Глава 25. Первая атака

— Да, — безжалостно продолжил Аррион. Он стоял у карты миров, что теперь мерцала на стене кабинета, его лицо было бледным и сосредоточенным. — И Гильдия Времени и Пространства наверняка имеет архивы, карты старых переходов. Они знают, куда Дом мог ходить. Им останется только найти свежий след.

Мысли пронеслись вихрем, цепляясь за воспоминания последних дней. Недавние гости. Граниты, их мир Сияющих Озёр, откуда они только что вернулись. Демоны-хиппи. Люди-исследователи. Элиана с мужьями… их служебная командировка. Каждый визит, каждая открытая нами дверь за последние дни и недели — была потенциальным маяком, кричащим о нашем местоположении.

— Что делать? — голос Ксиландора, обычно такой звонкий и полный жизни, прозвучал непривычно тихо и по-детски потерянно. Он сидел на подоконнике, сжавшись в комок, его перьевой плащ бессильно волочился по полу. — Бежать? Но куда? Если они могут выследить по следам…

— Бежать бесполезно, — отрезал Аррион. Он оторвался от карты, и его взгляд стал острым, аналитическим. В нём снова проснулся стратег. — Они уже взяли курс. Нам нужно атаковать.

— Как? — спросила я, цепляясь за эту соломинку. Моя личная обида, мои раны от его обмана — всё это было отброшено на второй план перед лицом угрозы самому нашему существованию. Сейчас важнее было выжить. Разберёмся с чувствами потом. Если будет «потом».

Аррион прошёлся по кабинету, его пальцы нервно барабанили по спинке кресла.

— Дом — живая сущность, — сказал он, словно размышляя вслух. — Нужно активное противодействие. Если они попытаются ухватиться за конкретный след, нужно ударить по ним в ответ. На ментальном, энергетическом уровне. Сбить с толку, ослепить. Это выиграет нам время.

Он остановился и посмотрел на меня.

— Что нужно делать? — спросила я, и мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидала.

— Идём к Сердцу. Сейчас. Ксиландор, — он резко повернулся к другому дракону, — поднимай тревогу. Лириан, Грум-Гр, Лазурит, феи — все должны быть наготове. Готовь Дом к возможному проникновению. Никакой паники среди гостей. Если кто-то спросит — скажи, что проводим плановую проверку систем.

Ксиландор кивнул, его панический ужас сменился сосредоточенностью солдата, получившего приказ.

— Понял. Спокойствие и порядок. Будет сделано, — он развернулся и вылетел из кабинета, его плащ развевался за ним как боевое знамя.

Аррион подошёл ко мне.

— Мы разберёмся с нашим… разговором позже, — сказала я, поднимая подбородок. — Если будет «позже». Сейчас у нас есть работа..

— Согласен, — коротко кивнул он. — Идём.

Мы вышли из кабинета и быстрым шагом направились в подвал. По пути я слышала тихую, но чёткую суету: звонкий шепот фей, передающих приказ по цепочке, тяжёлые, но быстрые шаги Грум-Гра, голос Лириана, отдающего короткие распоряжения у стойки. Дом отзывался на нашу тревогу — стены слегка вибрировали, свет стал чуть приглушённее, будто живое существо внутри камня затаило дыхание и насторожилось.

В подвале Сердечный Механизм гулко работал, его шестерёнки вращались с привычной мощью. Но теперь этот гул казался не успокаивающим, а зловещим — как учащённое биение сердца перед решающим боем.

Аррион подошёл к центральной консоли, к той, что он дорабатывал во время ремонта. Его пальцы уже летали по приборам, вызывая голографические схемы, сложные паутины силовых линий, которые исходили от ядра и терялись в темноте.

— Нужно синхронизироваться с Домом на самом глубоком уровне, — сказал он, не глядя на меня. — Обоим. Дом должен видеть в нас единую волю, единый щит. Ты — как основной Хранитель, я — как совладелец и артефактор, знающий его устройство изнутри. Мы должны… погрузиться в его ядро. Стать проводниками его силы. Мы поможем ему сфокусировать энергию для контрудара.

— Погрузиться? Как? — спросила я, подходя ближе. От механизма исходило тепло и мощная вибрация, которая отдавалась в костях.

— Через прикосновение. И через доверие, — он наконец посмотрел на меня. — Без этого ничего не выйдет. Энергия пойдёт вразнос, мы можем повредить ядро или сами сгореть.

Я глубоко вдохнула. Доверие. Слово, которое он так легко отбросил, храня тайну. Теперь оно было ключом к нашему выживанию.

Я кивнула. Потому что Дом, этот странный, живой, каменный дом с его феями, троллем, эльфом и големом, с его гостями и их историями, был важнее. Важнее моей обиды. Важнее его гордыни.

— Что делать?

— Положи руки здесь, — он указал на две медные, слегка пульсирующие пластины по обе стороны от главного кристалла ядра. — Я буду с другой стороны. Закрой глаза. Дыши ровно. Не думай ни о чём, кроме Дома. Попроси его защитить себя.

Я сделала, как он сказал. Ладони легли на прохладный, вибрирующий металл. Я закрыла глаза, отсекая страх, отсекая обиду, отсекая всё, что не было связано с этим местом.

Вспоминала первое впечатление от этого подвала — мрак, сырость, отчаяние, всепоглощающее «за что?». Потом — свет новых ламп, запах свежей краски и воска, уют холла, наполняющийся жизнью. Грум-Гра, счастливо урчащего у камина. Фей, порхающих с салфетками. Лириана, выпрямляющего складку на скатерти с почти военной точностью. Арриона… Арриона, склонившегося над чертежами в этом же подвале, с язвительной усмешкой, с редкой, тёплой улыбкой…

«Дом, — мысленно позвала я, вкладывая в этот зов всю свою любовь, всю свою ярость за попытку отнять у нас последнее пристанище. — Дай нам силу помочь тебе»

Я почувствовала, как вибрация под ладонями усилилась. Тепло сменилось волной жара, а потом — странным, пронизывающим холодом, который шёл не извне, а изнутри меня. В ушах зазвенело, но это был не звук, а прямое ощущение — гул Дома, входящий в резонанс с моим собственным сердцебиением.

А потом я увидела .

Не глазами. Нечто вроде голограммы, наложенной прямо на сознание. Паутину. Бесчисленное множество тончайших серебристых нитей, расходящихся от яркого, пульсирующего ядра — Сердца — во все стороны, в тёмную пустоту междумирья. Они колебались, некоторые были ярче и толще, другие — почти невидимы, едва тлели. Следы. Сотни, тысячи следов, ведущих в другие миры.

И на дальнем краю этого внутреннего «зрения», где несколько самых ярких, свежих нитей уходили в пустоту, появилось пятно. Холодное, безэмоциональное, методичное. Оно приближалось. Не по нитям, а сквозь самую ткань междумирья, ощупывая её.

Гильдия Времени и Пространства. Они уже были близко.

Внезапно от пятна протянулся тонкий щупалец холодного света. Он нащупал одну из ярчайших нитей — ту, что ещё вибрировала от недавнего, мощного прыжка. И потянулся по ней. Быстро. Неумолимо. Прямо к нам.

Паника, дикая и животная, рванула было изнутри, желая вырваться криком, заставить меня отдернуть руки. Но её тут же подавила новая, чужая воля — спокойная, древняя, каменная. Воля Дома. И вместе с ней — вторая воля. Холодная, стальная, отточенная как бритва. Воля Арриона. Они сплелись вокруг моей, поддержали, направили, стали опорой в этом хаосе.

«Вместе», — прозвучал в голове его голос, но не звуками, а чистым смыслом, намерением.

Я стала каналом. Энергия Дома, мощная, дикая, но теперь управляемая холодным интеллектом Арриона и моей собственной горячей решимостью, хлынула по выбранной им же траектории.

По той самой нити, по которой полз щупалец магов.

В моём внутреннем зрении вспыхнула ослепительная вспышка. Послышался далёкий, беззвучный крик — не звук, а вибрация поражения и ярости. Щупалец холодного света дрогнул, заколебался и отступил, будто обжёгшись. Нить, по которой он шёл, на мгновение вспыхнула ярче солнца, а затем… погасла. Не порвалась, а словно растворилась, слилась с общим фоном, стала неотличимой от сотен других старых, мёртвых следов.

Но пятно на краю восприятия не исчезло. Оно лишь отодвинулось. Они поняли, что здесь есть сопротивление. И теперь они будут действовать иначе.

Я открыла глаза, оторвала ладони от пластин. Тело дрожало, как после долгого бега, во рту было сухо. Аррион стоял напротив, опираясь о консоль. Он был бледен, на его лбу выступил лёгкий пот.

— Отбили первую попытку, — произнес он хрипло. — Но это только разведка. Они теперь знают, что мы здесь и что мы будем драться. Следующая атака будет серьёзнее.

— Мы не сможем каждый раз так отбиваться, — сказала я, опираясь о холодную стену. Силы стремительно покидали меня. — Это… выматывает. И Дом, я чувствую, тоже.

— Нет, — согласился Аррион. — Нам нужно не обороняться до последнего, а спрятаться. Сделать Дом невидимым для их сканирований. Полностью.

— Как?

— Нужны знания, которых у меня нет, — честно признался он. — Отец… он был гением, но и он не предвидел такой точечной, изощрённой охоты. Нам нужно решение, выходящее за рамки стандартной артефакторики.

Он замолчал, обдумывая что-то, его взгляд стал далёким.

— Есть слухи… легенды, скорее. О существе, которое живёт в самых глубоких, некартографированных слоях междумирья. Его называют Странник Бездны. Говорят, он знает ответ на любой вопрос. Видит то, что скрыто от всех. Если такие, как Гильдия, — картографы и регулировщики потоков, то он… он тот, кто ходит там, где карт нет. Кто видит изнанку реальности. Он знает все щели, все тени, все способы затеряться. Он мог бы рассказать, как спрятать Дом, как переплести наши следы с тысячами других, чтобы нас невозможно было найти. Но его услуги… дороги. Он требует плату. Не золото или артефакты, а что-то ценное для просителя. Что-то, с чем трудно расстаться.

Странник Бездны. Звучало как что-то из сказки, но в нашем положении даже сказка казалась реальным планом.

— И где его искать? — спросила я.

— Нигде. Его находят только те, кому он сам позволит найти. Но… есть способ привлечь его внимание. Он часто приходит к тем, кто излучает сильную, чистую «тоску» — желание, потребность, неразрешимый вопрос.

В памяти, словно вспышка, возник образ. Бронзовый компас с деревянной стрелкой, лежащий в дальнем ящике стойки. Компас Истинной Тоски, подарок гномов.

— Компас Истинной Тоски, — выдохнула я. — Гномы говорили… он указывает путь к самому сокровенному желанию. Это же именно то, что нужно тому, кто блуждает в бездне? Знание о самых потаённых желаниях душ?

На лице Арриона мелькнуло удивление, затем одобрение.

— Да. Это может сработать. Такая вещь… да, это достойная плата. Он может захотеть его. Бери компас.

Я кивнула и почти побежала к стойке в холле, где в самом дальнем ящике лежал свёрток с тем самым компасом. Я развернула кожу. Бронзовый корпус был прохладным, стрелка из тёмного дерева лежала неподвижно. Я сжала его в руке и вернулась в подвал.

— Вот, — сказала я, протягивая компас Арриону.

Он лишь взглянул на него.

— Теперь нужно понять, где его искать. Легенды говорят, что он появляется на стыках миров, в местах, где реальность особенно тонка. Но таких мест могут быть тысячи.

В этот момент в дверном проёме подвала возникла массивная тень. Грум-Гр. Он стоял, держа в руках свой планшет, и на его каменном лице было странное выражение — решимость, смешанная с грустью. Он протянул мне планшет. На экране крупными, корявыми буквами было написано: Я ЗНАЮ, ГДЕ ОН ПОЯВЛЯЛСЯ. В МОЁМ МИРЕ.

Я уставилась на эти слова, а потом на тролля. Я всегда думала, что фраза «ДОМА НЕТ» означала, что его родной мир Обсидиан уничтожен. Но, судя по всему, всё было иначе.

— Твой мир… он цел? — осторожно спросила я.

Грум-Гр кивнул, потом начал быстро печатать.

ДА. НО ДОМА ДЛЯ МЕНЯ НЕТ. МЕНЯ ВЫГНАЛИ. ПЕРЕД ЭТИМ Я СЛЫШАЛ РАССКАЗЫ. СТРАННИК ПОЯВИЛСЯ У ЧЁРНЫХ ВОДОПАДОВ. ЭТО БЫЛО НЕДАВНО.

Недавно по меркам троллей могло означать и десять лет, и пятьдесят. Но это была зацепка. Единственная.

Аррион внимательно прочитал текст, его брови поползли вверх.

— Это наш шанс.

Решение созрело мгновенно.

— Мы идём, — сказала я. — Ксиландор… — я посмотрела на дрожащего дракона, что уже успел примчаться, раздав указания.

— Я пойду с вами! — он выпрямился, стараясь выглядеть храбро. — Вдруг понадобится… дипломатия! Или отвлекающий манёвр!

— Твоя работа — поддерживать легенду о «плановых работах». Развлекай гостей, если понадобится. Веди себя как обычно. Твоя эксцентричность сейчас — наш лучший камуфляж, — возразила я.

— Лазурит, ты здесь за главного. Если что-то пойдёт не так… есть экстренный канал. Я настроил его на свой артефакт связи. Подашь сигнал.

Лазурит, стоявший всё это время в тени, молча склонил голову на слова Арриона и прогудел:

— Понял. Возвращайтесь живыми.

Мы собрались у входной двери. Я сжала в одной руке ключ, в другой — компас. Грум-Гр стоял рядом, его каменные кулаки были сжаты. Лириан нервно поправлял свой меч.

— Дом, — мысленно обратилась я, прикладывая ладонь к косяку. — Нам нужно в мир Обсидиан. Как можно ближе к тому месту, где появлялся Странник Бездны.

Ключ в моей руке нагрелся. Дверь замигала, и створки распахнулись. За ними был не привычный туман портала, а густая, влажная темень, пахнущая сыростью, гниющими листьями и чем-то горьким, минеральным.

Мы шагнули вперёд.