Глава 19

Спустя три часа мы с Синарой покидали дом Марвина, который он арендовал на Тенистой аллее – улице, где проживали зажиточные купцы. Сам Марвин в сопровождении своей любовницы, которая ранее изображала горничную Альдинаиры, отбыл еще раньше. Эти двое увозили с собой документы на имя барона Марвина Данлеса и его сестры Наиры, и также новые воспоминания, которыми я их снабдила. Марвин был преисполнен самого горячего желания бежать, бежать как можно быстрее, и затеряться на просторах Северной Драконьей империи. Я позаботилась о том, чтобы он и его пассия были убеждены, что здесь, на юге, их ищут все – начиная от королевских стражей и заканчивая умельцами Теневой гильдии. Только пустившись бега, он может сохранить свою жизнь. Мой план был прост. Марвин и «Наира» открыто купят билеты на корабль, и об этом узнают все, кому нужно. Любовницу Марвина благодаря краске для волос и макияжу примут за меня, и решат, что принцесса нашла свое счастье. Так успокоятся те, кто собирался убрать Альдинаиру с политической арены. Что касается драконов, я сомневалась, что принцу нужна невеста, скомпрометировавшая себя побегом и сожительством с конюхом. На тот случай, если кому-то захочется преследовать Марвина и дальше, я внушила ему и его пассии по прибытии снова сменить внешность, вернуться к образу конюха и горничной, и скрыться так, чтобы никто и никогда не нашел. Им предстояло забыть о прошлом и начать новую жизнь. Не так уж плохо, если подумать. Я сама собиралась поступить также. Но сначала надо было основательно зачистить следы. С этой целью я отправила письмо отцу Бьярики. Его писал Марвин под мою диктовку, конечно же. Он с извинениями сообщал, что не может более претендовать на руку его дочери, ибо вынужден надолго уехать по делам. Также барон Данлес просил господина Авентиса извиниться перед настоятельницей Обители богини-матери, и передать ей, что никак не может прислать документы сестры. Последнее было вопиющим нарушением не только правил этикета, но и банальной вежливости – отец Бьярики никак не обязан был служить посредником в таком деле, и просьба должна была возмутить господина Авентиса. Я рассчитывала на то, что отец Бьярики не будет скрывать негодования, и ославит Марвина на всю столицу – как человека, который не сдержал слово, пообещав посвататься к его дочери, исчез без объяснения причин. Да еще и попросил послужить посредником при передаче извинений. Уверена, королевские сыскные службы скоро выяснят, кто такой барон Данлес на самом деле. Вскроются его махинации с документами, и путь в наше королевство, да и вообще на Южный континент ему будет закрыт. А что же в это время буду делать я? Признаться, меня посещали мысли тоже уехать на соседний континент. Но в Северной драконьей империи правили, как известно, драконы, а один из знакомых мне братьев и вовсе был наследным принцем. О том, какие он предпочитает забавы и как относится к людям, мы с девушками прочувствовали на себе, и совсем не горели желанием встречаться снова. Еще в Империи были иные законы, и если здесь я худо-бедно представляла, как устраиваться, и что можно себе позволить с нашими пусть хорошими, но все же поддельными документами, то там пришлось бы действовать на свой страх и риск. Обдумав все, я решила остаться. Синара, с которой мы открыто обсудили и взвесили все за и против, всецело поддержала мое решение. Она же привела решающие аргументы: – В Империи все маги обязаны не только зарегистрироваться, но и пройти обязательную проверку на уровень дара. А приезжих с юга, я слышала, проверяют особенно, потому как встречаются беглые ментальные маги, а драконы их не любят! «Ну да, не любят, – ехидно заметил Тамис мысленно. – Кому же понравятся конкуренты? Я согласен остаться на Южном континенте». На том и порешили. Первым делом я озаботилась финансами. К несчастью, как следовало ожидать, Марвин потратил почти все деньги, что ему удалось выманить у влюбленной принцессы «на сохранение». В доме я нашла множество долговых расписок от самых разных дельцов, а также счета за одежду и продукты. Слуг не было – надо полагать, тоже по причине того, что им было нечем платить. Как же я была зла, когда пришлось отдать последние монеты, чтобы этот гад мог купить билеты на Северный континент! Ну да ничего. Зато и Марвин злился, злился невероятно – все потому, что не смог продать мои украшения. Альдинаира была не дура, и не стала снимать с них заклятья принадлежности. Поэтому мы с Синарой, воспользовавшись ее заклинанием отвода глаз и толикой моей ментальной магии, навестили пару ломбардов. Никого не обманывали, всего лишь сделали так, чтобы скупщики не смогли потом описать мою внешность (а запомнили «Наиру Данлес») и рассчитались со мной честно. Так я продала ожерелье из розового жемчуга, браслет из белого золота, кольцо с сапфирами и две пары сережек. Еще был план превратить в наличность изумрудную парюру, но тут возникали сложности. Парюра состояла из диадемы, ожерелья, серёг, корсажной броши, парных браслетов и кольца. По-хорошему, всю эту красоту надо продавать целиком, так как камни одной огранки и оттенка. Но у ломбарда просто не будет столько денег на выкуп, а отдавать за копейки я не хотела. Пришла идея посетить ювелирный магазин, но в них, во-первых, хорошая магическая защита, и просто так никого не загипнотизируешь, а во-вторых, у меня непременно попросят объяснить происхождение драгоценностей. К сожалению, выбора у меня было немного. Рынок труда в этом мире не изобиловал вакансиями для женщин. Кроме работы горничной, гувернантки или подавальщицы в таверне было сложно найти работу. Я хотела открыть свое дело, но если не найду на него денег, об этом желании можно забыть. И я решилась на маскарад. Воспользуюсь-ка именем Наиры Данлес официально, и сделаю вид, что это она пришла продавать парюру. В конце концов, если мой план осуществится как надо, служба королевского сыска все равно придет к выводу, что Наира Данлес и Альдинаира – одно лицо. Вот и назовусь сестрой барона, пока корабль «брата с сестрой» еще не отошел. Провернуть все нужно было быстро, поэтому мы с Синарой, не медля, наняли экипаж и вернулись в арендованный дом Марвина. Там я переоделась в новый туалет из тех, что успела заказать себе любовница бывшего конюха, а Синаре досталось платье горничной. И мы пошли «на дело», то есть в самый большой ювелирный магазин столицы.