то от ярости, не то от осознания, что и вторая нога стала лысовата.

Елизавета победоносно взмахнула липкой тряпкой и выкинула трофей в стоявшее рядом ведро.

– Вот так! Ручаюсь, Владыка не будет строг к своим верным почитательницам, захотевшим немножко красоты.

– Что ж, – задумчиво протянула де Валентайн, – ваши умения… впечатляют. Пожалуй, я не против испробовать этот способ. И серные ванны тоже.

Елизавета расправила плечи и приосанилась.

Пусть так. Битву девчонка выиграла, но до конца сражения еще ой как далеко. И спускать унизительное ощипывание, да еще на глазах де Валентайн, Бернард не собирался.

***

– Какой запах, а? М-м-м, это же просто прелесть! Воистину говорю вам – эта маска хоть и не сварена зельеварами, однако подействует ничуть не хуже.

Елизавета порхала по комнате, предлагая герцогине то одну мисочку с кремом, то другую.

Де Валентайн благосклонно пробовала.

После процедуры герцогиня совсем расслабилась и даже перестала скрывать тело за плотной тканью платья.

Теперь на плечах де Валентайн красовался шелковый халатик с широкими рукавами. Время от времени женщина любовалась на гладкую кожу рук и порядком посветлевшие пятна.

А Елизавета мысленно хвалила себя за блестяще выполненный шугаринг.

В индустрию красоты она заходила именно с этой ступеньки. Сначала работала одна, набиралась опыта и клиентов, потом взяла помощницу, и еще одну.

Мама ворчала, недовольная тем, что ее «маленькая императрица» выбрала столь легкомысленную стезю, а не политическую карьеру. Ее не могли смягчить ни хороший заработок, ни счастье дочери.

Екатерина Александровна обладала воистину железными принципами, но и мозгами тоже.

Понимала, что дочка упрямством пошла в нее. И придерживалась политики: худой мир лучше доброй ссоры.

Неслышно вздохнув, Елизавета взяла со столика следующую пиалу с кремом.

– Знаете, а я ведь хотела бы этим заниматься, – произнесла задумчиво. – Женщина – она… у нее так мало радостей. Нужно соответствовать множеству правил, блюсти приличия, обязательно выходить замуж…

– Последнее вам удалось, – заметила де Валентайн.

Но Елизавета лишь криво усмехнулась.

– Полагаю, мне нет нужды объяснять, что супруг больше любит титул и деньги.

– Однако это ни коем образом вас не беспокоило, дорогая. Я помню эту свадьбу. Присутствовала даже императрица… Невеста же не смотрела по сторонам – лишь на своего жениха.

– А потом радужные мечты обратились в горький пепел реальности.

– После вашего падения с лошади, не так ли?

Де Валентайн приподнялась с кушетки и смотрела с прежним цепким интересом. Однако Елизавета успела отметить набожность герцогини и решила пытаться сыграть на этом.

– Все верно. Владыке было угодно ударом камня вправить мне мозги.

Расправив юбки, Елизавета села на соседнюю кушетку и протянула де Валентайн крем.

Уколов ее внимательным взглядом, герцогиня все же взяла пиалу и вновь откинулась на подушки.

– Однажды я совершала паломничество, – начала, зачерпывая и растирая между пальцами белоснежную массу. – И слышала о подобных чудесах… Владыка вернул разум женщине, которая вела себя как малый ребенок – даже в уборную не могла сходить. Место чуду всегда есть…

Уф-ф-ф… Как же хорошо, что герцогиня не обладает обонянием оборотня! Елизавета незаметно отерла о подол взмокшие ладошки.

– …И одно из них передо мной… – продолжила задумчиво.

Но не успела Елизавета гордо расправить плечи, как герцогиня выхватила из-за пазухи амулет и поводила им над кремом. Черный камень окутало едва заметное свечение.

– … В вашем доме прячется зельевар, герцогиня, – обернулась к обалдевшей Елизавете. – И он приготовил эту мазь.