Глава 12

— Элиза, как звали того смекалистого цветовода, который придумал фитильный полив? — неожиданно интересуется у меня виконт, когда мы уже подъезжали к Алгарду. — Не могу вспомнить, кого вы тогда имели в виду?

Я тут же напряглась.

От волнения мне стало невыносимо жарко… и все потому, что в Золотой Эловене такой цветочник еще не родился!

В прошлый раз я чудом ушла от ответа и не назвала ему ни одного имени.

Виконт не мог это забыть, он всегда обращал внимание на детали… Неужели он о чем-то догадывается?!

— Если я не ошибаюсь, то был Хубий Чиденс, — сходу называю я ему загадочного цветочника, о котором было известно лишь то, что он очень странный и скрытный.

Во всяком случае, его никто не знал в лицо. И если он все же посещал ежегодные цветочные ярмарки в Алгарде, то делал он это в тайне. Так что Бастиан Фоске при всем желании не мог проверить мои слова.

— Как жаль, что этот человек предпочитает славе тайную жизнь никому неизвестного садовода! Но его новые сорта грандессов просто великолепны.

— Да, великолепны… — повторяю я за ним как эхо.

Слава богу на этом виконт закрыл тему фитильного полива. И меня это настолько обрадовало, что я даже немного расслабилась.

Но я прекрасно понимала, что виконт этого так не оставит… а врать ему было очень трудно. Особенно, когда дело касалось цветов, ведь он знал о них такое, о чем я даже не подозревала. И это несмотря на то, что в своем мире я профессионально занималась цветоводством!

Едва наша карета въехала в городские ворота Алгарда, как я забыла обо всем на свете…

Такой красоты и цветочного великолепия мне не приходилось видеть ни в своем мире, ни в Греордании! Все вокруг пестрело и благоухало так, что от восторга у меня перехватывало дыхание.

Но больше всего меня, конечно же, интересовали фиалки. И как любому фиалкоману мне хотелось заполучить в свою коллекцию что-нибудь новенькое.

К сожалению, в этом мире с фиалками было туго, о разнообразии сортов приходилось лишь мечтать. А мне так не хватало фиалок-миниатюр! Особенно самых маленьких, у которых диаметр розетки не превышал шести сантиметров. Которых здесь попросту не было.

Именно поэтому мне приходилось скрывать свою любимицу — малышку с нежно-розовыми колокольчиками и очень подходящим для этого сорта названием — Дюймовочка.

Она была единственной миниатюрой, которую забросило вместе со мной в загадочную и по-своему прекрасную Золотую Эловену…

— Элиза, обратите внимание вон на ту фиалку… премилая малютка, — доносится до меня голос Бастиана, и я тут же выполняю его просьбу.

Но едва я останавливаю взгляд на этой крохотной фиалке, как слова восторга застревают у меня в горле.

Не может быть, это же моя Дюймовочка!!

Но как?!

В Золотой Эловене этот сорт имелся лишь у меня, а в Торнуэле его вообще никто не видел… до сегодняшнего дня.

— Да, она мне очень нравится, — с трудом выдавливаю я из себя.

Стараюсь улыбнуться. Но у меня это не получается, так что моя улыбка наверняка больше похожа на гримасу.

— Как странно… тот, кто её выставил, не стал называть своего имени, — задумчиво произносит виконт и смотрит на меня испытующим взглядом. — Элиза, что вы думаете по этому поводу?

— М-м-м… опять Хубий Чиденс?

— Я тоже сразу подумал на него. — Красиво очерченные губы виконта растягиваются в насмешливую улыбку.

У меня же вмиг пропадает интерес к этой ярмарке. Но, несмотря на это, я послушно иду рядом с Бастианом, стараясь не смотреть ему в глаза.

Не прошло и пяти минут, как он обеспокоенно взглянул на часы и тут же ушел, сославшись на неотложные дела. Я же наконец смогла в полной мере насладиться этой чудесной выставкой…

Вскоре мы уже сидели с Лили в уютной булочной, которая притаилась в тени огромного раскидистого клена. Девчушка с наслаждением жевала рогалик с кремом. Я же потягивала прохладительный напиток, так как у меня хватило денег лишь на него.

Но я ни о чем не жалела.

Не могла же я уйти с ярмарки без покупки!

— Папа, папа, где ты был?! Мы тебя уже заждались!

Звонкий голосок Лили выводит меня из задумчивого состояния.

— Надеюсь, твоя учительница ждала меня также, как и ты. — Появившийся словно из неоткуда Бастиан Фоске посмотрел на меня насмешливым взглядом, я же от неожиданности чуть не поперхнулась. — Милые девушки, если вы уже закончили, то мы можем пройти к нашей карете…

Через какое-то время мне захотелось выразить виконту благодарность за такой чудесный день. К тому же, я заметила рядом с нами носильщика, а в его руках большую корзину с цветами.

Мне хватило одного только взгляда на неё, чтобы понять: виконт купил все понравившиеся мне на ярмарке фиалки. Те самые, которые я не могла себе позволить на жалование гувернантки.

— Виконт, не стоило этого делать. Я уже купила себе то, что хотела.

Не успеваю я закрыть рот, как виконт останавливается и окидывает высокомерным взглядом меня и мою корзину с одной единственной розеткой.

— Вам понравилась здесь всего одна фиалка?!

— Нет, конечно, но… — тут мой язык словно бы отнимается, и я лишь обескураженно смотрю на шею виконта.

Ведь там, где высокий воротник шелковой рубашки едва прикрывал мускулистую шею Бастиана, виднелась очень странная отметина. Притом, что еще с утра её там не было…

Хотя, ничего странного в ней нет, засос как засос. Его я ни с чем не спутаю.

Еще задолго до того дня, как я спустилась в тот злополучный подземный переход, я видела подобные синяки на шее своего мужа. Видела, и все же гнала от себя нехорошие мысли… ровно до того момента, как узнала об его измене.

Словно прочитав мои мысли, Бастиан Фоске тут же застегнул свой воротник на все пуговицы. Несмотря на духоту.

Пф… можно подумать, мне есть дело до его засосов! А они с женой друг друга стоят. Не зря газеты прозвали его самым обольстительным мужчиной королевства!

— Элиза, вам что-то не нравится? — ледяным тоном интересуется у меня виконт. — С чего вы решили, что я купил эти фиалки для вас? Или я похож на ненормального хозяина, который одаривает своих слуг цветами?!

— Нет, многоуважаемый ровейн.

— Между прочим, моя супруга тоже обожает фиалки. Точнее, обожала…

Виконт тут же переводит взгляд на Лили. Отчего его лицо сразу добреет, и он дарит дочери самую теплую и замечательную улыбку на свете. Я же в который раз уже познаю гнев этого непредсказуемого во всех смыслах мужчины. И безумно радуюсь, когда виконт теряет ко мне интерес.

Но даже несмотря на это, всем своим видом он показывает мне свое недовольство…

Неудивительно, что я иду сейчас, не чувствуя под собой ног. Изо всех сил стараюсь успокоиться. Пытаюсь переварить горькую обиду и стыд, потому что прежде виконт себе такого не позволял.

Он никогда меня не унижал!

Никогда!

В какой-то момент мне даже захотелось разреветься, но я не смогла себе такого позволить. Во всяком случае, сейчас…

Когда до кареты виконта остались считанные метры, за моей спиной раздался женский голос. Причем, он показался мне отдаленно знакомым.

— Элиза?!

Мое собственное имя заставило меня остановиться.

— ?!

В полном недоумении я смотрю на совершенно незнакомую мне пожилую женщину, одетую в богатое даже для столичной ровейны, платье…

Едва я это осознаю, то сразу же кланяюсь ей, как и полагается делать любой служанке при виде знатной ровейны.

— Элиза, почему ты перестала мне писать? Целый год я ждала от тебя ответа! — Я подняла голову и с удивлением посмотрела в глаза незнакомке… Та сразу изменилась в лице, а после продолжительной паузы пораженно пробормотала: — Этого не может быть, только не это!! Бедная моя девочка…

— Уважаемая ровейна, в чем дело? Какое отношение вы имеете к гувернантке моей дочери?!

Лицо пожилой женщины вмиг стало каменным, но в её взгляде появилось выражение душераздирающей тоски.

И не успела я толком осмыслить того, почему загадочная незнакомка переписывалась с настоящей Элизой, как той и след простыл. Но легче мне от этого не стало, так как виконт сразу же приступил к моему допросу:

— Что ей было от вас нужно, и откуда она вас знает?

— Понятия не имею! Наверное, престарелая ровейна просто обозналась.

— Мне так не показалось. Она назвала вас по имени… — Взгляд виконта скользнул по моему лицу, и я замерла от нехорошего предчувствия. — Элиза, если вы от меня что-то скрываете… Не забывайте, я доверил вам свою дочь!

— Но я говорю чистую правду, я видела эту ровейну впервые! — Я настолько искренна, что это заставляет Бастиана немного смягчиться. — Многоуважаемый ровейн, что вас так беспокоит? Вы её знаете?

— Естественно! Её в Торнуиле все знают… это Морвенна Дагтар. Она единственная, кто остался в живых из этого проклятого рода.