Глава 16

— Сохраняем спокойствие, — велел Габриэль своим твердым, уверенным тоном, когда мы собрались вечером ужинать. — Комиссия не звери, главное сохранять уверенность. 

— У нас всё готово? Я изучила требования вдоль и поперек. Ноги стерла, пока обошла Академию целиком. Всё ведь готово? 

— Я тоже обошел. Все обошли. Вроде да.

— Мышей не обнаружено, — отрапортовал Лу, поставив пушистые лапы на стол. Его вид был настолько серьезен, будто отсутствие мышей было вопросом национальной безопасности.

А ведь это действительно важно. Даже такие мелочи, как мыши, могли бы подорвать наше положение перед комиссией.

Я отодвинула от себя тарелку, еда не лезла от тревоги. Но Габриэль тут же пододвинул её мне обратно.

— Ну-ка, ешь. Голод обычно разгоняет тревогу ещё сильнее, а сытая ты будешь спокойней. Хочешь - не хочешь, ешь. 

— Ты прав, ладно, — я послушно начала есть тушеные овощи с мясом, хотя каждый кусок давался с трудом. — А крыло студентов?

— Там всё нормально, — опять отозвался Габриэль опустошая свою тарелку, где еды было в два раза больше, чем у меня. Этот мужчина страшно много ел. 

— Габриэль, мать отдала мне ценные бумаги Люмарисов, я верну тебе всё, что ты вложил в Академию… — начала я, но замолчала, когда он поднял на меня глаза, полные недоумения.

— Только попробуй. Я что просил у тебя что-то вернуть? Мы о чем то договаривались? Что-то подписывали? Нет.  — его голос стал холоден словно сталь.

И я поняла, что сейчас его обидела.

— Я так не могу…— прошептала я, чувствуя будто задолжала ему целую жизнь. Потому что я всё ещё жила благодаря связи с ним.

— Забудь. 

— Это деньги твоей семьи.

— И я глава этой семьи и я вложил в неё больше чем кто-либо. Моей сестре давно пора научиться зарабатывать самой, — строго отрезал Габриэль. Вилка скрипнула по его тарелке. — Тем более, что я взял далеко не всё. 

Я закрыла лицо руками. Казалось, что проверила ещё не всё. Что где-то осталось что-то недоделанным. Балка упадет на члена комиссии, Барон боднет их машину или не дай бог одного из них. Лу что-нибудь выкинет. У меня разболелась голова.

— Иди-ка сюда, — меня стянули со стула и Габриэль притянул меня к себе. 

Я осторожно села к нему на колени, закинув руки ему на шею и спрятав лицо. В его объятиях было неожиданно спокойно.

— Всё будет нормально. Я с преподавателями до изнеможения прогонял план обучения и структуру академии. Деканов назначил пока номинально, на деле посмотрим как они справятся. На крайний случай прижмем рыжего коротышку из комиссии, — отозвался Габриэль поглаживая меня по спине.

— Почему все его так зовут? Мой отец тоже… — я не успела прикусить язык. 

— Отец? 

Габриэль по инерции сжал меня сильнее, уже зная, что я в таких случая пытаюсь сбежать. 

— Ну-ка, а это интересно, — протянул он, заглядывая мне в лицо. 

— Это было слегка неожиданно, — я посмотрела Габриэлю в глаза, поглаживая его по коротким темным волосам. — После допроса у этого фон Кирса меня перебросило в другой кабинет и там был мужчина, седой. И его звали Фредерик фон Эшвальд.

Его лица в миг изменилось он шокированно выпустил меня из рук. 

— Смотрю Адам не всем с тобой поделился? — усмехнулась я.

— Решил похоже кое о чем умолчать, — Габриэль озадаченно поскреб подбородок. — Но у тебя фамилия фон Люмарис. Не хочешь узнать у своей матери, какого черта? 

— Нет, — мотнула я головой. — Мне плевать на этого человека. Он хотел посмотреть стала ли я “достойной женщиной”, — бросила я недовольно. 

— О, — рассмеялся Габриэль и вновь притянул меня к себе. — Ты ему показала характер?

— Может не стоило? 

На что Габриэл рассмеялся ещё громче.

— Определенно стоило. Надеюсь, он понял, что ты и правда достойнейшая из женщин? 

Я положила тяжелую голову ему на плечо.

— Вдруг завтра комиссия завалит нас, потому что я нагрубила принцу? — я закрыла глаза, усталость последних дней давала о себе знать.

— Нас никто не завалит, иначе я выслежу каждого и… — Габриэль кашлянул и, подхватив меня на руки, поднялся со стула. — Идем спать. Завтра всё будет отлично. 

Он понес меня наверх, через его плечо я увидела как Лу уже дрыхнет на оккупированном им диване, подергивая пушистой лапой. Наверное, и правда Академию все дни от мышей освобождал. 

Что же будет завтра? 

— Верхние этажи корпуса пока закрыты, в них нет необходимости, потому что объем учащихся для начала будет небольшим, — уверенно говорила я, ведя шестерых членов комиссии по коридору. 

Внутренне я страшно волновалась, но профессионализм не пропьешь. Габриэль молча шел со мной иногда помогая в терминах, где я начинала плавать. Всё же об учебном бизнесе он знал куда больше моего, хотя за эти месяцы я очень многому научилась. 

Но каждый раз я встречала с холодными глазами чиновников и мне пробирало. Ненавижу чиновников, любых. Им плевать на тебя, им важны только регламенты и галочки в бумаге. Они их кстати не забывали ставить в своих листах и мне никак не удавалось подглядеть, напротив каких строчек и что обозначалось. 

Маркус утром опять заставил меня выпить вытяжку из какого-то там листа, потому что я в жизни так не волновалась. От этого ведь зависела моя жизнь! 

Я внимательно наблюдала за их реакцией на перемены в академии. Прислушивалась к тому, что они обсуждали вполголоса между собой. Рыжий невысокий мужчина был суров и молчалив и записывал в свой потрепанный блокнот больше чем его коллеги. Мне это страшно напрягало. 

Но каждый раз, когда я встречалась взглядом с Габриэлем и видела его каменное спокойствие, даже расслабленность, то немного отпускало. Он общался с комиссией довольно равнодушно, будто их мнение его вообще не заботило и они у него в гостях, и более того гости эти так себе.

— Основное направление академии будет в общих дисциплинах, мы будет избегать боевых и разрушительных направлений, — говорила я, когда мы шли по коридору в сторону столовой.

— Гражданские направления? — спросил рыжий. 

— Да. Обучения военных магов в Академии Люмариса больше не будет, — твердо отозвался Габриэль. 

Из столовой внезапно нам на встречу выбежал Лу и я тут же подняла его на руки.

— Ваша кошка? — сощурился рыжий. 

— Это мой фамильяр, его зовут Лу, — пояснила я, поглаживая кота по голове.

— Шерсть в столовой - не гигиенично, — бросил один из членов комиссии.

— Я там не появляюсь, я просто заблудился. Тут всё новое, — пояснил Лу доброжелательно, в то время как я уже была готова огрызнуться. 

Члены комиссии стали что-то записывать. 

Мы бесконечно долго показывали им учительские. Они осматривали окна и парты в лекционных. Листали учебники в библиотеке и сверялись с каталогами. Они даже измеряли размеры кроватей в небольшом общежитии в южном крыле! Проверяли даже интенсивность света в комнатах. 

Я всё больше пыталась сдерживаться, и в итоге Габриэль полностью заменил меня в общении с комиссией. Особенно, когда они гоняли моих преподавателей и деканов по структуре академии и учебным планам. 

Судя по синякам под глазами у некоторых магистров - планы дорабатывали ночью. Главное - чтобы студенты у нас потом выпустились образованными. 

Однако… эту часть рыжий внезапно похвалил за инновационность. Собственно за новизной большинство учителей к нам и потянулось.

Ушли они лишь к вечеру, предварительно опробовав меню в столовой. Благо повара мы наняли отличного. 

Барон тоже хорошо себя вел. Я даже не думала, что быки такого размера могут вести себя как добрые собачки, помахивая хвостом и подмигивая светом в магических глазах. Он даже дал себя погладить! А буквально вчера ночью таки добил мою бедную елочку и ещё и объел все иглы с неё! 

— Я хочу торт, — я уперлась головой в стол в столовой. — Большой такой шоколадный торт, чтобы есть его ложкой и успокаиваться. 

Почувствовала, как Лу нежно ткнул мне в руку мягкой лапой. 

— Всё прошло хорошо, Анна. Не сомневайся, — промурлыкал он. — Офелия знает некоторых из членов комиссии и обещала помочь. 

Я сморщилась при упоминании о матери. 

И вот почему именно сейчас мне захотелось с ней поговорить. Утихла та ярость, которую я питала, едва с ней встретившись. А усталость больше не давала на неё злиться.

И подняв голову я взглянула на Габриэля и попросила.

— Отвези меня к ней? К Офелии… кажется, я готова с ней поговорить.

Я поставила увестистый шоколадный торт на стол в кухне Маркуса. Он приютил Офелию отдав одну из пустующих комнат в его арендованном доме в Аллари. 

Кассиль тактично промолчал, но на его лице легко было прочитать лекцию о вреде сахара. Вздохнув он оставил нас с Офелией вдвоем, махнув на шкаф, где лежал чай. Я надеялась, что им с Габриэлем будет что обсудить, пока я тут с ней. Габриэль очень быстро вжился в роль ректора, порой мне приходилось просить его изменить тон, и не приказывать, а хотя бы просто настойчиво просить, потому что его прошлое очень быстро дало о себе знать. И я поняла, что деканом он и правда был крайне строгим и жестким. 

Но… у меня была цель сделать Академию Люмарис не военным заведением, а наоборот. Я хотела привлечь больше Творцов и Созидателей, учить Разрушителей больше манипуляции с материями, чем уничтожению, в очередной раз на ходу исправив свой бизнес-план. И всеми силами пыталась сделать нашего ректора хоть чуточку мягче, потому что порой даже старый магистр вздрагивал от его приказов.

Мать тут же поставила чайник на плиту. Она старалась на меня не смотреть, вела себя довольно сдержано. А я не знала с чего начать, поэтому взяла столовую ложку и просто отломила себе кусочек торта. 

— Боже, как сладко… — выдавила я, прикрыв рот рукой. 

Шоколад был насыщенный, густой и прожевать его было тяжеловато. Я поняла, что наелась одним куском на весь оставшийся вечер. 

Мать села напротив и подцепив пальцем край крема, тоже попробовала.

— И правда… — пробормотала она. — Мы не хочешь его порезать?

— У меня был план съесть его целиком, но я слишком давно не ела подобных вещей и забыла насколько они тяжелы, — усмехнулась я, осторожно положив ложку на стол. — Попытка заесть стресс не увенчалась успехом.

В молчании мы разглядывали друг друга. 

Я и правда была чем-то на неё похожа. Интересно, а у меня тоже такой резкий и прямой взгляд, как у неё? 

— Не знаю, прошли ли мы сегодня, — произнесла я, чтобы просто с чего-то начать, а потом вдруг добавила: — Я видела отца.

Мать едва успела скрыть удивление, но потом проговорила:

— Решил с тобой познакомиться? Дай угадаю, встреча длилась… минуты две? Он никогда тобой особо не интересовался, — в её словах сквозил холод. 

— Видимо, я его всё же заинтересовала. Как так вышло? Он член королевской семьи, — осторожно спросила я.

— Мы оба интересовались исследованиями касательно магии Бездны. Это был съезд создателей фамильяров на основе этой стихии, там было много интересной информации по части особенностей подобных существ, их создания и оживления. И… Фредерик был неотразим. Началось всё с обсуждения интересных нам тем, продолжилось прекрасным ужином в ресторане, завершилось… думаю, ты догадаешься как. 

— Он был женат? 

— Нет… тогда он ещё не был женат и я прекрасно знала, кто он, — мать опустила глаза и грустно рассмеялась. — Возможно, я понимаю, что чувствовала Ева. Правда мне никто не обещал семью и брак, в отличие от неё. Поэтому я ушла тихо. Но потом тайная канцелярия короля всё равно обо мне узнала, они узнали что я беременна, но… Меня не трогали. Лишь единственный раз ко мне пришел человек в черном и попросил не вмешивать в это принца. Но я не наивная дурочка, а мне хотелось ребенка. Я была согласна на всё, даже на то чтобы никогда не распространяться о том, кто твой отец. Ты, к слову, тоже должна молчать. 

— У меня нет желания рассказывать всем об этом направо и налево. Я этого человека видела впервые в жизни, мне на него наплевать, так же как и ему на меня, — отрезала я и решила всё же отрезать себе нормально кусочек торта. И не сдержалась от едкости: — А вы, госпожа Офелия, довольно безответственны в плане выбора мужчин и предохранения на первом свидании. 

Моя мать громко рассмеялась.

— У королевской крови отличная генетика, дорогая. Скажи, ты хоть раз в своей жизни простужалась? Болела действительно серьезно? 

— Простудилась… от ледяной воды, — сухо ответила я. — Но… нет, я на самом деле никогда не болела. 

Я вспоминала эпидемии гриппа у нас, я всегда оставалась последней в строю. Даже… в детском доме я никогда не простужалась и не болела. 

— Тогда другой вопрос - постигали ли тебя неудачи на твоем пути? — тихо спросила мать. 

— Ты пытаешься оправдаться, — проговорила я, отрезая кусок торта, как раз там, где я отломила кусочек ложкой. — Я утонула вместе с машиной. Потому что мне перерезали тормоза. И даже догадываюсь кто, я уволила этого человека на днях и он был крайне недоволен этим. Я бы сказала… он был очень агрессивен и был не в себе. Так бы и закончилась моя жизнь, если бы не Лу.

— Этот кот всегда мог следить за тобой на той стороне… — отозвалась Офелия опустив глаза. — Твое детство было тяжелым, но я должна была держаться подальше от тебя. Ты не знаешь что такое жить, когда каждое твое начинание погибает. Каждое, Анна. Череда неудач, длительностью в целую жизнь… это невероятное испытание. Ты учишься ничего не хотеть, ничего не планировать, не загораться идеями. Это почти смертельно для Творцов. Единственное, что я хотела сохранить любой ценой - тебя. Я ужасно боялась, что тебя постигнет участь последнего выпуска академии… Я бы душу продала чтобы защитить тебя от этого. Справедливо, что ты не хочешь меня знать. Но я просто рада, что ты жива и невредима. Это все что нужно мне от этой жизни. И я простила Еву, простила Луиса, хотя долгую жизнь их страшно ненавидела. И мы бы просто так не создали то дерево, Анна.

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась я, стараясь на неё не смотреть. Не могла.

— Проклятие… дозрело. Оно изменялось долгие годы, впитывало иную магию, впитывало жизни фон Люмарисов, наши идеи, наши победы, наши удачи. Магия никогда не стоит на месте, она всегда в движении. И я не знаю, что заставило его измениться… 

— Лу, — прозвучал голос Габриэля и мы оба уставились на него. Он осторожно заглянул в кухню. — Я вообще мимо в машину шел, но услышал. Это сделал Лу. 

Габриэль посмотрел на меня, на мать, но видимо понял, что мы обе не понимаем о чем он.

— Фамильяр пожертвовал собой ради того, чтобы вытащить Анну буквально с того света. Он использовал магию Бездны. Её же он использовал неосознанно, когда следил за её жизнью как мог. Он не фон Люмарис, хотя и создан Стефанией. Но он живое существо, которое напрямую последние пять лет взаимодействовало с проклятием, потому что он жил в академии. Моя б воля я бы из этого написал огромную исследовательскую работу. Да, из-за него порча вырвалась из земли и уничтожила половину посевов в Аллари, но… это было как последняя капля в изменении источника в земле. 

— Он ведь и правда вытащил меня собственными силами… — проговорила я, прикрыв рот рукой. — Не мы изменили проклятие, а маленький кот, который до последнего во всех нас верил… 

— А я думаю, что Барон тоже пришел к Академии и к тебе не просто так. На этом я заканчиваю влезать в чужие разговоры. Прошу прощения, — проговорил Габриэль и ушел. 

— Этот кот, наверное, лучшее, что мы создали, судя по всему, — тихо вздохнула мать. 

Потянувшись, я заставила себя взять её за руку. Через силу перешагнула свою обиду и сжала ладонь Офелии, молча глядя ей в глаза. 

Она вновь не смотрела на меня и я видела, как терзает её чувство вины.

— Я не знаю, найду ли в себе когда-нибудь силы простить тебя и принять всё это. Но ты можешь оставаться в Академии столько, сколько хочешь. 

— Анна… я могу тебя попросить?

— Да, — я попыталась придать голосу мягкости.

— Дети-Творцы… Я люблю работать с детьми. Может, в академии найдется маленькое помещение под небольшие курсы для детей. По развитию воображения и созданию простых вещей?

— Да, — просияла я. 

Даже не знаю, что меня так обрадовало, но… Эта идея пришлась мне по душе. 

Мы расстались на хорошей ноте. У меня от сердца отлегло, хотя ещё многое предстояло сделать. Маркус заставил меня забрать торт с собой. Этот мужчина был порой ужасно строгим и просто непробиваемым.

Мы успели заехать в последний момент в мясную лавку, где я выбрала для Лу самый лучший кусок мяса.

— Анна, он лопнет. Он же будет есть, пока оно не закончится… — скептически отозвался Габриэль. 

Домой мы возвращались в спокойной тишине. Моя тревожность отпустила. 

А вот на утро нас ждали неожиданные новости.

Мы сидели в кабинете Габриэля. Пока он читал письмо, я кусала губы. Лу то и дело нервно чесался, сидя на стуле рядом со мной. Коту приходилось хорошенько вытянуть голову, чтобы увидеть что-то там у Габриэля на столе. Залезать туда фон Разис ему строго настрого запретил и фамильяр как хороший котик сидел на стуле.

— Три против четырех, — отозвался Габриэль хмуро, а потом поднял глаза на меня. — Три “против”, четыре “за”, — улыбнулся он. 

— Мы прошли?

Он спокойно кивнул и бросил письмо на стол. Радость накатила на меня вместе со страшной усталостью, я не могла скрыть улыбку и закрыла лицо ладонями. 

— Ура! Ура! — Лу радостно встал на задние лапы, тыкая меня передними в плечо. — Анна, ты плачешь?

— Издеваешься? — сощурилась я. — Но я очень рада. 

Габриэль смотрел на меня из-за своего стола с легким снисхождением. 

Обойдя стол я обняла его крепко-крепко.

— Без тебя бы ничего не получилось, — проговорила я, чувствуя огромную благодарность этому мужчине. 

Габриэль улыбаясь заправил мне прядь волос за ухо.

— Без вас двоих я бы вообще никогда не вернулся в образование, — сказал он. — Я поставил на всем этом крест. Я многое потерял, если бы отказал тебе. 

— Простите, что прерываю, — встрял Лу. — Но впереди у нас ещё вступительные экзамены. 

Я выпрямилась, вздохнув. Габриэль задумчиво кивнул. 

— У нас, по хорошему… недобор, — произнес он. 

— Есть у меня одна мысль, но надеюсь меня за нее не вздернуть вместе с академией, — произнесла я максимально загадочно. 

Габриэль сощурился, глядя на меня.

— Что ты задумала?

— Нам не хватает рекламы… — начала я издалека. — И мне нужен творец, который очень хорошо разбирается в зачаровании волшебных листов. А ещё нужно как можно больше контактов, которые есть на чужих листах. На моем пока мало человек, с кем я могу связаться, поэтому была бы рада, если бы все в Академии со мной поделились. 

— Это сложновато будет устроить… — отозвался Габриэль не понимая, чего я хочу. 

— Я буду просто благодарна, если ты сможешь найти для меня Творца, — сказала я, улыбаясь. И в то же время меня, конечно, тревожило то, что я собираюсь сделать. 

С другой стороны… кто-то бы дошел до этого и без меня, только позже. 

Габриэль пообещал сделать всё, что в его силах. 

К вечеру мы собрали на аллее перед Академией всех наших новых сотрудиков. Я шокированно окинула толпу взглядом. Это уже столько людей согласилось на нас работать? Пока они были распределены по корпусу, я и не думала, как у нас уже много сотрудников. 

За их спинами сверкало и искрилось дерево Бездны, поигрывая листьями на ветру. Я подумывала сменить наш герб с быком на дерево. 

Ректор Габриэль фон Разис умел произносить официальные речи. Я же тихо стояла рядом и бесстыдно им любовалась. Он словно генерал осматривал своё войско твердым взглядом. 

Его голос уверенно разнесся по аллее:

— Я рад сообщить, что комиссия дала нам зелёный свет. Наша академия официально получила разрешение на открытие и образовательную деятельность.

Вокруг раздались аккуратные аплодисменты и сдержанные одобрительные возгласы, но Габриэль поднял руку, призывая к тишине.

— Но наша работа здесь не заканчивается, — продолжил он. — Следующий важный этап - вступительные испытания и проверка учебной программы. Нам необходимо убедиться, что все аспекты отточены до совершенства. От вашей работы зависит очень многое. На первом курсе не обойдется без ошибок, но давайте стараться исправлять их быстро и четко. Необходимо усиленное внимание к каждой детали, каждому классу, каждому студенту. Поэтому первый учебный год, наш первый курс самый важный для всех нас. Мы должны подтвердить, что Академия Люмарис заслуживает своего имени.

После меня по очереди представляли деканам новых факультетов. Я старалась запомнить каждого, пожать каждому руку, пообщаться, понять что за человек. Декан факультета “Гражданской магии” был слишком болтлив и улыбчив. 

У “Создателей фамильяров”, наоборот была мрачная замкнутая женщина, одна синева её волос была настолько яркой, а когда она показала мне изображения просто потрясающе красивых существ, которых они создавали вместе с мужем, вопросов к ней у меня не осталось никаких. 

Зато пока были вопросы по факультету “Исцеляющей магии”, мы не были уверены, что преподаватели осилят сложность программы и нужно было докупать много вещей для лаборатории. Да и между преподавателями всё ещё шли споры, нужно ли на основе этого факультета открывать направление “Некромантии”. Я была против, а Маркус наоборот возражал, что это двигает магическую медицину вперед. Поэтому я от этой темы от греха подальше отошла в сторону. 

Так же у нас был небольшой факультет “Алхимии и зельеварения”, и основным факультетом была “Высшая теория и история магии”, где деканом выступал тот самый магистр высшей категории, господин Грегори фон Шотерсмит, преподаватель до мозга костей и я в него верила всеми фибрами души. Габриэль со мной был абсолютно согласен.

Дни полетели со скоростью света. Габриэль каким-то чудом нашел мне таки Творца, который знал всю подноготную зачарования волшебных листов. Это был мрачный старик, но который знал так много, что у меня захватывало дух. И тут же начали работать, меня подгоняло время. Когда я озвучила ему свою идею, он вначале напрочь отказался, но потом поразмыслив и выслушав мои доводы нехотя согласился с тем, что это может сработать. Но так же… мы очень рисковали.

Но я была готова пойти на этот риск. Если что… у меня папа брат короля. Воспользуюсь и этой лазейкой, если понадобится. Про мою Академию должны узнать все.