Эпилог

Стоя у врат вновь ожившей Академии Люмарис, я наблюдала за молодыми магами, которые, переполненные волнением и надеждами, переступали порог нашего учебного заведения. Жизнь здесь вновь бурлила, и каждый уголок, каждая тропинка ожили.

Академия росла. Мы набрали уже следующий курс.

— Доброе утро, госпожа фон Люмарис! — здоровались студенты. 

Я старалась запоминать всех в лицо, но это становилось всё сложнее. Их было слишком много.

— Доброе утро, Лу! 

— Доброе! — радостно помахивал хвостом кот, сидя у моих ног. 

Каждый из этих молодых студентов был знаком мне, что я работала не зря. Что мы работали не зря. Их достижения, их победы и успехи, бесконечно меня радовали. 

Я смотрела как они прикасаются к стволу хрустального дерева на аллее и оно провожает их переливами стеклянных листов. Порой я тоже к нему прикасалась, тихо умоляя защитить это место и никогда больше не позволять ему умереть. Я знала, что таким образом пыталась понять там ли ещё проклятие, там ли ещё боль Евы и всех моих родственников. Но Маркус Кассиль всё тщательно проверил, он методично изучал дерево, меня, себя, пока не заключил - что проклятия нет. Есть что-то другое, но оно не является болью или злом. 

И прикасаясь к холодному стеклу дерева я понимала, что это. 

Это вдохновение. Чистое вдохновение. 

Габриэль подошел ко мне. Присутствие мужа всегда успокаивало и в то же время наполняло меня необычайной энергией.

— Решил присоединиться? — улыбнулась я, чуть тронув край его шляпы, чтобы лучше видеть лицо. 

— Стоишь тут одна каждое утро, не порядок, — проговорил он.

— Я всё ещё не могу поверить, что Академия живет, — сказал я, глядя на него с теплотой в глазах. 

Но Габриэль меня уже не слушал, выцепив грозным взглядом нужного студента из толпы.

— Лис! Где конспект о практике?! 

— Я всё сделаю! Клянусь! — отозвался парень и схватив Кассандру Кэсси за руку пробежал скорее мимо нас. 

— Он что, опять? — тихо спросила я.

— Я из него ещё сделаю отличного мага, — процедил Габриэль. — С практикой у него отлично. А с теорией ужасно. 

— Ну… такие мы, творческие маги, — рассмеялась я, легонько толкнув ректора в бок. — Но я не против того, чтобы вы с Маркусом помогли ему достичь высот. 

— Мы всем помогаем, вообще-то, — дернул бровью фон Разис. 

Вечером мы медленно прогуливались по саду академии, который теперь был полон жизни. Вокруг цвели редкие магические растения, а воздух был насыщен ароматами цветущей лаванды и мяты. Лу тихо следовал за нами, его глаза изредка вспыхивали, отражая свет закатного солнца. Он то и дело нырял в кусты или в клумбы, пытаясь поймать какое-нибудь насекомое.

— Я хочу сделать дорожку от Академии до особняка, — произнесла я, держа Габриэля под руку.

— Далековато идти будет, — с сомнением произнес фон Разис. 

— Зато можно будет отлично развеяться, пока гуляешь утром. Сколько там идти пол часа?

— Ну да, около того, — кивнул Габриэль. — Поговорю с подрядчиком. Раз ты хочешь - я сделаю. 

Он держал мою руку в своей и поглаживал обручальное кольцо на моем пальце. 

Я вообще нередко встречала его цепкий взгляд, когда я общалась например с другими преподавателями противоположного пола. Фон Разис был ревнив. Он доверял мне, но не доверял окружающим меня мужчинам, что по его мнению слишком много на меня смотрели. 

— Лу, идем! — позвала я кота, который тщательно обнюхивал какой-то ярко розовый цветок вдоль дорожки.

— Смотри, дерево светится, — Габриэль указал рукой куда-то за кусты и я и правда увидела там свечение. Мягкие переливы фиолетового и синего.

— Сегодня даже дерево счастливо. Я не ожидала, что следующий набор будет такой активный, — я прижалась к плечу своего мужа. 

— Лгунья фон Люмарис. Ты всё рассчитала, я видел твои планы, — кашлянул Габриэль.

— Да когда ты успел! — возмутилась я. 

— Когда тот недоделанный голубь-фамильяр первокурсника залетел в твой кабинет, — проговорил фон Разис. 

— Да ты же за две секунды его поймал, — надулась я. 

— Я успел, и точно помню, что это был не тот план, которым ты делилась на совещании, — не моргнув и глазом произнес мой чрезмерно внимательный ректор. — У тебя очень крупный и разборчивый почерк. 

— Потому что я пишу на этом языке только год… — прошипела я тихо. — Даже бухгалтера об этом не знали. 

— Смысл вообще скрывать свои оптимистичные планы, Анна?

— Чтобы не разочароваться потом. Поэтому я представила вам более сдержанный бюджет, учитывающий все риски.

— Впредь делись со мной этим, — произнес Габриэль, взглянув на меня.

— Хорошо.

Ладно. Нельзя было сказать, что мы жили с ним идеально. Фон Разис был требовательный, я была порой излишне импульсивной. Мы привыкали друг к другу день за днем, месяц за месяцем. Учились не только жить вместе, но и работать. 

Он страшно не любил рыбу, а я местную рыбу обожала. Я не хотела делиться своими планами которые разрабатывала для себя, а он просил вводить его в курс дела и порой это было даже не зря, потому что он давал мне много дельных советов. Я писала ему речи, но терпеть не могла, когда он правил их потом под себя. 

Я по три сотни раз просила его запирать Барона, но он то и дело давал быку разгуливать по Академии, потому что он хорошо ладил со студентами. И с моими ромашками и мятой этот бык тоже ладил - он их ел!

Но чем больше я узнавала Габриэля, тем больше его любила. Чем больше мы обсуждали наши различия, чем больше спорили, тем ближе друг к другу становились. Он шел на компромиссы, я шла на компромиссы. Мы учились друг у друга, мы поддерживали друг друга. 

И мы всем сердцем, каждый из нас по своему, болели за нашу Академию. 

Маркус Кассиль оказался прекрасным, требовательным преподавателем. Мы рискнули податься на королевский конкурс целителей для первокурсников. И заняли второе место! Маркус гордо заявлял, что не зря подпинывал Лиса, тот очень постарался. Да, не первое место, но студенты были страшно горды собой, а мотивация учиться в разу повысилась. 

Недавно мы узнали, что строгий Кассиль сделал своей пассии предложение. Свадьбу наметили через три недели. 

Моя мать души не чаяла в своих маленьких учениках и была счастлива. Лишь однажды она намекнула, что будет рада поучить и наших с Габриэлем детей. И однажды она обязательно их поучит.

Подойдя к хрустальному дереву, мы остановились, чтобы полюбоваться, как оно искрилось в лучах угасающего солнца. Дерево было символом наших усилий, воплощением надежд и мечтаний о возрождении Академии Люмарис.

— Ты же понимаешь, что мы тут навсегда? — тихо спросил Габриэль, когда мы остановились у сверкающего в сумерках хрустального дерева.

— И мы готовы, не так ли? — мой взгляд встретился с его взглядом и я улыбнулась. — У нас ещё половина земель не обустроена. Скоро надо будет вкладываться в студенческий городок.

— Давай так, — слова Габриэля были тихими, когда он подтянул меня к себе. — Мы не говорим о работе после семи вечера. Или… хотя бы пытаемся о ней не говорить. Что ты хочешь на ужин?

— Мясо! Курочку! — Лу, ловко оттолкнувшись от ствола дерева, запрыгнул на хрустальную ветку. — Курочку, — он сделал большие грустные глаза. 

Я каждый раз удивлялась, как он умудрялся так высоко прыгнуть, ведь ствол дерева был абсолютно гладкий, даже когтями не зацепишься. 

— Видимо курочку, — рассмеялась я. Сняла с моего ректора шляпу и надела на себя. — В том кафе, в проулке, в Аллари. Мы давно там не были. 

— Как скажете, госпожа фон Люмарис, — проговорил Габриэль и чуть поправив на мне свою шляпу, поцеловал меня в губы.

Мы стояли обнявшись под закатным небом. В тот момент я поняла, что, неважно, какие испытания нас ждут, пока мы вместе, мы можем преодолеть все. Ведь настоящая магия заключена не только в заклинаниях и древних текстах, но и в любви, дружбе и совместных мечтах. 

И я дома. В объятиях любимого мужчины и земле, что будет долгие годы дарить вдохновение каждому магу, что ступит на нее. И никого и никогда здесь больше не постигнет неудача. Об этом я позабочусь.

КОНЕЦ