Глава 38

* * *

Оливия Чантервиль

От кого-то я слышала, что человеческий мозг устроен таким образом, что когда ты испытываешь жуткий страх, твоё тело тут же готово либо к драке, либо к бегству. Мне кажется, что именно мой мозг работает совершенно неправильно, потому как я понятия не имею, что делать в таких случаях. Знаю лишь одно: лично меня первобытный страх парализует, и сердце начинает биться так сильно, сто кажется, это конец…

Я не знаю, что произошло.

Джон кружил меня в танце. Мы смотрели друг другу в глаза и обменивались энергиями счастья и нежности, как вдруг, пол под нами содрогнулся и пришёл в движение. Паркет прочертили полосы разломов.

Одно мгновение и вспышка! Тёмная, мрачная, въедливая и смердящая воронка открылась прямо в паркетном полу бального зала.

— Какого хаоса?! — заорал кто-то.

— Скорее уводите короля! — закричали стражники.

— Это прорыв! — воскликнули из толпы.

— Это прорыв из хаоса, — поражённо и не веря происходящему, произнёс Тёрнер.

— Что?! — опешила я.

— Оливия! Найди Тару! Надень браслет на другую руку — он откроет портал в твой дом. Дом защитит вас!

— Но Джон! — воскликнула я.

Но Тёрнер уже сбросил с себя камзол и закатал по локоть рукава, отдавая приказы:

— Уводите женщин! Немедленно! Все мужчины-маги, что находятся здесь и сейчас, сию же секунду начинайте плести атакующее заклинание!

— Джон! Мы здесь!

Рядом с моим инквизитором спина к спине выстроились такие же мужи и маги, как и он сам.

Тёмное пятно расползалось по полу.

Люди кричали. Женщины рыдали. Кто-то падал и с трудом вставал, чтобы бежать отсюда прочь.

Я искала глазами Тару.

— Тара! — кричала, заглядывая за портьеры. — Тара! Милая, где ты?!

Но пожирательницы словно след простыл.

Зато я наткнулась на кое-кого другого.

Амалия.

— Что, уже не так весело, да, леди Чантервиль? — съехидничала эта гадюка.

И тут я заметила, как с её ладони стекает струйка крови, и кровь эта тут же скользит по полу и впитывается в жуткий прорыв.

Меня осенило.

— Это ты! Ты вызвала тварей хаоса в наш мир!

— Я. Давно мечтала увидеть, как сдохнут многие из ненавистных мне людишек. Поверь, первой станешь ты и можешь не благодарить меня за оказанную тебе честь.

Она наступала на меня и теснила к краю портала.

— Оливия! — воскликнул Тёрнер.

Обернулась и закричала:

— Амалия вызвала хаос!

Охренелли зарычала и толкнула меня!

Я полетела вниз, прямо в тёмную бездну, даже не успев испугаться, как следует и понять, что это конец, но тут я замерла в воздухе и обнаружила, что Джон, своей магической силой удерживает меня от дальнейшего падения.

Его руки дрожали, медленно, но верно он вытянул меня на паркет.

Амалия же стояла у самого края и кричала:

— Идите же сюда! Скорее! Путь в наш мир открыт!

— Амалия! Остановись! — закричали ей маги.

Она лишь раскинула в стороны руки, запрокинула голову и подобно истинной злодейке, рассмеялась — громко, заливисто и зловеще.

А потом, произошло чудовищное.

Из портала словно ангелы смерти вылетели самые настоящие монстры — уродливые, чёрные, с их странных крючкообразных тел и кожистых крыльев стекала чёрная слизь, будто они искупались в мазуте.

Вонь заполнила зал. Сало невозможно дышать!

Маги атаковали монстров! Джон плёл заклинание — сложнейшее, требующее всего его резерва, которое запечатает прорыв!

Но ему может понадобиться дополнительная энергия! Я должна помочь!

И тут раздался хлопок и я увидела открывшийся небольшой портал, из которого с криками вылетели наши фамильяры и фамильяры других магов.

— Ливи! Ливи!

— Джо-о-о-н!

Драконы вступили в схватку с тварями хаоса, даже Гарри участвовал в сражении, с разгона врезаясь в тела этих чудовищ.

Огненные шары, росчерки молний, иглы льда, клинки всевозможной магии — все заклинания, смешавшись воедино, ударили в хаоситов.

Под ногами чавкала слизь тварей хаоса, которые оказались слишком самоуверенны.

Маги сражались и держали оборону, не позволяя хаосу проникнуть дальше этого зала.

Тёрнер рассчитывал лишь на собственные силы, он уверенно плёл нужное заклинание.

Я поднялась с пола и снова начала искать Тару. Может, её увели вместе с королевской семьёй?

Скорее всего…

Вдруг на меня с криком снова налетела Амалия.

Она ударила меня по лицу острыми, как когти дикой кошки, ногтями, вложив в удар всю свою силу. Я не успела отбить выпад, всё же мне удалось увернуться так, чтобы удар пришёлся не в лицо, куда целилась эта дрянь, а в плечо.

— Остановись! — закричала ей в лицо и зарядила звонкую оплеуху.

— Хаос вас всех уничтожит, а меня сделает королевой! — прорычала безумная.

— Дура! Хаос использует тебя!

— А я использую Хаос. Всё закономерно, — обрубила Амалия. — Но ты не увидишь конец этого мира…

— Потому что его не будет! — прорычала я и схватила Амалию за волосы, намереваясь скинуть в портал её саму.

Но мне помешали.

Один хаосит ранил меня, нанеся удар когтями по спине.

Амалия бросилась прочь.

— Не дайте ей уйти! — рявкнул Тёрнер.

И я вспомнила заклинание подножки. Молниеносное, как сам ветер, оно врезалось в Марелли и сбило её с ног.

Тварей становилось всё больше и больше, они словно рой мух с жужжанием, чавканьем и жутким хрустом костей врывались в наш мир.

Несколько магов были убиты.

И тут, вдруг я увидела Тару.

— О Господи… Тара! Беги! — закричала я.

Но пожирательница вдруг стала меняться.

Она раздалась в плечах, увеличилась в росте. Её лицо сменила чудовищная зубастая маска. Тонкие маленькие ручки превратились в длинные смертоносные орудия смерти.

Кровавые глаза сверкали яростью.

Она открыла широко свой рот и закричала.

Со звоном лопнули зеркала, хрустальные люстры посыпались на пол, заболели дико уши, и я ощутила, как из них пошла кровь, но самое главное, начали лопаться хаоситы.

— Джон! Используй мой резерв! — крикнула я.

— И мой!

— И мой тоже!

Фамильяры в один голос предложили себя для благого дела.

Не дожидаясь прихода высших хаоситов, Джон, начал тянуть нашу силу, быстрее доплетая заклинание и мгновенно атаковал!

Он был быстр, как ветер, и холоден, как сталь, мощь его заклинания обрушилась запечатывающей сетью на портал, что пульсировал в полу бального зала, подобный жерлу зловонного вулкана.

Сеть начала стягивать чёрный провал, пока не осталось от него ничего, кроме испорченного паркетного пола.

Мёртвые хаоситы тут же вспыхнули огнём и обратились в серый пепел.

— Не-е-е-ет! — заверещала Амалия. — Что ты натвори-и-ил!

— Взять её! — воскликнул Тёрнер.

Откуда не возьмись, появились стражники и взяли Амалию под белы рученьки.

Джон уверенной походкой подошёл к Амалии и голосом судьи сказал:

— Амалия Марелли! Вы обвиняетесь в преступлениях, как вызов в наш мир тварей хаоса, покушение на корону и подрыв королевской власти. А также в причинении вреда королеве Габриэлле и её отравлении нериумом. Вы также обвиняетесь в убийстве своих родных и близких. За ваши прегрешения вас ждёт высшая мера наказания, леди Марелли.

Она вздёрнула подбородок и сказала, как выплюнула:

— Хаос ещё настигнет тебя, Джон Тёрнер. Вот увидишь.

— Буду ждать встречи с ним, — был его ответ.

Амалию тут же увели.

Ко мне подбежала снова обычная Тара и обняла.

— Я испугалась за тебя. Думала, ты не справишься, и решила помочь.

— Ты спасла не только меня, но и всех этих людей и возможно, весь мир, — произнесла устало.

— Твоя магия пробудилась, — сказал с гордостью подошедший к нам Джон. — Жаль, что инициация произошла в таких условиях.

— Наоборот, я рада, что это случилось здесь и сейчас, — улыбнулась пожирательница.

— Знаешь, Джон, что я тебе скажу, — проговорил запыхавшийся Перри. — Пока в твоей жизни не появилась именно вот эта особа…

Дракон ткнул в меня лапой.

— …до тех пор твоя жизнь была такой спокойной… А теперь что? Да я скоро поседею!

Я рассмеялась.

— Перри, седина тебе уж точно не грозит. Ты итак весь белый как лунь.

Возвращались мы домой с бала грязные, с подпалинами, вонючие, но довольные.

— Значит, ты догадывался, что Амалия замешана в беде королевской семьи? — спросила Джона.

— Я это знал, Оливия, но у меня не было доказательств.

— Страшная женщина, — покачала я головой.

— Она больше не опасна. Король приведёт исполнение приговора сегодня ночью.

Тряхнула головой и прошептала:

— Не хочу об этом думать…

— Тогда давай подумаем о чём-нибудь более хорошем и приятном?

— Например? — засмеялась я, предвкушая нечто волшебное.

— Например, предлагаю опробовать ванну мэра, которую ты так и не вернула. Горячая вода, пена, бокал вина и любимая женщина — идеальное завершение безумного вечера.

— Откуда ты знаешь, что я не вернула мэру его ванны? — проговорила я.

— Оттуда же, откуда знаю и о кресле Геймана, Оливия, — усмехнулся Джон. — Так что, мыться будем или ты предпочитаешь заниматься любовью грязными, но на чистых простынях?

— Не-е-е-е… — состроила я рожицу. — Выбираю ванну.

* * *

Под моими ногами мягко шелестела трава, стелилась под ногами изумрудным ковром, скрывая под собой тонкую тропинку, которая стрелой пронзила мой волшебный сад. Вокруг, склонив головы, соприкасаясь сложными причёсками пушистых вечнозелёных крон, стояли яблони.

Приблизилась к мудрой, статной и строгой яблоне, что тот час показала мне свой прекрасный лик — Матери-природы. Нектар её яблок охранит от беды и уведёт её от того, кто желание исполнит.

— Здравствуй, красавица, — прошептала я и положила одну руку на шершавый ствол.

Дерево мне ответило шелестом изумрудной листвы, и кора под ладонью потеплела.

— Мне нужно яблочко для принца Уильяма. Он — будущий правитель. Обманом, интригами он был лишён своего природного дара. Помоги, пожалуйста. Верни его родителям надежду.

Едва я замолкла, как тут же перед моим лицом опустилась гибкая и тонкая ветвь, на которой росло и светилось яблоко — точь-в-точь как было с кентаврами.

Поднесла руку, и мне снова срывать его не пришлось — яблоко само упало мне в ладонь.

Я благоговением и благодарностью посмотрела на яблочко и прошептала:

— Благодарю тебя, матушка.

От яблони раздался искристый тёплый смех.

Вернулась в дом и показала Джону яблочко.

— Можешь отправляться к королю и исполнить его поручение. К принцу Уильяму вернётся вся его сила рода.

Тут же я заметила, что у всех какие-то странные лица.

Тёрнер блаженно улыбается. Перри, как всегда жалуется на жизнь Эмили.

Гарри радостно кружится под потолком, радостно вскрикивая:

— Йяху!

Домовые и печной дух до ушей улыбаются.

Леон пьёт чай и тоже как-то уж хитро на меня поглядывает.

— Что? — нахмурилась я. — Меня не было каких-то пять-десять минут. Что уже произошло?

— Ведьма — ты истинное зло, — вздохнул Перри, под похихикивания Эмили.

— Ливи! Ты должна это увидеть сама! Поднимись на второй этаж! Скорее же, скорей! — воскликнул Гарри.

Мне стало не по себе. Как-то я не очень люблю сюрпризы.

Отдала яблоко Джону, который хвостиком отправился следом за мной на второй этаж.

Взойдя я обнаружила, что у нас появилась новая дверь.

— Портал? — испугалась я, не готовая к новым открытиям.

— Нет, — ответил за моей спиной Джон. — Зайди и сама увидишь.

Нервно сглотнула и с опаской повернула ручку. Закрыла глаза, открыла дверь и вошла внутрь. Ничего не произошло и тогда я медленно раскрыла глаза… чтобы изумлённо ахнуть!

— Боже… Это же…

Я смотрела на обстановку и не верила тому, что вижу.

Это была детская комната. Для девочки. Для маленькой принцессы.

Тут же мне в ладони прилетел бумажный листик — сообщение от дома.

Развернула пожелтевшую бумагу и прочла вслух:

— Здесь будет жить будущая Хозяйка Чантервиль. Её имя — Аврора.

Обернулась и посмотрела на Джона.

— Это что же, получается… Я беременна?

— Это значит, нам нужно поспешить с нашей свадьбой, — сказал счастливый Джон. — Мои любимые и прекрасные девочки. Я люблю тебя, Оливия. Спасибо, что пришла в этот мир.

— Я обожаю этот мир, Джон. Я люблю тебя. И мне до восторга нравится моя жизнь!

Конец