Глава 17

Глава 17

Духи один за одним проявлялись в зале. В фантомные тела втягивались остатки тумана, придавая им эфемерную плотность.

Последней соткалась Мириам тэ Харвис. Она торжествующе улыбнулась и звучно сказала:

— Поздравляем, Адель. Ты доказала, что достойна занять место главы.

— Тем, что не убила? Но почему, ведь…

Я замешкалась, не сумев сразу подобрать нужные слова. Действительно, почему? Мне всегда казалось, что человек в таком статусе должен уметь принимать сложные решения, в том числе и об… устранении. Я бы поняла, если бы меня поздравили после окончательной, летальной победы над иллюзорным дядей. Но тут наоборот.

Как ни странно, леди Мириам прекрасно поняла, что именно меня смущает, даже без озвучивания.

— Потому что глава должен быть умным, гибким и милосердным. Теперь — милосердным. Давно уже прошло время, когда жестокость вела род на вершины славы. Сейчас нам нужен совершенно иной глава, и ты прекрасно подходишь.

Она медленно, величественно подплыла ко мне. С каждым мгновением становилось видно все больше деталей. И старомодный крой платья, элегантно расшитого золотой нитью и украшенного кружевом искусной работы.

— Я, леди Мириам тэ Харвис, подтверждаю право на главенство.

Внезапно лицо духа оказалось так близко, что заслонило собой весь мир. А в голове зазвучал голос:

— Обычно это делает последний мертвый глава рода. А чтобы стать частью свиты мертвых Харвисов, нужно быть щедро одаренным магически. Или очень неприятно умереть. Кстати, ты имеешь все шансы меня сменить.

Э-э-э. А можно не надо?

Особенно если учесть, что совсем непонятно, что именно старуха имела в виду: мои двенадцать искр или то, что я имею все шансы неприятно откинуть коньки.

Больше ни о чем подумать я не успела. Я как в бездну провалилась в память последней из тех, кто владел всеми секретами и тайнами. И у кого хватало сил ими воспользоваться.

Дядя называл Мириам полоумной бабкой, которая на старости лет впала в паранойю и потому спрятала алтарь и другие ценности. Вот только все оказалось не так просто и однозначно.

Леди жила в тот непростой период, когда прошлая династия пала. В стране была смута, рушились старые устои и еще не возводились новые. И опасность исходила не только от обычных разбойных банд или мародеров, уж с ними бы леди Мириам, как маг, обладающий тринадцатью искрами, справилась бы без труда.

Но существовали еще иные, как магические, так и аристократические роды. Некоторые из которых были бы не прочь пополнить свою сокровищницу чужими артефактами. Потому то, что представляло собой наибольшую ценность, леди спрятала.

И я видела это. Видела в ее воспоминаниях, как на магической дуэли убили сына леди. Того, кто должен был возглавить род после нее. Видела, как безутешная мать оплакивала свое дитя. И боли не становилось меньше от того, что мальчику было уже под сорок лет. Родители не должны переживать своих детей. Это противоестественно. В этом слишком много муки.

Я видела, как она старалась сохранить остатки рода Харвисов. Но сильные маги гибли один за другим. Цвет рода остался лежать в могилах, никто не пережил времена смуты. Когда наконец-то воцарилась новая династия, из прежде многочисленного и мощного рода Харвисов остались единицы. И что самое ужасное — они были слабыми.

Леди Мириам пришлось готовить себе смену из того, что было. А оставался двоюродный племянник, который в обычных обстоятельствах не должен был стать главой.

Но, к сожалению, Мириам тэ Харвис даже не успела официального передать свою власть наследнику. Последнее, что я увидела, — как она выпила чай однажды утром, почувствовала недомогание и решила отдохнуть. Но уже не проснулась.

Так что следующий глава уже заступал на пост по принципу «за неимением лучшей кандидатуры». И не знал, где настоящий алтарь. Следующие предводители рода Харвисов не отличались силой как из-за наследственности, так и из-за того, что не могли больше заключать браки на семейной реликвии. Такой вот замкнутый круг.

Но почему она не сказала, где алтарь? Не показала, как мне сейчас?

Знание пришло само по себе. Единение сознаний с духом — опасное занятие. Этим можно заниматься только при условии, если у нового главы больше десяти искр.

— Вот так вот, Адель тэ Харвис. — Мир вновь обрел простор, и призрачная дама отплыла подальше и присела в элегантном реверансе. — Склоняюсь перед тобой, глава. И заверяю в преданности.

— Принимаю клятву, — с достоинством (ну, надеюсь) кивнула я.

По подземелью вновь пронесся невесть откуда взявшийся ветерок. Взметнул мои волосы, закружился вихрями по периметру. Остальные призраки, так же как ранее леди Мириам, обретали большую четкость. Они были… разными. Мужчины и женщины, молодые и старые. Даже одежда разнилась от парадных одеяний до обычных, домашних вещей.

Объединяло их одно. Они были Харвисами. Они были некогда очень сильными Харвисами.

И сейчас являлись моей призрачной гвардией.

Защитниками поместья.

Мириам сделала шаг в сторону, и передо мной очутился какой-то молодой человек. Он обаятельно улыбнулся и отвесил поклон.

— Я, Форан тэ Харвис, бывший главой, приношу клятву верности.

Видимо рано умер — жаль!

Следующим духом оказалась юная девушка.

— Я, Шанна тэ Харвис, приношу клятву…

Ага, стало быть, не глава. В призрачной свите есть и обычные члены семьи? Интересно.

— Принимаю.

Предки тянулись вереницей. Один за одним. Я уже даже не запоминала имен.

— Принимаю вашу клятву, духи.

Раздался странный гул, и врата в дальней стороне зала медленно распахнулись, а после призраки вновь начали рассеиваться в воздухе. Кто-то утонул в полу, кто-то шагнул в стену. Но спустя минуту я осталась наедине со все еще бессознательным Лаором.

Впрочем, инкуб практически сразу пошевелился и застонал, из чего я сделала вывод, что раньше этому препятствовала бабка Мириам или кто-то из ей подобных.

Я бросилась к инкубу.

— Лаор, как ты?

— Жив, — хрипло ответил он.

— А жаль, — нервно хихикнула я.

— В смысле? — нехорошо так прищурился представитель высшей нечисти.

— Ну, в прямом. Мне по-прежнему не очень хочется тебя убивать, а так был шанс, что проблема решится сама собой.

— Нет, Аделька, я такая проблема, которая сама собой может только усугубиться. — Инкуб встал и настороженно огляделся. — Что тут произошло?

— Мы победили.

— Неужели?

— Ага, вот такая я героическая.

И жестом указала на открывшиеся двери.

— Сокровищница! — Глаза инкуба загорелись воодушевлением, и он вдохновенно бросился в сторону врат. По пути запустил несколько энергетических шаров к давно потухшим светильникам, и те тотчас вспыхнули, озаряя уставленное сундуками помещение.

Я прислонилась к стене, устало наблюдая за тем, как Лаор деловито осматривает содержимое сокровищницы. Неожиданно навалилась слабость, ноги подрагивали, и все, чего мне хотелось, это упасть на кроватку и проспать минимум сутки.

Все же утомительно это — становиться главой рода!

Да, самоирония наше все.

— Адель, тут ничего нет! — вдруг озабоченно проговорил Лаор, один за одним осматривая сундуки, и, оглянувшись, решил перейти к содержимому полок и шкафов, что стояли по периметру. — Может, в тайнике?..

— Лаор…

— Нет, это и так тайник, а в стенах, судя по поисковому заклятию, нет пустот. Адель, снова ничего не нашли! Да что же это такое!

Я видела наемника разным. Злым, насмехающимся и сыплющим ядовитыми шутками, веселым, но сейчас он выглядел растерянным и крайне раздосадованным. Сжав челюсти так, что заходили желваки под ровной белой кожей, он вдруг ударил кулаком в стену.

Удар, еще один, такой силы, что даже посыпалась каменная крошка.

Его ладони обхватил синий огонь, который явно вырвался из-под контроля Лаора, и когда его кулак вновь соприкоснулся со стеной, гобелен начал тлеть. Раздраженно смахнув кусочки обгоревшей ткани, он остановился.

Я несколько секунд, широко раскрыв глаза, смотрела на инкуба. Вспышка его ярости закончилась так же быстро, как и началась. Теперь он просто присел на крышку одного из ящиков с харвисовским добром и обессиленно ссутулил плечи. Роскошные волосы занавесили уставшее лицо со вдруг ставшей выраженной горькой складкой у рта.

Сейчас инкуб уже не напоминал легкомысленного красавчика без возраста. Было очевидно, что этот мужчина очень многое прошел.

И сейчас потерял надежду выбраться из замкнутого круга.

Я еще никогда не видела неунывающего, саркастичного, непробиваемого наемника в таком состоянии.

— Все, как всегда, напрасно, — вдруг прошептал инкуб, запрокинув голову. Волосы рассыпались по плечам, неровные блики света ложились на лицо. — Наверное, даже не стоило надеяться, что это что-то решит.

Я подошла вплотную и протянула руку, чтобы погладить его по плечу. На какое-то мгновение мои пальцы зависли в воздухе, не решаясь преодолеть последние сантиметры, но потом все же коснулись рубашки.

— Лаор… я уверена, что, какую бы цель ты ни преследовал, ее можно достичь не только через смерть. Ну, или по крайней мере не обязательно же, чтобы тебя убивала именно я, не так ли?

— Увы, мне нужна именно ты и твой алтарь, малышка Адель. Если только ты случайно не знаешь какую-то другую ведьму, которая стала главой магического рода. Вся демоническая рать, я так надеялся, что наконец-то обрету свободу!

— В смерти?

Он пристально на меня посмотрел, но все же ответил. И даже откровеннее, чем я рассчитывала.

— В жизни. Как тебе, возможно, говорил магистр Рейвенс, я — нечисть на службе у инквизиции. И тогда, много веков назад, когда меня привязывали к ордену, им нужно было оставить лазейку. Как и в любом волшебном договоре. Инквизиторы решили, что это будет иронично. Мои оковы падут в тот момент, когда женщина-глава принесет меня в жертву на своем алтаре в момент вступления в должность. Если учесть, что в ту пору процветал шовинизм и представить себе бабу во главе семьи не мог никто, святые отцы хорошо так повеселились, выдумывая формулировку.

— Действительно, мягко говоря, оригинально.

—… а не оригинально, — ругательно, но гораздо более четко выразился инкуб. — Но, к сожалению, ты у нас есть, а вот алтаря, на котором меня можно торжественно зарезать, все еще не наблюдается. Засада!

— Я знаю, где алтарь.

— В смысле⁈

— В прямом, — чуть смутилась я. — Леди Мириам поделилась, когда я прошла испытание.

— А почему сразу не сказала⁈

— Ты очень вдохновенно страдал.

— Ну, Адель… все же временами ты настоящая ведьма!

— Спасибо за комплимент! — потупилась я.

— Веди!

* * *

Ну я и повела. Для начала — наверх!

Уже ближе к выходу из подвала нас встретили Сарочка и Фолиант.

— Живы! — облегченно выдохнула Книжуля, налетая на нас и падая прямо в руки. Обвила запястье закладкой и поделилась: — А я уж думала, все. Останутся от нашей Адельки косточки да дух в семейном пантеоне.

— Предатели, — осуждающе посмотрела я на гримуары. — Сбежали!

— Мы хотели вернуться, но магический барьер не пустил, — защищался Фолиант. — Правда-правда, мне вот вообще ни с руки… то есть не со страницы, чтобы с тобой что-то случилось.

— А как же «ужасная хозяйка, никаких жертвоприношений»?

— Я нашел в тебе другие плюсы.

— Та ладно плюсы, Аделька, лучше скажи, как все прошло!

— А ты сама разве не видишь? На ауре очевидно печать главы. Теперь наша хозяйка не просто ведьма, а могучая. Владелица целого разваливающегося поместья и мощной семейной поддержки в лицах Кондратия и Акакия.

Лаор раздраженно закатил глаза, а после схватил меня за руку и повлек к лестнице.

— Болтуны, как и всегда. Не будем задерживаться, нам еще алтарь искать.

— Шо, опять!

Я, не отвечая, прошла вслед за наемником. Когда мы оказались снова в коридорах дома, то, прикрыв глаза, я покрутилась на месте, погружаясь в воспоминания Мириам, а после решительно двинулась в сторону кухни.

Как и все остальное в доме Харвисов, кухня носила следы былой роскоши. Массивные столы из серебряного дуба по-прежнему могли похвастаться практически идеально гладкой поверхностью. Ножки несколько рассохлись, но это не портило мебель. Шкафы из такого же гарнитура стояли вдоль стен, а полки высились до потолочных балок в пролетах между окнами.

На кухне также больше, чем где-либо, чувствовалась неустроенность. Банки со специями заляпаны застаревшим жиром, он же покрывает некогда светлое дерево. Раньше с балок наверняка свисали венички с пряными травами, но сейчас от них остались лишь куцые веточки, вдобавок покрытые паутиной.

Возле магической печки стояла Бетси, что-то помешивая в здоровенной кастрюле. Судя по тому, что пахло не очень аппетитно, это был наш обед.

— Леди Норил⁈

— Теперь леди Харвис, — усмехнулась я и еще раз внимательно оглядела кухню. — Где у нас тут спуск в погреб?

— Дык… обратно в коридор, и с улицы есть вход. Но вы туда не попадете, ключ лично у лорда Кондрата.

— Ладно, пойдем по другому пути. Где тут БЫЛ погреб раньше?

— А… — Она махнула рукой в сторону стены. — Дверь заставили шкафом, чтобы никто не ходил. Спуск аварийный, камни падают.

— Спасибо! — Я кивнула служанке и, заметив ее любопытный взгляд, махнула рукой. — Ты можешь быть свободна.

— Но обед…

— Ты можешь быть свободна, — с нажимом повторила я.

— Как скажете, леди Харвис, — со второго раза поняла Бетси, присела в книксене и, подхватив юбки, скрылась в полумраке коридора.

— Лаор. — Я повернулась к инкубу.

Сарочка хихикнула:

— Надеюсь, что ты сильный не только магически, но и физически.

— Шкаф точно отодвину, — откликнулся инкуб и тотчас подтвердил это, упершись плечом в гладкое дерево и без усилий сдвинув громоздкую мебель в сторону.

Нам открылась старая, рассохшаяся дверь, покрытая пылью и паутиной.

— Нам туда? — с сомнением уточнил инкуб, когда мы ее открыли и на нас дыхнуло прохладой и остаточным флером копченостей.

— Да, — решительно кивнула я и даже подала пример, первой шагнув в полумрак. Все же пускать инкуба вперед в данном случае неосмотрительно. Мало ли какие чары там завязаны на принадлежность к роду и что они сделают с чужаком?

За мной полетела Книжуля, на ходу укутываясь золотистым сиянием, что с нее перетекло на меня.

— Рванула вперед, словно бессмертная. Аделька, ты главная, а не вечная! И будет обидно стать трупиком, толком не успев побыть самой мощной девчонкой в провинции!

— Спасибо за щит, — благодарно улыбнулась ей я.

Жизнь тотчас показала, насколько права мудрая Сарочка. Какой-то булыжник рухнул на золотистую дымку и увяз в ней, словно в смоле. Стоило нам пойти дальше, как камень скатился со щита и со стуком покатился по ступеням вниз.

Вообще, место было не самое гостеприимное. Сырость, по стенам стекали капли грунтовых вод, что перестали удерживать выдохшиеся со временем заклинания.

Лаор молчал, но его скептицизм не нуждался в декларации.

Наконец ступени кончились, и мы оказались в небольшой комнатке. Обстановку время не пощадило, хотя благодаря сохранившемуся микроклимату тут все еще были в сохранности полки для продуктов и факельные штыри для освещения.

К одному из них я и направилась.

Лаор оглядывался и все же не удержался от комментария:

— Продуктовый погреб? Серьезно?

— Да, — лаконично ответила я, дернув за штырь. Раздался гул, и одна из полок отъехала в сторону, открывая темный провал потайной комнаты.

Вместо меня беседовали гораздо более словоохотливые магические книги.

— А что, Лаорушка, в целом логично. Тебя шо именно возмущает?

— Колбаса, например! Или окороки. По соседству с бесценными реликвиями! Ладно погреб, он хотя бы винный, все же благородный напиток.

Книги захихикали, а после Фолик озвучил наше общее мнение:

— Вот на таких снобов и был расчет! Бабка Мириам прятала самое ценное там, куда наиболее вероятные соискатели не сунутся.

— Ну действительно, кто станет искать алтарь на одной полке с вареньем?

— Технически — не на одной, а просто рядом.

— Тю, милый мой, не будь занудой.

Не обращая на болтовню книг внимания, я увеличила яркость огонька и прошла в скрытое ранее помещение.

По коже прокатились мурашки сканирующего заклинания, но ничего не произошло. Я жестом остановила Лаора.

— Тут какие-то чары. Меня пропустили, но ты не Харвис.

Он замер на пороге.

— Пойдешь одна?

— Да.

Впрочем, далеко топать не пришлось. Комнатка была маленькой, в ней с трудом помещался стол, на котором стоял сундучок уже знакомых очертаний. Аналогичные я видела в сокровищнице.

Пробежавшись пальцами по металлическим узорам, я с лихорадочно бьющимся сердцем открыла крышку.

И сразу потянулась к небольшому бархатному мешочку. Развязала тесьму. В неровном свете тускло сверкнул белый камень с красными прожилками.

Алтарь семьи Харвисов. Мой алтарь.