21

– Ну что, мой парнокопытно-пушистый навигатор, – обратилась я к Себастьяну, едва мы миновали последние огни на дороге у подножия и погрузились в сырую мглу предгорий. – Ты точно знаешь, куда нас ведёшь? Я уже третий раз спотыкаюсь о какие-то корни, а от этого платья, промокшего по колено, скоро придётся избавляться с помощью костра, а не мыла.

Себастьян, с безукоризненной грацией гарцуя на скользких от ночной влаги камнях, задорно дёрнул своим очаровательным хвостиком, обернулся и бросил на меня взгляд, полный козлиного превосходства. Его мысленный голос прозвучал в голове с лёгкой, но абсолютно очевидной усмешкой. Впрочем, так было и весь предыдущий час.

«Если бы ты смотрела под ноги, а не в небо, – продолжал ехидничать фамильяр, – с немым укором ко всем богам этого мира за то, что они отправили тебя на охоту за чёрными козлами ночью, ты бы, хозяйка, не спотыкалась. В сотый раз говорю, смотри под ноги, а не в небо и не на мой очаровательный зад. И, напомню, это не моя блестящая идея – рыскать по горам в кромешной тьме в поисках человека из твоего мира в козлиной шкуре. Это твой договор с ламией».

– Ах, вот как? – перелезая через особо большой булыжник, фыркнула я. – А чья это была идея – приложить строптивой Аполетте ко лбу своим магическим копытом и взять на себя роль моего фамильяра? Мог бы найти себе какую-нибудь спокойную хозяйку, которая вяжет носки и варит целебные отвары. Нет, ты выбрал меня! Значит, как и я, разделяешь ответственность за это.

«Ответственность? – парировал козёл. – Ответственность – это когда ты не можешь отпустить хозяйку в одиночку на такую опасную миссию. А вот с твоей стороны, дорогая, это чистой воды глупость».

– Глупость, ладно, соглашусь, – буркнула я. – Но вот почему эти козлы обитают не на дороге? Почему мы в какой-то лес свернули с нормальной тропы? Может, туда другой пусть есть?

«Другой путь может и есть, но я его не знаю, – фыркнул Себастьян. – Но мы в любой момент можем развернуться. Всё зависит от твоего желания. И пока, похоже, твоё желание – страдать, что характерно в целом для людей».

– Вы посмотрите, какой рогатый знаток человеческой души, – хихикнула я.

«Да, я философ», – с достоинством ответил козёл.

В общем, продолжая перекидываться взаимными шутливыми упрёками и язвительными подколами, мы продолжали подниматься. Через пару часов изнурительного пути лес начал редеть, уступая место редким, корявым соснам и кустам можжевельника.

Себастьян, наконец, остановился на краю небольшого подъёма. «Прибыли. А вот и наши несчастные будущие жертвы. Готовь свой... э-э-э... инвентарь», – скомандовал козёл.

Я выбралась на небольшое каменистое плато и хотела уже начать рыться в сумке, чтобы достать принесённое, но, открыв рот от изумления, застыла. Зрелище, которое предстало передо мной, было настолько абсурдным, что мне на мгновение показалось, что я сошла с ума.

По плато, освещённому призрачным светом луны, носились десятки чёрных козлов и коз. Но это не был какой-то упорядоченный или имеющий смысл бег. Это был хаос в чистейшем виде. Что они делают?!

Одна коза неслась к обрыву, в последний момент разворачивалась и мчалась обратно, блея на своём козлячьем языке. Два козла сцепились рогами, но не в серьёзной схватке, а словно в панической попытке оттолкнуть друг друга, и, не сумев этого сделать, в ужасе разбежались в разные стороны.

Третий козёл, особо одарённый разумом, видимо, с разбегу врезался в одинокий камень, отскочил, потряс головой и повторил манёвр. В общем, всё стадо Анима Вессе металось, подпрыгивало на месте, бегало кругами и зигзагами, словно гигантский, невероятно бестолковый и совершенно несогласованный рой.

– Господи, – изумлённо прошептала я. – Да они все с катушек съехали! Это не стадо, это палата номер шесть на выпасе. И я должна поймать кого-то из них? Как?! Как их выцепить из этого безумия?

«А для этого, хозяйка, доставай наш легендарный набор для поимки Анима Вессе, – с мрачным торжеством процедил Себастьян. – Не могу дождаться, когда увижу тебя за этим делом».

Я с тяжёлым вздохом сбросила с плеча сумку и начала выкладывать на землю то, что Себастьян с невозмутимым видом велел мне взять «для абсолютно надёжного и проверенного ритуала» по поимке чёрных козлов-полудурков.

Мне, если честно, всё это время казалось, что фамильяр надо мной просто прикалывался, и вся эта чушь совершенно была не нужна. Однако я сама понятия не имела, как ловить козлов, тем более безумного, тем более ночью. Так что пришлось тащить с собой всю эту белиберду.

Глядя на разложенный на земле магический инвентарь и вспоминая краткие комментарии козла о том, почему нас стоило это взять с собой, я обречённо вздохнула.

Венок из сушёных одуванчиков мне нужен, потому что ничто так не усмиряет разум безумного магического существа, как увядшие сорняки. Связка старого чеснока – на случай, если пойманный козёл проголодается или начнёт, пардон, опорожнять свой кишечник со страху.

Пеньковая верёвка с вплетёнными в неё бусинами определённых цветов (знали бы, как я заколебалась это делать!) поможет мне довести козла до цели. И был ещё венец творения, тьфу, охоты на козлов – большой медный таз. Зачем мне собственно, таз, спросите вы?

Адекватного ответа от Себастьяна о предназначении таза в ловле козлов я не получила, а потому предположила, что он нужен для того, чтобы надеть на голову, когда мне станет стыдно за содеянное.

– Ну, вроде я готова, – прошептала я. – И буду очень рада, если ты объяснишь мне, за каким чёртом я это всё сюда тащила!