ГЛАВА 27

«Ради которого ты меня бросила» – набатом билось в голове, заставляя мысли лихорадочно метаться и найти логичное объяснение. Но не выходило. Никак. Тут же вспомнилось его удивление, когда я спросила про кольцо, и его непонимание про то, что он бросил кого-то ещё… Да много всего всплыло в голове. А значит… – Если ты не писал мне тех писем, то… – я не закончила, задумчиво посмотрев на море, затем вновь на Хеса. – Их подделали. Подделали, чтобы я думала, что ты меня бросил и заключил брачный договор. – Получается, что так, – через долгую паузу сказал Хес, медленно отпуская мои руки. А когда отпустил полностью, я сделала шаг от него и остановилась, посмотрев в глаза. – Как и мне подделали твои письма. Только вот одно не сходится, Крис, – голос его стал жёстче, почти резал. – Почему ты целовалась с Люком? – Что? – опешила я. – Когда я получил от тебя письмо о том, что ты не готова ради меня покинуть свою империю, родителей, академию, свой боевой факультет, ради которого ты столько всего сделала, я не поверил и, бросив всё, сразу же полетел к тебе. Но угадай, что, Крис, я увидел, когда оказался в твоей академии? – желудок скрутило в преддверии ужасного. – Тебя и Люка, прижимающего тебя к стене. Вы целовались, Крис. Я сам видел. И понял, каким я был дураком. Мне ведь говорили, что у тебя начался роман с ним. Говорили ведь… А я не верил. Тогда я и понял, что ты меня бросила не по тем причинам, про которые писала. Точнее, не они были главными, а этот Люксин Хосмив. – Что? – от шока у меня горло перехватило, и я закашлялась. – Хес, не было… – и тут я резко замолчала, вспомнив одну неприятную сцену. После писем Хеса мне было настолько плохо, что я ничего не видела, не слышала, не могла есть и даже спать. Меня пытались привести в чувства друзья и родители, но всё было без толку. И Люк тоже пытался. Всё старался докричаться до моего разума, но не выходило. И в один из таких тяжёлых разговоров под крышей уличного перехода из корпуса в корпус он прошептал, что, может, «это» приведёт меня в чувства, и, прижав меня к стене, поцеловал. Он меня поцеловал. Именно это и увидел Хес. Но как же удачно всё сложилось. Как-то… И тут я вспомнила небольшую деталь. Люк тогда себя вёл немного странно. Нервно и постоянно оборачивался, словно боялся, что нас кто-то увидит. Или наоборот? Хотел, чтобы кто-то конкретный нас увидел? Пресветлые, если бы сейчас не было этого разговора с Хесом, я бы никогда не вспомнила такую малость, как небольшую странность в поведении бывшего жениха. – Он… Он всё подстроил… С этими словами я осела. Ноги сами подогнулись, и я села на мокрый песок. Хес не поддержал меня. Нет. Он просто сел рядом со мной и посмотрел вдаль на бушующие волны моря. А небо продолжало плакать за нас. – Так поцелуя не было? – глухо спросил Хесмут. – Был… – выдохнула я. – Но… Я не хотела этого. Люк… Он… – Он насильно тебя тронул? – со сталью в голосе спросил капитан. – И часто он так тебя… Трогал? – Нет, – помотала головой я. – Нет. Это было единожды. Но тогда он сказал, что хоть так попробует привести меня в чувства. Я… Понимаешь, Хес… После того как я получила от тебя письма. Одно за другим. После того как ты мне написал, чтобы я прекратила тебе писать и унижаться, а после я узнала, что ты заключил помолвку… Я… Договорить я не смогла. Голос пропал, внутри всё сжалось, и стало так плохо… Внутри всё разбилось на осколки. Наше счастье… Наша любовь… Её уничтожили. Забрали у нас. – Это всё подстроил он, – озвучил мои мысли Хес. – Тварь! Он забрал тебя у меня. А я… Идиот. Позволил ему это сделать. Позволил одурачить себя и поддался своей гордости, когда увидел тебя с ним. Не стал, как мне тогда казалось, унижаться и требовать объяснения от тебя. Просто развернулся и ушёл. Я сам всё испортил. Потерял тебя… – Но как он смог всё так устроить? – ошеломлённо выдохнула я, не в силах поверить в то, что Хес не бросал меня. В то, что он не предал нашу любовь. Не предал меня. И в то, что он эти все три года считал меня… Даже представить страшно, кем он меня считал. – О моём приезде ему сообщили, когда я вошёл в академию. Думаю, что там у него всё схвачено. Ведь именно через академию проходят все письма. Вот он и подделал мои тебе, а твои мне. При этом перехватывая твои настоящие письма мне. – А слухи распространили его дружки, – догадалась я. – Как и тебе доносили тоже его знакомые. Я точно знаю об одном, с которым ты раньше общался. Люк познакомился с ним на той практике, – я вновь замолчала, пытаясь всё это переосмыслить, и прошептала. – А я была в таком состоянии, что просто поверила. Даже перепроверять не стала. – Не удивительно, ведь ты была уверена, что я тебя предал, – тихо, но твёрдо сказал Хес. – А ты был уверен, что тебя предала я, – почти безжизненно прошептала в ответ. – Да, – коротко ответил он, но я слышала его боль в этом простом слове. – Люк добился своего. Он просто забрал тебя… А я позволил это сделать. Повторил Хес, и я почувствовала в его голосе столько всего, что мне самой стало больно за него. – А что теперь… Хес? Задала я главный вопрос и замерла в ужасе и предвкушении ответа. – Что теперь? – грустно усмехнулся самый сильный некромант во всех империях до статуса архимага. – Насколько я знаю, у тебя должна быть свадьба скоро. Так, Крис? – Нет, – покачала я головой и посмотрела в небо, с которого сыпались крупные капли и которых стало больше с момента нашего сюда прихода. Дождь усиливался. Медленно, но неотвратимо. – Я ушла от него. Сразу после того, как обнаружила в нашей спальне его и обнажённую девушку под ним. А после уехала сюда, в надежде, что он меня в ближайшее как минимум время не найдёт. – Вот даже как? – не глядя на меня, сказал Хес. – Я не знал даты. Знал только, что ты должна была выйти замуж. Я старался не думать о тебе. Забыть тебя. Возненавидеть тебя. Но… Это выше моих сил. – Как и я тебя… – Унеслись мои слова с ветром в беспокойное море. – Скажи, Крис, у нас есть шанс? – спустя какое-то время тишины, разбавляемой лишь шумом бьющихся волн, ветра и дождя, спросил Хес. – Шанс? – глухо переспросила я, понимая, что между нами уже не будет всё как прежде. Слишком много всего произошло. Слишком долго мы жили в тех эмоциях друг к другу, когда в душе образовалась разъедаемая ядом боли и потерь дыра. – Лучше сначала задаться вопросом – а чего мы хотим? Чего ты хочешь, Хес? – Тебя, – не раздумывая ни единой секунды, ответил он, а после резко приблизился и замер в миллиметрах от моих губ. – Я всегда желал только тебя, Крис. Взрыв! Разорвавший все выстраиваемые годами барьеры, преграды, что покрывали и держали воедино куски разбитого сердца. Они все разом покрылись трещинами, а после всё разлетелось мелкой пылью. Он всегда желал только меня! Меня! Хес приблизился ещё, и когда соприкоснулись наши губы, меня пробило молнией! Электрические разряды пронеслись по венам с кровью, по всему телу, выворачивая наизнанку душу и всё, что она в себе таила. Я не верила в то, что происходило в этот момент. Не могла поверить. Но это происходило. Я вновь чувствовала его губы. Его дыхание, перемешанное с моим. Его тепло, даже жар проникал в меня, отогревая тот лёд, что покрыл собой всё, заглушив любые сильные чувства. Оголились нервы. Весь мир померк. Исчез в одно мгновение. Остались только мы. Только я и он… Я и тот, ради которого вновь забилось моё сердце. – Хес, – прошептала я и ответила на поцелуй. Так сильно, как того требовала душа, так яростно, на что было способно сердце. Он отвечал тем же. Страсть, нежность, боязнь того, что это всё нереально, надежда на любовь – всё смешалось воедино. В один сумасшедший коктейль, в котором мы купались, наслаждаясь друг другом и тем, что происходило между нами. С нами! Хес навис сверху, и я упала на мокрый песок. Он целовал меня так, словно умирающий от жажды путник, внезапно добравшийся до источника свежей воды. И я отвечала ему тем же и с неменьшей нуждой в нём. В его прикосновениях, в его шёпоте моего имени, в его пламенно горячих поцелуях, что заставляли мою кровь плавиться. – Крис… Моя Крис… – ветер подхватывал его шёпот и уносил в морской шторм. Или шторм был во мне? Не знаю, сколько прошло времени, когда Хес отпустил меня из плена своих губ и, тяжело дыша, прислонился своим лбом к моему. Время слилось во что-то вязкое и долгое, но в то же время искромётно быстрое. Вокруг была темнота, и лишь свет от соседнего отеля и едва доносившийся до нас от пансионата разбавляли тьму. И периодически всё вокруг освещали молнии, после грохота неба. Я не хотела останавливаться. Это было мучительно больно. Я желала большего. Я хотела всего Хеса. Как и он жаждал меня. Я это чувствовала. И если бы ему не хватило сил остановиться, то я бы точно не смогла. Это было выше моих сил. Намного выше. Но он сделал правильно. Не сейчас… Не так… – Ты даже не представляешь, насколько мне тяжело не целовать тебя, когда ты вот так рядом. Когда ты подо мной и хочешь этого не меньше, – хрипло сказал он. И от этого хрипа тело заломило от желания. – Но я не хочу больше совершать ошибок. И сделаю всё правильно. – Хес-с-с… – прошептала я, прилагая титанические усилия, чтобы не потянуться к его губам. – Ты прав. Нам нужно время. – И оно у нас есть, Крис, – улыбнулся он, открыв всё это время зажмуренные глаза и посмотрев в мои. – Вся жизнь наша. – Вся жизнь наша, – эхом повторила я, веря в эти слова. Ведь как может быть иначе? Если нам не быть вместе, то и жизни-то никакой нет… Только с ним. Только рядом с ним. И только ради него. Хес… Как же сильно я тебя любила и как же сильно люблю сейчас. – Ты вся мокрая, – прошептал он, медленно проведя по мне взглядом и едва оторвав взгляд от моей часто вздымающейся груди. О, Хес… Ты даже не представляешь, на сколько. – Тебе нужно домой и хорошо отогреться, чтобы не заболеть. Так вот он про что… Усмешка коснулась моих губ. Пресветлые, как же я его люблю. Только он в такой момент, когда нас ломает и выворачивает от желания пойти дальше в этом безумие, думает обо мне. О моём здоровье. – Я тебя провожу, – с этими словами он с усилием, которое сложно было не заметить, оторвался от меня и быстро поднялся. После протянул руку и помог встать на ноги и мне. Снял с себя куртку капитана и накинул мне на плечи. Затем поправил, чтобы она закрыла верхнюю часть моего тела полностью, да и немного низ тоже. Он был значительно выше меня и очень даже шире в плечах. Так что в ней я попросту утонула. А запах Хеса моментально вскружил голову. Хвоя, мята и морской бриз… Лишающий рассудка аромат. Ответить я не смогла, лишь кивнула в ответ. Капитан положил мне ладонь на талию, придвинул меня к себе и, поддерживая, чтобы я не прихрамывала, поскольку нога вновь дала о себе знать, повёл к дому. Так мы шли несколько минут. Не торопясь, словно всё время мира теперь было нашим. Наслаждаясь такой кричащей между нами тишиной и близостью друг друга. Хес периодически склонялся к моей голове, едва касаясь макушки, и делал шумный, глубокий вдох. И у меня каждый раз от этого пробегали мурашки по коже. Когда пансионат показался из-за деревьев, Хес как-то подобрался весь и, чуть помедлив, сказал: – Я начну расследование. Нужно узнать, кто желал твоей смерти, – сделав небольшую паузу, он задумчиво продолжил: – Сомневаюсь, что это Люк. Ему нужна ты, но никак не твоя смерть. Поэтому подумай, Крис, кому выгодна твоя гибель? – Я тоже не думаю на Люка, – призналась я. – Но кто это может быть… Я не знаю. У меня нет врагов. Это очень странно, Хес. – Да, странно, – согласился он, на мгновение прижав меня к своему боку чуть сильнее. Словно ему было сложно справиться с мыслью, что где-то бродит тот, кто жаждет моей смерти. – Я всё узнаю. За безопасность не беспокойся. Я сверху на пляже накинул ещё своих личных маячков и усилил охранки своей магией. – Ты это сделал ещё до того, как ты узнал правду обо мне? – я остановилась, вынудив и его. А когда наши взгляды встретились, меня вновь пробило током. – Естественно, Крис, – как само собой разумеющееся, сказал он и, протянув ладонь к моему лицу, пальцем нежно провёл по щеке. – Даже если бы оказалось правдой то, что меня мучило эти три года, я бы всё равно продолжал заботиться о тебе. Не задумываясь кинулся бы в бездну ради тебя. Отдал бы последние силы, наплевав на выгорание. Ни разу бы не подумал, прежде чем броситься на нож ради тебя. Чтобы между нами ни происходило, Крис, ты всегда будешь в моём сердце. Вне зависимости, со мной ты или нет. Для меня важна именно ты и твоя жизнь. – Хес… – прошептала я, и по щекам потекли слёзы, а после я приподнялась на цыпочки и коснулась его губ. Самых желанных… Он… Он просто неописуем. Его нельзя охарактеризовать какими-либо словами. Он просто Хес. Мой Хес! Лучший во всём мире мужчина! Ради которого и я брошусь в саму бездну, ни секунды не сомневаясь.