Глава 17. Где меня обвиняют в преступлении

— Да, — подтвердили мы хором.

Джастину подсунули розетку с вареньем. Девушки о чем-то еще говорили, я слушала через слово, пытаясь понять, о каком сговоре и преступлении говорил Джастин. Не просто же так он сюда пришел? Включилась, когда услышала:

— В вашем мире таких блюд не знают. Они из нашего мира. Как и фамильяры.

Джастин поразился:

— Вы что, фамильяров из своего мира таскаете? - Он перевел взгляд на Наташу. - И артефакты тоже?

Девушки дружно рассмеялись. Я замахала рукой.

— Да нет же, ты не так понял. Видел, кто гуляет здесь по парку? Это все персонажи сказок из нашего мира. Именно их я создаю. В вашем мире их никто не знает. Понимаешь? А Наташа и Арлет с ними знакомы. С детства.

Джастин размышляя покрутил ватрушкой в воздухе, разделался с вкуснятиной в два укуса, кивнул своим мыслям.

— Это все прекрасно, — вкрадчиво произнес он. — Только совсем не отменяет того факта, что вы, мадемуазель Алиса Озэрро, вчера совершили незаконную сделку с помощью краденой печати.

— Я? — изумилась я, во все глаза глядя на Джастина.

Я не дождалась ответа и переспросила:

— Когда?

Джастин саркастически ухмыльнулся и ответил, явно наслаждаясь произведенным эффектом:

— Потерпевшие заявили, что вчера в обед мадемуазель Озэрро собственной персоной изъявила желание продать недвижимость по адресу: город Льежен, улица Подгорная, три, Питомник фамильяров.

— Что? Да я...

— Ну не я же, — сурово прервал меня барон. — Для заключения заведомо недействительной сделки была предъявлена пропавшую печать и документы на собственность. В результате получен от покупателя аванс в размере пятидесяти тысяч солеров.

— Сколько?

Сумма была совершенно запредельной. Я даже представить не могла таких денег.

— Джастин, сдурел? — первой возмутилась Наташа. — Какой договор? Какая печать? Да она в этом мире без году неделя. Никого тут не знает. Как по-твоему она должна была все это  провернуть?

— И правда, Джастин, — поддержала Арина.

Мужчина откинулся на спинку кресла, глянул на нас с усмешкой и со смаком надкусил новую ватрушку. Весь его вид говорил: «Ну, давайте, ищите оправдания. А я послушаю».

— Это ни в какие ворота! — Наташа бахнула чашкой по блюдцу, обернулась ко мне. — Ты в городе хоть раз успела побывать?

Я расстроено кивнула. Показала два пальца.

— В тот день, когда попала сюда. Меня Джастин довез до питомника. И один раз ездила с родственником на рынок. И, кстати, печать украли до того, как я оказалась в этом теле.

— Вот! — Арина торжествуя подняла палец вверх. — Слышал? Теперь понимаешь, что она не могла все это провернуть?

Джастин спокойно доел ватрушку, не чинясь, со смаком облизал пальцы. Выдал словно между делом:

— Я то слышал. Но как я все это должен своему начальству и обманутым покупателям объяснить? А? Не подскажете?

Мы молча переглянулись. И, правда, как?

— По факту что у нас выходит? Мадемуазель Алиса Озэрро бессовестно и цинично обобрала покупателей на крупную сумму. Отставим вопрос, зачем она это сделала. Согласен, сделка была верхом глупости. Покупатели уже сегодня утром они наведались в контору к поверенному, и тот отказался засвидетельствовать сделку, поскольку Питомник фамильяров не может быть продан или каким-то иным образом передан лицу, не являющемуся наследником по завещанию прежнего владельца. В департамент правопорядка поступило заявление о мошенничестве в крупных размерах, а поскольку дело о пропавшей печати рода Брюс веду я, меня немедленно уведомили о новом прискорбном факте, связанном с Питомником. И что я должен с этим делать? М?

— Для начала опросить меня. — приподнялась я возмущенно. — Выяснить мое алиби. Спросить, что я вчера делала и где была, например?

— Не вижу в этом особого смысла, — поднялся и Джастин. — Покупатели вели дела лично с мадемуазель Озэрро. В деле есть точный портрет мошенницы. Документы на питомник были предъявлены подлинные. Печать тоже.

Он шумно выдохнул, бросил тоскливый взгляд в окно.

— Но из уважения к вам, спрошу. Итак, мадемуазель Озэрро, где вы были вчера в промежуток с одиннадцати утра до двух часов пополудни?

— Мильон благодарностей за то, что соизволили поинтересоваться, месье капитан. Так вот, вчера я не покидала пределов питомника весь день, и работала в своей мастерской.

— Замечательное алиби. Как неожиданно. Работали в мастерской! И кто же может засвидетельствовать сей факт?

— Не притворяйтесь, будто не заметили перемен, произошедших с позавчерашнего дня. По вашему, фамильяры самозарождаются из воздуха? Не вы ли принесли мне чудо-кисти, предназначенные для создания фамильяров, а? Спросите моего хранителя, процесс происходил на его глазах.

— Ой, мои кисти? — оживилась Наташа, явно желая как-то разрядить обстановку.

— Чудесные кисти, Наташа, спасибо, - криво улыбнулась я.

Джастин последние фразы вообще проигнорировал.

— Все это здорово, но свидетельства хранителя я не могу учитывать. Магическая сущность в любом случае встанет на сторону хозяина. Другие свидетели у вас есть?

— А вам мало?

— Мало.

— В таком случае, кто может засвидетельствовать, что это я совершала сделку?

— Потерпевшая сторона, семейная пара, уважаемые люди.

— Они уважаемые люди, а я, значит, фигня на палочке? Их слово против моего, месье капитан! Если уж мы тут взялись кидаться обвинениями, мне тоже есть, о чем заявить. Позавчера ночью ко мне вломился мужчина. И, честно говоря, до последнего я была уверена, что это были вы.

— Лисетт, — над столом проявилась чеширская улыбка, — я знаю, что искал ночной визитер.

Джастин моментально приобрел хищный вид.

— Я тоже догадываюсь, — выдал он. — А посмотрите-ка мадемуазель Алиса, не пропали ли у вас бумаги с завещанием. Вы их где хранили?

Как Наташа с Ариной не пытались пробиться вместе с нами в дом, Джастин их совершенно бесцеремонно выпроводил, пообещав лично доставить пса.

Едва две женские фигурки скрылись из глаз, я перешла в наступление, наплевав на всякую вежливость:

— И что это было? Ты почему на меня нападал? Знаешь же, что печать украла не я. И не настоящая Алиса. Ты же сам допрашивал ее под эликсиром правды. А потом и меня за компанию.

Капитана мои нападки не смутили. Не было в его глазах ни неловкости, ни чувства вины. Только чистый азарт.

— Я должен был убедиться, что ты тут не причем.

— Убедился?

Мне хотелось ему врезать. Жутко, до зуда в костяшках кулака. Так меня еще никто не обижал зазря.

— Теперь да.

Джастин вернул себе обычную улыбочку и подставил мне локоть.

— Прошу.

— Обойдешься, — я нервно заправила за ухо выбившуюся прядь и пошла к дому. Сама. Без поддержки.

Он тут же пристроился рядом. Принялся насвистывать незнакомую мелодию, вызывая во мне раздражение. Правда, вскоре это чувство сменилось любопытством.

— Думаешь, у меня таки стащили завещание?

— Уверен.

— А зачем?

— Глупый вопрос. Там же все документы на дом, на питомник. Ты что, их даже не удосужилась изучить?

Я от досады закусила губу и покачала головой. Что за отвратный талант постоянно выставлять меня дурой? Как он так умудряется?

О! Еще и добить решил своей прямолинейностью:

— Я уже молчу о том, что ты не убрала бумаги в сейф.

К закушенной губе добавился горячий румянец. Я опустила глаза, пробормотала мысленно: «Я даже не знала, что у меня этот сейф есть. Но тебе об этом не скажу».

Вслух же выпалила другое:

— Дейс уверяет, что в дом мог попасть только тот, кого магия питомника считает своим. Тот, кто уже не раз приходил ко мне.

— И кто к тебе приходил? — Джастин резко притормозил, взял меня за плечи и заглянул в глаза вопросительно.

— Ты, — я сделала паузу, но никакой реакции не дождалась. Вынужденно добавила: — И Максим. Все.

— А почему ты думала именно на меня?

— Потому что Дейса засадили в магическую клетку. В такую же, как ты сделал тогда для Матильды.

— Пффф, — этот звук сопровождался хохотком, — каждый, кто имел дело с фамильярами, умеет создавать такие клетки.

— Я не умею!

— Ладно, справедливости ради уточню, почти каждый. А тебя я научу. Чуть позже. Сегодня мне некогда.

Мы замолкли и какое-то время шли в тишине.

— Значит, это был Максим? — Как мне не хотелось в это не верить, но других вариантов не осталось.

— Совсем не факт, — не поддержал моей уверенности Джастин. — Если мошенники смогли надеть твою личину, когда продавали питомник, почему бы им так же не обмануть и дом? Это мог быть кто угодно, Лисетт.

Я окончательно растерялась.

— И что теперь делать?

Джастин словно невзначай приобнял меня за плечи, зашептал успокаивающе:

— Для начала выясним, на месте ли твои бумаги. Если нет, я вызову сюда своих ребят. Пусть они обыщут дом и снимут магические следы. А потом уже будем думать, что дальше.

Он вновь остановился, взял меня пальцами за подбородок.

— Но тебя мне придется посадить под магический арест. Здесь. В питомнике. Не в тюрьме. Только ты не сможешь покинуть территорию, пока ситуация не прояснится. Не обессудь. Дело заведено, ты главная подозреваемая. А единственный аргумент в твою пользу я не имею права разглашать.

Он развел руками.

— Дурацкая ситуация, не находишь?

Я задумалась, предложила с надеждой:

— А ты допроси меня с эликсиром правды. Чего проще?

Джастин с сожалением покачал головой.

— Не выйдет, Лисетт. Тут такая сумма на кону, что мне этот допрос попросту велят засунуть в...

Он запнулся, хмыкнул:

— Пошлют меня с ним, короче, куда подальше. Нам с тобой не повезло с покупателями. Слишком склочная парочка.

— Я бы тоже была склочной, если бы с меня слупили столько деньжищ за пустышку.

— Сами виноваты. — Джастин подал мне руку, помогая подняться по ступеням. — Пожадничали. Купились на дешевизну. Им мошенник предложил твой питомник за половину цены.

В гостиной документов не было. Собственно, я и не надеялась их там найти. Рассуждения Джастина казались совершенно логичными. Но от этого не стало менее обидно. Вот же растяпа!

В гостиной Джастин раскрыл кожаную черную папку и извлек из нее лист бумаги, перо, велел Дейсу принести чернильницу.

— Пиши заявление на пропажу документов, — сказал он. — Нужно все оформить по закону, тогда я смогу дать ход делу. Хорошенько вспомни ту ночь, все вплоть до мелочей.

Я уселась за стол, с опаской глянула на писчие принадлежности, но все-таки окунула перо в чернила. Хоть убейте меня, но таким я не писала ни разу в жизни. И вовсе не уверена, что смогу.

И точно! Вместо буковок на листе бумаги первым делом появилась здоровенная клякса.

Джастин заинтересовано приподнял одну бровь.

— Лисетт, только не говори, что не умеешь писать. Я же видел, ты знаешь грамоту.

От досады я закусила губу и нехотя призналась:

— Я не умею писать перьями. В нашем мире для письма было совсем другое устройство. Там чернила внутри, а не снаружи.

— А-а-а-а, — он понимающе кивнул.

— Мне надо потренироваться...

Я склонилась над бумагой, пытаясь выводить крявые кружки и крючочки.

Джастин какое-то время наблюдал за моими трудами, потом положил руку на плечо и склонился так низко, что коснулся моего затылка.

— Открою тебе секрет, — сказал он заговорщическим шепотом, — что это перо непростое. Его тоже делала Наташа. Самописец, как и твои кисти.

Я чуть отодвинулась, уже понимая, о чем речь, и обожгла его укоризненным взглядом.

— Тебе вообще не нужно писать. — Добил меня капитан. — Достаточно приставить перо к бумаге и мысленно начать диктовать текст. С остальным оно само справится.

Джастин сделал серьезное лицо, но было видно, что он с трудом гасит смешинки. Меня это разозлило.

— А сразу сказать не мог? Я тебе что, клоун в цирке? Забавляется он...

Получила вместо покаяния нахальную широченную улыбку. Швырнула перо на испорченный лист.

— Вот кто ты после этого?

Джастина моя тирада вообще не поколебала.

— Я? — переспросил он и произнес торжественно: — спаситель невинно оболганных девиц! Кстати, мне за заслуги положена благодарность.

— А морда не треснет?

— Нет, — он уверенно покачал головой.

Я прищурилась, пытаясь прожечь в этом непробиваемом чурбане дырку.

— И на какую награду месье капитан рассчитывает?

— О-о-о-о, — протянул он мечтательно. — У месье капитана уйма желаний. Но все их пока не обязательно исполнять. Ограничимся обещанием сходить с месье капитаном в ресторан.

***

Ясное дело, обещание из меня Джастин вытряс. Да и, по правде говоря, мне совсем не хотелось ему отказывать.

Перо легко скользило по бумаге, рождая в девственной белизне слова и строки. Я неспешно диктовала текст и краем уха слушала допрос хранителя.

— Да не запомнил я, кто меня заточил в клетку.

Дейсу было неприятно признаваться в своем промахе.

— Совсем ничего не запомнил? — Джастин прицепился к коту, как пиявка. — Подумай. Быть может какие-то звуки необычные, запахи? Что-то, чего не должно было быть?

Кот прикрыл глаза и завис в воздухе, совершенно не помогая себе крыльями.

Я додиктовала последнюю строчку и отложила лист в сторону. Перо само очистилось от чернил и опустилось рядом.

— Точно! — вдруг встрепенулся кот. — Пахло парфюмом. Я сначала учуял запах, а потом бац!

Он пристукнул лапой по лапе.

— И дальше пустота. Очнулся, когда Лисетт стрельнула в меня магией из зонтика.

— Что за запах? - Джастин стал похож на охотничьего пса. - Одеколон? Раньше ты с таким уже встречался?

— Нет, но точно могу сказать, что аромат женский. И шаги! Шаги были не мужские.

— Метаморф! - выдохнули мы хором.

— Значит, маг, способный менять личины, — подытожил Джастин и задумался. Потом совершенно по-мальчишески усмехнулся. — А дело становится все интереснее и интереснее.

— Все запутаннее, ты хотел сказать, — немного охладила я его пыл. Мне совершенно не нравится, что какая-то левая баба притворяется мной. Да и тобой, собственно.

— Зато теперь я точно знаю, с кем имею дело. — Джастин вскочил с кресла и заметался из угла в угол. — Сначала я думал, что кто-то нанял актрису и загримировал ее под тебя. Но это в корне не верно. Кто-то пользуется запрещенной магией и надевает разные личины.

— И что нам это дает?

— О-о-о-о, массу всего!

От чувств Джастин неожиданно сгреб меня в объятия и поцеловал в щеку.

— Месье капитан, что вы себе позволяете? — взревел кот.

— Ой, прости, Лисетт.

Мужчина проворно разжал объятия, но раскаяния я, как всегда, не заметила. Вместо этого услышала горячее объяснение.

— Следы любой магии можно найти, если знать, что искать. И теперь я возьму эксперта по этому вопросу, отведу его сначала на место заключения сделки, а потом сюда.

— И мы узнаем, был ли это один и тот же человек? — завершила за него я.

— Умница!

Похвала вышла искренней и очень приятной.

— Кстати, — вдруг осекся мужчина. — Дейс, а где у вас сейф? Я бы с удовольствием его осмотрел. Вдруг прежняя хозяйка оставила какие-то бумаги. Мне сейчас важна любая зацепка.