21

Стрела отлетела недалеко – силёнок у белки было недостаточно для метания холодного оружия. Но гостья не растерялась, стала хватать всё подряд и швыряться в нас.

– Враги забрались! Прочь! Вон! – продолжала кричать белка.

– Эй-эй, извини, что ворвались! – выкрикнула я, уворачиваясь от летящей плетёной корзинки. – Мы лишь зашли погреться. Мы тебя не тронем!

– Ты что, её понимаешь? – удивился Том.

– Ой… Как странно, но, кажется, да. Я понимаю, что она говорит!

– Я не Она, а Он, я – самец! – цокнула белка.

– Белка говорит, что он самец, – прошептала я уголком рта Тому.

– Значит, этот яростный белка ваш фамильяр, леди Изабелла? – усмехнулся мальчик. – Почему же он бросается в нас чем попало, он ведь должен вас любить?

– Он считает этот дом своим, и ему не нравится, что мы здесь, – мучительно вздохнула я.

Вот же опять судьба подбросила свинью! Вернее, фамильяра – бешеную белку! Лучше бы первым попавшимся мне зверем была собака – вон какой Фердинанд хороший и умненький, защитник!

У белки закончились вещички на стеллаже, и она, вернее он, перепрыгнул на шкаф, в котором лежали книги и журналы.

– Эй-эй, не надо рвать книгу! Жалко же! – выкрикнула я, подбегая навстречу шаловливой белке.

Пушистый хулиган испугался и, вильнув хвостом, драпанул обратно на стеллаж, а потом – на лестницу и в щёлку, откуда вылез. Развернулся к нам напоследок и засрекотал, грозя лапкой:

– Ладно, погрейтесь, голокожие, но потом уходите! А если попытаетесь у меня домик отнять, я вам ещё покажу!

Белка протиснулась в щель и покинула дом. Кажется, она, вернее он, ещё не понял, что мы теперь, с момента как встретились, связаны магией. Но скоро поймёт и обязательно вернётся.

Нужно готовиться к новой битве.

Я поставила сброшенную книгу на полку, и мы с Томом переглянулись.

– Мне кажется, дырку надо чем-то заткнуть, если мы не хотим, чтобы ночью нас покусали, – сказала я, и мальчик активно покивал.

Том нашёл какую-то тряпицу, затолкал в щель, потом нашёл молоток, гвозди на полке, а ещё досочку – и надёжно заделал дырку.

– Правда, я не гарантирую, что в доме нет других щелей, – проговорил Том, пожимая плечами. – И ещё думаю, нужно проверить, что там, на втором этаже. Давайте осмотрим дом?

Наверх вела широкая лестница, я взяла лампу, и мы поднялись по ступеням. Нас встретил широкий деревянный холл, по обе стороны находились двери спален – тут комнат десять – не меньше! А в конце холла располагалась дверь на заснеженный балкон.

Дом был большим и уютным, и в нём могло разместиться много человек. Наверное, здесь собирались большие охотничьи компании, но зимой, видимо, охота в здешних местах не пользуется популярностью, иначе были бы люди и запасов еды было бы побольше, а территория вокруг была бы исхожена и расчищена. Что ж, пока хозяев нет, быть может, мы с Томом могли бы тут перезимовать. А что делать дальше – я пока не представляла. Меня всюду ищут, мне нельзя показываться в городе. Но где-то нужно раздобыть денег на еду.

Ладно, я решила подумать об этом завтра. А пока на дворе стояла глубокая ночь – не время принимать трудные решения. Нужно лечь спать и отдохнуть после тяжёлого дня.

Мы с Томом спустились вниз, прихватив со второго этажа постельное бельё, одеяла и подушки и легли спать на шкурах у камина (второй этаж был всё ещё ледяной). Пушистик улёгся рядом.

От усталости я заснула сразу, как только голова коснулась подушки, а утром я проснулась с удивительно свежей головой. Последние две недели, как разрушилась печать на моём магическом источнике, меня каждый день штормило, виски стискивало железным обручем, я не находила себе место. Иногда даже сознание теряла. И вчера до появления в доме белки я едва справлялась с головной болью. А теперь – отменно себя чувствую! Выходит, этот зверёк теперь и правда мой фамильяр? Мой магический источник разделил магию с белкой. Хорошо, что фамильярам недоступна сама магия хозяина, а то бы белка с ментальным даром подчинила бы себе весь лес! Фамильяры могут только открывать или ограничить доступ хозяина к своему источнику, как бы рассеивая излишек силы, если она слишком разрушающая для владельца.

Том крепко спал, обняв подушку, я постаралась его не будить. Тихонько откинула одеяло и поднялась. Нужно вскипятить воды для чая – и я собралась на улицу набрать в казанок снега.

В доме были здоровенные валенки и меховой охотничий тулуп, и я нарядилась в них вместо своих неуместных для лесных краёв туфель и шубки.

Выйдя на крыльцо, сразу позабыла о чае, потому что за деревьями всего ярдах в двадцати от дома на солнце удивительным образом серебрился пар. Да так обильно и красиво, что я ускорила шаг, желая увидеть это чудо во всей красе.

Пушистик тоже заинтересовался, весело бежал рядом и погавкивал на движущиеся массы пара.

За деревьями открылось широкое бирюзовое озеро, от которого поднимался пар, а вокруг по берегам росла зелёная трава.

Какое чудо!

К озеру была выстроена лесенка. Я спустилась к воде, потрогала – она оказалась тёплая, приятная такая! На противоположном конце озера я увидела лисичку, которая пила из озера, но, приметив меня, – убежала.

Если животное пьёт, значит, вода чистая. Я зачерпнула ладонями, понюхала и умылась. Как же хорошо! После вчерашнего тяжёлого дня мне требуется искупаться!

Я огляделась по сторонам и убедилась, что никого нет.

– Пушистик, отвернись.

Пёс послушно прикрыл мохнатыми лапками морду.

Скинув одежду, я бегом забежала в воду и сразу поплыла.

– Ох, как хорошо!

Тепло озера согрело моё тело, и я испытала блаженство.

Фердинанд ворвался в озеро мощными прыжками, добрался до меня, и мы стали купаться.

Тепло, весело, приятно – просто восторг!

Я и не думала, что от купания могу так воспрять духом!

Родилась удивительная идея: если бы вот так вытащить уставшего жителя столицы в лес, в деревянную усадьбу, и чтобы только гулять и купаться в озере – это же может отлично поправить здоровье и настроение! Мне определённо нужен такой отдых после всего пережитого.

Лесная усадьба просто чудо какое-то! Как хорошо, что она мне попалась, и как бы мне хотелось здесь задержаться подольше!

А потом мне в лоб отлетел орех, я подняла глаза и увидела свою белку на сосне. Она гневно сверкала глазами и бросала в нас с Фердинандом орешки.

– Да что ты делаешь, больно же! Давай, слезай, поговорим! – выкрикнула я.

– Это что ты делаешь?! – застрекотал зверёк. – Я всю ночь о тебе думал, в голове ты у меня засела после вчерашней встречи, как иголка. Я как будто влюбился! Но ведь у тебя даже хвоста нет!

Белка злобно сбросила очередной орех и ускакала по веткам.

Орех я успела поймать до того, как она утонула, и увидела, что орешек какой-то необычный, диковинный! Скорлупка тоненькая, и под ней что-то светится. Сковырнув скорлупу, я увидела внутри кусочек кристалла – из подобных делают артефакты, хм.

Орешек я решила забрать с собой.

Накупавшись, я быстро завернулась в тёплую охотничью одежду и побежала к дому делиться интересными новостями с Томом. Но, пройдя ярдов десять, увидела, как со стороны дороги, откуда мы вчера пришли, приближается лошадка с санями, а в ней двое мужчин в полицейских шинелях.