Глава 15. О девичьих грезах и нежданных гостях
А магистр уверенными шагами преодолел расстояние до дверей, которые сами перед нами раскрылись. Затем быстро миновал два лестничных проема, и мы оказались в длинном светлом коридоре.
К счастью, не наткнулись ни на одного адепта или преподавателя, иначе я бы точно сгорела от стыда, раз от зелья меня спасли. И так не могла найти подходящих слов – открывала рот и закрывала, не в силах, наконец, высказать наглецу все, что о нем думаю.
Конечной целью лорда оказался третий по счету кабинет, двери которого также распахнулись сами, пропуская нас, а затем мягко закрылись… и в тишине как-то слишком зловеще щелкнула защелка.
А вот это уже перебор!
Как и то, что меня бесцеремонно посадили на широкий дубовый стол. Мы оказались в несколько… неоднозначной позе.
– Вы!.. – от праведного возмущения у меня прорезался голос. Я только хотела спрыгнуть с рабочего места магистра, как мою правую руку перехватили сильные пальцы.
– Я, – самодовольно подтвердил маг, извлекая из ящика стола что-то достаточно увесистое.
Сначала мне показалось, что он достал шкатулку – плоскую, каменную. Но едва я увидела поближе, то чуть не ахнула – миниатюрный считыватель искр! Такой артефакт стоил баснословно дорого. К примеру, мы с братом меряли свой потенциал лишь раз – в семь лет, в главном храме Единого, где находился один из самых больших и древних измерителей. Как я знаю, такие артефакты были ещё в академиях магии и, собственно, у тех, кто мог себе позволить заплатить за него круглую сумму.
– Что вы делае… – мой вопрос повис в воздухе.
Лорд Рейвенс небрежно установил считыватель на стол, а затем моя ладонь, и так находящаяся в капкане его руки, оказалась на прохладной каменной поверхности.
Кожу тут же обожгло холодом, и я от неожиданности даже вскрикнула, но затем каменная пластина нагрелась.
– Десять искр, – голос Рейанара донесся до меня будто сквозь пелену.
Потому что я тоже видела эти цифры и мне хотелось… протереть глаза как минимум. Или ущипнуть себя – может, проснусь?
Нет, я подумывала о том, что мой потенциал мог вырасти, но чтобы настолько?! Десять искр – это очень и очень внушительно, тем более учитывая мои исходные жалкие две искорки.
– У вас, кажется, прибор сломался, – пробормотала я, пытаясь переварить эту новость. – Или… или мои браслет и кольцо искажают данные. Не знаю, но такого не может быть!
Я нервно дернула простенький золотой браслет, подаренный тетей и дядей на мое совершеннолетние. На безымянном пальчике сверкал невзрачный серебристый ободок с россыпью камней – уже презент брата. Он остался как память о том времени, когда у нас были хорошие отношения.
– Угу, стало быть, взрыв нам всем приснился, – хмыкнул маг, убирая артефакт на место. Затем выпрямился и, чуть сощурившись, начал меня внимательно изучать. – Адель, ничего не хотите мне сказать?
Если быть откровенной, мне было что сказать этому наглецу. Вот только совсем не то, что он от меня ожидает.
Я с прищуром посмотрела на него в ответ, напряженно прикусывая нижнюю губу. Маг не менее пристально пялился на меня, и не думая отводить стремительно темнеющие глаза.
Нервозно!
Итак, что же делать? Говорить или не говорить?
Несомненно, если бы я встретилась с лордом Рейвенсом только в академии, то сейчас заверяла бы, что сама не понимаю в честь чего такое внимание.
Вот только он же не идиот, верно? Настолько высокопоставленными людьми идиоты не становятся! И врядли он забыл наш задорный забег по кладбищу.
Нет, я могла и дальше строить из себя прелесть какую дурочку, но… Надоело жить в неведении. И теряться в раздумьях тоже надоело!
Раз мы остались одни, самое время поговорить.
– Магистр, – я устроилась поудобнее, справедливо расценив, что в положении сидя на столе, я достаю ему хотя бы до плеч, а на своих двоих едва ли до груди, – Вы ведь точно предполагали, что мой потенциал выше заявленных двух единиц. Значит, вы сами спровоцировали взрыв! Зачем?
– Я ведь не ходячий измеритель потенциала, Адель.
Мужчина мягко улыбнулся, и я на миг замерла, любуясь, но потом, поняв, что другого ответа не будет, раздраженно продолжила:
– И наше странное знакомство, лорд Рейвенс… Что вы делали на кладбище?
– Гулял. Знаете, там удивительно чистый воздух, особенно по ночам. Так и хочется немного побегать среди склепов и могил, – очень серьезным тоном сказал Рейанар, хотя в голубых глазах вовсю сверкали смешинки. Вот же… Умудряется ещё и издеваться!
– Не знала, что у магов вашего уровня настолько много времени, что по ночам бегаете по кладбищу, а после обеда преподаете на платном курсе для малоодоренных. Это ведь смешно! Сам лорд Рейвенс и простой курс по зельеварению!
– Зря вы так. Как выяснилось на данном курсе встречаются очень даже одаренные студенты! К примеру, вы, Адель, – мужчина продолжал спокойно на меня смотреть, и я даже не могла по его лицу считать то, о чем он думает. – С десятью искрами вы можете успешно поступить в Академию даже на боевой факультет.
Угу, и хватит тетушку инфаркт!
Нет уж, не нужен мне никакой боевой факультет, мне хватит для начала курсов по зельеварению – как минимум я смогу себя обеспечивать. Да и на кой шус мне боевая магия?
И вообще, очевидно, что мужчина просто переводит тему!
– Вы ещё скажите, что не знаете, почему снитесь мне каждую ночь?! – вспылила я, так как не получила ни один нормальный ответ на свои закономерные вопросы.
Но лучше бы я вовсе не любопытствовала на эту тему!
– Знаю, – маг склонился ко мне, и я сглотнула, осознав, что наши лица оказались очень близко. – Потому что я этого очень хочу. Это, может, прозвучит странно, но с самого утра я жду вечер, потому что для отдыха мне больше не нужен сон – мне достаточно после трудного дня увидеть вас, Адель.
Его слова меня огорошили, придавили к земле, заставили биться сердце так быстро, что я ощущала себя оглушенной своим же пульсом. А весь мой запал слетел как разноцветная листва с деревьев, пока я хлопала ресницами и смотрела в красивое лицо аристократа.
Новое.
На миг, всего лишь миг, я поверила в то, что это может быть правдой. Что я действительно могу ему нравиться, что между нами в принципе что-то может быть. И как бы сказочно все сложилось…
В голове, одурманенной девичьими грезами, которые иногда действуют похуже наркотика, тут же пронеслось свидание с Рейанаром. На чистом синем небе сверкают луна и звезды – единственные свидетели нашей встречи, я кутаюсь в камзол мужчины, а ноздри щекочет аромат гвейских пионов…
Угу, идиллия да и только! Адель, ты ещё придумай, что магистр на колени встанет и предложение руки, сердца и других органов сделает! И будем мы жить долго, счастливо и родим много детишек, ага.
Если бы я была хоть немного сентиментальной, хотя бы как кузина, то сдалась бы с потрохами после его слов. Лорд Рейвенс ведь буквально ожившая мечта! К тому же проявляющаяся знаки внимания к моей скромной персоне – это вскружит голову каждой девице. И я, честно говоря, еле сдержалась.
Чтобы там ни было, какие бы у него не были вдруг пламенные чувства ко мне, я остаюсь простой девушкой, пускай и с неплохим приданым, а он – лордом, наследником одного из самых больших герцогств. Такие женятся лишь на себе подобных, а на другие отношения я не согласна.
Оттолкнув мужчину, который легко поддался и сделал шаг назад, я поднялась, тщательно поправила платье, разгладив все складки на подоле.
Кажется, я тянула время, чтобы не сказать то, что должна была ответить приличная и уважающая себя барышня.
Но собравшись с силами, я вскинула голову и произнесла:
– Магистр Рейвенс, я не понимаю, к чему все эти игры. Что бы то ни было, я не собираюсь участвовать в этом.
Маг, ожидавший явно не этого, помрачнел. Затем вскинул бровь и вопросил:
– В чем вы не собираетесь участвовать, Адель?
– В развлечениях, которые распространены в кругу высокородных лордов, – твердо ответила я.
Судя по тому, как посерьезнел взгляд магистра и сжались кулаки, разговор продолжился, но к моей искренней радости вдруг в дверь постучали, причем довольно настойчиво.
– Магистр Рейвенс! Магистр!..
Я чуть ли не побежала открывать! Но опередил меня Рейанар – прошипев что-то себе под нос, он нервно махнул рукой, и дверь тотчас распахнулась.
На пороге стояла невероятно красивая девушка в белом платье с черными манжетами и таким же белоснежным передником. Форма медсестры, явно подшитая, подчеркивала все ее формы, а каштановые локоны подчеркивали фарфоровую бледность лица.
– Вот вы где! – пухлые губы растянулись в широкой улыбке. – Магистр, мне сказали, что вы направились ко мне с пострадавшей при взрыве студенткой, но не дошли.
Судя по тону и взглядам, которыми она одаривала темного мага, передо мной очередная поклонница. Взор был откровенно плотоядным, а еще внимательно-ощупывающим. Дева прошлась им по одежде магистра, и чуть подобрела лицом, застав ее в полном порядке.
И обратила взгляд красивых, прозрачно-голубых глаз на меня. И судя по тому, как прекрасные очи подернулись грозовой дымкой, моя потрепанная взрывом и магистерской заботой персона ей не понравилась!
– Добрый день, Эванжелина, – спокойно поприветствовал красотку в ответ герцог. – Да, вы все поняли правильно. Студентке стало плохо и я нес ее к вам, но…
Он замялся.
А я вступила:
– Но не донес! Мне стало еще хуже и магистр воспользовался своим кабинетом…
Для чего воспользовался я вот так вот сразу не придумала, потому замолчала. И зря! Так как девица немедленно уставилась на меня крайне возмущенно, а лорд Рейвенс крайне заинтересованно.
Я торопливо пошарила взглядом по кабинету, но так вот с ходу не нашла приличного оправдания. Не про считыватель искр же рассказывать? Шли мы такие, шли, мне поплохело и потому магистр решил, что самое лучшее лечебное средство – приложить холодную штуковину ко лбу.
Потому ткнула пальцем в графин с водой и сообщила:
– Отпаивал.
– Ну да, – медленно кивнула Эвенжелина, и на миленьком личике появилась гримаса злости, которая впрочем тут же пропала. – Но я тут и смогу вам помочь.
– И это просто прекрасно! – воодушевленно кивнула я, слезла со стола и рванула к медсестре. Обходя магистра по широкой дуге, разумеется. и судя по его все более мрачнеющему лицу, ему такие маневры вот вообще не нравились. Потому я встала рядом с Эванджелиной и заявила. – Все, ведите же меня в медпункт. А то мне снова станет плохо, я уже чувствую как тускнеет сознание и подступает тошнота. У вас же есть раствор риортана?
– Да.
– Я провожу вас, – шагнул вперед Рейанар.
Я посмотрела на красотку и практически ощутила себя гением логического анализа, так как она разумеется сладко улыбнулась и ответила:
– Что вы лорд Рейвенс, это моя работа.
О да! Я так и знала, что она не позволит!
– Но…
– О боги… – в хрустально-голубых глазках блеснули слезы. – Вы считаете, что из-за моего общественного положения, я непрофессиональна? Но поверьте, у меня были очень хорошие оценки.
– Эванджелина, конечно же я не сомневаюсь в вас.
– Тогда мы пойдем, и я позабочусь о девушке. А у вас, я уверена много дел.
Я решила добавить свои пять медяков:
– Да, вроде как у магистра скоро новое занятие. И я с бесконечным доверием вверяю себя вашим заботам, Эванджелина! – для надежности я аккуратно взяла девицу за запястье.
Она скрипнула зубами, но выдала улыбку и мы покинули, наконец, кабинет магистра.
Девица предсказуемо молчала. Я шла рядом с ней, чуть отставая, и как только мы дошли до внутреннего двора, из которого можно было покинуть академию, то сообщила.
– Пожалуй, я пойду.
– Вам же было плохо, – прищурилась медсестра.
– Уже полегчало. И поверьте, я учусь на зельевара и у меня уже сейчас есть своя лавочка. А в ней все нужное, – поспешно заверила ее я, опасаясь, что в медпункте меня ждут дополнительные испытания. Мало ли что она мне там выдаст? У риортана, например есть почти полный аналог, даже с таким же действием. Кроме одного нюанса. Слабительного. Так что я домой!
Разумеется, она не стала меня удерживать. Так что я направилась к выходу, с трудом сдерживаясь, чтобы не рвануть туда бегом!
Как же все усложняется, а?..
Притом не только из-за магистра. Теперь непонятно, что мне делать с обретенными искрами.
Всю дорогу я напряженно думала о том, откуда у меня лишние восемь искр. Мог ли ритуал так повлиять на мой потенциал? Или…
Харвисы ведь были очень сильным магическим родом. Причем, как я помню по рассказам маменьки, у ее прапрадедушки было вообще девятнадцать искр. Такие показатели всего у единиц за всю историю королевства!
Так что… может, все же часть магии во мне спала? А сейчас… пробудилась?
Я не знаю, возможно ли такое, надо спросить у Сарочки.
Вот так прокручивая события сегодняшнего дня в голове, я дошла до лавки. У порог меня встретил Кот, оглядел с ног до головы и спросил:
– Что случилось? – и предвидя мой вопрос, который так и вертелся на языке, сказал: – Я немного чувствую тебя и твои эмоции после ритуала. На занятиях определенно что-то произошло, и даже не нужны эмпатические связи, чтобы понять это по твоему рассеянному взгляду и потрепанной одежде.
Хм… Я подошла к зеркалу, которое висело в прихожей, и чуть ли не отшатнулась от него, едва увидела себя. Волосы всклокочены, кожа бледная, а платье смято так, будто я нем участвовала в охоте на монстров Нижнего мира.
Красавица!..
– Да так, Котик, – попыталась реанимировать косичку, но в итоге сдалась и просто распустила запутавшиеся волосы, – я всего лишь зелье взорвала.
Домовой удивлённо ударил хвостом об пол.
– Взорвала?.. Простейшее зелье «Эльвейс»? Это невозможно!
– Да-да, я сама потрясена, но давай попозже поговорим? – я направилась через холл к лестнице. – Я быстренько приведу себя в порядок!
И не дожидаясь ответа от изумленного духа, направилась наверх. В спальне быстро скинула одежду и залезла в душ. Только встав под упругие струи теплой воды, я немного пришла в себя. Вода уносила за собой тяжелый день и ненужные мысли, от которых уже порядком разболелась голова.
А когда вышла, закутавшись в полотенце, всего на минуту решила посидеть на кровати, перевести дух. Но сама не заметила, как легла и крепко заснула.
Сегодня мне ничего не снилось. И даже было немного жаль – в этом, конечно, я себе боялась признаться до последнего.
* * *
– Ну вот шо сказать? Спит, бессовестная, пока мы тут мучаемся! – над головой проворчала Сарочка.
– Да-да, я всю ночь места себе не находила! – поддержала подругу Марель. – Вставай, Адель! Вста-а-вай!
И кто-то настойчиво потянул мое одеяло.
– Я бы попросил дать ей поспать нормально, но соглашусь с вами, пора вставать, – раздался и мурлыкающий голос домового тоже. – Лавку кто откроет?
Кажется, надо было начинать именно с этого. Я тут же села, прижав к груди одеяло и с трудом раскрыв глаза.
– Сколько время? – хрипло спросила я, сразу подумав, что проспала.
Марель прыгнула ко мне на кровать, устроилась, свесив ножки вниз, поправила юбку и невинным тоном ответила:
– Шесть. Доброе утро, Адель!
Вот же… нечисть! Я со стоном легла обратно. Ещё два часа до открытия, между прочим!
– Почти шесть, – добавила Сарочка и громким шепотом сказала духу: – Котик, а теперь бежим! Учитывая, какой сейчас опасной стала наша ведьмочка, может что-то и бахнуть… А я ещё молода, в отличие от Марель!
– Ах ты потрёпанная сплетрица! – взьярилась мышь. – На твоем переплете клейма ставить негде!
– Ню-ню, – насмешливо фыркнула Книжуля, обложка которой и правда была усеяна магическими печатями.
– Да твоему возрасту позавидуют даже скалы Монтеррима, а моральный облик заставит тварей нижнего мира захлебнуться от зависти! – продолжала ругаться мой бухгалтер.
Между прочим, учитывая, что оные скалы считаются самыми древними в нашем мире, на которые спустились боги… кажется, Сарочку пытаются уязвить!
– Ша, дорогая Марель, я все не пойму зачем ты говоришь мне столь изысканные комплименты! – оскалилась в ответ появившаяся на книжке на удивление зубастая пасть.
– Девочки, хватит ссориться, – попытался было всех успокоить миротворец-домовой.
И разумеется попался под горячую мышиную лапу.
– А ты вообще молчи! Мало того, что ты, как представитель семейства кошачьих, мой классовый враг, так еще и бессовестно потакаешь этой потрепанной гроболежательнице!
– Кому-у-у?!
– Гроболежательнице! – задрав нос повторила «страшное» оскорбление Марель. – После смерти каждой хозяйки где ты находишься?
– Ты так говоришь, словно это моя тайная страсть, и я в саркофагах предаюсь невиданным извращениям!
Скандал набирал обороты, с каждой минутой становясь все более бессмысленным и беспощадным! Судя по всему две заклятые подружки в очередной раз выясняли отношения и чем дальше, тем больше уходили от сути вопроса, припоминая друг другу все новые прегрешения.
Я зевнула, прикрыв рот ладонью, и выползла из кровати со словами:
– Я умываться. Встретимся за завтраком.
Как я и ожидала, к тому моменту, как мы все собрались на кухне, накал угас. Атмосферка была самой тихой и мирной.
Сара и Марель расположились на подоконнике, смотрели в окно и что-то тихо обсуждали.
Кот уже заварил чай, и мягкий травяной запах разносился по всему этажу. Учитывая, что я пропустила ужин, ранний завтрак – это очень кстати! Поэтому первым делом села за стол и взялась за наваристую кашу, приготовленную домовым.
Моей нечисти это не особо понравилось.
– Ну я же говорила, шо у нее совести нет! – воскликнула Сарочка, подлетая ко мне.
– Согласна с тобой, иначе бы она сначала успокоила нас, а потом только села кушать! – поддержала подругу Марель.
Лично у меня совесть присутствовала, но совершенно не мешала заполнять желудок. Я потянулась к свежей булочке, только вид которой вызывал повышенное слюноотделение.
– Тихо! Дайте девочке поесть нормально, старые перечницы! – шикнул на них домовой, разливая ароматный чай по чашкам. – Кушай-кушай, Аделюшка, времени до открытия лавки полно, ещё успеем языком почесать.
На удивление, мышка молча забралась на стол, а Сарочка, недовольно пошелестев страничками, устроилась рядом с ней. Они явно собирались пробудить мою совесть своими неодобрительными взглядами, но мы с моей совестью были в доле – я хорошенько помазала сдобу маслом и абрикосовым джемом.
Однако едва я положила ложку в пустую тарелку и взялась за чашку, чтобы запить сладость булочки, то терпение у нечисти закончилось.
– Так шо взорвалось-то?
– Ты устроила пожар в академии?
Мареллина и Книженция задали вопрос почти в одно время. Все, дальше мучать их я не имела права – как минимум из соображения собственной безопасности, учитывая, как у гримуара затряслась закладка.
– У меня зелье взорвалось, – начала я, откинувшись на диванчик. После сытого завтрака захотелось снова поспать. – Пожара не было, магистр Рейвенс среагировал вовремя, и ни я, ни академия и остальные студенты, не пострадали.
Меня слушали молча и огромным удивлением.
Первая высказалась Сарочка:
– Так, подожди, это же зелье «Эльвейс»? Мы ведь для него основу с тобой делали. Оно ведь простейшее! Его невозможно взорвать! Ты шо сделала, мать?
Я пожала плечами. Она не первая, кто это говорит. Но в моем случае существует один нюанс, который в корне все меняет:
– Потом магистр измерил мой потенциал. У меня не две искры, а десять.
– Я ведь чувствовал! – сказал Кот, нервно махнув пушистым хвостом.
– Кот, мы должны были раньше поговорить с Адель о твоих подозрениях, – Марель вздохнула. – Мало ли, что могло произойти!
Я, которая только сделала глоток теплого чая, поперхнулась и закашлялась. Что?!
То есть они подозревали, что с моими искрами что-то не так, и молчали?!
Переведя испытывающий взгляд с одной нечисти на другую, я потребовала:
– Рассказывайте! Дело в ритуале, да?
Ну а в чем еще! Ведь именно в тот момент когда я привязывала к себе книгу и дом в первый раз и рвануло!
– Не совсем, – вздохнул в ответ домовой. – Вернее, ритуал стал лишь катализатором. Он не добавил себе искр. Они были всегда.
– Тогда почему не обнаруживались? И не только у меня ведь, – я нервно закусила губу. – Наш род относится к угасшим. К сожалению, уже несколько поколений как начальный потенциал магов не превышает трех искр, а финальный пяти. И это после долгих лет развития! А мои родственники были очень упорны, уж поверьте.
Потому что это обидно, когда в один момент из одной из самых влиятельных и богатых твоя семья становится парией. Увы, магическое общество подвержено социальному влиянию также, как и любое другое. Некоторые ретрограды не хотели вести дела с угасшим родом Харвисов, а находить для детей партии становилось все сложнее. Хоть какие-то партии, я уже не говорю о выгодных!
– Тогда получается, что сила была у всех. Просто… недоступна. Дело в том, Адель, что на тебе лежало родовое проклятие.
Я нахмурилась, а после нерешительно сказала:
– Проклятие? Сара, ты уверена?
– А таки шо, есть сомнения?!
– Книжуля, не нервничай, – кот запрыгнул на стол и нежно погладил букинистическую подружку хвостом по корешку. – Адель?
– Просто род-то обнищал далеко не сразу. Стало быть, пока имелись средства, то очень напряженно искали причину понижения искрового потенциала. И на проклятия проверялись тоже.
– На ведьминские в том числе? – хитро прищурился домовой. – Кстати, оно до сих пор осталось, просто теперь не действует.
Книжка вспорхнула со стола и облетела вокруг меня, практически мурлыкая:
– Очень элегантное, практически незаметное и вросшее в ауру. Поистине произведение ведьминского искусства, надо признать! – она коснулась закладкой моей макушки. – Вплетено идеально в ключевой узел! Чудо, а не работа!
Я машинально потерла макушку:
– А почему не действует-то?
На меня уставились крайне скептично и с сомнением в умственных способностях.
– А подумать?!
– М-м-м… из-за того, что я сама стала ведьмой?
– Именно. Там видимо в условиях это было, так как обычно на ведьмах ведьминские же чары очень даже работают.
– Чудеса, – покачала я головой, после минутных раздумий и меланхоличного опустошения большой чашки с чаем и зажевывания новостей булочками. – Получается, кто-то из Харвисов очень разозлил какую-то ведьму. И она прокляла весь род и как условие снятия поставила то, что один из нас перейдет на ведовскую сторону?
– Вряд ли это сняло со всего рода. Но пожалуй, точно стоит уточнить у тетушки, ее детей и брата, как там дела с их потенциалом.
– Тетя практически не колдует, могла и не заметить, – задумчиво протянула я. – У кузины искр нет вообще. А вот братец… заметил бы, наверное! Но вряд ли пришел бы делиться, у нас с ним не те отношения.
– Вот так, Аделька.
Я немного помолчала, а после озвучила самый тревожный для меня вопрос:
– А что дальше-то делать?
– А вот это, моя юная ведьма – правильная мысль!
Немного посовещавшись, мы пришли к выводу, что нужно все же узнать у родственников, как у них обстоят дела с магией. Так-то причиной увеличения их потенциала стала я, поэтому, если… к примеру, у брата что-то взорвется по незнанию, косвенно виновата буду в этом я. Пускай у нас и сложные отношения с Натаном, а с родней со стороны мамы я и вовсе почти не общаюсь, все равно надо поговорить.
Но отчего-то к визиту в поместье рода Харвис я готова была больше, чем вновь переступить через порог дома дяди и тети…
– А как мне быть? У меня же по документам всего лишь две искры, а по факту теперь десять! – спохватилась я.
– Топаешь на переосвидетельствование магического потенциала, тут без вариантов, – сказал домовой, разливая новую порцию чая по чашкам.
Ну да, после такого взрыва, свидетелями которого было столько людей, прятаться однозначно глупо.
– Агась, скажешь бородатым дядькам здрасьте, я всю жизнь ходила с двумя искрами, но тяга к знаниям и учеба в академии совершило чудо – их у меня теперь десять. Тебе заново померят данные, повздыхают, мол, действительно чудо чудное, Единый велик и все такое, – поведала Книжуля, взмахнув своей закладкой, мол, что за непутевая, всему ее учить. – Тебе выдадут новые документы и все.
Подробный план действий от Сарочки был поистине гениальным, так что я на всякий случай запомнила ее слова. Между прочим, она мудрый гримуар с огромным багажом опыта, тщательно собранного из жизни в двух мирах.
– Кстати, Адель, расскажи нам подробнее про взрыв, – Марель внимательно посмотрела на меня своими черными глазками. – Как наш маг тебя спас-то?
И судя по ее взгляду – отвертеться от ответа мне не удастся.
Я взялась за свою чашку, сделала несколько глотков, пытаясь хотя бы оттянуть неизбежное. Как представила, что сейчас поведаю, как магистр взял меня на руки, про лепестки и… И они уже меня прямо тут и повенчают!
Под паучий хор, угу, и мышиные танцы!
Но врать нечисти также не хотелось, потому принялась рассказывать:
– Вообще-то взрыв отчасти произошел из-за темного мага. Я, помня про то, как чуть ли не подпала себя, добавила в зелье парочку руа, но лорд Рейвенс настоял и…
Меня нетерпеливо перебила Сарочка:
– Давай опустим неинтересные моменты и начнем таки с главного? Как спасал-то?
– Романтично? – мышка подалась вперед.
– Героически, не жалея собственной темномагической шкуры? – вопросила гримуар.
– Или так, средней паршивости было спасение? – усмехнулся домовой.
Ладно-то эти сплетницы, а Кот куда?
– Нормально спас. Ментальным щитом со странными эффектами, – мрачно ответила я, присасываясь к чашке с чаем и не желая распространяться дальше.
– Какими это? – тотчас заинтересовалась Книжуля. – Он пел голосами райских птиц и сверкал как мыльный пузырь?
Вот же ехидна! Но щит действительно сверкал, а потому я честно ответила:
– Всеми цветами радуги.
– Цэ я ж так и сказала! Як мыльный пузырь! Продолжай!
– А можно не надо? – практически сдалась я, но все же решила воззвать к совести этих двух зараз, которые между собой могли ссориться сколько угодно угодно, но выступали единым фронтом во всем, что касалось мужчин и моей самым возмутительным образом отсутствующей личной жизни.
– Нельзя, – решительно отрезала Марель.
– Так шо с пением?
– Не пел, только лепестки роз рассыпал.
– Ага! – торжествующе выкрикнула Сара, с превосходством глядя на мышь. – Лепестки роз! Не то что твой кандидат – какая-то еда, из жалкого, самого популярного ресторана!
– Ну Сара!
– И таки хочу заметить его уже давно не видать на нашем горизонте личной жизни! Не то что маг! Наш лорд Рейвенс стремительно завоевывает позиции!
Сара прошептала какое-то заклятие и на кухне прямо из воздухъа появилась печально знакомая табличка с именами самых вероятных кандидатов на мои сердце и почки. И напротив имени магистра появилась очередная черточка.
– Вот, это за розы! А на руках нес, Аделька? Ты же вся такая пострадавшая была после взрыва, да ведь?
– Девочки, вообще-то это ваш лорд и виноват во взрыве, – очень вредным тоном сообщила я. – Он видел, что зелье уже дошло до нужной кондиции, но все равно заставил меня добавить еще силы. Все ему по инструкции, видите ли надо!
Я встретилась взором с совершенно пустыми глазами Сарочки, в которых казалось парил розовый туман. А после гримуар мечтательно вздохнул, и напомнил:
– Лепестки роз!
– Ну так виноват же!
– Зато красиво спас, глупая ты женщина! Между прочим это суперспособность мужчин спасать прекрасных девушек от проблем, которые они сами же и организовали.
– Никогда мне не понять твою логику.
– Цэ еврейская же.
– Обычно она практичная, а сейчас не очень.
– Тю. Жива?
– Жива, – нехотя подтвердила я.
– Здорова?
– Здорова, – спорить было не с чем.
– Таки значит все идет по темномагическому плану!
И эта прописная истина из уст умного гримуара вот ни капельки меня не порадовала!
– Сплетницы, – вздохнул домовой, который наблюдал за этим с настолько большим интересом, что я справедливо заподозрила его в намеренном бурчании. – Хватит мыть косточки мужикам, пора за работу.
Марель встрепенулась, прислушиваясь к чему-то за пределами кухни, а после подняла лавку, призывая нас всех замолчать.
Нижние доски двери засветились, пропуская запыхавшегося Олиса, который привалился к ножке стола и прохрипел:
– Гости! У нас гости!
– Где?!
На нас посмотрели как на дурачков.
– У дверей, конечно. Стучать изволят, а колокольчик звенит тихо-тихо, видимо магический звуковой заряд закончился.
– Гости это хорошо, – медленно проговорила я. – Но вот незваные гости.
– Незваные гости цэ расходно. И самое ужасное, что незапланированно расходно! Но пойдем встречать и купать их в волнах нашего презрения.
– Кто хоть притащился? – осведомился домовой, левитируя с полки еще парочку чашек с блюдцами.
– Тетка, кузен тот настырный и девица какая-то.
– Кузен? – воодушевленно передернула хвостом Марель.
– А ты таки не радуйся, – тотчас вступила Сарочка, и махнула закладкой в сторону рейтинга. – Ему нашего Рея вовек не догнать!
– Еще посмотрим!
А я лишь покачала головой и пошла встречать визитеров. Тетя Ханна, Кристиан и кто еще? Неужели кузина? По крайней мере это логично.