Глава 52

– Лана Ольга, я сейчас же отправлюсь за ним, – охотник нахмурился и, оглядев девушку, поставил ее на ноги. – Ничего у вас не болит? – тем не менее спросил он. – Все в порядке, Сайрус, – грустно сказала Ольга. Да только где вам его догнать. Давайте подождем. Он ведь у нас как обычно? Набегается да и домой. А дом его сейчас здесь, так ведь? – и она посмотрела на охотника глазами, полными слез. Никогда не думала Ольга, что действительно будет горевать по давшему деру петуху. Но ведь сердце болело за дуралея. Даже целый день работы по дому и бесконечные хождения к грядками не могли отвлечь ее от беспокойных мыслей. Конечно, помимо заботы о несгибаемом бойце, лезли в голову и мысли корыстные. А ну как не вернется Филечка? Тогда и перьев его не будет… Но Ольга ругала себя за такие вот мысли и гнала их прочь. Наконец закончился такой неожиданно длинный день и наступила ночь. Ольга легла в постель и заснула как убитая. Ведь день был такой нервный и беспокойный, что психика ее реагировала привычным образом и дала девушке необходимый отдых. Сайрус же все еще не ложился в постель. Конечно, положил бы он перышко Филькино под подушку, так заснул бы в момент. Но охотнику пока было не до постели. Он сидел за столом и разбирал магическую почту. Почта приходила раз в неделю, и как раз сегодня ее было особенно много. Однако ничего интересного графу пока не попалось. Одни приглашения на балы в местные городки. Тамошние купцы до сих пор желали пристроить своих дочек за титулованного соседа. Эти письма он просто сжигал. Пара писем из Академии с предложением возглавить обучение будущих охотников. Скучно, как все скучно, ланы мои. Неожиданно, на самом дне магической шкатулки, в которую приходила почта, Сайрус обнаружил коротенькую записку на дорогой бумаге. По мере того, как охотник читал ее, брови его поднимались все выше и выше. А желваки на скулах ходили все быстрее и быстрее. Наконец он сжал бумагу в кулаке и запустил ею в стену. “Да он с ума сошел! Что позволяет себе этот потомок князей Оринецких?! – Сайрус выругался сквозь зубы и поднял скомканную бумагу. “Друже, сообщаю тебе, что мэтр Килий произвел фурор в столице. Его рассказ о необычной девушке, которую ты сделал хозяйкой гостиницы, заинтересовал и Лигослава Оринецкого чрезвычайно. Значит, ее магия уже стабилизировалась и оказалась забытой у нас, чрезвычайно редкой, бытовой? Поверь, я молчал и ни слова о лане Ольге не говорил. Но Килий, сам знаешь, маг нехилый. Засек, стало быть, всплеск ее тогда и кинулся изучать. И что это за перо магической птицы, друже? Килий всем сообщил, что получил его в дар. Якобы оно обладает отличным снотворным эффектом. Это действительно так, друг мой? Пишу  эту записку в спешке. Вполне вероятно, что князь сам пожалует к тебе. Ты ведь знаешь, что он до сих пор одинок. А когда услышал о бытовой магии, открывшейся у ланы Ольги, стал сам не свой. Вряд ли Лигослав захочет выпускать из своих рук носительницу древнейшей магии. Надеюсь, ты меня понял. Твой Линус.” – Твой Линус, – прошептал Сайрус и побелел. Он верил, что Линус ничего не сказал князю. Верил. Впрочем, какая теперь разница? Лигослав Оринецкий лично собирается прибыть в Северный Предел, и прямиком к нему в гостиницу. Да, таких гостей лана Ольга точно не ждала. Сайрус горько усмехнулся. Лигослав был мужчиной видным и еще далеко не старым. Князь, правитель древнего Оринецкого княжества, которое занимало чуть не треть континента. Острый взгляд серых, глубоко посаженных глаз. Волевой подбородок и ежик коротко подстриженных белых как снег волос, привилегия князей Оринецких. Только они могли позволить себе стричься так коротко. И этот цвет волос был признаком чистой княжеской крови. Лигослав был довольно привлекателен, но до сих пор так и не женился. Сайруса пробил холодный пот. Так это что, Линус намекал, что Лигослав может захотеть в жены лану Ольгу?! Кулаки охотника непроизвольно сжались. “Врешь, не возьмешь! Не отдам, – вдруг совершенно четко понял Сайрус. Не отдам,” – и охотник выдохнул сквозь сжатые зубы. На него вдруг накатило спокойствие. Ледяное спокойствие. Такое, какое обычно накатывало перед решающим боем с существами из-за Рубежа. Пока он не знал, что будет делать. Но знал одно. Лана Ольга никогда не станет женой князя Оринецкого. Он все для этого сделает.