Глава 7

Лоя, девочка, ну ответь мне, где была твоя голова?

— Я кое-как отговорился на этой конференции сам. Но диссертацию мне нужно закончить.

Между прочим, это таких денег стоит… Юля после аспирантуры лет пять сидела на диссертациях и квартиру купила раньше меня. Лоя, может, здесь диссертация стоит гораздо дешевле, но скажи, почему?

— И статьи, Лоя.

— Нет.

Просто — нет. И не в деньгах дело.

— Понимаешь ли, Джейсон, наука не терпит дилетантов. Ты и не дилетант и все можешь сам. Иначе бы не был начальником отдела контроля качества. Моя ошибка — и не ошибка вовсе, ты это знаешь не хуже меня.

Просто Лоя такая Лоя и отказать очередному сыну очередной маминой подруги не смогла. У человека свадьба на природе, а тут дожди. Нехорошо. И ничего критичного не случилось, такое сплошь и рядом, потому что никто не контролирует погоду, если нет специального заказа от властей, но вот Джейсон меня поймал.

— Джейсон, только честно: в чем конкретно тебе нужна помощь с диссертацией?

Нормальный и понятный любому аспиранту вопрос. Может, подбор материала, может, чертежи, может, перевод иностранной литературы. Самое страшное — оформление по стандарту. Юля, кстати, платила редактору, потому что у нее местами грамотность и оформление тоже хромали… Неизвестно, что у Лои прихрамывает, наверняка что-то есть. Но или Джейсон об этом не знает, или ему отчего-то без разницы.

— Давай не здесь? — Его нервировал разговор, что меня не особенно удивляло. В любом мире что курсовую, что диплом, тем более диссертацию ты должен писать сам, а люди все-таки проходили мимо. Не слушали, но услышать могли. — Если бы не ты, я на это бы не решился!

Во мне сейчас было слишком много Регины, но я какими-то кусками, обрывками «видела» все это в своей голове. Вот Лоя отводит осадки от района, где проходит эта трижды проклятая свадьба, вот Джейсон начинает зачем-то проверять… не «зачем-то», это стечение обстоятельств, такие проверки выборочные и периодические, кому как повезет. Вот он, безумно довольный, показывает Лое планшет и намекает довольно прямым текстом, что хорошо бы как-то его отблагодарить. Деньгами? Несерьезно. Рестораном? Тем более несерьезно. Потому что Лоя не просто ошиблась, она сознательно, целенаправленно совершила служебный проступок. А что будет, если завтра какая-нибудь подружка в слезах попросит снести ураганом машину жены ее кавалера? А если обиженная на шикарный урожай у соседей знакомая попросит затопить все село? А если…

А ведь Лоя сделала бы, подумала я с пугающей меня саму неприязнью. На убийство, конечно, она не пошла бы никогда, но что-то по мелочи, такое, чтобы никому не причинило серьезный ущерб, зато просящему было приятно. Испортить фотосессию новой пассии парня или чтобы безлошадный конкурент сына соседки из-за ливня пришел на собеседование как свинья. Доброе дело? Я нащупала кое-что: добрым поступком она считала поступок во благо просящего? Неважно, как он ударит по кому-то еще?

Юношеский максимализм? Неумение критически оценивать ситуацию?

— Я рада, на самом деле, что я вдохновила тебя на научный труд, — проговорила я, подбирая слова очень тщательно. Я, разумеется, в жизни не буду никому портить фоточки или пачкать грязью штаны. Но у Джейсона на меня компромат имеется. А думает ли он, что сам с ним попался?.. — И я не отказываюсь помочь. Но давай мы договоримся: ты все делаешь сам. Материалы, статьи, текст, выступления… Это твоя работа, Джей-Ди, и твоя ученая степень. А я — я подскажу тебе, где что не так, и подскажу, над чем тебе поработать, чтобы исправить. Ага?

Джейсон менялся в лице. Интересный ведь парень, но как говорят — с лица воду не пить? И не потому, что в красоте дело. Пить захочешь, нахлебаешься хоть из болота, пусть эксперты по выживанию и не советуют. Красота в глазах смотрящего? Кажется, тоже не то. А есть ли вообще поговорка, когда вроде бы человек по канонам, непонятно кем выдуманным, не красавец, но искренний, добрый, душевный, общаешься с ним и весь в мыслях — бывают же такие красивые люди!.. Да хоть на советских актеров взглянуть! Сколько обаяния! А посмотреть на моделей нового поколения? Не «палетка теней», а лицо, история человека…

Джейсон все менялся. Сновали люди, так просто взять и наорать на меня он не мог, да и налепить на физиономию что-то кроме рабочего интереса или дежурной улыбки ему было сложно. Я уже собиралась уйти, когда он наконец оформил свои эмоции в нечто, похожее на слова.

— Ты будешь… то есть… научный руководитель… и…

— Да, Джейсон. Я избавлю твоего научрука от кучи возни. А тебя, соответственно, от его справедливого гнева. И, возможно, в перспективе я избавлю тебя от позора, если кто докопается — а методики, поверь мне, давно существуют — что диссертация не…

— Тс-с.

— Хорошо, тс-с. Ты все понял и без объяснений. Договорились? И помни, моя ошибка — сознательна, ладно, я признаю, ну а то, что ты меня с ней прикрыл?..

Почему недобросовестные работодатели — это не о моем нынешнем месте работы — избегают брать сотрудников старше тридцати пяти лет? Ну, потому что для массы специальностей что пять лет опыта, что пятнадцать, разницы никакой, а вот сам человек к сорока годам сатанеет. И взять его что на слабо, что на испуг, что на азарт — почти невозможно. А то и сам кого хочешь возьмет.

Купив в автомате брецель и шоколадку, я преспокойно вернулась к себе. Там я уже вспомнила про свою униформу и сумочку, улыбнулась сотруднице, чье рабочее место я так невежливо оккупировала — вот и пригодилась шоколадка. Быстро сбегав, пока тело помнило направление, в кастелянскую и обменяв форму на чистую, я устроилась за собственным столом и первым делом проверила, как там мои тучки.

Парочку пришлось подвинуть в сторону, потому что они грозили не доползти до сельхозугодий и пролиться дождем зачем-то в горах. Потом я щелкнула по сообщению в правом углу монитора — просили сменить направление ветра на время проведения соревнований по яхтенному спорту. Я тут же переслала сообщение доктору Лоренсу — а интересно, это кто-то ошибся или специально, в расчете на то, что я не посмотрю, кто отправитель и кто с содержанием просьбы знаком, а кто нет?

А затем я, не переставая, впрочем, следить за творящимся на большой карте безобразием, открыла папку под названием «Регламенты и технологические карты».

И нужное нашла очень быстро. И даже не удивилась, когда прочитала рабочий, краткий вариант, и изначальный — многостраничный, компьютер не сразу открыл этот здоровенный файл с кучей диаграмм, схем, инфографик… Да, в самом деле, выучить содержимое этого файла крайне непросто, а он тут, я смотрю, не один, но зато как классно прописано, кто кого контролирует, кто за кем проверяет, кто за что отвечает. Почему его не используют, тоже понятно. Такие инструкции я видела не в одном отеле, не на одном курорте и не в одной турфирме. Стоила подобная работа — все эти инструкции и описание бизнес-процессов — огромных денег… а внедрение их в работу и того больше. В середине нулевых спросом пользовались почему-то «положения о коммерческой тайне», только вот написать — а по мере возрастания спроса эти положения уже не писали, а просто копировали — положение полбеды, а попробуйте это внедрить, начиная от сейфа чуть ли на каждую бумаженцию, потому что доступ у каждого сотрудника свой…

Черт с ним, подумала я. В нашей работе нет ничего коммерчески тайного. Но давайте исходить из того, что сторонние консультанты написали много лишнего, а наши выкинули необходимое?.. Например: нажать случайный нолик может не только дурочка Кейра. Да клавиатура заклинит! Как можно этого избежать? Либо сама программа пусть посчитает себя умнее человека, либо — а даже и не либо, а дополнительно — пусть кто-то проверит. Хуже не будет. И вообще, это метод из авиации, а у нас это слишком дорогостоящая отрасль, чтобы делать там все на авось…

Конечно, я понимала, что не одна я такая башковитая. Что сто процентов это кто-то уже предлагал. Что это определенно загнали под сукно, а то и в корзину, и нашли этому сотню логичных причин. Но я не могла не попытаться! Говоря откровенно, мне просто нечего было делать.

Остальным, как я видела краем глаза, тоже. Отлично, подумала я и лихо настрочила три дополнительных абзаца про контроль со стороны коллег. За такие деньги могут и от души поработать!

Пока сотрудники обсуждали какое-то кино, которое мне было абсолютно до лампочки, я перечитала свой опус, добавила нужное, выбросила без особого сожаления лишнее и, чтобы не передумать, отправила его доктору Лоренсу. После чего с чувством выполненного долга проверила свои данные по погоде, опять отогнала капризную тучку на нужный маршрут и отправилась за кофе. А когда вернулась, посвежевшая и получившая несколько приятных комплиментов моей новой внешности, меня ждал сюрприз.

— Лоя, зайди к доктору Лоренсу.

Я очень хорошо умела «читать» голоса. И не рассчитывала, что он так быстро успеет посмотреть мою писанину. Но терять мне было практически нечего, кроме рабочего места.

— Садись.

Я села. Ноги у меня не казенные. И соображать сидя бывает проще. Доктор Лоренс, наоборот, озабоченно ходил взад-вперед по кабинету и хмурился.

— Когда ты пришла к нам работать, Лоя, я спросил — зачем? Что тебе у нас нужно? Тебе же здесь будет скучно. И знаешь, я оказался прав.

А вот это уже заманчиво. Но Лоренс мне был симпатичен, а еще мы с ним говорили на одном языке — языке зрелых людей, только вот он даже не догадывался об этом.

— Лоя, вот эта твоя… добро… желательность, — поморщился он. — Предложение помочь. Готовность вывернуться наизнанку…

— Угу.

— …Только чтобы люди тебе простили…

Ого.

— …То, что ты есть, кто ты есть? Категорически не согласен. И должно было что-то случиться, чтобы ты это наконец поняла.

Я глупо клацнула зубами. Да и вообще вид у меня был, скорее всего, тот еще идиотский. А кто я есть? Наследная принцесса? Миллионерша? Какая-нибудь звезда экрана, прославившаяся в десять лет на весь мир?

— Олимпиадница, которая в двенадцать лет влегкую обошла учеников выпускного класса. Студентка-краснодипломница. Лоя, ваш ректор сказал о тебе «жаль, что диплом не может быть золотым»…

Господи, батюшки-святы, лучше бы я наследной принцессой была! Даже думать мне не хотелось, сколько всего я потеряла вместе с личностью Лои. Где это все, где умище? Мироздание, за память спасибо, но ты же понимаешь, чего я лишилась?

— Я все наблюдал, выжидал, долго ли ты будешь извиняться за свои знания? И за то, что у тебя в голове есть такие замечательные мозги?

Я опять улыбнулась, но уже так, дежурно-вежливо. Значит, это еще одна сторона: «ты тут что, самая умная» и «ты отличница, помогать должна». Ну и еще куча всяких претензий, начиная от «дай списать» и заканчивая на что хватит наглости. Зря я, однако, грешила на поколение наших матерей и отцов и их упреки «помогать надо», очевидно, не в поколении дело.

Люди готовы принять в свой круг кого угодно, но только не того, кто умнее, авторитетнее, сильнее… это же заявка на старшинство. А у них уже социальные роли, связи, своеобразная зона комфорта, а тут я. Здравствуйте.

— И в очередной раз я хочу предложить тебе написать заявление об уходе.

Что? Ты что, белены объелся, старый хрыч?

— Лоя? И плакать больше не будешь?

Я спохватилась и сделала лицо попроще.

— Не буду. Напомните, а почему вы предлагали мне уйти в прошлый раз? Или даже разы?

Лоренс принял игру, его она тоже увлекала. Мол, я отвечу тебе очевидное и посмотрю, чем ты парируешь.

— Тебе же неинтересно. Тебе бы в науку, Лоя. Тебя ждут три иностранных гранта. Что скажешь?

Что я скажу?

— Я нашла, куда применить свои знания. И гранты… — Да, вспомнила. — За границей много интересных задач, но в триста раз слабее технологии. И я понимаю, что эти гранты нам выделили потому, что мы, вероятно, тогда поделимся не только специалистами.

— Да, я прочитал, что ты предлагаешь, — кивнул Лоренс. — И я бы даже сказал, что тебе еще три-четыре года работы, и я предложу совету директоров сменить коллегу Доннелла на тебя. Возможно, я на это очень надеюсь, эта перспектива тебя подтолкнула бы всерьез заняться наукой?

Ах вот оно что, сообразила я. Или снова вспомнила. Кто первый пишет диссертацию по определенной теме, тот и занимает кресло повыше, даже если работал в другом отделе. Джейсон все-таки не дурак. Ну или дурак, если его повернуть и рассмотреть с другой стороны.

— Мне интереснее менеджмент, доктор Лоренс. Управление проектами, рисками… — я указала на стоящий на столе компьютер. — Погодный инженер — это очень здорово, но намного заманчивее создать работающую и эффективную систему контроля. Нет? Я не права?

— Я и не думал, что ты согласишься.

Лоренс сел. Что было к лучшему — у меня от его скоростей уже начала кружиться измученная голова.

— Я наконец смогу гордиться своими знаниями, — поведала я. — А не прятать голову в виртуальный песок и не извиняться за то, что я умнее и ценнее… — Наверное. — Я смогу разработать и предложить методы контроля…

Вспоминай, Регина, все, что смотрела, читала и изучала. Материал у тебя богатый — наберется на целых три часа, потому что это вообще не твое было дело. Но зато я умею анализировать и выявлять риски. Какие? Да какие угодно. Я же написала тогда, что в том ресторане официант когда-нибудь грохнется, он и грохнулся. Молодец. Даже пресса меня упомянула. Только это тебе не поднос с омарами! Ничего, разберусь как-нибудь.

— И непременно оформить это все диссертацией, — укоризненно припечатал Лоренс. Доктор Лоренс, магпатрон ему за пазуху, он ведь доктор наук! Вот и научный руководитель! — Обещаешь? Вот и хорошо. А я подумаю, как это лучше все сделать. Тебя заменить, конечно, пока некем, но как член совета директоров возьму на себя смелость принять вот такое решение: ты остаешься на своем участке, а помимо этого разрабатываешь систему контроля… не за мое «спасибо», разумеется, а, скажем… ну, плюс тридцать процентов к заработной плате тебя устроит? И премия по итогам процентов сто пятьдесят.

А я начала догадываться, почему Лоя не задумывалась о количестве денег. Кстати, еще хорошо, что на ней ездили только морально, но надо бы этот момент уточнить.

— Ну и чтобы тебе не пришлось разрываться. Доннелл пусть подтверждает свои профессиональные навыки. Распоряжусь, чтобы его отдел на время работы выполнял и твои распоряжения тоже.

А вот это не надо. Вот это нехорошо. Вот это может вообще все к чертям порушить. Но все мои возражения прозвучали бы сплошной эмоцией, предметно мне было нечего противопоставить.

— Договорились?

— Договорились.