Глава 18

Рука у Габриэля была горячая и очень страшно было потерять её, отпустить. И самой пропасть. Через его ладонь в мою поползла чистая немного холодная магия. 

И в этот момент я провалилась спиной во тьму, в холодную воду, что окружала меня. Рука Габриэля потерялась, я его не чувствовала, не ощущала. Я болталась в этой воде, пыталась зацепиться за что-нибудь. Но машины вокруг не было, лишь вода. Ледяная, заставляющая кровь стыть в венах. 

Я испугалась, пыталась вдохнуть, но ничего не выходило. Искала Габриэля, хотя бы его голос. Хватала руками пустоту. 

— Анна, я здесь, — прозвучал далекий мужской голос. 

Но я его не чувствовала. Бултыхалась в черной воде. 

Я не там. Я сижу перед Габриэлем, он держит меня за руки. Я в кабинете, в Академии Люмарис, в безопасности, рядом с ним. 

Магия тянула меня вниз. Не моя магия, его, фон Разиса. Зажмурившись, замкнувшись внутри собственного “Я” постаралась отстраниться от того, что происходило вокруг. Оно нереальное. Оно уже ничем мне не грозит. не больше не нужно бояться.

Но я ощущала как бешено колотится в груди сердце, как хватаю я ртом воздух и вроде бы дышу, но сознанию кажется, что тону в черной воде. 

Меня будто дернули, встряхнули и я рухнула на твердую землю. Тело стало таким невыносимо тяжелым. 

— Дыши спокойно, — голос был совсем рядом. 

Я нерешительно приоткрыла глаза, голова кружилась, потому что как раз дышать нормально не выходило, сознание твердило - ты тонешь. 

Мы оба сидели на полу, Габриэль очень крепко прижимал меня к себе, было больно. 

— Всё закончилось, Анна. Я здесь, ты никогда больше туда не вернешься, — шептал он мне на ухо, осторожно поглаживая по голове. Но так сильно обнимал меня, будто силой хотел убедить, что никогда не отпустит. 

Я нашла в себе силы обнять его за напряженную шею, будто он переживал за меня сильнее, чем показывал. Мир вокруг казался другим, ощущения в теле отличались от того, как я жила последние месяцы. Габриэль ещё долго меня не отпускал, прижимался губами к моему виску. А я ощущая его дыхание, пыталась подстроить под него и своё. Будто отталкивалась от него в этом мире. 

Он заставил меня посмотреть на него и немного отклонился.

— Ты как? 

— Кажется жива, — слабо улыбнувшись выдохнула я и осторожно поцеловала его в губы и он тут же ответил мне. 

Между нами мгновенно влезла пушистая кошачья голова.

— Да чтобы тебя, Лу! — зарычал фон Разис отплевываясь от шерсти.

— Не одни же в конце концов! — возразил фамильяр, но начал тереться о меня. — Я так рад, что получилось! 

Я обняла кота и прижала к себе, почесывая за ухом. 

Недовольный Габриэль поднялся, сверля фамильяра суровым взглядом. А потом оторвал меня вместе с Лу пола, взяв на руки. 

— Первая настоящая ночь в королевстве Фоссис, — заявил он, улыбаясь мне. 

— И то правда, — отозвалась я, чувствуя, что страх отступил почти полностью. 

Мы погасили все лампы в кабинетах, прежде чем покинуть здание. По коридорам ходили только пару сторожей. Но на аллее я затормозила. 

Дерево Бездны ощущалось иначе! Я чувствовала как расходится от него во все стороны магия, плывет по воздуху и погружается в землю. Ошарашенная я упала на колени и положила ладони на траву под деревом. Земля полнилась магией!

— И сколько поразительных открытий её ещё ждет, — проговорил за спиной Габриэль.

— Подозреваю, что много? — вторил ему Лу. 

— Особенно в столице королевства. Где магия сконцентрирована. 

Всю ночь я не могла уснуть. Габриэль стойко это терпел, но я видела что он засыпает. 

— То есть можно… заболеть если источник слишком сильный? — спрашивала я, лежа у меня на плече.

— Зависит от чувствительности. С твоей ещё надо разбираться. На дерево ты вроде спокойно отреагировала. Мне в столице неприятно, там перебор. Но некоторые Творцы наоборот бегут туда, чтобы получить порцию вдохновения, ловить эти дикие всплески магии… — он зевнул, прикрыв рот рукой. 

— Свозишь меня туда? 

— Угу… — с закрытыми глазами пробубнил фон Разис. 

Я прижалась губами к его губам в сильнейшем чувстве благодарности.

— Я люблю тебя, Габриэль. Очень сильно. 

— Я тоже, — проговорил он, притягивая меня ближе и укрывая нас обоих одеялом. — Не было ещё в моей жизни женщины, ради которой я был бы готов столько сделать. Но теперь есть, — он открыл глаза и посмотрел на меня чуть затуманенным взглядом серых глаз. Провел рукой по моим синим волосам. — Я сделаю всё, чтобы всегда чувствовала себя в безопасности. Чтобы могла творить, не оглядываясь на проблемы. 

Я засыпала в его теплых объятиях и впервые в жизни задумалась о том, что раньше никогда не хотела замуж. Но вот сегодня… сейчас… Я очень захотела стать женой этому мужчине. 

— Вот так и знала, что его купил ты, — улыбнулась я, когда мне на плечи накинули тот самый плащ, который я хотела купить. А вот когда вернулась - оказалось, что его продали. — Ты хоть знаешь, как я расстроилась?

— Да я его почти сразу купил, но ты так отнекивалась, что пакет так и ездил в багажнике, — дернув бровью ответил Габриэль. — А осень уже холодная и тебе надо что-нибудь теплее. 

— Сразу купил? — спросила я, кутаясь в приятную ткань. 

— Ну да, ты его так хотела, — сдержанно улыбнулся фон Разис. 

Осень, к слову уже заканчивалась и была тут куда мягче, чем в моем городе на Земле. Мы стояли на аллее академии в выходной день. 

— Долго тебе ещё с этим витражом возиться? — спросил Габриэль глядя на огромное окно главного корпуса, который мы так и не заменили. 

Я уже которую неделю возилась со стеклом. Это захватывало с головой и я не могла остановиться, пока не доделаю. Тут очень пригодилась волшебная палочка и гора книг для магов-творцов, которыми меня по надобности снабжал Габриэль и опыт матери.

— Надеюсь доделать его к зиме, — проговорила я. — Стекло очень хрупкое, а стихия земли очень вредная, когда дело касается мелких элементов. И мама предложила для покраски использовать магию Бездны, а с ней ещё работать и работать. 

По этой причине по большей части я и приехала сюда в выходной день. Ещё раз измерить окно, потому что моей тревожной натуре показалось, что оно выходить меньше, чем нужно. Габриэль скрепя зубами сделал всё сам, не позволив мне лезть под потолок и вызвал подрядчиков, которые пять раз всё измерили убедив меня, что всё в порядке. 

— Вчера ко мне приходил Лис, — как бы между делом произнес фон Разис. 

Я удивленно на него вытаращилась.

— Он хочет поступить. Даже говорит, что выучил и читал всё, что за этот месяц прошли первокурсники. 

— Поговори с Маркусом! Возьми его! — тут же запричитала я. — Этот парень большой молодец!

— Лезет только в стихию воздуха, а это запрещено, — напомнил Габриэль. — Однако… навскидку на мои вопросы он ответил - правда учил. 

— Ещё поздно ведь? — спросила я, меня донимала тревога по поводу этого парня. Он был достаточно упрям, чтобы добиться своего, но вот только фон Разис и Кассиль были упертее и опытнее. 

Габриэль лишь вздохнул на мой вопрос. 

— Обсудим с Маркусом. Он завалил его, Лис не сдал откровенно говорят. Да и учебный год уже начался.

— Сделайте исключение! Приказываю вам обоим принять у него экзамен! — топнула я ногой. — Я серьезно!

Габриэль подавив усмешку притянул меня к себе, поправив шляпу. 

— Хозяйские замашки пошли, госпожа фон Люмарис? 

— Да! Вот увидишь - он ещё станет гордостью Академии! Если его достаточно мотивировать, если… три шкуры с него снять, он тебя ещё удивит. 

— Я даже не сомневаюсь, — хмыкнул ректор фон Разис. — Потрясу завтра Маркуса по этому поводу. 

— Скажи, что я сказала, — нахмурилась я.

— Обязательно передам, — Габриэль поправил плащ на моих плечах. — Теплый? Должен быть теплый.

— Да, очень, — я погладила приятную ткань на рукаве. — Всё-таки Творцам лучше сосредоточиться на чем-то одном, вон какой материал потрясающий вышел. 

— Только вас бросает от одного к другому вечно, — сильные руки Габриэля сомкнулись на моей талии. — Заканчивай уже с этим витражом. А то вечерами смотреть на твою горбатую спину уже сил никаких нет. Да и у твоей матери спина уже явно не та, что раньше. 

***

Вся Академия наблюдала как устанавливают моё стеклянное произведение искусства. Нет, даже не стыдно было его так называть. Я была страшно горда собой! Просто очень и не могла сдержать довольной улыбки, когда видела взгляды студентов и магистров. 

Я составляла его из мелких кусочков магического стекла добрые два месяца. На аллее уже лежал снег, через два дня наступал новый год. Разноцветные стекляшки играли красками на белой снежной аллее, а дерево Бездны добавляло красок, отражая солнечный свет. 

Я изобразила там дерево, раскидистое и красивое. А под деревом быка - символ моей семьи и серого пушистого кота, который спас мне жизнь. Лу сидел у меня на руках и едва не раздувался от гордости. 

— Это я! Видели? Вон там под нижней веткой! Такой большой! Это я! — его огромные глаза следили за рабочими, он нервно размахивал хвостом. К зиме ещё сильнее оброс и превратился в натуральный серый шар. 

В стороне стояли Лис и Кассандра. Я с замиранием сердца следила за этими двумя. Кассандра с Лиса не сводила взгляда, а глупый молодой парнишка в упор этого не замечал и так страшно хотелось влезть, что сил моих не было. Но я держалась. Пусть свой опыт сами получают. 

Я посильнее застегнула плащ и накинула на голову платок. Сунув руку в карман, обнаружила там что-то, чего туда точно не клала. 

На свет вытащила маленькую деревянную коробочку. Фон Разис в стороне разговаривал в магистрами, строго поглядывая на рабочих. 

В коробочке оказалось кольцо. Золотое с красивым бриллиантом, что на солнце переливался фиолетово-голубым. Без Творца тут дело не обошлось. 

В толпе я нашла маму, в окружении её маленьких учеников, которые с восторгом смотрели, как устанавливают витраж. Заметив мой взгляд она тут же отвернулась, сделав вид, что очень заинтересована чем-то в другой от меня стороне. 

Кольцо идеально село на безымянный палец. Я сунула руку в карман прожигая взглядом ректора фон Разиса, но он был занят. Или делал вид, что занят. И что-то мне стало жарко. 

Когда он, наконец, подошел, я делала вид, что ничего не нашла. И вообще. 

— Всё, кажется, закончили, — проговорил Габриэль.

— Ага… Вы трус, господин фон Разис, — отозвалась я, глядя как на свету играют разноцветные стекла витража.

— Не понял? 

— Кольцо, — я по-прежнему на него не смотрела. 

— Какое кольцо? — когда я повернула голову, то он выглядел так, будто ничего не понимал. 

Поэтому я вынула руку из кармана и сунула ему под нос. 

Габриэль моргнул, нахмурился и принялся бить себя по собственным карманам плаща. Потом на мгновение прикрыл глаза и провел ладонью по лицу.

— Я идиот… ночью я сунул его не в тот плащ… Ты в моих карманах не роешься, поэтому я посчитал, что лучше носить его с собой. 

— Я не должна была его найти, да? — проговорила я и хотела опустить руку, но Габриэль поймал меня за запястье и поцеловал пальцы. При всех студентах! 

— Прекрати, не здесь же!

— Я хотел сделать тебе предложение под новый год, но ошибся карманами… — он обнял меня за плечи. — Но раз ты его тут же нацепила на палец, даже не спросив, даже не ответив, то я считаю, что это “да”. 

— Я может просто померить хотела? — я отвела взгляд, блуждая им по аллее.

— Ты просто так ничего не делаешь, — проговорил Габриэль. 

— Карманами он ошибся… — тихо фыркнула я и погладила камень на золоте. — Мне нравится. Но фамилия остается моей. 

— Я даже и не сомневался. 

Я бросилась ему на шею и зашептала на ухо.

— Я очень-очень хочу быть твоей женой. Очень! Очень! — обнимала так сильно, как могла. 

Ответом были крепкие мужские объятия, но ректор сдержался, чтобы при студентах не переходить дозволенную черту. 

— Я тоже, очень-очень рад, что ты ею станешь, — рассмеялся он мне в макушку. 

— Всё! — крикнул кто-то. — Закончили, господин фон Разис! 

Погода на улице стояла прекрасная. Зима здесь была такая мягкая и приятная, что я не переставала восхищаться.

Сегодня у нас был небольшой вечер для студентов. Аллею украсили сотней гирлянд, внутри здания разливали виноградный безалкогольный глинтвейн. Габриэль распорядился установить освещение так, чтобы свет от витража падал на аллею. А чуть в стороне мы залили небольшой каток. 

На праздник в честь нового года собрался почти весь город. Мы никого не гнали. Кто-то приносил свои блюда, кто-то вытащил настойки из погребов. Творцы во всю создавали праздничное настроение заставляя мерцать в воздухе сотням разноцветных бабочек. 

Лу словно котенок прыгал за ними из одного сугроба в другой. А когда ему становилось скучно… то просто создавал в воздухе ещё бабочек, чтобы самому же за ними и прыгать. 

Барон радостно катал по дорожкам вокруг Академии всех желающих, по дороге пытаясь боднуть мои новые деревья. Его способности отлично помогали молодым создателям фамильяров и творцам. 

Я всю ночь не могла отпустить руку Габриэля. Хотелось обнимать его и обнимать, целовать и целовать.

— Я клянусь, я ошибся карманами, — его никак не отпускала эта ситуация. — Я никогда бы не сделал предложение, просто подбросив тебе кольцо. Я бы так не сделал… 

— Успокойся, — улыбалась я, целуя его в щеку. 

— Этот промах будет преследовать меня всю жизнь, — сокрушенно говорил он. 

— Я всем буду врать, что это было лучшее предложение! Во время боя курантов ты встал на одно колено, прижал шляпу к сердцу и спросил, не желаю ли я стать твоей женой! — выдала я. 

— Я облажался, — мотал головой фон Разис. 

— Эй… ты это видишь? 

Я указал пальцем на парочку за пышными снежными кустами. Их никому не было видно, только нам с Габриэлем, и то пришлось немного обойти их. 

— Это Маркус? — дернул бровью Габриэль.

— И новая медсестра, — кивнула я, даже не пытаясь тихо хихикать. 

Рыжая девушка зарывалась пальцами в длинные волосы Кассиля и они, похоже, никак не могли прекратить целоваться. 

— До дома бы потерпели! — крикнул вдруг Габриэль и его раскатистый голос пронесся по огромному пространству аллеи. 

Маркус послал ему уничтожающий взгляд и тут же потянул свою новую пассию подальше от нас. 

— Она очень хорошая, но вчера я слышала как они ругались… — с сомнением произнесла я.

— Как будто мы не ругались, — ответил Габриэль и потянул меня за собой. — Так, где они там стояли? Иди-ка сюда, Анна.

— Фон Разис, ты же ректор, а я твой заместитель, ты чего творишь? — зашипела я, но меня тянули в кусты. — Габриэль!

Поздно было сопротивляться, когда его горячие губы накрыли мои. Под смех студентов, под приятную музыку, под звон хрустального дерева на аллее, я целовала лучшего ректора на земле. Лучшего мужчину на земле. И моего будущего мужа.

Сегодня магия дышала в этом месте полной грудью. И мы вместе с ней. А я чувствовала, как Академия, наконец, окончательно пробудилась. Изменилась и переродилась нашими стараниями. И будет жить дальше.