Глава двадцать вторая. Патент

Новый день начался с замечательной новости: нас пригласили в патентное бюро, дабы получить объяснения о нововведениях и убедиться, что они не опасны для окружающих. Новый выход обставили максимально помпезно. Я надела на себя столько украшений, что сама себе напоминала новогоднюю елку. В бюро недолго слушали мои объяснения и возмущения (видимо, хорошо запомнили с прошлого раза) и сравнительно быстро все разрешили, назначив на завтра подписание документов.

С одной стороны, я радовалась тому, что быстро избавлюсь от волокиты, с другой – документы нужно будет подписывать настоящей аурой. Дэлор обмолвился, что у них с Себом есть какой-то план, чтобы отвлечь комиссию, но мы его не обговаривали. И это несколько нервировало. Как вернемся в особняк, нужно будет задать несколько вопросов.

Сразу поговорить не удалось, Себастьян и Дэлор улаживали какие-то дела, но вечером меня пригласили в кабинет.

– Мария, у нас мало времени, – начал генерал, – прочти документы и, если все правильно, подпиши их магически.

Я присела в кресло и внимательно осмотрела плотные листы белоснежной бумаги, на которые магически был нанесен оттиск текста. Не похоже на черновики.

– Это артефактная бумага? – все еще сомневаясь, спросила я.

– Да, – кивнул Себастьян.

– Погодите. Но на такой бумаге печатают только оригиналы!

– Это они и есть, – спокойно сказал Дэлор. – Мы подкупили секретаря, который работает в бюро, он подготовил, а потом вынес нам документы. Завтра ты изобразишь магическую подпись, просто прикоснувшись к листам договора, а я с Себом отвлеку комиссию и подменю одну папку для бумаг другой.

– То есть мне не надо будет быстро снимать маскировку с ауры, ставить магическую подпись, а потом накладывать? – уточнила я.

– Конечно. Ты очень способная ученица, но вряд ли хочешь рисковать и пытаться за короткое время снять, а потом наложить несколько довольно сложных заклинаний, – ответил Дэлор. – Тебе нечего волноваться, я всегда стараюсь учитывать уровень подготовки вверенных мне людей и не требую от них чего-то невозможного.

Вот теперь понятно, почему ди Соро быстро стал генералом. Он четко понимает способности солдат и, как он отмечал ранее, всегда заботится о своих людях. Я, получается, его человек. Забавно. Конечно, поменять бумаги гораздо проще, чем рисковать и накладывать чары на ауру, но подкуп секретаря, скорее всего, влетел в копеечку. Надо узнать, сколько Себастьян ему заплатил.

Я погрузилась в чтение. Патент мы подавали сразу на сорок игр, сорок листов, на которых был оттиск не только названия, но и правил. Плюс еще сорок листов – копии, которые оставались в хранилище патентного бюро. Вообще, эти копии выполняли все функции, что и оригиналы, буквы в них так же наносились магически на артефактную бумагу. Обычные копии можно было делать с любого такого документа, главное – присутствие мага-нотариуса, который заверял подлинность документов.

К счастью, ничего исправлять было не нужно, и я подписала бумаги. Дальше разговор зашел о деньгах. На вопрос о том, сколько заплатили секретарю, Себастьян промолчал, но скорчил такое лицо, что становилось понятно, что клерк из патентного бюро на этом не вполне законном дельце неплохо заработал. Когда я заикнулась о том, что готова восполнить затраты, Дэлор почему-то обиженно на меня взглянул, а Себ стал отнекиваться. В результате мы пришли к соглашению, что в благодарность за помощь я нахожу в южной пустыне племя кхирахи, организую переговоры Дэлора со старейшинами, делаю все, чтобы помочь восстановить капсулы и переношу Себастьяна туда и обратно по первой просьбе.

Вечером ко мне пришел ди Соро и тактично поведал, что моё предложение заплатить деньги, бросает на него тень. По местным обычаям, это он должен оплачивать мой туалет, украшения и все остальное, раз уж у нас отношения. Я оценила то, как он это сделал. Без мнимых обид, без долгих нервотрепок, просто поговорил со мной, хотя видно было, что его действительно расстроило предложение возместить затраты.

Дэлор вполне мог показать мне обиду, продемонстрировать отчуждение или начать в чем-то обвинять, но он пришел и спокойно сказал. Это не так просто, как кажется. В этом мире я недавно, поэтому местные обычаи и этикет мне пока известны недостаточно. Такие случаи с обидами и непониманием неизбежны, как с моей стороны, так и с его. Дэлор это понимает и разговаривает, а не обвиняет. Он потрясающий!

Моё восхищение им переродилось в сносящее мозг желание, в стремление доставить удовольствие моему мужчине, и я сама отдавалась полностью и без остатка. Кажется, я влюбилась в Дэлора окончательно и бесповоротно.

Новый день наступил для меня поздно: Сесиль не будила, догадываясь, что ночью я спала не слишком долго. Неудивительно, что в патентное бюро мы поехали около полудня. Признаться, после того сложного разговора с оплатой, я просто забыла расспросить о том, как именно Дэлор и Себ будут отвлекать внимание. Но у них было схвачено все и без меня.

Когда в комнату вошел секретарь с папками, в окно, разбив стекло, влетел небольшой кожаный мяч. С такими обычно играли мальчишки в игру, напоминающую гандбол. Секретарь уронил папки, я, конечно же, завизжала. Да еще и взяла удивительно высокую ноту! Сама не ожидала. Все вскочили, забегали, закричали, и ничего удивительного, что в этой толчее, Дэлор спокойно заменил одну папку другой точно такой же.

Пока представительные дядечки решали вопросы с охраной, я спокойно ковырялась в документах. Глава комиссии, после того как все снова расселись по местам, толкнул речь о том, что надо было подписать бумаги в спокойной обстановке «пред их внимательными взглядами». Но я включила «блондинку», а потом и вовсе стала обвинять главу в том, что у них недостаточно хороша защита, и в следующий раз в окно может влететь что-нибудь поопасней мяча.

Толстый маг, возглавляющий комиссию, начал возмущаться, но я вошла в раж и визгливо пообещала, что доведу это дело до Его Величества, ведь у такого здания должна быть защита на окнах, а её нет. Значит, деньги на это выделили, но вместо дела, они пошли в чьи-то карманы. Лицо толстяка покрылось красными пятнами, и больше ни слова осуждения я от него не услышала. Наоборот, все документы нам подписали в рекордно короткие сроки. Похоже, я была недалека от истины, предположив, что деньги «попилили» сами члены комиссии.

В общем, все закончилось как нельзя лучше. После патентного бюро решено было зайти к нотариусу. Там нам быстро заверили копии, которые я сразу переправила настоятельнице. Тониа будет заниматься организацией и производством игр, значит, эти бумаги ей понадобятся.

Когда мы вышли от нотариуса, начало смеркаться, и Дэлор предложил прогуляться до ресторанчика, где мы планировали отметить получение патентов. Дорога заняла около получаса. В этот раз Себастьян заранее заказал для нас отдельный балкончик с прекрасным видом на городской парк. Пока мужчины делали заказ, я и Сесиль решили посетить дамскую комнату.

Не успели мы помыть руки, как дверь распахнулась, явив взбешенную Урсулу.

– Я тебя предупреждала, что Себастьян мой? – без какого-то вступления начала угрожать рыжая. – Предупреждала, что тебе не поздоровится, если ты от него не отстанешь?

Вот ведь гадина неугомонная!

– И что ты мне сделаешь? – я сама поразилась тому, каким презрительным и злым оказался мой голос. – Нападешь? Или вызовешь на магическую дуэль? Так я не против! С удовольствием оторву твою тупую голову и спляшу на могиле.

Злость – плохой советчик, и я, конечно, блефовала, заявив про дуэль, ведь знала только самые простейшие атакующие заклинания, и те бы пришлось кастовать долго, но вот щиты после феерической встречи с Дэлором делать научилась. И сейчас перед лицом Урсулы соткался щит от физического и магического воздействия. Штука довольно мощная, сложная в исполнении и требовательная к резерву. Обычно щит у меня так быстро не получался, но, наверное, от злости вышел, как по учебнику: равномерно плотный, полупрозрачный, с чуть закругленными краями и прикрывающий все тело.

Урсула – надо отдать должное её инстинкту самосохранения – впечатлилась и отступила на шаг.

– Что ты решила? Дуэль? – продолжала напирать я.

Вообще, магические дуэли здесь совсем нечастое явление, особенно среди дам. Однако меня и так считали островной дикаркой, так что из образа я не выбивалась.

– Обойдешься, – презрительно фыркнула рыжая и поспешно удалилась.

– Вот же мразь! – выплюнула Сесиль, я согласно кивнула.

Странно, моя «дуэнья» обычно довольно спокойная, видно, Урсула и её не оставила равнодушной.

Мы вернулись к мужчинам встревоженными и рассказали о неприятной встрече. Хотя все обошлось и рыжая аристократка бежала с поля боя, Дэлору не понравилась моя инициатива.

– Зачем ты пыталась вызвать её на дуэль? – недовольно спросил он. – Вдруг она бы согласилась? Урсула вполне могла принять вызов, рассчитывая на то, что твои чары будут нестабильны. Она ведь уверена, что аура у тебя отравлена паразитом.

На самом деле о дуэли я заговорила в запале. Даже сама не ожидала от себя такой реакции. В прошлый раз рыжая стерва демонстрировала лишь отсутствие ума.

Это простительно. Бывает. Я понимаю, правда.

Может быть, её роняли из люльки много раз? Или богиня с детства мозгов не додала? В любом случае, глупость – это простительно. Однако когда к дурости прибавляются меркантильность и желание идти по головам, не останавливаясь ни перед чем, то понять, простить и отпустить непросто.

Не могу забыть, с какой легкостью она говорила об убийстве. Ведь если бы не моё внезапное появление, не взыгравшая у Урсулы ревность, она бы подсадила паразита в ауру к Себу, приговорив его тем самым к мучительной смерти. И за что?! За то, что он её отверг! Безусловно, Урсула и сама вскоре отправилась бы к праотцам, но это вряд ли спасло бы Себастьяна. А он действительно отличный человек и хороший друг.

Но Дэлору я ответила по-другому:

– Мне хотелось побыстрее избавиться от неё, мозги у Урсулы не работают, и я поставила на инстинкт самосохранения. Как оказалось, он у неё пока не атрофировался.

– Инстинкт самосохранения? – переспросил Себастьян. – Что это такое?

Беседа перешла в другое русло. Правда, ненадолго. Когда мы, сытно поужинав, возвращались домой, ди Фелмо сказал:

– Урсула на этом не остановится. Скорее всего, сегодня вечером она встретится с этим типом и расскажет о том, что не нашла у тебя в ауре деструктивных изменений. Мне бы хотелось услышать, о чем они будут говорить. Мария, я могу рассчитывать на твою помощь?

– Конечно!

– Отлично. У меня будет еще одна просьба: задержись в столице хотя бы на пару дней.

– Ты хочешь поймать этого типа, что выдал Урсуле амулет с аурным паразитом?

– Не только. Я догадываюсь, кто заказчик. И, похоже, он начинает терять терпение. Мне срочно нужны силы. Необходимо как можно быстрее найти пустынников.

– Хорошо. Я постараюсь.

Себастьян оказался прав. Как только стемнело, Урсула, переодевшись в серое платье и обмотав голову платком, пришла к своему «возлюбленному». Настоящим везением оказалось то, что монетка в кошельке этого типа до сих пор продолжала выполнять свою миссию, хотя сам негодяй явно что-то чувствовал и к месту встречи пришел, предварительно побегав по городу.

– Себ, тебе не кажется подозрительным, что Урсула так быстро обнаружила нас в ресторане? – вдруг спросила я, наблюдая, как рыжая аристократка заходит в небольшой парк на стыке двух районов и садится на скамейку.

– За особняком наблюдает её человек. Это логично. Полагаю, что в ресторане Урсула хотела проверить, как подействовал паразит. А ты продемонстрировала ей щит – сложное заклинание, требовательное к резерву…

– Понятно, дальше можешь не продолжать. Она сейчас этому прилизанному красавцу станет предъявлять претензии.

Так и случилось. Урсула напирала на то, что заклинание было с браком. Никаких признаков увядания или болезни она не увидела, хотя даже взяла с собой артефакт, который позволял видеть сквозь иллюзии. Наоборот, Урсула утверждала, что моя аура стала как будто ярче и насыщеннее. Прилизанный тип тоже вышел из себя, выдал рыжей аристократочке парочку грубых слов и заявил, что зря с ней связался. Урсула надулась и в раздражении покинула парк.

Красавчик, оставшись один, сплюнул, выругался и опять начал петлять по городу, пытаясь скинуть возможную слежку. По своей привычке один из экранов закрывать я не стала и поглядывала за Урсулой, и не зря! Возле ограды её поджидал братец.

– Где ты была?! – прошипел он.

– Это не то, что ты подумал! – вздернула подбородок рыжая.

– Быстро домой! Там поговорим, – парень грубо схватил сестру за локоть и потащил к дому. – Только попробуй заорать, ни монеты не получишь.

Урсула захлопнула рот и не издала ни звука, по крайней мере, пока не зашли в дом. Так. Неужели её братец не в курсе этой аферы? Или, может быть, он знает не все?

Тем временем жуликоватый тип продолжал путать следы. Делал он это профессионально, и, несмотря на то, что мы втроем следили за его передвижениями, пару раз едва не потеряли. Только через полчаса он оказался около особняка, обнесенного высоким забором. Ловко взобравшись по ограде, незнакомец спрыгнул с другой стороны. К сожалению, сад оказался защищен от портальной магии, но Себастьяна это не расстроило: он знал, кому принадлежит особняк.

– Дальше справлюсь сам, – заверил он.

Следующие два дня я искала поселение кхирахи в южной пустыне. Дело осложнялось тем, что все деревни племени располагались либо полностью под землей, либо частично. С Проклятых земель постоянно дул ветер, а камень или земля давали хоть какую-то защиту от песчаных бурь, поэтому мы сосредоточились на обследовании невысоких гор примерно в середине пустыни. К вечеру второго дня эта стратегия принесла результаты. Мы увидели людей, которые несли несколько небольших туш животных, похожих на ящериц.

– Это охотники! – опознал Дэлор. – Значит, рядом должно быть поселение.

Однако ничего похожего на деревню заметить не удалось. Еще почти час мы следили за тремя мужчинами, пытаясь понять, куда они идут. Наконец, генерал заметил три столба, образующие, если смотреть сверху, равнобедренный треугольник, и люк между ними.

Надо сказать, что южная пустыня совсем не напоминала фотографии нашей Сахары или Гоби. То есть никаких желто-белых барханов, ровной или условной ровной поверхности, на которой любые возвышения довольно заметны.

Нет. Южная пустыня была другой. Во-первых, цвет песка тут был буро-красным, во-вторых, территории с барханами встречались, но не составляли даже четверти всей пустыни. Большая часть напоминала огромный мегаполис, почти до основания разрушенный и присыпанный песком. Раньше здесь находились густонаселенные земли. Города, села, деревни, развитая инфраструктура, но война и время стерли почти все. Сейчас мы могли лишь гадать о том, что тут было, многие строения уже настолько проржавели, разрушились и слились с песком и камнями, что казались лишь странного вида скалами.

Признаюсь, я даже не представляла, как охотники без магии ориентировались в этих землях. Мужчины подошли к обнаруженному входу в подземелье, открыли люк и спустились вниз в систему туннелей, которая напомнила мне метрополитен. Рельсов и проводов тут не было, но полукруглые своды оказались похожими. Не удивлюсь, если окажется, что это остатки подземной инфраструктуры, что была создана в эпоху полубогов. Конечно, местные её поддерживали (что-то меняли или добавляли), поэтому здесь не было таких серьезных разрушений, как наверху, но все же ощущение, что этим тоннелям очень много лет, не отпускало. Система оказалась сложная и многоуровневая.

Пока я рассматривала это необычное место, охотники активировали простейшие артефакты освещения и уверенно двинулись по одному из тоннелей. Вскоре они вышли к обжитым местам: тоннели расширились, на стенах появилось множество странного вида ламп, похожих на колбы со светящейся жидкостью, чаще начали встречаться ответвления и жилища. Причем это были довольно уютные пещерки с канализацией и водопроводом.

Возле одного дома охотники остановились и вошли внутрь, а я запустила разведчик дальше. Людей на «улочках» оказалось немало, почти все невысокие, бледные, но, кажется, вполне здоровые. Пропетляв по тоннелям, я вывела магический сгусток в центр поселения. Это оказалась огромная рукотворная пещера с высоким потолком и монументальными колоннами. Здесь было светло, как днем.

– Знаешь, когда ты говорил о племени кхирахи, я как-то не так себе их представляла, – пробормотала я. – А тут водопровод, канализация, освещение…

– Они живут под землей в пустыне не потому что дикари. Их предки остались здесь для того чтобы сохранить знания и наследие полубогов. Когда стало понятно, что мир катится в бездну, многие стали строить и оборудовать подобные убежища, в том числе и предки племени кхирахи. Это самый большой их город, – рассказал Дэлор.

– А ты тут был?

– Да, но не сразу узнал это место. Привели меня тоже охотники, но мы зашли с другого входа. Тогда я был не в том состоянии, чтобы осматривать достопримечательности. Держался только на упрямстве: слишком долго пробыл в песках, не спал несколько дней, толком ничего не ел, резерв почти опустел.

– И что потом?

– Сначала меня отвели к старейшинам. Вон видишь те большие белые двери, возле них высокие колонны? – Дэлор указал на строение в самом конце огромной пещеры. – Это здание местного совета. Меня привели туда, допросили, потом отправили к пожилой вдове. Та меня быстро подлатала. Через два дня я предстал перед советом старейшин, и мне решили помочь. После совета сразу же отправили на испытания. Я их прошел, отоспался, и на следующий день отправился к своим. Охотники немного меня проводили, дали с собой воды, еды, парочку советов, указали направление и пожелали удачи.

– Сколько дней ты шел? – прошептала я, вспоминая апокалиптическую пустыню. Вряд ли он понимал, как в ней ориентироваться, а колдовать из-за того, что местный грунт смешан с песком пустоши, здесь довольно тяжело.

– Не знаю. Кажется, двенадцать.

– Кажется? – то есть он настолько выбился из сил, что даже не понимал, сколько времени прошло. – Как ты вообще выжил?

– Богиня защитила, – улыбнулся Дэлор.

М-да. Возможно, Иодель, действительно, вмешалась. Уж очень труднопроходимой выглядит эта пустыня.

Опираясь на воспоминания генерала, мы отыскали зал советов, где старейшины принимали решения. К слову, оказалось, что это просто звание, а не указание на возраст. Некоторые старейшины были внешне довольно молоды. Конечно, ауры выдавали в нескольких из них магов, но странно было слышать по отношению к ним такое обращение. Кстати, женщины среди старейшин тоже были.

Нам повезло. Именно сейчас, несмотря на вечер, здесь что-то решали. Дождавшись паузы в обсуждениях, я открыла окно портала, выведя сразу картинку и звук. Когда в зале совета возникло изображение Дэлора, некоторые старейшины вскочили со стульев, а один даже успел сформировать в руке какое-то сложное заклинание.

Однако, как только генерал заговорил, враждебный настрой сменился настороженностью. Переговоры были сложными, но, тем не менее, нам удалось достичь предварительной договоренности. Старейшины должны были обсудить наше предложение. К сожалению, подслушать, о чем они говорили, не удалось: этот же маг, что хотел запулить в портал неизвестными чарами, поставил на зал защиту от пространственной магии. Оставалось только ждать до завтрашнего утра. Тогда должен был состояться второй раунд переговоров.

Себастьян не присутствовал в тот момент, когда мы нашли кхирахи, он вернулся лишь поздно вечером и поделился с нами новостями. Оказалось, что брат Урсулы действительно был не в курсе того, что задумала его сестренка. Конечно, он устроил ей допрос, но рыжая стерва наврала с три короба. Братец не особенно поверил и решил установить слежку за Урсулой.

В лавке, когда он присматривал подслушивающий артефакт, к нему подошел Себастьян и убедил побеседовать. Ди Фелмо рассказал все, что нам удалось узнать, и в ответ получил кое-какие сведения. Выяснилось, что в опере Урсула попросила брата отвлечь внимание, поклявшись, что хочет лишь подшутить над новой пассией Себа.

Надо сказать, братец был явно поумнее рыжей стервы и сразу смекнул, чем может грозить покушение на убийство, поэтому уверил ди Фелмо, что в ближайшее время увезет Урсулу подальше от столицы.

– Надеюсь, больше она нас не побеспокоит, – закончил рассказ Себастьян.

Я тоже на это надеялась.