Глава 77

Первая половина дня прошла как-то незаметно. Мы карабкались по скалам, изучая, что прорастает на небольших плато. В основном это были низкие одиночные кусты обычных растений. Не хищные. Всё, что нас могло заинтересовать, располагалось куда выше.

— Лезь осторожнее и смотри, куда крюки вонзаешь, — бурчал Лукер.

Я вздыхала и перебиралась на следующее плато. За нами карабкались и близняшки с нашими сакали.

Не скажу, что девочки начали как-то проявлять к ним активную симпатию, но хотя бы настороженно присматривались. Контейнеры свои они сами тащили на спинах, не отдавая ухажерам.

— Гордые, — посмеивался Лукер.

— Нет, — я покачала головой, — просто они привыкли, что за всё нужно платить. А у них ничего нет. Вот, по-твоему, чем они могут рассчитаться? Влезь в их шкуру и призадумайся, чем платить?

— М-да, — он кивнул.

— Собой. Телом. А они не для того из притона бежали, чтобы здесь за цветы ноги-то раздвигать. Это ты и я понимаем, насколько нелепо это звучит, а в их вселенной это вполне реальные опасения.

В этот момент Лоли оступилась и повисла на крюках. К ней тут же поспешил Мити.

— Дай свой контейнер, — рычал он. — Тяжело же!

— Нет, — упрямилась она, ища ногой опору.

— Так, — вмешался Лукер, взглянув на них сверху. — Сейчас забираемся на плато, и Мити берет наши с Петунией ящики, а я беру те, что за спинами девочек. Мне ещё время терять, чтобы их там, под скалами, разбившимися собирать.

— А почему тебе их ящики? — не понял Дупел.

— А потому что я плату с них ну точно никакую не возьму. Ну разве что меня Петуния такого благородного поцелует.

Он тихо засмеялся.

— А-а-а, — Мити нахмурился, — не пойдет, я тоже хочу поцелуй! Да хоть в щеку, я не привередливый. Лоли, а давай сделку заключим: я твой ящик таскаю, а ты меня после поцелуешь, — он отпустил один крюк и показал на щеку.

Лоли, выровняв положение, взглянула на сестру. Но та пожала плечами. Мол, решай сама, я здесь причём.

— Ну, у меня такое же предложение к тебе, Лалу, — не растерялся Дупел.

— Тебя, сакали, правда не волнует, что мы в борделе были? — фыркнула она. — Вы же раса моралистов. И что, всё равно? Дед — ученый, бабушка — военная. А у нас десять поколений нищих алкашей. Людей нашей касты даже не во всякий дом впустят.

— Мою жену, Лалу, пустят в каждый. И я соврал, сказав, что мне всё равно, куда тебя продали. В какой бордель. Нет, небезразлично. Адресок тех, кто тебя ищет, я узнаю и слетаю туда на досуге. Братьев кто свободный прихвачу. Устроим небольшой геноцид сутенёрам на отдельно взятой планете.

— Станции, — подправила его Лоли. — Мы на станции росли, а под нами огромная зелёная планета. Засыпая, мы смотрели в визоры, подсоединённые к внешним камерам на неё, и мечтали, что скопим денег и спустимся туда. Купим маленький клочок земли и начнём разводить цветы. И никаких железных стен и потолков. Бесконечных отсеков и искусственной атмосферы. Залфа — это предел наших мечтаний. Да мы весь общак тех уродов спустили, чтобы долететь до неё. И не жалеем.

— Ага. Хоть сдохнуть, но там, — закивала ползущая за сестрой Лалу. — А если выучимся, то так развернуться сможем. У нас шикарные проекты, связанные с озеленением поселений на планетах с искусственной атмосферой. Мы на собеседовании выкатили огромный список видов с повышенной выработкой кислорода и поглощением углерода. Привели пример того, как с помощью простых цветов можно обеззараживать воздух. Сколько для этого нужно кустов и где их высаживать. Профессора нас полчаса слушали, а мы все умолкнуть не могли. Только благодаря своим идеям и поступили. Удержаться бы.

— Для этого нужно просто сказать мне «да», — раздалось под ней. Дупел карабкался последним. — А у меня дом на собственном участке. И столько места под сад! Братец нашего Риме там уже себе теплицу пристроил. Пока он не выкупил соседний участок, пользуется моим. Там совсем некому ни цветник разбивать, ни сад. Да, Мити?

— Не поверишь, брат, та же беда. И деньги на счету есть, а учить некого. Хоть самому иди и третью профессию осваивай. А всего-то нужно нас в щеку поцеловать и оценить хороших таких. "Да" на брак, нам, замечательным таким, сказать. А на станцию ту мы смотаемся. Обязательно. Пробить, откуда наши девочки на Залфа прибыли, ничего не стоит. Лэксар нам за час всю раскладку и даст. Снарядим «Варьяр», зацепим наших хронов. И оторвемся на славу.

— Главное, не наследите, — проворчал Лукер.

— Да вот ты меня еще убивать поучи, — хохотнул Дупел. — На моем личном кладбище уже столько могилок, что пара-тройка сутенеров там просто затеряется.

Девочки снова переглянулись, как-то испуганно.

— Не надо никуда лететь, — шепнула Лалу останавливаясь. — Вы же шутите, да?

Тем временем Лукер забрался на плато и вытянул меня.

— Шутите? — Дупел приподнял бровь. — Лалу, радость моя, а я вообще редко когда шучу. Я что, тебе и правда клоуна напоминаю, что ты смеёшься, глядя на меня? Зря. Я в семье, несмотря на свой милый вид, самый злой и опасный. Можешь у братца спросить. Он неспроста именно меня сюда взял. Согласно первому плану, я вас случайно «потерять» должен был еще в первый день. Ну так, будешь в щеку целовать? Или повоюем?

Лалу подняла голову и настороженно взглянула на меня и Лукера.

— Лукавят! Вы им ещё во время полета понравились, когда Соели с нами связывалась. Так что ничего вам не угрожало и не угрожает. А братцы у меня все как один просто замечательные, — похвалилась, довольно улыбаясь. — Только их злить отказом не надо. Лучше любить так, чтобы им не до той станции было.