Глава 29

Ранним утром следующего дня мы вновь встретились с магистром на поляне с теплицами. Дерек выглядел еще более невыспавшимся, чем накануне. Кажется, парень вообще забыл, что такое нормальный сон и еда, и все время посвящал бдению над Тенерией.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, то изведешь себя, но не создашь цветок, — шепнула ему я, — для работы нужна энергия.

Дерек понуро кивнул.

— В последнее время перестало получаться даже то, с чем я, казалось бы, разобрался, — обреченно проговорил парень, — вместо магии выходит что-то несуразное. Вчера ночью, например, я создал энергетический слепок кактуса. Но зачем мне кактус?

Вообще-то, кактусы были очень даже полезны в определенных ситуациях. Например, когда в твой дом вламывались непрошеные ухажеры или нежданные гости, пытающиеся тебя из него выселить. Я бы свой кактус не променяла бы ни на что. Но Дереку были неведомы подобные проблемы, так что я лишь пожала плечами.

— Кактус тоже цветок.

— Приступим, — произнес Тенебрис, когда мы расселись в круг, — как я и обещал, сегодняшнее занятие мы посвятим почве.

Я стала вспоминать свои познания в этой области, которые ограничивались тем, что почва — это верхний слой земной коры, образующийся в результате взаимодействия минералов, органических веществ, воды и воздуха. Из типов почвы я знала лишь чернозем, глину, песок и суглинок.

Уже приготовилась услышать от Тенебриса нечто подобное, но магистр молча положил руку на траву, что-то прошептал, а в следующий момент в его ладони была горстка земли.

Он поднес ее к носу, принюхался и высыпал перед собой.

— Уже на этапе, когда вы сажаете семя в землю, можно заложить в него будущие свойства. Например, изменить сорт, привить характер, привычки, вдохновить на то, для чего растите цветок. Всегда держите в голове конечную цель. Иначе вся ваша работа просто не имеет смысла.

Закончив говорить, магистр извлек из широкого кармана четыре пузатые баночки и разложил в них землю.

— Давайте вырастим четыре разных… — Тенебрис на секунду задумался, — гортензии.

Из другого кармана он вытащил семена, немного подержал их в кулаке и опустил каждое в отдельный пузырек.

— Мисс Винке, — обратился ко мне Тенебрис, — чтобы вы хотели вложить в будущий цветок?

Я ненадолго задумалась. Я же никогда раньше не задавалась подобными вопросами. Просто растила цветы на продажу или выводила определенные сорта под запросы клиентов Элизабет. В отличие от Бертрана. Он создавал орхидею специально для любимой дочери, как драгоценный подарок, как талисман… и в итоге именно она помогла мне выиграть Королевский конкурс.

— Я бы хотела вложить в него благодарность, — отозвалась я.

Мари хмыкнула.

— А вы, мисс? — тут же обратился старик к девушке.

— Я бы просто хотела, чтобы он вырос быстро и не доставлял никаких проблем, — проговорила брюнетка.

Кевин назвал спокойствие, а Дерек завернул длинную историю про то, что желал бы, чтобы будущий цветок каким-то образом поспособствовал его успехам с Тенерией.

— Ну что же, будь, по-вашему, — улыбнулся магистр и начал шептать заклинания. Все это время я, не отрываясь, смотрела на банки с землей. Прошло несколько минут, и почва, куда Тенебрис посадил семечко с моим намерением, стала как будто бы воздушной, превратившись в мусс.

Вновь образовавшаяся субстанция потеряла цвет, а потом начала окрашиваться в нежно-сиреневый и слабо мерцать. Магистр произнес очередное заклинание и из того, что раньше было землей, прорезался маленький росток. Стал тянуться наверх, распространяя вокруг нежность и теплоту.

— Вы можете пересадить его в теплицу, мисс Винке, — сказала магистр, вручив мне баночку, — ему уже тесно здесь.

Я осторожно взяла емкость и придвинула к себе. Мне было интересно посмотреть на другие цветы.

Почва под гортензию Мари повела себя совсем иначе. В отличие от моей, стала как будто бы еще более землистой и тягучей, словно лава. Багровые прожилки смешались внутри сосуда с золотыми. Я даже со своего места ощущала, сколько в этом цветке было энергии и силы. Магистр замолчал и хотел было передать девушке емкость с ростком, но раздался треск и стекло разлетелось на мелкие кусочки. Тенебрис тут же позволил будущему цветку пустить корни в землю.

— Быстро, даже слишком, — сказал старик, обращаясь к Мари.

Когда парни получили свои ростки, мы разбрелись по теплицам. Я высадила гортензию напротив вчерашней розы и вернулась на поляну. Мне не терпелось научиться тем чудесам, который только что продемонстрировал Тенебрис. Я прекрасно понимала, что предстояли еще недели тренировок, прежде чем у меня получится хотя бы что-то подобное.

После небольшого перерыва старик углубился в лекцию, и я принялась строчить в тетрадке, боясь упустить малейшие детали. В какой-то момент магистр замолчал.

— Как вы уже поняли, последующие дни вы будете добиваться похожих результатов, — проговорил Тенебрис, — возьмите одно семечко из тех, что вы отбирали, и подумайте, прежде всего, про цель. В этой работе вам будет помогать один из лучших моих учеников, Джекфорд Рид, который приехал почтить старика и провести несколько месяцев в Академии.

Я дописывала то, что казалось мне важным из лекции, и не сразу подняла глаза, а когда, наконец, оторвалась от тетради, то в изумлении уставилась на стоящего рядом с магистром молодого человека, в котором узнала незнакомца с рынка.